Первая встреча татаро-монголов и крестоносцев.

Аронар стоял у шатра Батыя. Его пленник был внутри. Из шатра доносились голоса. Но только монгольские – пленник молчал. Полог шатра распахнулся, выглянул охранник – Заходи.

Аронар снял шапку, аккуратно переступил порог, поклонился и замер. Батый – молодой крепкий монгол, командир монгольского передового отряда внимательно его рассматривал.

- Давно в войске?

- С самого начала, Хан. Как собрали племена на Курултае, так и служу тебе.

- Откуда будешь, чей?

- С берегов Селенги, Хан. Где Темник спускается с гор и впадает в священную реку. Сын Долгор и Энхэ.

- Наверное, домой хочешь? Ничего. Пройдёмся по этим землям, флаги свои расставим, ярлыки раздадим, и домой отправимся. За пленника спасибо, только молчит он. Рассказывай, что видел.

- По тропе ехало семеро. Белые, высокие, крепче славян, арабов, половцев. В латах, с белыми флагами. На флагах кресты большие. Ещё часть двигалась по оврагам и суходолам. Часть стояла в лесу. Думаю, это ловушка под видом передового отряда.

- Это хорошо. С утра отправим лучников. Проверим этих, крестоносцев – Батый усмехнулся новому слову.

- Хан, у них луки высотой по холку коня, а стреляют они точнее нашего.

Аронар достал из-за спины щит, пробитый стрелой. Вокруг него столпились воины, шаманы, слуги, рассматривая длинную, с железным наконечником стрелу. Стрела была чуть толще и намного длиннее любой монгольской. И монгольская стрела щит не пробивала. Аронар передал свой щит Батыю.

- Если начнём обычную тактику, то нас перебьют. Надо думать. Эрдэни, – Батый повернулся к шаману – что скажешь?

- Покажите меч пленного – Эрдэни взял меч. Прямой, длинный, тяжёлый. Больше любого монгольского меча. Шаман с трудом поднял меч и ударил по щиту Аронара. Щит разлетелся в две стороны. Все в шатре ахнули.

- Издалека нам их не победить и вблизи, возможно, тоже. Значит, только хитростью.

- Прости, шаман, - Аронар указал на пленного – этот и стрелял, и меч доставал, но я до сих пор жив.

Все загалдели, зашумели.

- Горцев прошли.

- Арабов били.

- Рязань сожгли. Что нам эти носители крестов?

Шатёр гудел, над головами сверкали кривые сабли и круглые щиты. Молчали только Батый и пленник. Батый о чём-то думал и ждал, пока закончится шум. А пленник молился, закрыв глаза. Шаман громко спорил с десятниками, размахивая бубном.

- Надо зайти в ловушку этих крестоносцев – Батый начал речь, все замолчали – надо зайти, вступить в бой, а потом броситься в бегство и выманить их в свою ловушку. Как обычно.

- Но мы так делали много раз. Они подготовлены и наверняка знают о наших манёврах. Поэтому и идут разными отрядами с прикрытием. Нужен другой план.

- Тумен, - Батый взглянул на одного из десятников – твой отряд пойдёт первым. Что думаешь делать?

Тумен, коренастый старый монгол, гладил бородку и смотрел в пол. Подошёл в центр шатра, взял в руки стрелу, взвесил её в руке, положил. Двумя руками поднял меч, взмахнул в одну сторону, другую. Повернулся к Аронару и ударил его мечом. Аронар выхватил саблю, отскочил и в последний миг отвёл меч в сторону. Тумен ударил с другой стороны, ещё раз и ещё. Аронар маневрировал, не принимая удары прямо и отводя их, то вправо, то влево.

Неожиданный бой закончился так же неожиданно. Увернувшись от очередного тяжёлого удара, при котором Тумен провалился вперёд, Аронар шагнул в сторону и саблей плашмя ударил его по ягодицам. Тумен выронил меч и схватился обеими руками за зад.

Шатёр раздулся от дружного хохота. Все хлопали Аронара по плечу, хвалились монгольской смекалкой и ловкостью. Батый кивнул головой охраннику и вышел из шатра. Охранник вышел следом.

- Пленного во второй лагерь. И чтобы он ничего не заметил.

Тумен с Аронаром сели к невысокому столу и чокнулись деревянными кружками с русской медовухой.

Ночью Аронар добрался до своей юрты и, не снимая снаряжения, повалился на орон – небольшую разборную кровать. Белая девушка сняла с него сапоги и пояс с мечом. Голова Аронара закружилась, и он понесся над степью, над холмами в родную Халху. Там, на берегу реки Темник, в небольшой деревянной юрте сидел старец. Он курил длинную трубку и рассказывал сказки.

Сказка первая.

Много лет назад, ранней весной. Когда с реки сошёл лёд. И начала подниматься первая трава. Когда по ночам в юрте стало тепло и можно не укрываться тяжёлой шкурой. Когда кони и скот стали больше пастись, а их бока округляться, той весной произошла эта история.

Отара готовилась к переходу на летние пастбища. Все мужчины рода были заняты делом. Кто-то ремонтировал телегу, кто-то охотился, кто-то пас скот.

Худой мальчик принёс из леса прутья ивы и принялся резать их ножом. В его быстрых пальцах прутья превращались в короткие и длинные заготовки для стрел. Левая кучка прутьев постепенно уменьшалась, а правая кучка заготовок всё росла. Мальчик улыбался – отец будет доволен. Отбросив вправо очередную стрелу, мальчик краем глаза заметил пыль на горизонте и нескольких всадников.

- Отец, - он показал рукой на горизонт.

Энхэ, старый монгол, обошёл юрту, снял лук со стойки и стал ждать. К нему присоединились ещё несколько мужчин из родовы.

- Эх, недобрые вести несут – дядя мальчика достал стрелу, прицелился.

- Погоди, поговорить надо, с южных степей едут – Энхэ прищурился, разглядывая всадников.

Всадники сбавили скорость , перешли на шаг. Увидев людей за юртой, остановились. От группы отделился один воин, подъехал.

- Вы слышали про Курултай?

- Зачем спрашиваешь? Вся степь слышала.

- Про сбор слышали?- гонец достал кусок ткани с текстом – Чингисхан объявляет сбор воинов со всей степи. От каждой отары самый крепкий воин, два коня, телега, бык, сабля, лук с двумя колчанами и защита.

- Так, где же взять всё это? Отара у нас не большая. Телега одна, да и та старая. А богатырей у нас в роду никогда не было.

- Не выполните наказ, придут воины. Отару сожгут, мужчин в войско заберут, женщин в рабство. Старикам хребты поломают – гонец махнул рукой всадникам. Те не спеша стали приближаться.

Из юрты вышла Долгор, жена Энхэ. У неё в руках был кувшин с водой и ткань. Она поклонилась – Здравствуйте, славные воины. Не хотите ли умыться с дороги и попить нашего архи?

Всадники переглянулись, заулыбались, стали спешиваться. Видно было, что давно в дороге, что пыльные и уставшие. Гонец подошёл к Долгор, наклонился и вытянул вперёд руки. Она стала лить на них воду. Из юрты вышла ещё одна девушка с кувшином и тряпкой. И старуха с архи и маленькими костяными кружками.

Все воины по очереди стали умываться, подолгу смачивая лицо и волосы. Потом подходить к старухе, брать кружки с молочной водкой и чокаться.

Энхэ в это время отправил мужчин рода по юртам. Ему показалось, что он понял замысел своей жены. Он подошёл к гонцам поклонился, затем открыл полог своей юрты, приглашая их войти.

В центре юрты, вокруг невысокого стола были разложены войлочные сидушки. На столе лежали лепёшки, куски баранины, говядины. Над костром грелся солёный монгольский чай.

Гости прошли в юрту, стали рассаживаться. Кто-то присел у костра, грея руки. Кто-то схватился за горячий чай и мясо. Женщины разливали архи, резали горячую баранину и лепёшки. В юрте шумело, пахло и лилось.

Насытившись, гонец вытер руки о сапоги, взял чарку и посмотрел на Энхэ и Долгор. Они поклонились. Энхэ махнул рукой стоящим у полога зятьям. В юрту внесли хорог – небольшой сундук.

Ранним утром Аронар обнялся с родными. Залез на старую хромую лошадь и двинулся на юг. Посланники Чингисхана уехали ночью. Им предстоял долгий путь до Святого моря, чтобы по дороге объехать тысячи отар и родов. В их караване ползли десятки телег с сундуками, лошади и скот.

Каждый скотовод знает, что воинов, пастухов нужно беречь, нужно держать их дома. Без мужчин любой род пропадёт, попадёт под более сильный род. Энхэ и Долгор с помощью архи и подарков удалось договориться с гонцами.