Первое знакомство

Маленький принц Лорриан никак не мог уснуть. Из-за стенки, из комнаты старшего брата доносились странные звуки. Хьюго привёл к себе кого-то, и теперь они вместе чем-то хлопали, стучали, хлюпали, и стонала женщина. Лорри не мог понять, что там происходит и почему неизвестная женщина стонет. Ему было жаль её, ей же больно! Хотелось пойти и спасти её, но Лорри слишком боялся брата. Неизвестно, чем он занимается, но если Лорри вмешается, ему ужасно влетит от Хьюго, а желание остаться в целости и сохранности превосходило желание помочь неизвестной. Но всё равно лежать и слушать было невыносимо, и принц встал со своей постели. В кромешной тьме он по памяти направился к выходу, натыкаясь на кровать, стол, стены, приоткрыл дверь и выскользнул.

Ни няньки, ни старого монаха-учителя не было - они давно ушли спать. Лорри, осторожно ступая босыми ногами, вышел на крыльцо. Тут было светлее. Землю и дворец освещали звезды на синем небе. Маленький принц сел на скамейку, стоявшую тут же на крыльце, прижал к груди колени и прислушался. Теперь спокойно. Трещат сверчки, квакают лягушки, где-то далеко даже поёт соловей...

Все люди спали и теперь никто не мешал спать Лорри. Он смежил веки, прислонился головкой к стене и начал проваливаться в сон. Но внезапно эту благодатную тишину нарушил странный шорох под крыльцом. И это была не собака и не кошка, потому что совсем скоро человеческий голос досадливо прошептал:

- Ай! Вот же дрянь!

Принц тут же вскинулся. Сон как рукой сняло. Он перегнулся через бортик и заглянул в тень под крыльцом:

- Кто здесь?

Шорохи сразу прекратились, будто никого и не было. Лорри всё ждал, когда ему ответят, но оказалось, что под крыльцом никого и нет. Не в силах поверить, что ему просто примерещилось, он всё вглядывался, вглядывался в эту темноту, пока перед глазами не поплыли круги. Но вот скрывающийся в тени не выдержал и опять зашипел от боли:

- Ай-ай-ай!

- Кто ты? Иди сюда! - позвал Лорри.

- Зачем? - спросил неизвестный.

Лорри не знал, зачем. Просто было весело думать, что тут есть кто-то ещё.

- Иди сюда, - снова позвал принц.

- Ты меня не выдашь? - тихо спросил тот же голос из темноты.

- Не выдам, - улыбнулся Лорри.

Невидимый человек в кустах под крыльцом зашевелился, зашелестел листьями, вылез на свет и стремглав взобрался по ступенях. Это оказался мальчик, немного старше Лорри, наверное, на два года. Принц восторженно разглядывал его в свете звёзд. Никогда раньше здесь во дворце он не встречал других мальчишек.

- Как тебя зовут? - спросил неизвестный гость.

- Лорри, - ответил принц.

- Я Александр, - представился тот мальчик и протянул руку. - Но все зовут меня Алик.

Лорри тоже протянул руку и с восхищением пожал.

- Что ты тут делаешь? - спросил его Алик. - Это ж королевские покои, сюда никого не пускают.

- Я пришёл сюда, потому что заснуть не мог, - рассказал Лорри. - А ты - ты как тут оказался?

- Я..., - с сомнением начал мальчик и поднес ко рту обожженую крапивой ладонь, чтобы облизать больное место, - от воеводы прятался. Он весь день бдит, что даже на муху не отвлечешься, а мне хочется погулять.

- Вот здорово! - воскликнул принц. - Давай вместе гулять.

- Ну пошли, - кивнул Алик.

И двое мальчишек тихо спустились с крыльца и двинулись вдоль дворцовой стены. Так они, увлеченные и с замирающим сердцем, добрались до сада. Алик протянул руку и сорвал с яблони совсем ещё маленький и зелёный плод и сунул его себе в рот.

- Попробуешь? - предложил он Лорри.

Лорри ужасно хотелось тоже так. Он протянул руку вверх, но ростом он не догонял Алика. Пришлось подпрыгивать, чтобы всё-таки сорвать парочку незрелых яблок. Маленький принц смело раскусил первый плод и непроизвольно сморщился. Ну и кислятина! Аж больно это есть!

Алик развеселился:

- Ха-ха-ха, видео бы ты свою гримасу!

Он продолжал смеяться, пока Лорри отплевывался и вытирал язык рукавом своей ночной рубашечки. Наконец оба мальчика затихли и пошли дальше.

На ветке старой высокой груши висела ловушка для насекомых. Алик подобрал с земли камешек, достал из-за пазухи рогатку и запустил в ловушку. Раздался тихий свист и смешной чпок.

- Я тоже хочу! Дай мне! - веселился Лорри.

Он взял из рук Алика рогатку, поднял что-то с земли, натянул пращу... Снаряд лопнул в его руке и растекся по ладони и одежде. Ой!

- Эх, - вздохнул Алик, поднимая упавшую тоненькую скорлупу, - чего же ты? Птичку жалко.

- Какую птичку? - испугался принц.

- Которая теперь не вылупится, - покачал головой его новый друг. - Ты ж яйцо птичье сломал. И откуда оно сюда свалилось?

У Лорри на глаза навернулись слёзы. Эта птичка никогда не вылупится, никогда не будет жить, а всё потому, что он, Лорри, взял и сломал её яйцо. Это он виноват!

- Ну ладно, её бы всё равно скоро кошка съела, - беззаботно отмахнулся Алик. - Стрелять-то будешь?

Он нашарил настоящий камешек и протянул его принцу. Тот вытер непрошеную слезу, прицелился и в этот раз попал точно в цель. Ха, получилось! Лорри опять обрадовался. Дальше мальчики забрели в заросли малины, продрались сквозь них, попутно напихав полные щеки ягоды и хорошенько исцарапавшись о шипи, а потом выбрались к курятнику.

- Тихо, - предупредил принца Алик, - не разбуди кур, а то нас поймают.

- Вас и без кур поймают, - послышался из-за спины грозный бас.

Лорри от неожиданности взвизгнул и вместе с Аликом бросился наутек, но было поздно. Воевода, в два шага догнав нарушителей, схватил их за шкирки, лишая возможности к спасению. Лорри со страху принялся брыкаться и попытался укусить незнакомого страшного человека, но тот, досадливо выругавшись, только покрепче перехватил мальчика поперёк живота и потащил ко дворцу.

Когда в свете фонаря воевода выяснил, что поймал на хулиганстве самого младшего принца, он сперва побледнел, а потом бросился будить свою жену, работавшую во дворце кухаркой, а потом с ней вместе няньку Маню, с детства воспитывавшую Лорри. Нянька, сообразив, в чём дело, принялась ахать и охать, схватила за руку Лорри, потащила его за собой умываться и переодеваться, попутно причитая, какой же непослушный, несносный и в целом некудышный маленький его высочество. Лорри снова окружили опостылые тёмные стены, запах одежды и кислого молока, всегда исходивший от няньки, и глухие шорохи дворцовых комнат. Где-то вдали вскрикивал Алик - его бил воевода.