Песня двух миров

Жук был похож на маленькую каплю крови. Он полз по шершавому серому камню стены, крошечные рубиновые надкрылья мерцали в лучах солнца. Я проследила взглядом за насекомым и вздохнула.

День не задался с самого утра: от Амалии привезли письмо о том, что она приболела и не приедет. И что это ей вздумалось болеть накануне открытия сезона? Без неё всегда скучно и как-то особенно одиноко.

- Лара Ионелла, вас отец ждёт, - хихикнула Нава, заглянув в комнату. - Какие-то новости, видимо!

Я обрадованно соскочила с подоконника. Ну хоть какое-то развлечение! В коридоре действительно шушукались служанки, но я не стала прислушиваться - сама сейчас всё узнаю.

- Ты звал меня, папа? - весело спросила я, впорхнув в кабинет в ожидании сюрприза.

И остановилась: отец был не один. На пару мгновений меня охватил страх, когда я увидела его гостей. В бархатных креслах у стола расположились дядя Римтан, двое каких-то незнакомцев и ассара Орхе. Вот её-то я и испугалась, - подумалось даже, что папа решил-таки исполнить свою излюбленную угрозу и сбагрить меня в ассаран, - но тут же чуть не рассмеялась. Детские страхи… Какая обитель? Мне почти девятнадцать кругов, а к этому возрасту ассары уже спроваживают воспитанниц.

- Добрый день, - учтиво улыбнулась я гостям. - Я не вовремя? Наверное, Нава что-то напутала. Я пойду.

- Нет-нет, останься. - Папа указал мне на кресло. - Этот вопрос касается и тебя. Дело в том, что я решил забрать из ассарана твою сестру.

Неожиданно! Я даже растерялась.

- Алмину? Уже? Но ей всего четырнадцать!

- Нет, не Алмину.

- Изи?!

-Нет. Не Изабеллу. Иони, у тебя есть ещё одна сестра. Она старше тебя на несколько недель и почти всю жизнь провела в ассаране. У неё нет матери, и бедняжке будет сложно здесь. Я хочу, чтобы ты помогла ей освоиться.

Голова кружилась. Золочёные подлокотники кресла вдруг захолодили пальцы, а мысли мелькали одна за другой. На несколько недель старше… Это значит…

Не может быть!

Я ошарашенно смотрела на папу, ассара Орхе отстранённо улыбалась и гладила пальцами голову птицы с изумрудными глазами на набалдашнике своей трости. Молчание было неловким, потом дядя кашлянул.

- Эрмина, - спохватилась Орхе, - прекрасная девушка. Она вдумчивая и рассудительная. Думаю, вы подружитесь с ней, лара. Мне даже жаль расставаться с такой милой воспитанницей.

Возвращаясь в свои комнаты, я хмурилась. Амалия укоряла меня за эту привычку - мол, так и до морщин недалеко, но мне было не до мыслей о морщинах. Новость о том, что у меня, оказывается, есть незаконнорождённая сестра, выбила землю из-под ног.

- Лара, на вас лица нет! - испугалась Нава, которая расставляла свежие цветы в вазы. - Что случилось?

- Всё равно все скоро узнают, - вздохнула я и забралась на подоконник. - Вон, болтают уже в коридорах. Мою сестру Эрмину привозят из обители. Ей, кстати, на днях исполнится девятнадцать.

Нава всегда была умной девушкой - за то я и приблизила её. Уж один и один-то она сложить умела. Но сказанное даже её сбило с толку.

А потом она поняла и слегка побледнела.

- Вот-вот, - грустно констатировала я, устраивая на коленях таррон. - Надеюсь, это не подорвёт мою репутацию.

Жук, который так и не улетел за время моего отсутствия, живой кровавой бусиной сверкал в лучах солнца. Я загадала: если он взлетит сейчас, то всё будет хорошо. А если останется - ну что же, лара Ионелла Ортеон окажется в очень печальном положении. И чего это папеньке вздумалось привозить сиротку-бастарда накануне открытия бального сезона?

- Наверное, надеется выдать её замуж под шумок, - хихикнула Нава.

Струны таррона негромко звенели. Обычно они приносили в душу гармонию и спокойствие, но теперь вызывали лишь раздражение. Под шумок! Я прищурилась и посмотрела на жучка так, будто это он был повинен в случившемся, и вдруг он развёл надкрылья и взлетел.

- Всё будет хорошо, - уверенно сказала я, устраивая инструмент в кресле. - Нам не о чем беспокоиться. Она из ассарана, вдумчивая и рассудительная, по словам зануды Орхе. Значит, тихоня. Не будет мешаться под ногами. А репутация… Ну что же. Думаю, дом Ортеон выдержит такой удар.

Нава кивнула и поставила вазу с фруктами на подоконник. Свежие персики из садов Энваль, маленькие, но сладкие, истекали медовым соком на подстеленную накрахмаленную белоснежную салфетку. Я ела их, свесив ноги наружу из окна, и пыталась кинуть косточки так, чтобы они перелетели ограду сада и упали в облака прямо за защитным куполом.

Вслух, конечно, я говорила то, что полагается, но внутри кипело недоумение вперемешку со злостью. Сам факт того, что папа много кругов назад согрешил, даже не так удручал. Мужчины, говорят, склонны к такому. Почти у каждого высокородного лара есть любовница, а то и не одна. Но почему это всплыло сейчас? Почему не после сезона? Впереди были балы и приёмы, на которые я имела большие виды. Почти все мои подруги вышли замуж ещё весной, и теперь время от времени присылали хвастливые письма. Только мы с Амалией пока остались на обочине жизни. Папенька так придирчиво отбирал кавалеров, с таким пристрастием допрашивал их, что на закрытии прошлого сезона я чуть не осталась без последнего танца: ко мне попросту робели подходить. Но весной-то мне было всего семнадцать кругов, и с тех пор прошло долгое лето! Я не могу остаться незамужней, это будет просто неприлично! Нет уж, новый сезон должен полностью изменить мою жизнь. Не могу позволить судачить о доме Ортеон, - мол, дочь высокородного лара Алвизо Ортеона засиделась в невестах!

Папа пришёл, когда я сидела, размышляя о его странном решении. Я услышала его шаги и поспешно спрыгнула с широкого подоконника.

- Надеюсь, милая, ты не расстроилась, - сказал отец с порога. - У меня для тебя подарок.

И протянул мне длинный бархатный футляр. Я с замиранием сердца открыла его - и радостно улыбнулась: браслет с миниатюрами, прямо-таки писк наступающего сезона! Амалия сказала, велара Мисалия заказала парюру с эмалью, а вот теперь и я не буду отставать!

- Спасибо, папуля! - воскликнула я, целуя его в щёку. - Только у меня нет платья под эти голубые оттенки… Какая жалость…

- Вызови модистку, - благодушно кивнул отец. - Ты будешь блистать. Закажи всё, что нужно.

Я протянула руку, и отец застегнул браслет. Чудесная работа… Но иного он мне и не дарил. Злость забылась, я кружилась по комнате, представляя, как танцую в новом голубом платье на балу в Джамеро.

- Я рад, что тебе понравилось, - улыбнулся отец.

Что-то в его голосе вынудило меня остановиться и повернуться к нему.

- Нет-нет, всё хорошо. - Очевидно, он заметил моё беспокойство. - Просто задумался. Римтан посоветовал мне кое-что. Это касается твоего приданого. Я, знаешь, хотел…

Он замялся, размышляя, а я навострила уши.

- Неважно. Думаю, ты останешься довольна, - с улыбкой махнул он рукой. - Милая, постарайся, чтобы Эрмина не скучала тут.

Ну вот… Спрашивать было неприлично, а ведь мне так любопытно! О новообретённой сестре я бы тоже хотела узнать побольше, но отец, как назло, пожелал мне приятного вечера и удалился.

Вот ведь пакость какая! Я расстроенно сидела у настольной лампы и рассматривала искусные миниатюры на вставках браслета. Милые пасторальные сценки - пастушка в белых кружевах среди толстых белых драйкенов, она же с пастушком, крошечный пейзаж с домиком на острове. Амалия будет немного завидовать, конечно. Но я попрошу дядю Римтана, чтобы привёз брошь или кулон и для неё.

Хотя она вряд ли обидится, даже если не попрошу. Слишком долго мы знаем друг друга и слишком крепко дружим. Нас познакомили на Празднике Воды в Телионе, когда отец взял меня туда по каким-то своим торговым делам. Нам обеим было по шесть кругов, и я ужасно боялась оставаться в Ортеоне - слуги шептались о призраках, а ещё я тосковала по умершей мачехе, которую искренне любила. Амалия, кажется, впервые покинула тогда свой остров и боялась не меньше меня. Но смущение и страхи быстро развеялись, и мы хохотали, бегая вокруг огромного радужного фонтана на главной площади. Лар Сарто был доволен тем, что его дочь завела такое полезное знакомство - а мы просто веселились и играли.

Она всегда поддерживала меня, поддержит и теперь, в этой непростой ситуации с неожиданно обретённой сестрой. А я уж постараюсь не очернить имя рода.

Ложась спать, я отдала распоряжения о модистке. Пусть то, как я блистаю, затмит все слухи о бастарде дома Ортеон.

А с утра всё, похоже, начало налаживаться. После завтрака прозвучал колокол, прибежал лакей от пристани и сообщил, что к нам прибыли лари Сарто - Амалия с отцом. Я встретила подругу в саду, она была необычайно взволнована, а глаза горели так, что я в нетерпении схватила её за руку, предвкушая потрясающие новости. И не ошиблась!

- Просто обычное недомогание, - успокоила она меня в ответ на вопрос, почему не приехала накануне. - Подожди, послушай… Велари будут на открытии сезона, - с восторгом прошептала она. - Наконец-то приедут… Ты же понимаешь, для чего они приехали? Иони, представь, какая замечательная возможность…

- Племянники Амарто будут на балу? - Я чуть не задохнулась. - Оба?

Амалия кивала так, что шпильки чуть не вылетели из её причёски.

- Откуда ты знаешь? Ты уверена? - прошептала я, чувствуя, как кровь приливает к щекам. - Это же чудесно…

- Уверена! Ты вызвала модистку? Не упускай свой шанс!

- Не упущу, - с восторгом проговорила я, прикладывая ладони к пылающему лицу. - Ни за что!

Модистка прибыла чуть позже. Амалия сидела на диванчике и придирчиво оценивала образцы тканей, что та привезла.

- Юсиния, а можешь завтра приехать и к нам? - спросила она, поглаживая пальцем зелёный лоскуток шёлка. - Вот это мне очень нравится.

- Прошу прощения, лара Сарто, только через четыре дня. У меня каждая минута сейчас расписана, - без малейшего сожаления в голосе сказала модистка. - Тисси, подай мне ленту. Знаете, лари, поговаривают, что уже к середине сезона талия опустится на два пальца ниже. Дамы в срочном порядке пересматривают свои гардеробы. А ещё мне доставили эмалевые пуговицы. Очень, очень тонкая работа.

- И ты не привезла их? - возмутилась я.

- Отчего же, - лукаво улыбнулась Юсиния. - Тисси, а ну-ка, доставай!

Остаток дня мы провели, склонившись над пуговицами и тканями. Оттенки различались неуловимо, но малейшая ошибка могла превратить мой румянец в вульгарную красноту, а волосам придать противный рыжеватый оттенок. Такого просто нельзя было допустить. Счёт, конечно, вышел баснословным, но кого это волнует? Отец сказал - блистать!

- Мне кажется, у тебя есть все шансы заловить одного из племянников Амарто, - шепнула мне Амалия, прощаясь на пристани вечером. - Кому, как не тебе, претендовать на них?

Ах, как я надеялась на это! Велар Дастан Амарто правил уже двадцать четыре круга, и, к сожалению, так и не обзавёлся наследником. Велара Мисалия родила ему только двух дочерей, но любовь супруга к ней одержала безоговорочную победу над расчётом. Велар отказался от расторжения брака, чем вызвал непонимание со стороны многих придворных - добровольно, в общем-то, отдать власть детям родного брата… Что же! Это было мне на руку. Поговаривали, что племянники Дастана ещё и хороши собой. Как же мне не терпелось проверить, правдивы ли эти слухи! Ведь даже если они не правдивы - один из них станет следующим веларом. Вот это я понимаю, завидная партия!

Только за ужином я вдруг поняла, что не рассказала Амалии и свою новость. Подруга так растревожила меня, что приезд сиротки из ассарана просто вылетел из головы.

- Лара, вы хмуритесь, - забеспокоилась Нава, которая помогала мне переодеться ко сну. - Что-то случилось?

- Приютская мышь случилась, - сердито отозвалась я. - Как же не вовремя! Ладно, нам совершенно не обязательно демонстрировать всем этот позор, правда? И как это папенька умудрился… Думаю, её сразу выдадут замуж куда-нибудь ниже и севернее.

Заснуть не получалось. Я крутилась в постели, размышляя, как же, действительно, отец «умудрился». Я не знала маму, - она умерла после моего рождения, - но почему-то было так обидно за неё. Отец не раз говорил, как сильно любил её, да и дядя Римтан утверждал то же самое. Но какая же это любовь, если за несколько недель до этого…