Пиратская Сага: Под Чёрным флагом

Ночь. Берег Антигуа. В морской глади отражаются звёзды. Шум волн и крики ночных птиц слились воедино в симфонию джунглей, дополняемую разговорами матросов у костра. Его яркий свет отбрасывал тени на суровые лица моряков.

— В таверне ходят слухи, что рыбаки видели у этих вод, со стороны Барбуды, «Сабрину», — прохрипел одноглазый пират. — Тот самый бриг[1], что перевозит пленников на Барбадос. Там их вздёрнут или продадут на плантации. Королевский конвой, говорят. И среди пленников наш капитан, Остиан Крэйн. Старый друг и товарищ…

— Ближе к делу, Бэн! — перебил старого пирата Плешивый Райли. Его голубые глаза смотрели сурово, словно проникали сквозь собеседника. Потёртая кожаная жилетка, неопрятные грязные волосы и грубая щетина говорили о том, что скитания и бои оставили на нём свой след. Несмотря на прозвище, у него была неплохая шевелюра. Шрам на щеке и порез на лбу лишь подчёркивали его опасность.

Плешивый Райли поправил платок синего цвета, который красовался на его шее. Он хотел спасти Крэйна и чувствовал, как руки чешутся от желания отомстить за «Гарпию» и за всех ребят, что полегли у берегов Сен-Маартена.

— Нужно спасти Крэйна, — сказал он, подбрасывая палку в огонь. Вокруг них пламя костра разгоралось всё ярче, освещая грубые лица.

— И я хочу, Райли! — повышая голос, строго прервал товарища Одноглазый. — Не перебивай! — на его лице играли мрачные тени от огненного света, сильно выделяя шрамы и морщинистую кожу. Слепой глаз, способный, как считала команда, смотреть прямо в душу, придавал лицу неприятное выражение. Пират убрал седые локоны со лба и провёл пальцами по густой бороде. Секундами тянулась пауза, которой оценивал своих товарищей. — Наш старый друг хранит сбережения, — продолжил он, словно предлагая свою идею. — Мы можем освободить его, и тогда он бы мог разделить их со старыми друзьями... Как оплату за спасение… — сказал он хриплым голосом, будто бы нарочно растягивая слова. Взгляд Одноглазого обратился к матросам, ожидая их ответа. — Готовы ли вы рискнуть ради нашего капитана? — спросил он, прищурившись.

— С ума сошёл, Бэн?! — прокричал кто-то из пиратов, указывая кривым пальцем на украденный баркас[2]. — Мы с большим трудом стащили эту лоханку из порта, а ты говоришь о нападении на корабль, где нас ждут не менее трёх дюжин вооружённых солдат. Они проткнут нас штыками, не успеем даже моргнуть!

— Да, Бэн, он правду говорит, — вторил ему другой пират.

— Действительно, Бэн! — подхватил кто-то ещё. — Неужели, ты запамятовал, как месяц назад мы удирали от пушек? Мы потеряли всё в том бою у Сен-Маартена. Нас тогда было больше пятидесяти! — его голос дрогнул. — А где они сейчас, спрашиваю я? Я тебе отвечу, Бэн, — он развёл руками в стороны, надеясь, что кто-то ещё подхватит его речь. — В пучине морской сгинули парни!..

— Они тонули, в них стреляли, пока мы удирали на шлюпке! — подхватили пираты.

Среди матросов поднялся гул.

— Успокоили свой пыл! — бросил гневно Одноглазый. Матросы тотчас же затихли, давая понять, что старый пират ещё при авторитете. Раньше он служил боцманом при капитане. Сейчас же его бременем была роль вожака для оставшейся шайки.

Бэн молча смотрел на своих товарищей, чувствуя их сомнения и страх. Он понимал, что не может оставаться бездействующим, наблюдая, как их маленькая группа тает под гнётом противоречий. Но в его глазу горел огонь решимости, и он был готов пойти на всё, чтобы вернуть пиратскую славу, которая когда-то принадлежала им. Старый пират вздохнул и спокойно продолжил:

— Я сам набирал вас и наших покойных товарищей в команду. Я и Райли… И Крэйн... Не смейте мне кричать, что я забыл, как гибли наши друзья! Мы все прошли через многое под флагом капитана Крэйна... Понимаю, что не все ещё отошли от того кошмара. Но Остиан остался на «Гарпии», когда мы удирали на шлюпке. Он-то готов был уйти с кораблём! А может, кто-то из вас, солёных медуз, готов стать новым вожаком? Ну, у кого кишка не тонка, сказать, что слово старого Бэна уже ничего не значит, а? — хрипя, спросил Бэн, пронзительно взглянув на свою команду. Воздух наполнился напряжённым молчанием. Пираты затаили дыхание и не могли возразить, зная твёрдый нрав боцмана. — Так я и думал... Поэтому, поднимите руку смельчаки, кто готов спасти Крэйна.

Тишина опустилась над лагерем. Все слушали и смотрели внимательно на старого пирата, ощущая тяжесть прошлых битв на своих плечах. Они молчали, пребывая в раздумьях и воспоминаниях их последнего морского боя вблизи берегов Сен-Маартена. Битвы, когда их верный корабль пошёл ко дну.

Райли, сняв свою потёртую жилетку, провёл грубыми пальцами по свежему шраму, который перечеркнул наколку Полярной звезды. Как и все моряки того времени, Плешивый был проникнут суевериями, и он подозревал, что этот знак не сулит ничего хорошего. Но желание спасти своего старого друга было сильнее всех предрассудков, и он решительно поднял руку. Некоторые матросы, увидев пример старшего матроса, также подняли свои ладони, ведомые непоколебимым духом Плешивого Райли. Они знали в нём лихого рубаку, с которым лучше быть рядом, чем идти против него.

Бэн внимательно взглянул на людей вокруг костра и спросил:

— Где же наш парнишка? — обратился он к Райли.

— Я отправил его проверить нашу лодку и принести ещё рома. А вот и он, — ответил Плешивый, указывая в сторону приближающегося юноши.

Видом он был не старше двадцати двух лет. Одежда, как и у всех присутствующих, была изрядно потрёпана. Выделить можно было только золотой медальон в виде четырёхлистного клевера, что скорее мог накликать беду на своего владельца, когда тот проходил бы по безлюдным улицам ночью, чем принести удачу. На ногах сапоги из крепкой кожи, в которых можно не боясь устраивать вылазки в джунгли. Щёки покрывала густая щетина. Русые волосы, тускло светящиеся от бликов костра, прикрывали его уши. Но самое удивительное было в его глазах – чистых и карих, они отражали пытливость и независимость души, а блики от огня придавали его зрачкам глубины.

Он подошёл к костру и бросил на песок ящик с бутылками рома. Мгновенно вспыхнули огни в глазах пиратов, и радость заполнила их лица. Это был знак того, что вечер только начинается.

— Вот и сам принц! — шутя, воскликнул Плешивый Райли, потянувшись к бутылке. — Молодой мистер Форц, будущее пиратов! — матросы одарили его смехом. — Чёртова жажда замучила по самое не хочу!.. — Эй, Уилл, — обратился он к парню. — Мы голосуем за отсрочку скорой петли, уготованной Крэйну. — Райли откупорил бутылку и сделал несколько глотков. — Надерём красным чертям зад?

— Ты ещё спрашиваешь! — ответил юный матрос. — Капитан ­– великолепный человек. Капитан, каких мало. Будет обидно, если его жизнь закончится виселицей!

На лице Одноглазого Бэна промелькнула улыбка:

— Выходит, большинство за нападение. Вот и решено!.. — прохрипел Бэн. — Теперь осталось только придумать план.

Райли, суровый старший матрос с пронзительным взглядом, докладывал деревянные поленья, погружаясь в свои мысли.

— О… это надолго, — тихо отозвался он, обращаясь к молодому парню, присевшему рядом. — Уилл, не хочешь потренироваться в фехтовании? Не могу больше слушать их на трезвую.

Уилл улыбнулся и утвердительно кивнул ему.

— Давай, — сказал парень, помогая своему товарищу подняться.

Они отошли на некоторое расстояние от остальных и приготовились к поединку, обнажив оружие.

— Если сможешь победить, в награду получишь пару ракушек, — с лукавой улыбкой произнёс Райли и медленно приблизился к Уиллу. — Защищайся!

Началась битва, полная грации и мастерства. Размашистые удары Райли достигали своей цели, но Уилл, с необыкновенной ловкостью и реакцией, сопротивлялся, парируя их. Внезапно юный пират перешёл в наступление, ответными атаками. Бывалый пират с лёгкостью изворачивался от натиска юноши, успевая ещё выкрикивать насмешки.

Поодаль от костра, под звёздным небом, разгоралась учебная схватка между молодостью и опытом. Каждый удар, каждый уклон был точно отмерен и пропитан стремлением парня победить. И потому он допускал ошибки.

— Что за дрянь? Ну-ка соберись! —бывалый пират, с лёгкостью избегая молодого ученика, выпускал небрежные насмешки: — Моя бабка владела клинком лучше! Попробуй ещё раз! Вот так-то лучше! Неплохо, Уилл! Продолжай в том же духе и сможешь заколоть обезьяну! И то безоружную!

Пираты у костра засмеялись, наслаждаясь зрелищем. Отвлёкшись от разговоров, они начали вытряхивать малое содержимое своих карманов и делать ставки, но Бэн не одобрил такую затею. Звуки ударов стальных клинков разносились по песчаному пляжу. Тени фехтующих фигур плясали на песке, под ногами матросов, а из-под сапог во все стороны разлетались облака пыли. Пираты с энтузиазмом подбадривали юного матроса, а Одноглазый, кажется, на мгновение улыбнулся, наблюдая за его неуверенными, но мощными ударами.

— Ну-же, разве я так тебя учил? Следи за ногами, Уилл! — без одышки то и дело выкрикивал Райли, в погоне за совершенством выполнения приёмов. Он совершал блестящие пируэты и крутые повороты, демонстрируя своё мастерство. В то время как Уилл иногда запутывался в своих собственных ногах. — Вот так! Опа! — он подножкой выбил равновесие парня. — Ну-же, не позорь меня! Все смотрят…

Уилл неуклюже пошатнулся, но быстро нашёл опору в стойке. Последовало несколько попыток выбить из равновесия Райли, но тот непоколебимо оставался в стойке, иногда ловко отскакивая в сторону.

Плешивый был опытным бойцом и искусным фехтовальщиком. Ранее морской волк возглавлял абордажную группу, яро перескакивая на вражеские суда и завоёвывая их силой своего клинка. Сейчас же он выглядел не как раньше: в голубых глазах чувствовалась усталость, но опытным взглядом следил за каждым движением своего ученика. Когда Плешивому наскучило наблюдать, он с лёгкостью финтом выкрутил клинок из рук Уилла. Корд со свистом отлетел в сторону. Ещё мгновение спустя и острое лезвие Райли смотрело на парня.

— Достаточно, — сказал Плешивый, спрятав клинок в ножны. — Это было неплохо, но тебе ещё предстоит многому научиться… — он подошёл к корду Уилла и поднял его вверх. — Тренировки приносят пользу. Не забывай следить за своим дыханием, и, возможно, из тебя выйдет отважный корсар! — он дружески толкнул Уильяма в плечо.

— Хорошо, старый пёс. Однажды я у тебя выиграю, — заявил парень с уверенной улыбкой. — Вот увидишь!

Пират рассмеялся и подал клинок:

— Будем ждать этого дня! Но для начала тебе стоит научиться сражаться с капуцином, вооружённым всего лишь вилкой! — сказал он, положив ладонь на плечо парня. — Твой клинок должен быть продолжением руки. Пойдём, покуда эти пираньи не опустошили все бутылки.

Затем они вместе направились к костру, чтобы подпиться и подумать над общим планом. Когда оба приблизились к группе, Бэн, неустанно размышляя, поднял голову и сказал:

— Мы не можем атаковать их с суши. Это самоубийство! Единственный способ — с моря. Но, чёрт возьми, их пушки разнесут наш баркас на щепки!

Их разговоры смешались с шумом прибоя, создавая неповторимую атмосферуна пышном тропическом пляже, среди пальм и диких цветов. Травы и песка. Огня и угля.

— А что, если мы атакуем их неожиданно? — предложил Уилл, не сразу осознав, что выпалил это громко.

Все пираты повернули свои взгляды на него, полные ожидания и некоторой тревоги. Одноглазый, не выразил своего одобрения, но и не отверг идею Уилла.

— Продолжай, — сухо ответил Бэн.

Уилл, сидя на корточках, начал рисовать палочкой на мягком песке.

— Если мы знаем, что судно идёт со стороны Барбуды в Сент-Джонс, то оно, вероятно, будет проходить у Залива Рануэй, — произнёс он с уверенностью, очерчивая пальцем полукруг, изображающий местоположение залива. — Можем устроить им засаду.

— Нас для неё мало, — возразил Райли. — Это слишком рискованно.

Уилл не смутился и уверенно продолжил:

— У нас есть порох и клинки. И этого уже достаточно, чтобы сделать что-то значимое…

***

Солнце уже давно достигло своего пика, когда пиратский баркас затаился в заливе, ожидая прибытия британского конвойного судна. Уилл и Райли несколько минут назад заметили силуэт корабля, приближающегося с Барбуды.

— Ты думаешь, наш замысел сработает? — спросил Райли, не отводя взгляда от брига. Уильям молчал. Он был уверен только в том, что, если не сработает, то им придётся худо. — Не жалеешь, что присоединился к нам? — тихо продолжил Плешивый, нарушая мрачную паузу. Уилл вопросительно посмотрел на него. — Ты всего лишь четвёртый месяц в команде, а мы уже потерять корабль, — Райли остановился и окинул взглядом остальных десять матросов, скрытых под брезентом.

— Нет, — твёрдо заявил юный матрос.

— Почему же ты решил пойти в моряки?

Уилл скривил губы в хмурую улыбку:

— Деньги, слава, женщины…

— Ах да! Как же я мог подумать иначе? — Плешивый улыбнулся в ответ. — Все мы из-за этого бросаем спокойные жизни.

Уилл, переведя взгляд с брига на Райли, задал ему тот же вопрос:

— А ты чего?

Улыбка на лице пирата исчезла мгновенно. Он выглядел гораздо более серьёзным, даже суровее, чем прежде:

— Не от хорошей жизни… Мечтаю завязать со всеми делами и уйти в тихую гавань[3].

Уилл изумлённо посмотрел на своего товарища, не ожидая таких слов:

— Неужели кур будешь разводить? — насмешливо спросил он.

— Ага, — серьёзно ответил пират. — И коз.

Бэн стоял на возвышенности склона и заряжал аркебузу. Несмотря на то, что левый глаз был слеп, он считался лучшим стрелком в команде. Рядом с ним, так же с мушкетами, стояли Окунь и Бальтазар — два пирата, умеющих неплохо стрелять. Их задачей было прикрывать товарищей на баркасе с суши.

— Гляди-ка, вот они! — пробормотал Бальтазар, заметив приближающийся корабль вдали. — Идут на всех парусах. Сейчас-то мы им покажем месть флибустьеров с Тортуги!

— Терпение, парни, — прохрипел Бэн. — Терпение...

Окунь, засунул в сумку руку и задорно улыбнулся, перебирая пули между пальцами.

"Сабрина" с неожиданной скоростью для своего типа судна скользила по волнам. Плешивый, наблюдая за ней, подумал, что её скорость больше напоминает курьерский, или даже приватирский[4] бриг, а не боевой корабль. Хотя он и имел две палубы.

Двухмачтовый корабль шёл плавно, разрезая волны. На фок-мачте развевался английский флаг. Нос корабля украшала вырезанная из дерева женская фигура, держащая цветок у груди. По её состоянию можно было сказать, что бриг, вероятно, только что вышел с верфи или ещё не участвовал во множестве морских сражений.

Уилл и Райли с напряжением уставились на судно, которое спешно приближалось к острову. Они могли дать себе отчёт в том, что матросы на мачте уже заметили баркас и наверняка доложили о нём капитану.

— Думаю, пора, — сказал Плешивый и коротким движением руки дал знак пиратам. Они мгновенно подготовили оружие и, полностью укрывшись с головой, спрятались под парусным навесом. Всего пять человек остались на виду, включая Уилла и Райли.

Плешивый сильно потянул за канат и косой парус развернулся ветром. Один из пиратов повернул рулевое перо, и в следующий момент баркас полностью сменил направление, выставив нос к "Сабрине". Чтобы их не смогли отличить от настоящих рыбаков, Уилл и два матроса подняли рыболовную сеть, создавая обманчивую иллюзию.

Ещё двадцать минут Плешивый стоял у мачты, ожидая, когда расстояние между баркасом и бригом сократится. Когда они были примерно в двухстах метрах от него, он встал и приветственно крикнул. Уилл и три пирата решили помочь ему убедить матросов «Сабрины» в своих намерениях. Они начали свистеть, кричать и размахивать руками.

В то время корабль ещё не успевал зайти в порт, как на борту уже знали от рыбаков о всех событиях, происходящих в городе. Вот и уловка пиратов сработала.

— Эй, в лодке! — громко раздался голос с корабля. — Вы можете подойти к нам, только делайте это без резких движений на палубе! Мы поглядим, что вы за пташки.

— Смотри, Плешивый! — с восторгом воскликнул юный матрос. — Сработало!

— Сейчас, парень, ты увидишь занимательное зрелище, — ответил Райли, хитро улыбаясь. Пираты спустили вёсла в воду.

Меньше, чем через десять минут, баркас и бриг поравнялись. Пираты подошли на своём судне и повернули его, чтобы идти вместе с бригом. С "Сабрины" кинули швартовые. Пираты ловко ухватили канаты и приблизили баркас к кораблю. Фок и грот марселя[5] на корабле были спущены.

Бриг имел приятное песчаное окрашивание у линии пушек. Три из семи двадцати фунтовых пушек выглядывали из пушечных отсеков на левом борту, устрашающе смотря на баркас. Ещё две находились на носу. При желании бриг можно было снарядить ещё пушками на верхней палубе — другие пушечные порты оставались неиспользованными.

Матросы с любопытством разглядывали рыбаков. Около семнадцати мужчин на верхней палубе и ещё восемь на мачтах – посчитал Уилл. Он взял в учёт, что ещё от двух до четырёх канониров стоят у пушек.

— Добро пожаловать, славные моряки, в Антигуа! — бодро выкрикнул Плешивый Райли. — Мы рыбаки из Сент-Джонса. Рады видеть вас в наших краях!

— Доброго дня, — отозвался голос с юта. — Я Эван Дабс, капитан «Сабрины».

— Давно в плавании?

— Уже более трёх недель под парусом, — ответил ничего не подозревающий Эван и подошёл ближе к борту.

— Портовые девки смогут утешить вашу тоску! — рассмеялся Райли и, остановив взгляд на капитане, пристально посмотрел ему в глаза. — Всё ли хорошо было в пути, капитан Дабс? Я и сам в прошлом был моряком…

— Спасибо за заботу, рыбак. Путешествие с Невиса прошло не так гладко, как мы надеялись. Передай в городе, что сюда надвигается шторм. Через несколько дней настигнет остров, — капитан сделал небольшую паузу и продолжил: — Ещё расскажите всем что наши парни наткнулись на проклятых пиратов рядом с Сен-Маартеном. Шайка Крэйна. Они долгое время не давали покоя торговцам и жителям колоний. Теперь это в прошлом, наша эскадра отправила их корыто на морское дно.

Уилл посмотрел на Райли, его кулак сжался от напряжения. Парень побледнел, понимая, что этот жест может выдать их и разрушить план. Повезло, что никто на корабле не обратил внимания на это движение.

— Я надеюсь, что наши храбрые солдаты преподали этим подонкам настоящий урок, — сказал Райли, стараясь сохранить спокойствие. —Они больше не осмелятся грабить корабли под флагом нашего великого короля.

— Да. Смерть этих кровопийц послужит примером для всех остальных разбойников, что наш флот готов уничтожить любого душегуба без капли сожаления, — похвалился капитан Дабс, его голос звучал гордо и решительно. — Но что ты слышал? Какие слухи и новости ходят по трактирам?

— Говорят, недавно у береговой зоны пропало английское судно… — загадочно произнёс собеседник.

— Из-за шторма или же это дело рук пиратов? — спросил капитан Дабс, его взгляд, обращённый на собеседника, был полон интереса.

— Скорее всего, пираты… Ведь штормы уже давно не наблюдались в этих краях, — ответил Райли, но только рядом стоящий к нему Уилл слышал, с каким презрением его товарищ это произнёс.

— Ух, проклятые пираты! Ну ничего, скоро и этих отправим к дьяволу!

— Не сомневаюсь, — раздражение скрывать становилось сложнее.

— Есть ещё какие-то новости? — настойчиво спросил капитан.

— Да, — Райли сделал паузу, чтобы отошли эмоции. Украткой взглянув на тент, продолжил: — Говорят, что в джунглях скрывается шайка разбойников, но несмотря на это, ничто не сможет помешать ростовщику провести празднование в честь свадьбы своей дочери. На это мероприятие приглашены все влиятельные люди города...

Баркас и бриг плавно приближались к коварной зоне, где Одноглазый и его парни с аркебузами ожидали их в засаде. Настало время переходить к следующему этапу плана.

— В таверне у пристани происходят удивительные вещи! Цены на трёх бочонках крепкого эля снижены до цены двух. Неслыханная щедрость! Обязательно загляните туда. Это все новости, что знаю, — проговорил Райли, понижая голос и одновременно оглядывая область, где Бэн с помощниками скрывался за кустами.

— Тогда не буду вас задерживать, — отозвался капитан Дабс.

— Капитан, подождите! Примите в качестве подарка эту превосходную бочку эля, — предложил Райли, легко похлопывая по боку бочонка.

Эван Дабс, не заподозрив подвоха в щедрости, ответил: "Валяй", – и сделал жест, указывая на двух матросов. Райли и Уилл быстро взялись за бочонок и перекинули его через борт «Сабрины». Несколько матросов ловко поймали приманку, не подозревая, что их ждёт. Пираты пригнулись, делая вид, будто они готовы развязывать канаты и отстыковывать баркас.

— Пригни голову, парень, — прошептал Плешивый Уиллу.

Тем временем на возвышенности пираты-стрелки уже приготовились.

— Бэн, они передали бочонок, — сообщил Окунь, держа палец на спусковом крючке.

— Вижу, — ухмыльнулся Бэн, направляя своё ружьё. — А мы сейчас одним глазком…

С возвышенности раздался выстрел, а через мгновение громкий взрыв эхом пронёсся по заливу. Несколько секунд спустя палубу накрыл едкий запах пороха. Были слышны истошные крики и надрывный кашель.

Уиллу заложило уши, но он всё равно услышал зов:

— К бою, морские братья! — закричал Райли и, обнажая тесак, перескочил на палубу.

За ним немедленно последовал Уилл. Пираты скинули с себя тент и бросились на абордаж. В «Сабрину» полетели сети и дымовые гранаты. Кто-то прыгал сразу на борт, другие зажимали сабли в зубах и ныряли сначала в воду, а потом взбирались по сетям на палубу.

Матросы, не настигнутые смертоносной картечью из бочонка, ещё не успели опомниться от происшествия, как были сражены клинками безжалостных флибустьеров. Пираты, врываясь на палубу, размахивали оружием и кричали, сея ещё больше паники среди выживших солдат. Вдруг с возвышенности раздалась серия выстрелов, и марсовой[6] матрос, попавший под пулю, упал с мачты в тёмную воду. На корабле разгорелся бой

Ловко орудуя тесаком, Райли пробился к трапу в трюм, оставляя за собой безжизненные тела.

— С дороги, селёдка! — прорычал он, рубанув матроса, вставшего ему на пути.

Плешивый ворвался на нижнюю палубу, настигнув смертью ещё несколько солдат. Было темно, и ему пришлось оторвать масляную лампу с гвоздя. Сразу заметив клетки с пленными, он мгновенно в два прыжка приблизился к ним.

— Капитан! Крэйн! Это я, Райли! — прошептал он громко во тьму клетки, поднимая лампу выше, чтобы рассмотреть лица пленных. На него смотрели истощённые люди с бледными лицами.

— Глазам своим не верю! — раздался восторженный голос. — Никак старуха с косой смогла свести меня с моим старым товарищем! Это действительно ты, Плешивый?

Райли приблизил лампу к прутьям и внезапно узнал знакомое лицо.

— Крэйн! Рад тебя видеть, старый ты чёрт! Да, это не кто иной, как я сам, собственной персоной явился к тебе их самых глубин ада! Уверен, моё присутствие приятнее, чем той костлявой, что уготовила тебе петлю. Сейчас она решила устроить встречу с мундирами, что посмели держать моего давнего друга в клетке! — Райли схватил корабельный топор и с силой несколько раз ударил по замку. Железная конструкция не сопротивлялась долго и наконец развалилась, освобождая пленных, чьи оковы звенели внезапной свободой. — Вот так!

— Ох, старый товарищ, — капитан обнял Райли. — Медузу тебе в печень, вон же ключник лежит!

— Нет времени на радость, Остиан. Скоро мы захватим эту красотку! — быстро проговорил Райли и подал ключи Крэйну. Без малейшей задержки Остиан принялся освобождать заключённых из оков. — К оружию! Живей! Живей!

На верху продолжался ожесточённый бой. В ход шли пистолеты, кулаки, дубинки и клинки. Мёртвые тела один за одним падали, заливая палубу кровью. Пиратам приходилось трудно, английские моряки вытесняли их к носу корабля. Но всё изменилось в одно мгновение, когда на палубу выбежали освобождённые из плена мужчины. Отрезанные от возможности отступить в трюм солдаты были окружены у мачты. Яро защищаясь, они пытались выйти из нелёгкого положения.Все их силы были брошены в защиту, окружённые отчаянно стремились выбраться из этой зловещей ситуации, но натиск пиратов и выстрелы с возвышенности безжалостно прореживали их ряды, создавая мрачное зрелище смерти и подавления.

Где-то в глубине капитанской каюты звучал мощный грохот и звон битвы. Несколько солдат перевернули стол и использовали его как непроходимый барьер, блокируя проход для нападающих пиратов. Они героически отстреливались, неуклонно защищая свою позицию и создавая небольшой островок безопасности от сабель и кинжалов, которые угрожали им.

Уильям лихо отбивался у шлюпок, удачно парируя налетающие на него выпады противника. Внезапно один из врагов проник за его спину, готовясь нанести удар, но Плешивый вовремя пришёл на помощь, оттолкнув моряка сильным ударом древка.

— По сторонам смотри! — строго упрекнул Райли, мрачно улыбаясь. — После этой заварушки мы отведём тебя на посвящение в морской погреб! Локоть к локтю мы пройдём через пару бочонков рома!

Уилл в ответ улыбнулся:

— Я согласен, но только если это будет за твой счёт…

Около мачты оставалось меньше дюжины солдат, когда Остиан Крэйн отскочил в сторону и громко закричал:

— Преданные смертники, так отчаянно защищающие своё судно, не должны умирать так! Сдавайтесь, смельчаки! Мы милостиво предлагаем вам сохранить жизнь! Опустите оружие, и мы пощадим вас! — бой между пиратами и матросами утих не сразу, но сражение всё же было остановлено. Английские моряки встали спиной к мачте, дрожащие от страха, и, испуганно водя глазами по сторонам, тревожно наблюдали за развитием событий. — Повторяю. Выбросьте своё оружие! Мы дадим вам шанс на жизнь!

— Ты думаешь, что мы поверим слову пирата? — раздался из заслонённой каюты молодой голос, услышав который, Уилл готов был поклясться, что ему показалось, но тот звучал знакомо.

— Я не должен этого делать, однако вас могу помиловать! Но будьте предупреждены: в случае отказа, мы обрушим огонь на каюту! — громко отозвался капитан в ответ. — Если вы сдадитесь, мы потребуем выкуп от властей Сент-Джонса. После этого вы сможете покинуть бриг и вернуться к своим семьям, — ожидая, что голос из каюты опять ему не поверит, Остиан прибавил с проникновением: — Моё слово, как капитана Остиана Крэйна, ещё что-то значит в этих водах! — его голос пронёсся по кораблю громом, пронзая обе стороны.

Тишина окутала корабль, словно время замерло для напряжённых сердец на палубе. Наконец-то, из каюты донёсся ответ:

— Хорошо!.. Мы принимаем условия. Опустить оружие!..

Всё было решено. Английские моряки после некоторого раздумья начали бросать своё оружие на палубу и поднимать руки в знак сдачи. Скрипы передвигающейся мебели раздались из каюты.

Капитан Крэйн махнул рукой и призвал к себе. Райли и Уилл обменялись взглядами и, сопровождаемые ещё одним пиратом, подошли к капитану, не опуская оружия из рук. Они провели его до каюты.

В дверях появился молодой парень и за ним ещё двое солдат. Беспокойно они огляделись, но парень решительным шагом направился к пиратам, держа руку с саблей сверху.

Он был одет в сержантский мундир, который подчёркивал его фигуру. На голове сидела войлочная шляпа с украшением из пера, добавляющая элегантности его облику. Побледневшее потное лицо с короткой чёрной бородкой, аккуратно подстриженной у шеи, контрастировало с завивающимися длинными волосами, которые спускались на его лоб и уши, едва скрывая серьгу в левом ухе. Он выглядел как аристократ или человек из благородной семьи, но его руки говорили о том, что он живёт военной жизнью. Несмотря на всё это, в его серых глазах не было страха перед пиратами, только презрение. Теперь Уилл не сомневался – это был он!

— Джейсон?! — сорвалось у него из уст.

Уильям замер, не смея поверить своим глазам. Сабля упала из рук мужественного сержанта, словно от удара молнии.

— Уилл? — вскрикнул парень,его голос был настолько насыщен эмоциями, что дрожь слышалась в каждом слове. — Но какого чёрта... Ты здесь. Ну… здравствуй, братец…

***

Чайки кружили над волнами, создавая впечатление безмятежности. Словно мир покорно преклонился перед морем, затаив дыхание. Райли, подсчитывая жертвы и раненых, между делом допытывался у освобождённых пленников об их прошлом, национальности и причинах попадания в плен. Капитан и Уилл, прижавшись к борту, стояли на капитанском мостике, подобно морским стражам. Остиан, опёршись на изящные перила мостика, медленно набивал трубку табаком.

— Так что же, это твой план спас мне жизнь? — начал разговор капитан Крэйн. — Ну, рассказывай, да ничего не утаивай. Всё равно я узнаю правду, и тогда будет хуже… Говори, кто твой отец и почему твой брат стал солдатом? Расскажи мне всё до мельчайших подробностей.

— Нет особого повода для подробного рассказа, — ответил Уилл, между тем как следил за движением на палубе. — Мы сводные братья, давно навидевшиеся. После смерти отца, когда мне было всего пять, меня приютили в семье… военного, — парень запнулся, глаза его устремились вдаль.

Остиан положил большой палец на губы и задумчиво выпустил дым. По его выражению можно было подумать, что он пропустил мимо ушей последнюю фразу Уилла, но на самом деле просто сохранял свою хладнокровность. Капитанскую выдержку и ясность мысли. Его глаза быстро охватывали всё рядом с ними.

— Вот, значит, как! Не находишь странным, что после твоего появления на моём корабле мы попали в засаду? — Остиан задал вопрос шёпотом, с устремлённым взглядом на Уилла. — Поклянись, что ты не причастен к этому, или сейчас же полетишь в мешке за борт!

— Сгинуть мне на этом месте! — воскликнул Уилл.

— Береги язык! — капитан прикрыл рукой рот Уильяму и прошептал: — Я верю… Кто на корабле знает ещё об этом?

— Только вы, сэр, и мой сводный брат.

— Тебе лучше помалкивать. Это ради твоего же блага. Команда разорвёт тебя, когда узнает. Как бы людям хотелось повесить тебя и твоего брата на рее в качестве предостережения для англичан! Но это не вернёт мне «Гарпию» и моих людей. Зато благодаря тебе я свободен. Вот что, парень, не трепись об этом разговоре, чтобы всем было… лучше, — Крэйн выпрямился. — Но я всё же должен тебе. Проси, чего хочешь!

— Мне будет достаточно, чтобы вы хорошо относились к моему брату.

— Я дал слово, — ответил Крэйн, но заметил угрюмый взгляд молодого человека. — Разве так реагируют на добрые вести?

— Извините, капитан. Дал волю мыслям. Я представлял себе другую встречу с братом.

Остиан задумчиво молчал, снова и снова выпуская дым. Он потрепал парня по плечу и подбодрил:

— А смелости тебе не занимать! Плешивый уже рассказал мне, что ты вместе с ним первыми вскочили на палубу, не боясь вражеских клинков. А знаешь, что? — бодро сказал капитан. — Думаю, ты засиделся в корабельных мартышках[7]. Теперь ты будешь среди моих парней и важным членом абордажной группы. Будешь ходить со мной в вылазки на берег!

— Я очень рад, — на лице Уилла возникла улыбка, но его взгляд остался прежним.

Капитан удивился тусклому лицу парня, облокотившись на перила, он снова затянул дым и, тяжело выдохнув и смотря на палубу, сказал:

— Я потерял своего брата почти двадцать пять лет назад, — проговорил Крэйн, словно вспоминая далёкое прошлое. Уилл пришёл в себя и с интересом посмотрел на капитана. — Я не вмешиваюсь в ваши дела, но брат – это брат, даже если он сводный и носит другой мундир, — смягчил тон Остиан, а затем, снова приняв свою характерную строгость, быстро добавил: — Вы можете общаться, но без каких-либо нежелательных выходок!

В этот раз Уилл искренне улыбнулся ему и собрался поблагодарить, но их разговор прервал появившийся из-за борта Бэн. Вид у него был довольный.

— Приветствую, капитана Крэйна! Разрешите нам, морским волкам, подняться на борт? — усмехаясь, спросил Одноглазый и ловко перелез через фальшборт. — Вижу, ты у штурвала!

— Да лопнуть мне на этом месте, если это не Одноглазый Бэн! — капитан обнял старого друга. — Здравствуй, пройдоха! А кто у нас тут? Бальтазар и Окунь! Вы ещё живы, солёные медузы!

— Капитан Крэйн! — воскликнул Окунь с радостью.

— Живой и снова у штурвала! — смеясь, добавил Бальтазар.

— Рад вас видеть, парни! Так и знал, что это вы расправлялись с теми негодяями, чёрт побери!

— Да, Остиан, — медленно и уверенно прохрипел Бэн, подходя к Уиллу, и положил ему руку на плечо. — Ловко парень придумал, а? Ты великолепно справился!

Несмотря на преклонный возраст Одноглазого, Уилл почувствовал крепкую силу в хватке Бэна, от которой пробежали мурашки по всей спине. Взглянув на пирата, которому давно перевалило за пятьдесят и, возможно, шестьдесят, судя по его хриплому голосу, парень не мог не поразиться его физической мощи.

Бэн оглядел палубу, его взгляд остановился на страшной куче трупов, накрытых тентом.

— Ну, вы тут, кажется, неплохо развлеклись! Заварушка, наверное, была жёсткой!

— Средней паршивости, — ответил капитан. — Этот корабль теперь наш!

Медленно поднимаясь к капитанскому мостику, Райли приближался к ним. Взгляд его скользил по лицам отважных моряков, и он не мог сдержать улыбку, вспоминая, как взорвался бочонок.

— Вот это был выстрел, Бэн! — не удержался он от шутки, скривив гримасу. Потом, обратившись к капитану Крэйну, он сообщил: — Остиан, мы потеряли троих парней.

— Кто погиб? — мрачно спросил капитан, выдыхая дым.

— Чалдон Джо, Чёрный Фрэнк и гамбуржец Джорджи.

Остиан тяжело выдохнул и посмотрел на накрытые тела.

— Вот и их время настало. Хорошие были парни, — он снова посмотрел на Плешивого и спросил: — Смерти среди освобождённых?

— Угу, шестеро, — ответил Райли, покосившись на мертвецов. Он вновь перевёл взгляд на капитана. — Спасённые разных наций. Среди них есть как испанцы с ирландцами, так и чёрная кость. Ты провёл с ними долгое время в клетке, возможно это сможет убедить их примкнуть к команде. Свободные руки нам сейчас нужны.

— Я займусь вербовкой, — вызвался Бэн.

— Хорошо. Раненые есть?

— Да, двое наших. Их раны не слишком серьёзные. В отличие от взятых в плен солдат — семеро, — Райли задумчиво вытер лоб. — Не все из раненых смогут дожить до следующего утра. Из вражеских – мы вырезали тридцать два матроса. Всего с учётом раненых и сержанта в кандалах находятся девятнадцать человек.

— Обеспечьте помощь всем нуждающимся. Окунь и Бальтазар помогут тебе в перевязках, — капитан бросил взгляд на палубу. — Это замечательно! Несмотря на небольшое число человек, вы смогли захватить корабль и выпустить пленных. На восходе следующего дня мы отправим человека с требованиями выкупа. Теперь мундиры узнают, на что способны отважные пираты с Тортуги!

— И всё благодаря этому парню! — улыбнулся Райли, указывая на Уилла, и обратился к нему. — У тебя был отличный план!За это я угощу тебя выпивкой в таверне!

— Ха-ха! Да, этот парень умён, — смеясь, сказал Остиан, глядя на Уилла. — Теперь он в нашей абордажной группе.

— Это замечательно, Остиан! Я уверяю тебя, ты не пожалеешь о своём выборе! Этот парень умеет махать клинком.

Уилл немного смущённо улыбнулся:

— Да, капитан. Я постараюсь оправдать ваши ожидания, — с преданностью в голосе подтвердил Уильям.

— Мне нравится этот парень! В нём определённо есть хватка акулы! — Крэйн повернулся к Райли и приказал: — Скажи заключённым, что тот, кто первым разорвёт на себе мундир и помочится на него, того я лично приму в команду и накормлю сытным ужином! — Остиан посмотрел на своих подопечных. Окунь и Бальтазар кивнули ему и отправились в трюм. Крэйн продолжил: — Отправь людей на мачты. Поднимаем паруса и направляемся в северную часть Антигуа, к острову Лонг.

— Понял. Что делать с баркасом? — спросил Райли, указывая на него.

Взглянув на баркас, Капитан Крэйн не удивился – он знал, на что способны его друзья. Даже если им предстояло захватить корабль на старой лоханке.

— Проведём церемонию погребения на нём. Оставьте там тела, привязав к каждому по ядру. Затопите с мертвецами баркас, — ответил он.

— Будет сделано. Могу я идти? — спросил подчинённый.

— Подожди. Райли, а у нас есть врач или кто-то разбирающийся в медицине? — спросил Остиан. Плешивый покачал головой в ответ. — Жаль, нам бы пригодился хороший врач. Кажется, я знаю, где найти такого.

— Ты говоришь про Костоправа?

— Да, придётся навестить Сантьяго-де-лос-Кабальерос, — сказал Остиан Крэйн.

— Мы с ребятами сможем малость подлатать раненых, — проговорил Райли, на что капитан кивнул. Плешивый, уже готовый выполнять приказ, спустился по трапу, но замедлил шаги. — Может, будет интересно, — остановился он, — у нас есть штурман.

— Штурман? — удивился Крэйн.

— Да, некий Билл Штурвал. Он из освобождённых.

— Хорошо. Позови его ко мне, — согласился Остиан. Он провёл взглядом Райли и взглянул на Одноглазого Бэна. — Составишь мне компанию на капитанском мостике?

— С удовольствием, Остиан! — ответил старый пират, подошёл к штурвалу и, набрав воздуха в хрипящую грудь, с наслаждением выкрикнул: — Эй, хватит лясы точить, солёные медузы! Капитан на мостике, едрить вас в четверо! Разворачивай паруса! Идём к острову Лонг!

Команда с восторгом приветствовала капитана и его одноглазого боцмана, произнося дружный "хэй", и немедленно принялась выполнять приказы.

— Ха-ха! Смотри-ка, не забыл, как это делается! — с улыбкой сказал Бэн обратившись, к Крэйну.

— О, да приятель! — радостно ответил Остиан и положил ему руку на плечо. — Как же давно я не слышал твоего льющегося голоска!

Пираты развернули паруса и направились к маленькому острову Лонг, в надежде избежать столкновения с морским патрулём, который, несомненно, был бы привлечён выстрелами и взрывом.

Остров был отделён от Антигуа морем и пользовался большой популярностью среди контрабандистов. На его пляжах часто проводились тайные сделки по работорговле и продаже запрещённых или редких товаров. В случае облавы контрабандисты могли быстро уйти в открытое море, в более редких случаях – скрыться в густых джунглях.

Уильям всё ещё стоял на мостике, ожидая каких-либо указаний. Казалось, про него уже и забыли. Через несколько минут к ним поднялся человек, насвистывая под нос с явным восторгом. Его тёмные волосы, собранные в маленький хвост, прикрывала поднятая с мертвеца треуголка. Из-под небольшой чёрной бороды выглядывала широкая улыбка, в которой привлекал внимание золотой зуб. Его лицо было бледным, отчего в нём сразу было заметно, что он бывший заключённый, который не видел солнца несколько недель. Грязная рубашка была закатана в рукавах, из-под них выглядывали огромные волосатые руки, полностью забитые татуировками. Самая большая наколка изображала штурвал. Он не имел обуви, видимо, его сапоги были отобраны стражей. Его большими пальцами ног, как насмешкой подумал Уилл, при желании можно и крысу придавить. Человек подошёл и весело сказал:

— Билли Штурвал, пришёл по приказу капитана! — мужчина говорил средним, но очаровывающим голосом.

Остиан внимательно посмотрел на него, оценивая с головы до пят.

— Я тебя помню. Ты сидел в соседней клетке. А чего весёлый такой? — недоумевая, спросил Крэйн.

— Так я работу нашёл, шкипер!

— Остиан Крэйн, — пояснил капитан, улыбнувшись его задору. — Так, значит, весельчак… Хорошо, Билл, ты справишься с бригом?

— Конечно, капитан! Я моряком хожу с пятнадцати лет. Раньше был под парусом ещё с Хромым Ваулом. Слышали о таком?

Крэйн задумчиво почесал затылок.

— Да, слышал о нём… Его корабль разбился у берегов Кайкоса. Так потом ещё и французы поймали и повесии…

— Наверное, это потому, что меня тогда на корабле не было, — быстро отводя глаза в сторону, ответил Штурвал, пытаясь улыбнуться.

— Ну-ну! — засмеялся Крэйн. — Ты смешной малый! Хорошо, пусть будет так. Становись у штурвала. Добро пожаловать в команду! — Они пожали руки, но Остиан решил задержать Билла. — Ну, слушай сюда, Билли, если мы нарываемся на мель, я утоплю тебя в бочке с ромом!

Штурвал так и не понял, была ли это шутка из уст капитана или нет, но проверять он не захотел, поэтому неловко улыбнулся и кивнул головой. Крэйн разжал руку, и Билл подошёл к рулевому колесу.

— Команды?

— Отправляемся к острову Лонг.

— Принято, капитан! — быстро отозвался новый штурман.

— Уильям, парень, — обратился с доброй улыбкой капитан. — Стяни с мачты корабля королевский флаг. Мне это тряпьё надоело!

Молодой человек кивнул в ответ, развернулся и спустился на палубу.

Остиан Крэйн встал величественно у перил. Команда уже понимала, что сейчас настала очередь капитана, старого товарища и морского волка, отдать приказ. Пираты замолчали, смотря на капитанский мостик. Крэйн с отцовской улыбкой выждал момент, а потом закричал:

— Эй, на палубе! Шевелитесь, шальные псы! Вы во всю распоясались без капитана! Ну ничего! Старина Крэйн возьмётся за ваши облезлые шкуры, брамсель[8] мне в левое ухо! Здесь ваших мамочек нет… а жаль! Быстрее двигайтесь!

— Хэй! — оживлённо воскликнула команда.

Бэн засмеялся и похлопал рукой по плечу Крэйна.

— С возвращением под чёрный флаг, приятель…

[1] Двухмачтовое судно, с прямым парусным вооружением на мачтах.

[2] (итал.) Barcaccia — большая лодка с двумя мачтами.

[3] (досл.) Остепениться, обзавестись семьёй, завести хозяйство.

[4] Приватир — английское название капера или корсара.

[5] Марселя – прямые паруса, ставящиеся на марса-рее. Зачастую самые большие паруса на мачте.

[6] Марс – площадка на топе составной мачты, к которой идут ванты.

[7] (разг.) Корабельная мартышка — матрос

[8] Брамсель – прямой парус, ставящийся над марселем на брам-рее