Письма из летнего лагеря

Здравствуй, моя дорогая бабуля.

Не удивляйся, пожалуйста, что я пишу. Вожатая сказала, чем слезы лить, лучше письмо написать. Больше толку будет.

Привела к себе, бумагу дала. Я просил маме позвонить, отказала — на всех телефона не напасешься, потому что он казенный и потому что у взрослых и без звонков мамам дел полно. Я сел писать и все равно плакал. Бумага теперь съёженная. Прости.

Плакал, потому что скучаю. И потому что мама обманула. Сказала, что мне понравится тут, а мне не понравилось. Зачем я вообще сюда три дня в поезде ехал? В поезде мне нравилось, а тут нет. Ну и что, что «Артек»! Я скучаю очень. И домой хочу. Или к тебе. Я помню какой у тебя дом и сад тут в Крыму, хоть и маленький был, когда последний раз к тебе приезжали. Ты пироги стряпала вкусные и синенькие тушила. Это мама рассказывала. У нас фотография есть, где я с персиком у тебя во дворе стою. Гигантский такой! В ладошки не помещается. Вот бы попробовать. У нас таких не продают. Мама рассказывала, что дедушка, когда жив был, мне удочку давал подержать. Спиннинг. И на рыбалку брал. На море. А я не помню. Но помню костёр. Большой. В ночи. Мы с мамой даже спорили. Она говорит, что это мангал был. С шашлыками. А я знаю, что костёр. Мы с папой веточки сухие клали, бумагу и щепочки, чтобы разгорелся лучше. Он и разгорелся. Высоко-высоко вверх. Папа меня на плечи посадил и я смеялся.

Я по папе и дедушке до сих пор скучаю. Очень. И плачу иногда дома. Ночью. Днём нельзя. Мама расстроится.

Ты, бабулечка, на автобусе ко мне приезжай. Ну их, эти машины. Вдруг опять авария. И по сторонам смотри. Я всегда теперь смотрю. Мама говорит, что мы вместе держаться должны.

Говорит так, а сама сюда отправила. Отдали бы путёвку соседу Мишке, он отличник тоже и тоже в соревнованиях выигрывает. По боксу, а не как я по шахматам.

Бабулечка, сколько у вас идёт письмо? Вожатая сказала, что ты скоро получишь. Ты как получишь, дай знать, пожалуйста.

Очень тебя люблю. И маму.

Твой внук Дима