Пива героям!

Однажды, недалеко от одного портового города, в таверне, собрался местный народ: люди, орки, гоблины… Сидели, пили пиво, ели мясо, ржали, как кони… Кто-то перепил, и его унесли на задний двор, дабы своим… Эм… Храпом, не смущал остальных. Всё было хорошо, всем было весело. Как вдруг — входная дверь открылась. Ну открылась да открылась, подумаешь… Однако взгляды всех сидящих направились именно туда. В дверь зашёл гном. Ну знаете, такие метр с кепкой в прыжке. Но этот был дюже бородат и суров. За его спиной висел топор. Он молча, без шума подошёл к бармену.

— Вай, дарагой! Налэй мнэ тёмного портэра! Вашэ в горлэ польный сющняк!

Бармен молча достал кружку, и начал наливать в неё пиво. Сидевший рядом с гномом человек обращается к орку:

— Слышь, Боркул, расскажи сказку!

— Про то, как гном профукал каску?

А её эльф какой-то уволок,

И прибил на потолок? — сказал огромный тёмный орк.

В таверне стоял дикий хохот. Гном молча сидел, и смотрел вперёд. А затем, когда бармен отдал ему кружку с пивом, плеснул пивом в Боркула. А рядом сидевшего человека вырубил ударом кружки по голове. Тот сполз со стула, а гном схватил топор и спрыгнул на пол. Вокруг него собралась нехилая такая толпа, горящая желанием отомстить обидчику. Гном же спокойно им говорит:

— Щто? Думалы, малэнкий, да нэ удалэнкий? Вай, смотри — гномик! А давай его обидым!

Толпа молчала. Гнома понесло:

— Гиви такых урок с гопныками в пэрвую жэ минуту сотню нарубиль! В Изенгарде!

Орки и гоблины напряглись. Их никто и никогда так не называл. Гном же дальше рассказывает:

— Эсли би нэ Гиви, то Агроном так би и нэ побэдил Са́урона! А Пэндальф и дальше би биль Пэндальфом Сэрым, а нэ Сащей Бэлым! И нэ побэдыл бы Сарумяна, каторый сын Вассэрмана, вах! А Агроном, сын Агропрома, да сых пор биль би бамжом! А ети карапузы да сых пор нэсли это мегазападлянское кальцо!

Напряжение в таверне чуть снизилось. Все слушали Гиви. А того и без спиртного понесло такое рассказывать! И как он спас бессмертного, в общем-то, Логоваса от смерти, когда тюнингованые на́згулы атаковали. И как он единственный во всём отряде раскусил предательство Баралгина. И как он Бандерлога с огнемётом порошковым огнетушителем уделал. А потом Пендальф Серый этот порошок с «Тайдом» перепутал. И как он Голого гонял по всей Мордовии. Все стояли, разинув рты! В глазах читалось удивление, восхищение и страх перед гномом.

— И эслы би нэ Гиви, ми би нэ прашлы черэз Уморию! — распалялся гном. — Толка мой братыщка мог би памочь! Но нэт — ми побивалы на его магилэ. Где па-русски напысано «Спи спакойна, таварыщ Балин, стахановэц вэчный»!

В это самое время в таверну тихо вошла небольшая группа. Она состояла из весьма бомжеватого вида человека, эльфа-латыша в спортивном костюме и с зелёным ирокезом, толстощёкого хоббита с дубиной, и бородатого, одетого в белый балахон, с длинной трубкой волшебника. Который достал ксиву:

— ГУВД Гондураса! Всем оставаться на своих местах, бульбуляторы не прятать!

Все присутствующие, кроме Гиви, замерли. Тогда как гном радостно вскинул руки и побежал на встречу:

— Вай! Каво я вижю! Пэндальф! Лагавас! Аграном! Сэня! Вай, всех абныму!

— Гиви, усспакойсся, — слегка растягивая говорит Логовас.

— Ты забыл? Я теперь Саша Белый! Хоть и продолжаю служить в ГУВД Гондураса, — сказал Пендальф.

— Гиви! Братан! — кинулся к нему навстречу карапуз Сеня Ганджубас. Они обнялись.

— Гиви, я смотрю, ты и здесь аншлаг собрал? — сказал Агроном, доставая меч.

В таверне повисла тишина. Ибо байка, которую травил Гиви, оказалась… Ну почти байкой. Как вдруг, тот человек, которого Гиви вырубил в первую очередь, приподнялся. Осмотрел всё осоловелым взглядом, и выдал:

— Э-э, героям… Средиземья… Пива… За мой счёт, — после чего рухнул обратно.