Платок с пионами

Глава 1. Голос из прошлого

Сегодня мне исполнилось 30 лет. Почему-то казалось, что обязательно должно произойти что-то удивительное и долгожданное. Я подняла голову в небо и сделала глубокий вдох. На Новой Земле небо всегда было ровного, бледно-лилового цвета. Я до сих пор не могла к нему привыкнуть. Настоящее небо - то, земное - начало «умирать» за пять лет до отлета с Земли. Ученые называли это «Атмосферной деградацией», но люди говорили проще: небо выгорело. Сначала исчез озон, потом солнце стало врагом. Оно больше не ласкало - оно выжигало всё живое.

Вечером я шла с работы в приподнятом настроении, так как знала, что мой муж Иван по традиции испек пирог с запахом клубники, чтобы отметить этот маленький юбилей. Воздух, как всегда, был синтезирован свежим и чистым.
Я шла подпрыгивающей походкой, как вдруг заскрипело общее уличное радио. Прокряхтелось и металлический программный голос объявил, что все попытки восстановить связь с Землей прекращены официально с сегодняшнего дня.

С сегодняшнего дня… а сейчас уже вечер. Хотя вечер здесь на Новой Земле это просто смена освещения на «ночной режим». Вечернее серо-лиловое небо стало еще темнее и придавило меня всей своей тяжестью к дороге. Ноги стали ватными и плохо слушались.

В нашем доме горел свет на кухне. Я остановилась перед входной дверью и представила улыбку Ивана, как он обнимает меня и радуется этому вечеру вдвоем, но внутри меня все сжалось и на глазах предательски наворачиваются слезы. Я их давлю, тяжело глотаю и уже прерывисто дышу, но сопротивляться не могу. Дверь открылась, на пороге появился мой муж с широкой и доброй улыбкой, а я, старясь не смотреть на него пулей промчалась в свой маленький рабочий кабинет. Не включая свет села на холодный стул за такой же холодный гладкий стол.

Жилые модули у всех были практически одинаковые и одинаково обставлены в минималистическом стиле. Никаких излишеств. Ничего натурального. Синтетические неживые материалы, но таковы условия жизни здесь. Пластиковым звуком взвизгнула дверь. Это зашел Иван, но я не обернулась. Он подошел к столу, поставил кружку горячего чая на стол, нежно сжал мои плечи своими сильными руками, поцеловал в макушку и тихонько вышел.

Я включила настольную лампу. Вспышка света выхватило белое пятно на подоконнике. Это сидел плюшевый медвежонок, а рядом с ним лежал сложенный шелковый платок. Я опустила глаза на самый нижний выдвижной ящик стола. Там внутри лежит то, что я не открывала уже 10 лет, то, что когда-то было деревом - старая с потрепанными углами тетрадка, на обложке которой напечатана картинка с милым котенком. В мире, где всё рождено в лабораториях и отпечатано на 3D-принтерах, пожелтевшая бумага казалась почти святыми мощами.

Сегодня мне 30. Чуда не случилось, и я снова хочу открыть эту тетрадку с котенком.

«17 апреля 2019 г»

Провожу пальцами по первой странице. Она шершавая и сильно пожелтевшая, как и все остальные.

«Земля - мой дом. Большой шар постепенно превращается в точку. Двигатели межзвездного крейсера ревут, но здесь в салоне этого не слышно. Мама. Когда-то давно ты смеялась над моими мечтами полететь в космос и говорила - "Ты же левша, а левшей в космос не берут". А сейчас берут. Всех. Это эвакуация. Четырнадцатилетняя я прижалась носом к стеклу, как в детстве в самолёте и закрыла глаза»

Я улыбаюсь четырнадцатилетней себе, которая писала это сидя в кресле летящего крейсера и представляла себя взрослой. Рука дрожала, чернила размазывались (вечная боль левшей) и казалось, что это просто очередное путешествие.

У мамы с давних пор были в запасе тетрадки с милыми картинками для меня. И в тот день она положила мне одну из них в рюкзак, на всякий случай, хотя у всех и у меня уже давно был планшет со стилусом и необходимости в тетрадях не было. Милая мордочка котенка на тетрадке и... холодная бездна космоса за иллюминатором.

Я сделала глоток остывающего чая и перевернула страницу.