Плут 3

ПЛУТ 3

Иван Солин

ПРЕДИСЛОВИЕ

Уважаемые читатели и авторы, я буду безмерно рад, если мой скромный взгляд на мироустройство и особенности описанной в данной работе магической и порочих цивилизаций найдёт отклик в вашей душе, а также поспособствует вдохновению. Я не буду против, если что-либо приглянувшееся вы позаимствуете в свои произведения, в благодарность упомянув вашего покорного слугу.

Внимание! Все имена и события вымышлены, а совпадения случайны. Автор может не разделять мнений своих персонажей, а их поступки даже осуждать, что, как бы, и не удивительно, повествование-то от первого лица, и ассоциировать с автором ГГ, так сказать мысли из головы которого вам предстоит читать, было бы весьма близоруко. Да и произведение всё же развлекательное, а не образовательное.

Граждане, которые выкладывают произведения без ведома автора на иных ресурсах, вы, конечно, делаете благое дело, давая возможность нашим не самым состоятельным согражданам на доступных условиях приобщиться к миру современной художественной и не очень литературы, а также отвлечься от серых будней и погрузиться в вымышленные миры, но, пожалуйста, давайте хотя бы ссылку на страничку автора, дабы он не пополнил ряды таких читателей. Опять.

Благодарю за внимание и понимание.

Приятного чтения

ГЛАВА 1

Путешествие во времени. Возможно ли оно? Точнее, возможен ли возврат в прошлое, и можно ли считать временную петлю таким вот путешествием, причём неоднократно повторяющимся? Быть может, конечно, попав в так называемый «День сурка», хотя почему именно день, когда, как я вижу, возможен и иной продолжительности период, так вот, не исключено ведь, что с каждым таким повторением мы перемещаемся вовсе не во времени, а, например, по параллельным мирам, которые до момента нашего прибытия могут отличаться лишь разным значением по хронооси, так сказать? Или вообще таковые создаются, что как-то уж совсем фантастично, персонально для нас, пусть даже и размеры их могут быть ограничены лишь расстоянием максимально возможного путешествия за отведенное время. Ведь может же быть такое?

Вопросы, вопросы и ещё раз вопросы, на которые я не знаю верных ответов. Вот только после моего, не сказать что очень умного поступка с недавно обретенным древним артефактом в виде старинного вида броши с пожирающей свой хвост серебристой змеёй, а точнее с одним из множества его плетений, так вот, после той неосторожности я всё больше склоняюсь к выводу, что никакие это не путешествия! Уж точно не в физическом виде. Это, конечно, вполне может быть и передачей информации из то ли будущего, то ли опережающего параллельного мира, а может и вовсе скрижалей судьбы каких-нибудь, хз. Однако что-то мне всё же подсказывает, что по сути это вот всё — ни что иное как предвидение, пусть и воспринимаемое как повторное проживание некоторого отрезка времени!

И да, как могло показаться, я вовсе не оказался в бесконечной временной петле, когда, напитав, активировал то пугающее теперь меня крупное плетение. А я всего лишь невероятно удачным образом нащупал, так сказать, то, что открывает передо мной перспективы, охарактеризовать которые без эмоциональных возгласов представляется весьма непростой задачкой.

Отныне я, предварительно подпитав брошь из своего резерва тем, случайно мной обнаруженным образом, могу активировать упомянутое её плетение, чтобы, после потемнения на миг в глазах, где-то минуту времени проживать два раза. Причём, ознакомившись с ходом событий по итогам первого проживания, так сказать, этой вот минуты, я вполне в состоянии повлиять на них при втором. Так что, как видно, такими своими, мягко говоря, неосторожными действиями я открыл для себя ни много ни мало, а... минутное предвидение!

И да, данная моя гипотеза, хоть и, откровенно говоря, притянута за уши, но вовсе не высосана из пальца. И пусть это всё, скорее, подгон под результат, но пока я не нашел опровержений, поэтому: предвидение — и всё тут!

Ну и моя теория с предвидением, то есть получением лишь информации о будущем — никак, на мой взгляд, не противоречит случившемуся с Видаль Рьянодайской. Ну и что с того, что после бесконечного Вторника у неё появились воспоминания о проживании тысяч этих самых Вторников? Ведь воспоминания без изменений в физическом теле — это всего лишь всё та же информация!

Я полагаю, что после того, как в Понедельник вечером Кройз окропил кровью девушки переданный ей от баронессы амулет, активировав тем самым его программу, так сказать, то следующей ночью во время сна, ну или, не знаю, когда проснулась поутру, например, так вот, тогда-то ей шарахнули в голову тысячи предвидений предстоящего Вторника! А затем Видаль, думая что уже тысячи раз видела этот ненавистный день, единственный раз прожила его по настоящему, пусть для неё он и был вроде как уже 3601-й, кажись.

Бесспорно, девушка сумела извлечь из всего случившегося немалую пользу, получив интересные ей весьма перспективные знания с умениями, но вспомним, совершенно ведь без каких бы то ни было физических изменений в теле! Она хоть и стала, как утверждала, крутой фехтовальщицей, но при этом-то мышцы её как были слабы и неприспособлены, так и остались таковыми по итогу всего. Пусть и постигла она всевозможные тонкости магии, но и энергетика тела, в ходе этих вот «многократных тренировок» — не претерпела изменений. Да, научилась виртуозно дудеть, брынькать струнами и перебирать клавиши, но лёгкие остались всё также слабы, а пальцы без специфических мозолей и не гибкие. Повторюсь, кроме информации, Видаль ничего более не обрела.

Ну а то, что салатововолоска вроде как управляла событиями в каждом своём новом Вторнике — ни что иное как следствие не единоразовости загрузки пакета информации из предвидений за все 3600 циклов, а это свидетельство поочередности сего процесса. То есть, после загрузки 1-го Вторника, 2-й был «прожит» так, как он был бы прожит в реальности, исходя из полученной информации о событиях прошлого дня. А затем по тому же принципу и 3-й, и 4-й, 5-й, 6-й... 3600-й.

Примерно так.

Но возвращаясь к моему открытию. Я, конечно же, рад, что у меня появился теперь такой замечательный инструмент как предвидение, пусть и всего лишь минутное. Но для проведения больших исследований с целью, например, увеличения его длительности, а то и расширения функционала — потребуется всё пробовать методом, не сказал бы, что сильно научного, но всё же тыка. А это, мягко говоря, чревато. Не горю я, знаете ли, желанием случайно активировать какое-нибудь из того обилия непонятностей плетение, которое зациклит меня. И хорошо ещё, если на день. А если на ту же минуту? Бесконечно повторяющуюся(бледнея сглотнув)!

Вот и я так думаю. Нахрен такое счастье!

И так, вон, уже наэкспериментировался чуть ли не до морых штанов. Тронул, блин, одно небольшое плетеньице, которое будто бы в связке с тем самым большим находится, так они оба вроде как и сработали, вызвав привычное уже потемнение в глазах, да вот только повторного — так и не произошло, что изрядно напугало меня. Благо, что хоть всё обошлось, и все последующие запуски большого плетения традиционно через минуту завершались должным образом с положенным затемнением. Фух, чуть же ж не поседел, блинский блин.

В общем, брошь я носить-то буду, ведь такой инструмент не повредит в том же бою, например. Но вот больше лезть во всякие непонятные плетения — увольте. Пока, во всяком случае. Боюсь, если честно.

Что ж, проголодался я что-то. Надо бы сходить по... ага, поужинать уже. Откровенно говоря, заигрался я с брошью, потеряв счёт времени, ну и вместо того, чтобы, как и планировал, наслаждаться путешествием, восстанавливая душевное равновесие, неслабо так увлёкся новой цацкой.

— Да как ты смеешь! — услышал я чьё-то гневное восклицание, когда гонимый голодом спешил туда, где мне помогут исправить это безобразие, но так вышло, что задержался у одной приоткрытой двери, где с недоумением следил за устроенным Ми представлением.

Не часто, знаете ли, можно увидеть, как забавно пыхтит очаровательная розововолосая малышка, пытаясь протиснуть своё белоснежное облако, на котором, собственно, и восседает, в узкий для этого проход. И всё это при том, что оно у неё, как, впрочем, и она сама — нематериальное!

— Тише-тише, сударь, не нужно так шуметь, — послышался второй мужской голос из-за всё той же двери, у которой я... случайно ли(покосившись на Ми) задержался. — И хвататься за меч, вашество, не стоит. Вексель-то теперь уж не у меня более. Всё предусмотрено, сударь, и мой друг вместе с ним уже покинул борт. Как видите, даже если вы, в пух и прах проигравшийся и, как только всё это станет достоянием общественности, обесчещенный, вдруг решите тут же на месте взять и заколоть меня, безродного, привилегией на что, бесспорно, обладаете, то это всё равно лишь усугубит ваше положение. Поэтому, повторюсь, уберите руку с меча и давайте всё же перейдём к делу... ваше сиятельство.

— Н-но... как?!! — не совсем понятно, чем конкретно из сказанного, но неслабо так изумился ошарашенный, как видно, представитель главной ветви графского рода.

Хотя он также может быть и ближайшим родственником какой-нибудь маркизы, а то и вовсе герцогини, ведь только глава клана может быть светлостью, в то время как тот же её сын или даже наследница — только лишь сиятельством. Странно, к слову, что такие люди тут оказались без охраны, то бишь без свиты. Наверняка, путешествует инкогнито.

— Опустим это. Сейчас важно то, что вы можете выйти без каких-либо последствий для себя из столь щекотливой ситуации. Вексель будет вам возвращён, и никто, даже ваша строгая матушка — не узнает о том, что вы едва не пустили по ветру состояние, проиграв его за карточным столом. Ах, какой скандал, какой скандал, — продолжал вкрадчиво вещать второй голос, а я узнал в говоривших того самого кудрявого каталу и щеголя с усиками, которого первый приглашал поиграть, ещё когда я впервые активировал плетение предвидения.

Похоже, те два шулера и наводчик из прислуги всё же развели на, как видно, неслабые бабки этого высокородного лоха. Бывает, чё.

— Ч-что вы хотите? — поумерил свой пыл франт.

— О-о, не стоит волноваться, всего лишь самую малость. Так, безделицу, — словно змей продолжал убаюкивать своим бархатным голосом разводила. — Всего-то и надо, что влить вот это в напиток вашей... сестрице(непонятная интонация).

Фига се, и тут клофилинщики!

— Н-но у моей спутницы есть Охранитель! — дал петуха на последнем слове уже не столь грозный аристократ, упомянув и вправду то, что сообщит своему владельцу о наличии ядов, колюще-режущего и опасных магических артефактов в непосредственной близости от подзащитного объекта.

Причём, если это будет не новодел, а такая же древняя штука, как и у маркизы Лери Жаропышской, то подобное будет не в виде всего лишь определенной вибрации, которая легко ощущается и без особого труда распознаётся тем, кто носит упомянутый артефакт, как правило в виде медальона у себя на шее, а передано весьма информативной картинкой прямо в мозг посредством видимого только мной и лишь с помощью магического Ви́дения эдакого ментального щупа, который постоянно связывает древний Охранитель со своим владельцем, а к новому хозяину, к слову, такая вот привязка произойдёт лишь только после смерти вышеозначенного. Короче говоря, у злоумышленников ничего не выйдет и можно спокойно идти кушать.

— На это не обращайте внимание, ваше сиятельство, — своей невозмутимой, но всё такой же вкрадчивой интонацией заставил меня задержаться скользкий тип. — ТАКОЕ — ни один Охранитель не заметит.

Так, стоп! Неужто опять какая-нибудь гадость из Колоний? Совсем как тот раз, когда хотели Лери дискредитировать, опоив и опорочив ее на глазах у присутствовавших в трапезной Академии детишек элит Красной Империи, и когда Охранитель нашей златокудрой маркизы также ничего подозрительного не заметил в её Ребёзовом соке?

— Я требую гарантий, — не долго кочевряжился этот урод, который ради своей шкуры решил пожертвовать девчонкой, с которой неясно что теперь будет, но однозначно, что ничего хорошего.

— Вот и ладненько, вот и хорошо. Как только вы всё сделаете, то мой друг, который сейчас следует за нами на катере, прямо на ваших глазах уничтожит вексель. И тогда никаких более доказательств столь нелицеприятных событий, которые сегодня имели место за игровым столом, более не останется, а ваша честь... ну и всё прочее останется не затронуто. Прошу к борту, я покажу вам его, и у вас не останется более сомнений на счёт соблюдения нами договорённости, — выдал так себе, если честно, гарантии этот ловкий гад. Но, похоже, сбитый с толку, а может и недалёкий аристо пошёл у него на поводу, последовав за своим собеседником.

Я же, на миг оглянувшись, действительно узрел за бортом двигающийся на незначительном удалении от нас так называемый катер, а на самом деле какую-то стрёмную закопченную лоханку, ну и был вынужден резко открыть двери, дабы стремительно ворваться внутрь небольшой каюты, так как парочка собеседников двигались как раз на выход, откуда я уже никак не успевал ретироваться.

Следующее, что я предпринял, когда дверь за мной закрылась, а в непосредственной близости оказались ошарашенный шулер и весь подобравшийся щёголь, чья рука, к слову, буквально на рефлексах моментально оказалась на рукояти его меча, так вот, я ловко выхватил из рук растерявшегося первого его трость, рубль за сто, что с потайным клинком внутри. Ну и успел ещё извлечь, как оказалось, присутствовавшее-таки в упомянутом вместилище оружие, чтобы тут же заблокировать им атаку неблагодарного «сиятельства». А далее я не стал никого жалеть и как следует отоварил обоих уродов, на всю используя своё превосходство в умении орудовать клинковым холодным оружием, ведь не просто же так я столь качественно сумел обезоружить одного, чтобы затем, пользуясь всеми особенностями боя в тесноте замкнутого пространства, успешно контратаковать другого. Между прочим, очень неслабого фехтовальщика да ещё и вооруженного превосходящим моё оружием, пусть, конечно, и не самым подходящим для конкретных условий.

И да, на борт «Добряка» я поднялся будучи безоружен, так как в Рьянодайское баронство отправлялся как без трости, так и без своего жильного клинка, а игровой меч к тому моменту и вовсе уже был недоступен. В самом же Дайске я воспользовался трофейным оружием, перед проникновением на территорию снятым с оглушенного одного из охранников, на которого буквально спикировал, вовремя при этом отключив сценарий «Конструктор», дабы игра-пацифистка не защищала мою цель. Как можно понять, с собой тот меч, уже ненужный после уничтожения безумной баронессы, я не брал. Поэтому так.

Ну и да, после завершения игрового сценария «Скверноборец», со мной остались не просто знания, но ещё и соответствующие им преобразования в теле, всё также позволяющие мне реализовать все полученные умения мечника. А это по меньшей мере половина успеха, ведь порой бывают задействованы такие группы мышц, которые в обычной жизни, мягко говоря, редко применимы, но без коих извернуться для нанесения какого-нибудь особо хитрого удара — просто никак. Так что я всё ещё способен оставаться мастером мечником, по версии игры ясное дело, пусть и до полной обоерукости мне, как мы помним, чуть-чуть не хватило. Жаль.

Так вот, тот негодяй, который готов был опоить свою то ли сестру, то ли спутницу, получив от меня внезапный укол в правую кисть, скрипнул зубами из-под напомаженных, радикально черного цвета лощеных усиков, ну и едва не выронил свой, весьма скромно украшенный к слову, меч. От удара же острым носком моего модного апельсинового штиблета по его щиколотке, щеголь не сумел перехватить своё оружие левой рукой и, зашипев от боли, слегка скрючился.

Всё это, как можно догадаться, стало возможно из-за тесноты каюты, где разворачивались столь драматические события, поэтому защита пряжек-артефактов на поясах никак не спасала от элементарного мордобоя, ибо мы все сейчас находились буквально внутри защитных сфер друг-друга, а у кого-то она и вовсе отключена.

Так вот, в то же время катала, уже прекративший пучить свои водянистые глаза от моего удара ему в солнечное сплетение, ну это когда я завладевал его оружием, наконец выровнялся и, набрав воздуха полную грудь, только и успел что получить моим лбом в свой крупный конопатый нос, после чего отправился в полёт из-за того, что запнулся о торчащий из-под койки чемодан. Однако просто упасть навзничь да и лежать себе спокойно, пока я разбираюсь с усатым, у не менее чем я кудрявого шулера в модном клетчатом голубом костюмчике не вышло, так как уж очень много в тутошнем стимпанке всевозможных поверхностей и граней, об которые легко можно проломить себе башку, особенно когда так неаккуратно падаешь, ну и запачкать в красное свои столь маркие одеяния. Короче, минус один(сплюнув).

Гадство, теперь и не допросишь его, чтоб прояснить: в чём же закоючается цель всей этой операции, на первый взгляд выглядящей лишь как типичная курортная, так сказать, афера.

Не успело ещё замереть тело рыжего, а жгучий брюнет в кремовом и не менее модном костюмчике всё же умудрился ухватиться за свой, едва не выпавший из раненной руки меч. Ну и мог бы ещё продемонстрировать нам что-нибудь эдакое, однако и вторая его кисть обзавелась симметричной раной, а меч оказался весьма эффектно выбит хлёстким ударом моего коротыша и после полуоборота в полёте был пойман мною. Ну и, чего уж там, тут же приставлен к горлу обезоруженного франта, чьи ранее старательно уложенные гелем смолистого цвета волосы сейчас ниспадали достаточно длинной челкой на с ненавистью сверлящие меня желтоватые глаза.

Нет, ну это ж надо: пырится как! А я ещё хотел помочь ему. Хотя вру, я из-за его смазливой спутницы влез в это совершенно ненужное мне дело. Эх, ещё и мой лохматый парик чуть съехал после того, как я рыжего собрата по кучерявости боднул. Хоть бери теперь и зачищай этого вот... свидетеля. Ладно, главное, что здесь я двуногий и без палочки, поэтому никто не свяжет с одноногим Вило Плутом резвого пассажира парохода, пусть и внешне похожего на упомянутого студента.

Так, с усатым надо что-то решать:

— Посмотри, это там не твоя матушка? — расширив глаза, глянул я куда-то ему за спину, при этом сделав максимально недоумевающее выражение лица, а когда весь сжавшийся щеголь боязливо оглянулся, то сделал шаг и обрушил ему на голову рукоять меча, от чего доверчивый чудак на некоторое время отправился в страну грёз.

Хм(впечатленно), надо же, даже такое я теперь умею из полученных знаний мечника! Ну а что, думаете просто без тренировок и жизненного опыта, так сказать, надёжно оглушить человека твёрдой штукой с гранями, при этом не проломив ему голову? Мне это не в первой, конечно, но только теперь я знаю, по какому краю проходил ранее. Бррр.

Надёжно связав растрепавшегося зализанного и заткнув ему рот кляпом, я отправился на верхнюю палубу, где, когда уходил на так и не состоявшийся ужин(с тоской и бурчанием живота), всё еще принимала свои солнечные ванны спутница этого вот... предателя.

— Прошу прощения, сударыня, что отвлекаю вас, но ваш спутник слегка занемог после карточной игры, — когда оказался рядом, обратился я к расслабленно взиравшей на проплывающие за бортом красоты природы в удивительно тёплом предзакатном свете довольно юной девице слегка, правда, высокомерного вида, наверняка из-за её льдистого цвета глаз из-под полуприкрытых век. — Если вы не возражаете, то я провожу вас к нему.

— Вы кто? — откинув прядь сиреневых волос, окатила меня холодностью эта «снежная королева», ну или, скорее, пока ещё «принцесса», хотя «морозит» уже не хуже.

— Пассажир, — чуть наклонив голову на бок и сделав выражение лица «а тебе не по...», чуть четче, чем этого было бы достаточно, дал я ответ этой мелкой нахалке.

— Синич? — удивила меня эта особа, ибо я полагал, что давно уже избавился от акцента подданного Синего Королевства, который таковым присущ, не смотря на одинаковый язык во всех центральных державах.

— Бывал, — неопределенно ответил я, едва сумев не показать, как напрягся.

— Что с этим... моим спутником? — все так же расслабленно и вроде как с холодно-отстраненным видом, что наверняка объясняется недоверием и настороженностью, спросила у меня, похоже, готовая в любой момент к атаке собеседница, чуть запнувшись, когда подбирала определение своему, как видно, презираемому спутнику. А я в этот момент уловил в её речи на миг проскочивший акцент, характерный моим соотечественникам.

— Крупно проигрался и согласился на наверняка неприемлемые для вас, сударыня, условия. Полагаю, что здесь не место для подобной беседы, — дал я ей последний шанс, прежде чем наплевать на всё и пойти себе хавать.

— Хорошо. Идём, — дала мне ответ очень ловко покинувшая свой шезлонг весьма гибкая особа с соломенной шляпкой, кажется, конотье поверх замысловато уложенных длинных волос, ну и в лёгком прогулочном костюме, чем-то напоминавшем матроску только вместо юбки были широченные, почти как у японцев, штаны.

В руке у неё, к слову, оказался меч в ножнах, до этого лежавший на поверхности палубы с обратной от меня стороны, как раз под вроде бы как расслабленной правой рукой своей хозяйки, ну а теперь был не глядя ею подцеплен на скрывающуюся под просторным белоснежным одеянием портупею, не оставляя более сомнений на счёт умения «морячки» пользоваться сим предметом.

Что ж, ну пойдём. Видать, поесть мне сегодня не суждено.

— Сударь, вы слышите меня? — обратилась к своему «братцу», когда я привёл того в чувства, возвышающаяся в данный момент над ним сиреневоволоска. — Вы в порядке?

— Что... где... Ой, ваше вы... Ай! — заскулил пришедший в себя щёголь, когда, наконец сконцентрировавшись, увидел перед собой «сестрицу» и, не успев ничего толком сказать, получил от неё даже с виду болезненный пинок острым носком туфельки на «оттакенном» каблуке.

«Ду... ду хаст», — жестко заиграло у меня в голове, а увлеченная Ми, которая уже не застревала в тесноте, а сидя на своём, где-то наполовину сейчас торчащем из стены облаке, набивала рот попкорном и уважительно поглядывала на эту вот сиреневоволосую «ваше вы...».

— Вы пьяны, сударь? — не столько спросила, сколько дала она понять: «Ты совсем дурак, что ли?».

— Н-нет... сударыня, — совладав с болью, взял себя в руки этот жалкий тип, озадачивший меня своим преклонением и явно страхом перед собеседницей, в которой, если честно, я не вижу ничего такого, ибо по ауре она всего-то Рыцарь. А затем предатель принялся копать себе могилу, бестолково и истерично оправдываясь. — Это всё клевета! Он с ними заодно! Я не собирался ничего подливать(скосившись на валяющийся пузырёк)! Это ложь! Я никогда бы...

— Какая прелесть, — расцвела в многообещающей улыбке эта вот, пугающая меня теперь девица, наступив носком своей туфли усачу прямо на то самое(сглотнув), ну и под вой несчастного принялась то ли тушить окурок, то ли учить беднягу твисту.

На что Ми даже присвистнула и, отложив свой попкорн, достала откуда-то баночку (здесь могла бы быть ваша реклама), после чего с завораживающим шипением открыла её, всю покрытую капельками, а припав своими полными губами, принялась жадно глотать прохладу изумительного напитка, зараза такая(с уже неприлично громким бурчанием в животе).

— Шумно. Сбегутся, — прочистив горло, весьма лаконично озвучил вслух я своё мнение по поводу происходящего, однако этого было достаточно, чтобы сиреневоволосая девица прекратила истязание своего провинившегося спутника.

Ну а Ми, оторвавшись от опустевшего сосуда, беспощадно смяла его и шумно выдохнула со счастливым выражением лица, а также возгласом: «Хорошо!»

— Он надёжно связан? — задумчиво окинув меня взглядом своих, пусть и всё таких же промораживающих насквозь, но уже широко открытых глаз, деловито поинтересовалась почти одного со мной роста, а может даже и возраста девица. Ага, это когда на каблучищах и пока ни над кем жёстко не доминирует. А так-то я думал, что ей ещё кукол можно дарить.

— Да. Но чтобы без последствий — лучше потом ослабить путы. А то мало ли...

— Не стоит, — решительно прервала мою заботу о кровообращении пленника эта безжалостная особа. — В столице мы будем уже послезавтра утром, так что пусть. Не желаете ли поужинать со мной... «пассажир»?