По милости Богов 2

Глава 1


Хемстаун

Эн Мари вернулась в свою комнату. Она улеглась в кровать, но сон не шёл. Мысли о графе беспорядочно роились в голове, словно окуренные дымом пчёлы. Она понимала, что между ними пропасть. И она лишь ничтожная служанка, на которую он никогда не посмотрит, как на равную, и уж тем более не захочет полюбить. Она лишь игрушка в его руках, объект для удовлетворения его похоти, никак не больше.
Эн Мари перевернулась на другой бок, пытаясь прогнать навязчивые мысли. В комнате было тихо, лишь изредка доносился шелест листьев за окном и фырканье дракона. Но тишина лишь усиливала внутренние голоса, терзавшие ее душу. Она вспомнила его взгляд, изучающий, пронзительный, словно ищущий что-то сокровенное в глубине ее глаз. Может она ошиблась, и в его взгляде было что-то большее, чем просто похоть?
Она представила его лицо, его гордый профиль, твердый подбородок, глаза, глубокие с прищуром. Он был красив, безумно красив, и эта красота обжигала ее, как пламя. Она знала, что играть с огнем опасно, но не могла устоять перед его притяжением. Она словно всё ещё ощущала его крепкие руки на своём теле, его страстные поцелуи, и обжигающее дыхание, его запах. Она чувствовала, как он уже властвует над ней, над ее чувствами, над ее мыслями.
Но что будет дальше? Она не видела будущего, лишь туманную перспективу, полную боли и разочарований. Эн Мари понимала, что если поддастся соблазну, рано или поздно он присытится ею и отбросит, как ненужную вещь. И тогда она снова останется одна, с разбитым сердцем и с чувством глубокой утраты. Тильда права, нужно быть осторожней, а ещё лучше — держать дистанцию, не подпускать близко… ни к телу, ни к душе. Хватит мечтать о том, чему не бывать.


Покинув беседку Роберт торопливо шагал в свои покои. Его сердце молотило о грудную клетку, не в силах успокоить ритм. Рассудком завладел хаос. Мысли, словно взбесившиеся осы, жужжали сотнями в голове, перебивая одна другую. Почему эта девчонка так взволновала его? Почему его непреодолимо влечёт к ней? И к ней ли? В чём причина? В Лиз? Или нет? Почему он так жаждет её тела?

Он ворвался в свои покои и плеснув вина в кубок опустился в кресло. Мозг отчаянно искал ответы, обшаривая чертоги разума, но не находил. Может стоит поддаться этой слабости и посмотреть, что будет дальше? Ведь такого никогда не было. Только с Лиз…, а потом — никогда. Наверняка это назойливое напоминание о ней. Но если желание обладать Лиз придётся оставить на уровне несбыточных мечтаний, может просто удовольствоваться её заменой? Да... она не Лиз. Она всего лишь блёклое подобие Элизабет. Но коль его влечёт, почему он должен отказываться от этого? Пусть замена, пусть жалкая подделка… другого ему всё равно не дано. Но вдруг она разворотит его душу ещё хуже, постоянно напоминая о той, кого он разлюбить не сможет?

Роберт залпом осушил кубок и поставил его на столик с такой силой, что кувшин упал и вино разлилось. Злость и отчаяние, от своего бессилия разобраться в собственных чувствах, охватили его. Он не хотел видеть в Эн Мари замену Лиз, но и отказаться от желания обладать ею тоже не мог. Он чувствовал себя загнанным в угол, словно зверь в клетке. Ярость клокотала внутри, требуя выхода.

Духота в комнате показалась невыносимой. Он подошёл к окну и жадно вдыхал прохладный ночной воздух, напоенный ароматами цветов и трав. Звёзды мерцали в тёмном небе, словно бриллианты, рассыпанные по чёрному бархату. Он долго смотрел на них, пытаясь найти ответы на свои вопросы, но далёкие светила молчали, безразлично взирая на его метания и надёжно храня свои тайны.
Неровный диск луны равнодушно проливал свой холодный свет, серебрил его волосы, ложился тусклыми бликами на мужественном лице, но не желал подсветить путь к верному решению.

Роберт понимал, что Эн Мари — это не Лиз, но в ней было что-то такое, что манило его, притягивало, словно магнит. Может быть, он просто устал от одиночества и хотел найти хоть какое-то утешение в её объятиях? Но сможет ли найти?

Вдруг, в коридоре скрипнула дверь и послышались тихие шаги, прервав его размышления. Это она… она возвращается в свою комнату. Сердце Роберта забилось чаще. Он замер, прислушиваясь, словно хищник, ожидающий свою добычу. Шаги становились всё ближе, а потом начали затихать. Вот скрипнула дверь в её комнату, и тихонько затворилась.

Роберт отошёл от окна и опустился в кресло. Откинувшись на спинку, он продолжал терзать свой мозг. Наконец, он резко поднялся. Несколько минут Роберт стоял, не двигаясь, застыв в нерешительности, словно парализованный. Он знал, что должен оставаться на месте, но ноги сами понесли его к двери Эн Мари.
Он подошел тихо, стараясь не шуметь, и приложил ухо к двери. Тишина. Он не слышал ни единого звука. Сомнения разрывали его изнутри. Стоит ли? Не оттолкнет ли, причинив еще больше боли? Внезапно он почувствовал, что больше не может сдерживаться. Желание обладать ею, хотя бы на одну ночь, затмило все страхи и сомнения. Он медленно потянул ручку двери вниз и толкнул ее. Дверь бесшумно отворилась, и Роберт вошел в комнату.

В покоях царил полумрак. Лунный свет, проникавший сквозь неплотно задернутые шторы, едва освещал силуэт спящей Эн Мари. Она лежала на спине, разметав темные волосы по подушке. Вырез на сорочке распахнулся, предательски обнажая округлую, прекрасную грудь. Роберт подошел к кровати и опустился на колени рядом с ней. Он смотрел на ее нежное лицо, стараясь разглядеть в ней хоть что-то, напоминающее Лиз, но видел лишь отражение собственных желаний и надежд.
Он протянул кисть желая дотронуться до такой совершенной, манящей груди, но рука застыла в нерешительности. Отведя ладонь, он нежно коснулся ее щеки. Эн Мари вздрогнула и открыв глаза, ахнула. В полумраке ее взгляд казался испуганным и растерянным. Она смотрела на Роберта, не понимая, что происходит.

— Сэр Роберт? — прошептала она, словно боясь нарушить тишину.

Он молчал, не зная, что сказать. Роберт почувствовал, как сердце бешено колотится в груди. Слова застряли в горле, не давая вымолвить ни звука. Он видел в ее глазах смесь удивления, смятения и страха, и эта неопределенность лишь усиливала его собственную растерянность.

— Что Вы здесь делаете? — испуганно пролепетала Эн Мари, приподнимаясь на подушке. Она спешно отползла к изголовью кровати, стыдливо натягивая на себя одеяло, стараясь прикрыть грудь. В её широко распахнутых тёмных глазах, как в омутах отражались тусклые отблески лунного света. Взгляд становился всё более напуганным по мере того, как она начинала осознавать причину его визита.

Роберт опустил взор, не в силах выдержать ее взгляд. "Идиот! Чего он ожидал, врываясь к девице среди ночи…"
Роберт резко поднялся, и вышел из комнаты. Он вернулся к себе, пытаясь справиться со злостью на самого себя. Завалившись на кровать, он тщетно пытался заснуть, но стоило закрыть глаза, как её обнажённая грудь всплывала перед мысленным взором. Болезненное возбуждение сводило с ума, не отпускало, терзая тело.
Он проворочался в постели несколько часов, лишь под утро сон сморил его, погрузив в забытие.

Следующим утром Эн по обыкновению, несла ему завтрак. Но в этот раз она застыла перед его дверью на несколько минут, прежде чем наконец решилась постучать. Она пребывала в смятении, не понимая, как теперь себя вести с ним.

Наконец она вошла, неуверенно поглядывая на Роберта. Он стоял около выхода на башню, в пол оборота к ней. Он старался выглядеть непринуждённо и обыденно.

— Присаживайся Эн — пробасил он с хрипотцой, подёргивая уголок губ в пленительной улыбке.

Она молча кивнула и примостилась на краешек кресла, робко вскидывая на него взгляд из-под пушистых ресниц, с едва уловимым укором.

Он заметил и усмехнулся:
— Я напугал тебя вчера?

Она повела бровью, кокетливо пожимая плечиком, и прочирикала, с нотками упрёка:
— Немного, сэр.

— Видимо мне придётся извиниться — примирительно пробасил Роберт, включая всё своё обаяние, в которое всё ещё верил — может в качестве извинения примешь поездку в Хемстаун? Ты была там?

В глазах Эн вспыхнул задорный огонёк, а его виноватый тон немного остудил градус её волнения и неловкости. Она слышала об этом городе от Тильды и других служанок. И по их словам там отличные базары. Кукольные театры дают выступления прямо на площадях, вместе со скоморохами и менестрелями. Веселье и представления там не прекращаются ни на один день, и атмосфера праздника витает в воздухе.

— Хемстаун? — переспросила Эн, притворно задумавшись. — Звучит заманчиво. Особенно если там действительно есть то, о чем шепчутся все девчонки.

Роберт расплылся в довольной улыбке. Он знал, что Хемстаун — это как лакомый кусочек для любой молодой особы, жаждущей приключений и новых впечатлений. Этот город славился не только своими красочными базарами и уличными представлениями, но и атмосферой свободы и легкого безумия, витавшей в воздухе.

— Тогда решено, — заявил он, с нескрываемым триумфом в голосе. — Завтра утром отправляемся. Я уверен, ты не пожалеешь.

Эн слегка прикусила губу, пытаясь скрыть восторг. Она уже представляла себя, блуждающей по узким улочкам Хемстауна, вдыхающей ароматы специй и разглядывающей диковинные товары, внимающей звонким голосам уличных артистов. Это был шанс вырваться из рутины и окунуться в мир ярких красок и незабываемых эмоций. Лишь одно её смущало: она будет там с графом. А она намеревалась держать дистанцию в общении с ним. Вот только совместная поездка никак не вписывалась в этот план. Но искушение было велико, и в борьбе со здравым смыслом оно уверенно выигрывало. Благоразумие… это труд. Чтобы оставаться хоть мало-мальски благоразумной, нужно прилагать немалые усилия, в то время как наделать глупостей очень просто — стоит лишь поддаться самой себе. И она поддалась, согласилась, не в силах сопротивляться своим желаниям и рассудив, что один день не слишком нарушит её намерения. Ведь вероятнее всего такой возможности больше не представится.

— Что ж, — сказала она, лукаво взглянув на Роберта, — уговор есть уговор. Но… — она сделала многозначительную паузу, нахмурив бровки — надеюсь мне не придётся пожалеть об этом. Иначе поездка не засчитается.

Роберт забористо загоготал и довольно пробасил:

— Не придётся. Я надеюсь.

Закончив днём с уборкой, Эн поспешила к Тильде. Она рассказала подруге о предстоящей поездке, но о случае в саду и ночном визите хозяина, предусмотрительно умолчала. Тильда покачивала головой, озабоченно глядя на Эн.

— Ох... осторожней девочка… Что-то наш граф больно расщедрился… Не к добру это. Смотри, как бы он не потребовал чего взамен — с тревогой прогудела прачка.

— А разве хозяевам нужно разрешение, от таких как мы? — с притворным удивлением парировала Эн — разве, если б хотел, спросил дозволения?

Задумчиво вздохнув, Тильда процедила:
— Да чёрт их знает, что у знати на уме. Особенно у нашего. Будь поумней. Они никогда не снизойдут до нас. Разве что на для своей мужской потребы. А потом, всё один чёрт, прогонят.



Утром следующего дня Эн проснулась рано, в нетерпеливом предвкушении. Она пересмотрела свои платья и выбрала самое красивое. Переодевшись, она поспешила подать завтрак графу.

Роберт с аппетитом уплетал окорока, бросая на Эн усмешливые взгляды. У неё же от волнения кусок в горло не лез. Кое-как впихнув в себя ломтик хлеба с джемом, она ждала, когда он закончит уничтожать мясо. Наконец, отхлебнув знатную порцию вина, он встал, протягивая ей руку:
— Ну что, в Хемстаун? — пробасил он с хрипотцой, своим бархатным голосом.

Эн поднялась, протягивая ему кисть. Осторожно сжав маленькую ладошку в большой пятерне, он повёл её к мосту на башню к дракону. Эн осеклась, растерянно выдёргивая руку.

— А разве мы поедем не в карете? — с неким удивлением и разочарованием в голосе промурлыкала она.

Роберт разразился гоготом, откидывая голову:
— В карете мы туда до вечера не доберёмся. Ты хоть знаешь, как далеко Хемстаун находится?

Эн растерянно покачала головой. Она понимала, что ей придётся сидеть у него на коленях. А в виду последних событий такая перспектива её совсем не радовала. Но Хемстаун манил неимоверно, а за прошедший день её воображение разыгралось, рисуя картинки весёлого праздника и веселья. Она уже настроилась на эту поездку, и отказаться в последний момент, просто не нашла в себе сил.

Да и выбора, собственно, не было. Роберт уже подхватил её за руку, и хитро подмигнув, тащил на башню. Будь что будет! Она не откажется от Хемстауна! И хихикнув, она подалась его лёгкому давлению.

Они шли по мосту, когда огромный дракон поднялся и тряханул башкой. Эн привыкла рассматривать его из покоев графа, с расстояния, и в общем-то уже не боялась. Он просто никогда не обращал на неё внимания, словно не замечал вовсе. Но теперь он поднялся и вывернув шею, устремил на Эн свой громадный, оранжевый глаз, нервно фыркая. Струи горячего воздуха с шумом вылетали из чёрных ноздрей, взвивая волосы Эн. Она невольно прижалась к Роберту, обхватывая его крепкую руку. Приобняв её за плечо, он ободряюще буркнул:
— Ты же уже летала на его спине. Не бойся.

Дракон выставил крыло и опустился на брюхо, продолжая косить одним глазом на Эн. Роберт подхватил её на руки, и ловко взобрался на могучую спину. Усадив на колени, обнял за талию, и Дайракс тут же рванул ввысь, оттолкнувшись мощными лапами. Необъятные крылья подхватили дракона и повинуясь сильным уверенным взмахам, тело уносилось всё дальше и дальше от земли.

У Эн Мари перехватило дух от восторга. Все же это было неимоверное ощущение. Лететь высоко в небе на спине этого исполина было невероятно и волнительно. Она обернулась на Роберта и улыбнулась, не в силах скрыть своего восторга. Он довольно улыбнулся, чуть сильнее сжав свою пятерню на её талии.

Роберт чувствовал её дурманящий запах. Пряди её волос, развивающиеся в воздушном потоке, щекотали его лицо. Её пухлые от природы губки, словно специально были созданы для озорных улыбок, весёлых непристойностей и горячих поцелуев. А её прижатое тело, такое тонкое и тёплое, будоражило его кровь. Роберт задышал глубже, стараясь подавить нарастающее возбуждение.

Эн Мари запрокинула голову, наблюдая за тем, как вверху стремительно проносятся облака. Ветер свистел в ушах, но ее это нисколько не беспокоило. Она чувствовала себя свободной, словно птица, парящая в бескрайнем небесном просторе. Роберт наклонился к ней, и его дыхание опалило ее щеку.

— Нравится? — прошептал он.

Эн Мари кивнула, не отрывая взгляда от панорамы, развернувшейся перед ними. Горы, реки, леса — все казалось игрушечным с такой высоты. Дайракс сделал плавный вираж, и Эн Мари невольно прижалась к Роберту. Он обнял ее крепче, двумя руками, словно желая укрыть от ветра и всего мира. В этот момент она почувствовала, что не в силах противиться ему. В его руках ей было так уютно и спокойно. Она знала, что не должна поддаваться своим эмоциям, но казалось, была бессильна перед ними.

Спустя два часа они опускались на окраине Хемстауна, описав дугу над его крышами. Роберт неспеша вёл её за руку по узким улочкам к центру города. Вскоре стали доноситься звуки музыки и смеха, а спустя минут пять, за поворотом показалась большая площадь, до отказа заполненная людьми.

Торговцы наперебой зазывали покупателей, предлагая всевозможные товары — от ярких тканей и диковинных украшений до сладостей и пряностей. Скоморохи и акробаты показывали свои трюки, срывая аплодисменты и восторженные крики. В центре площади стоял кукольный театр, где давали представление, собравшее вокруг себя толпу детей и взрослых. Визжащая от радости детвора носилась меж людской толпы.
Атмосфера праздника захватила Эн Мари с головой, и она с восторгом оглядывалась по сторонам, не зная, на что обратить внимание в первую очередь. Глаза разбегались от изобилия угощений, пёстрых лотков торговцев и ярких вывесок.

Роберт наблюдал за ней с улыбкой. Ему нравилось видеть ее такой оживленной и счастливой. Он привел ее сюда, чтобы доставить удовольствие, и, судя по всему, ему это удалось. Вот только глядя на неё, образ Лиз неизменно всплывал перед глазами. Она не отпускала, всё также крепко удерживая его в своих губительных сетях. Никто не сможет вырвать его из этого топкого болота. Ему никогда не откинуть тени прошлого, не избавиться от этих мучительных воспоминаний. Каждый жест Эн, каждая улыбка напоминала о ней и возвращала в те дни. Когда-то, точно так же он прогуливался с Лиз по Бассосу. И она также радовалась и смеялась. Такая же живая и непосредственная, словно маленький ребёнок.

Он глубоко вздохнул, и повел Эн дальше по площади, пробираясь сквозь толпу, и остановился у прилавка с разноцветными леденцами.

— Что выберешь? — спросил он, наклоняясь к ней.

Эн Мари колебалась, разглядывая лакомства. Наконец, она указала на большой леденец в форме дракона. Роберт купил его и протянул ей. Она взяла его с благодарной улыбкой и тут же откусила кусочек.

— Вкусно? — поинтересовался он, с удовольствием наблюдая, как она прикрывает веки от восторга, смакуя во рту сладкий вкус.

Эн Мари кивнула, не в силах оторваться от леденца. Они продолжили прогулку по площади, останавливаясь у разных прилавков и разглядывая товары. Роберт покупал ей всякие мелочи — шелковые ленты, ароматические масла, маленькие глиняные статуэтки. Эн Мари была в восторге от всего, что видела, и с удовольствием принимала подарки.
Вскоре они оказались у уличного театра, где менестрели исполняли веселые песни. Эн Мари заслушалась, притопывая в такт музыке. Роберт обнял ее за плечи, и она прижалась к нему, чувствуя себя счастливой и беззаботной. На мгновение она забыла о своих опасениях и сомнениях, просто наслаждаясь моментом. Они гуляли весь день, ели булочки с маком и ванилью, пили эль в таверне и ели жаркое из кролика. Но день близился к концу и солнце начинало клониться к закату, окрашивая площадь в теплые золотистые тона. Толпа постепенно редела, торговцы сворачивали свои лавки, а скоморохи и менестрели собирали последние монеты. Эн Мари почувствовала легкую усталость, но ее сердце все еще было наполнено радостью и восхищением.

— Пора возвращаться — тихо произнёс Роберт.

Она кивнула, печально улыбнувшись. Это был самый невероятный день в её жизни. Никогда прежде она не видела ничего подобного. И ей слегка взгрустнулось, от тог что он подошёл к концу.

Взобравшись на спину Дайракса они летели в Мунстоун. Скользнув за горизонт, солнце забрало с собой последние лучи, и сумрак ночи медленно окутывал просторы под крылом дракона. Воздух стал прохладным, и Роберт обнял её, прижимая к себе. Она прильнула к нему, чувствуя покой и умиротворение.

Дракон опустился на башне замка, когда мгла уже укрыла своим полотном всё вокруг. Роберт провёл Эн по мосту и они оказались в его покоях. Она суетливо засеменив, направилась к двери, но Роберт мягко задержал её, чуть сжав её кисть. Она растерянно оглянулась на него, с застывшим немым вопросом в глазах.

— Останься — тихо прошептал он, с лёгкой, обольстительной улыбкой на лице.

Занервничав, Эн неловко освободила руку, и наморщив брови, робко возразила:

— Нет, сэр Роберт.

И спешно подхватив свою юбку, словно боясь передумать, боясь дать ему шанс уговорить себя, выбежала из его покоев. Она влетела в свою комнату, и захлопнув дверь, прислонилась спиной к створке, пытаясь унять волнение и сердце, что отчаянно рвалось наружу. Его притяжение было сладким и опасным, и пьянило похлеще вина. Но она не должна поддаваться его обаянию. Из этого ничего не выйдет. Она помнит, как невыносимо рвалось сердце из-за Джона. В этот раз, с Робертом, всё может быть гораздо, гораздо хуже.