... по прозвищу Кобра

Без стука

- Экола, сынок, Кобра ты наша драгоценная, давай уже, просыпайся, днем долго спать не рекомендуется, потом ночью не уснёшь, - проник в моё сознание ласковый, но настойчивый голос, - Одевайся и спускайся вниз, там тебя уже все ждут. Да, да, тебе уже четырнадцать лет и по закону ты обязан принимать участие в обсуждении всех важных дел своего рода.

Это ко мне в опочивальню без стука вошла моя мама Ани. Она всегда входит ко мне без стука, ибо, всех нас любит, но считает своей безраздельной собственностью. Ну какой такой стук в опочивальню к собственному младшему сыну?

«Вот вырастешь, выучишься, станешь таким же большим и сильным как твой старший брат Эжен, уже тогда, может быть...»

Видимо так сейчас думает моя мама Ани. Но это неточно!

Моя опочивальня - это уютная светлая комната с окном и высоким потолком. Вся мебель в ней из дуба - неширокая кровать, стол и два стула, изготовленные искусным столяром - и спать, и заниматься.

А я... да, спал себе после обеда. Окно было открыто и на подоконнике шла бестолковая возня с чириканьем. Это я бросил туда хлебные крошки с обеденного стола. Невдалеке слышалось негромкое мерное постукивание. Я знал этот звук с рождения, вырос с ним. Это крутилось водяное колесо на проточной плотине фабричного пруда. Оно вращало длинный шкив с ремнями приводов различных механизмов на нашей алхимической фабрике. А раньше это делала четвёрка гигантских геррских четырёхрогих буйволов, ходивших по кругу друг за другом. Под это постукивание я и прикорнул.

В саду

А до обеда мы всем моим любимым родом - я, моя мама Ани, мой отец Мих, мой дед Сим и мой старший брат Эжен, работали в саду, что за домом.

Мы собирали падалицы, удобряли приствольные круги и пропалывали огородные грядки. На эту работу можно было бы пригласить и садовника, но мы любили так, чтобы всем вместе. Конечно, когда была такая возможность и все были дома. Сегодня был выходной, все были дома и такая возможность была.

В общем весело провели время. Все друг друга бесконечно подкалывали и друг над другом хохотали. Мой старший брат Эжен отпустил бородку и теперь считал себя неотразимым! Ох-х и досталось же ему!

Сто вопросов

– Кстати, Экола, сынок, а ты выполнил летнее задание по «цифирной премудрости»?! И что твоя рука? – начала сыпать вопросами моя мама Ани.

– Да, мам, все заданные на лето примеры я решил и моя рука уже не болит, – кивнул я на лежащую на столе тетрадь по «цифирке» и продемонстрировал свою руку.

Неделю назад мы всем родом вечером сидели у костра, лакомились печёной картошкой по рецепту моего деда Сима «когда я был молодым» и я случайно прижёг себе внешнюю сторону запястья левой руки. Не заметил, как что-то сильно туда кольнуло. Особо яркая и горячая искра из костра угодила в большую букву М - маг, что посередине моего неснимаемого медного браслета. С рукою ничего страшного не случилось, но моя мама Ани кудахтала до тех пор, пока руку не осмотрел и не полечил, как он умеет, мой отец Мих, настоящий «золотой» маг с золотым браслетом на левом запястье.

– Ну хорошо! Тогда сейчас вместе быстренько уберём твою комнату и спустимся к нашим. Заодно и поужинаем.

Вот надо же, за минуту сто вопросов и сто заданий. Так только моя мама Ани умеет.

- Мам, а может ты уже начнёшь стучаться, когда входишь в мою опочивальню? - почти неслышно пробормотал я себе под нос, скинул ноги с кровати и быстро напялил на себя тонкий нитяной свитер и свободные штаны из конопляного холста. Ну какие летом брюки. Но меня услышали...

- Че-е-его?! Стучаться?! – мамин голос не предвещал ничего хорошего.

- Да иду я... иду уже! – буркнул я и всунул ноги в удобные мягкие башмаки из хорошо выделанной козловой кожи.

Ходить в таких башмаках одно удовольствие. Это не форменные деревянные колодки столичных школяров, которые, когда мы шли строем, стучали та-а-ак, что казалось, это гнали стадо бычков.

Ани и Мих

По летнему времени моя мама Ани была в домашнем платье с большим декольте. Моему отцу Миху это платье о-очень нравилось. Вообще, повезло моему отцу Миху с женой, а нам с братом с матерью. Умница, красавица, отменная хозяйка. На ней весь дом и всё домашнее хозяйство. При этом она родила и вырастила двоих сыновей.

Моя мама Ани и сейчас вполне себе ничего, а в юности вообще была писаной красавицей. Большеглазой, с золотыми косами. Так мне мой отец Мих рассказывал.

Родители моей мамы Ани когда-то жили рядом с нами и работали на нашей алхимической фабрике. Отец - грузчиком на складе готовой продукции, а мать - кухаркой в харчевне для фабричных работников. Мих и Ани родились в один год (Ани всего-то на неделю младше Миха). Кстати, мать маленькой Ани была кормилицей Миха и когда тот остался без мамы, молока у неё хватало на двоих.

А саму Ани, когда она уже встала на ноги, родители на день стали отводить на детскую площадку при фабрике. Это что-то типа дневного детского садика для детей наших работников. На площадке за детьми присматривала косматая и грозная старуха Ара Мугг с бельмом на левом глазу и крепкой суковатой палкой для баловников. Но там же работали и две милые девушки, её племянницы и помощницы - Асель и Зара Мугг. Туда же мой будущий дед, вдовый князь Сим Бести, отправляясь с утра работать на фабрику, отводил и своего маленького сына Миха, моего будущего отца.

Эта детская площадка работает до сих пор. Там детей наших работников бесплатно кормят, водят гулять, играют с ними, днем укладывают спать и всё такое.

То есть Ани с Михом, можно сказать, с рождения вместе. Вместе росли, вместе учились и дальше тоже решили быть вместе. И счастливы друг с другом уже который год. И слава Тому, кто Имя, что так им промыслил!

Профессор Архипов

Моя мама Ани взяла совок и большую щётку на палке, а я подошёл к столу и на главной странице лежащей на нём тетради прочитал имя того, кому она когда-то принадлежала:

«Экола Бести - ученик первого класса «Алхимической школы великокняжеского Учёного Двора в Мане».

Н-да, как это не удивительно, но теперь я был Эколой Бести.

А ведь буквально неделю назад меня звали Антон Максимович Архипов - шестьдесят два года, профессор-химик из МГУ, женат, двое взрослых дочерей и две прелестные внучки. И которого дёрнул же чёрт полететь на конференцию в университет города Бозмен, штат Монтана, США, читать доклад по результатам моих новых исследований в области химической очистки газовых потоков. Абсорбция, адсорбция, вот это всё.

Ну как же, взыграла гордынька! Американцы лично пригласили, оплатили билеты, встретили, поселили в университетском кампусе. Там мне защёлкнули на левом запястье неснимаемый медный браслет – вездеход, маячок и платёжное средство. Полагаю, электронный чип этого браслета встроен в логотип университета в виде большой буквы «М» посередине - Монтана, стилизованной под средневековье.

Я был VIP-гостем университета, жил в отдельной комнате в университетском кампусе, мог без ограничений ходить по всем этажам, есть-пить в университетских ресторанчиках, отовариваться сувенирами в небольших магазинчиках с логотипом университета на вывесках. И всё по приложению буквы М к электронному считывающему устройству. И если бы я потерялся, то по маячку меня бы нашли и спасли, шучу!

А когда бы я уезжал, милые девушки-студентки на Reception кампуса отключили бы и сняли этот браслет специальным механическим приспособлением. Очень удобно! И я даже мог бы взять его домой, на память, как сувенир. Эх-х, у нас бы в МГУ так сделали!

Вулкан

И ведь говорили мне знающие люди, ведь предупреждали, не нужно сейчас летать в Америку, вулкан Йеллоустон может взорваться в любую минуту. И он, гад, взорвался! Всё произошло неожиданно и быстро. Я стоял на университетской трибуне, раскладывал свои бумаги и готовился к докладу. Ассистент настраивал проектор, подключенный к компьютеру с моею флешкой со слайдами.

И вдруг…

За панорамным окном с красивым видом на заснеженный горный склон с чуть дымящимся вулканом я услышал нарастающий гул и увидел бурлящее пламя. Миг и триплексное стекло окна разлетелось на фрагменты, пропуская сквозь себя целый рой ярко светящихся раскаленных брызг.

«Тысяча градусов Цельсия!» - пронеслось в голове.

Я машинально обхватил голову руками. Так меня учили делать в самолётах при возникновении опасности. Но мелкие раскалённые иглы уже впивались в моё тело.

Ещё миг и на меня сверху начала падать бетонная плита потолочного перекрытия. Время замедлилось и я увидел как эта плита ме-е-дленно летела мне на голову, но ничего поделать уже не мог. Я ощутил жгучую боль от сильнейшего ожога на внешней стороне левого запястья, там где браслет.

- О, Боже, как больно!

Звуки ушли, пришла темнота.

Вопросы без ответов

Хотя катастрофа была весьма вероятной, никто в неё так до самого конца и не верил. Всё как всегда... все понадеялись на русский «авось». Авось, проскочит. Не проскочило! И теперь я здесь, в параллельном мире магического средневековья.

И ничего такого фантастического. Ещё знаменитый академик Андрей Дмитриевич Сахаров в своём труде «Многолистная модель Вселенной», опубликованным в 1969 году, утверждал, что наряду с наблюдаемой Вселенной существует и множество других (параллельные миры), многие из которых обладают существенно иными характеристиками... И попасть туда можно не совершая путешествия в Космосе. В них можно проникнуть не покидая Земли, просто, «проколов» пространство мощным энергетическим воздействием.

Я открыл тетрадь и прочитал на её последней странице несколько вопросов, пока без ответов:

- Как я сюда попал?
- Зачем я сюда попал?
- Что с моей семьёй?
- Можно ли вернуться назад?

Однако, нет худа без добра. Погиб стариком, но получил шанс прожить жизнь заново, пусть и не в своём мире. И теперь мне не шестьдесят два, а всего лишь четырнадцать и я младший сын в небогатом княжеском роде «золотых» магов-алхимиков в далёкой провинции - Красной Окуме.

Ещё неделю назад я бы расхохотался узнав, что в мире могла быть какая-то средневековая кастовость, а вот теперь мне совсем не смешно. Кастовость здесь была и причём с очень жёсткой иерархией! И обо всём этом Экола знал очень хорошо. А теперь знал и я. А потому, что я теперь и был Эколой! Каким-то загадочным образом у нас с ним произошло слияние памяти с моим доминированием и эмоциональной привязкой!

Сильнейший ожог в запястье... хоп, и я в мальчишеском теле у костра.

Дом и усадьба рода Бести

Дом у нас большой, каменный, с арочным входом. Он построен на взгорочке, рядом с прудом. У каждого члена рода на втором этаже дома есть своя комната, она же опочивальня. А на первом этаже - большой зал, он же столовая, с мраморным камином и отдельной кухней. И третий, вечно пустующий гостевой этаж. И ещё чердак со слуховыми окнами на все четыре стороны.

А в цоколе дома устроена огромная алхимическая лаборатория моего деда Сима.

Этот дом Сим придумал ещё молодым, очень красивый дом, людям нравился. И теперь уже в Городе без названия, и по всей Красной Окуме много стало похожих. Даже владетельный князь Красной Окумы Мих V из рода Ретт, дед нынешнего, когда строил свой новый дворец, пригласил Сима руководить стройкой, чтобы у него тоже был по мотивам.

Получилось! Князь остался доволен.

Деньги

Наши деньги - это монеты, названные по фамилии великняжеского рода Герр. Сейчас в ходу:

Золотой герр,
Серебряный герр (1/10 золотого),
Медный герр (1/10 серебрянного),
Половинка (1/2 медного герра),
Четвертачок (1/2 половинки),
Осьмушка (1/2 четвертачка),
Грошик (1/2 осьмушки).

Чеканили герры только в столице - городе Мане, на великокняжеском Монетном Дворе и если ловили фальшивомонетчиков, то отрубали им головы без суда и следствия, таков был закон.

Великого князя Гула IV из венценосного рода Герр, нынешнего главы нашего благословенного государства - Союза Свободных Окум или просто Союза, в общем-то неплохого человека, в народе называли «Красноносым». И не только из-за его неуёмной любви к «Князь-Водке» и другим горячительным напиткам. А ещё и потому, что его золотые герры на самом деле были не золотыми, а медными, просто позолоченными, покрытыми тонким слоем золота. И быстрее всего позолота стиралась именно с выпуклого носа великого князя на его чеканном профиле.

- Ну кто же так медь золотит?! Даже неудобно этим людям платить. - досадовал мой дед Сим и по-тихому новил истёртые герры до золотого сияния у себя в лаборатории.

Просто, макал их пинцетом в специально приготовленный раствор и нагревал в муфельной печи, после чего они приобретали вид абсолютно новых золотых монет и уже никогда не истирались.

- Может легче другие герры делать, деда, более качественные? – как-то я спросил у него.

- Так-то, конечно легче… но нет! Это уже называется фальшивомонетничество и за это отрубают голову.

«… если поймают!» - добавил я мысленно.

А цены у нас в Союзе такие, что на один золотой герр можно купить приличную лошадь со сбруей, а на пятнадцать-двадцать золотых герр - очень даже неплохой домик в провинции, а на один медный герр можно целый день прожить в любой городской гостинице с завтраком, обедом и ужином.

Тот, кто Имя

Мой дед Сим учит меня, что на небесах есть Тот, кто Имя. Это он создал мир и всех нас. Поэтому и церковь - во Имя! Говорят, Он сам её и создал, почему-то на камне, когда являлся к людям и говорил с ними ещё до того, пока его не ограбили и не убили сильные мира сего.

О тех событиях была написана Святая книга, даже две, в смысле, две её части. У нас в доме она есть, но всю я её не читал, только интересные рассказы с картинками - про сеятеля, про богатого дурака, про десять девушек...

Церковь во Имя - это очень сложный и авторитетный институт в нашем в общем-то светском обществе. По малолетству я до конца не понимаю его значение, но слышал, что великих князей полагает на княжение именно церковь во Имя, а её главный причтик Нур входит в опочивальню великого князя Гула IV без стука и когда хочет. Прямо, как мама Ани ко мне.

И поэтому, у нас здесь всё во Имя! Храмы - во Имя, встал – во Имя, сел – во Имя, пришёл/ушёл – слава Тому, кто Имя! Вроде, так правильно, но я всё время забываю. Только когда мой дед Сим перед обедом возглашает благодарственную молитву, то я тоже с ним, хором.

Календарь и время

Календарём и временем у нас ведает церковь во Имя и великокняжеский Учёный Двор в Мане. Я этим мало интересуюсь, но знаю, что сейчас у нас 2025 год от явления людям Того, кто Имя, при котором нам и был дарован этот счёт времени - в году триста шестьдесят пять дней, разбитых на двенадцать месяцев, в сутках двадцать четыре часа, в часе шестьдесят минут, а в минуте шестьдесят секунд. Сами бы мы до такого точно не додумались!

С узнаванием времени у нас никаких проблем. На каждой городской башне установлены солнечные часы, а в храмах во Имя всякий час отбивают в колокола. Ночью реже, через два часа и потише.

Плюс календари всякие разные - церковные, детские, женские, военные, для огородников. Их продают в лавках книжников.

***

Рабства у нас нет.

«Заивым (свободным) смертный урождается, заивым он должен быть и погребён!»

Так говорит церковь во Имя.

Поэтому, если у умершего нет прямого наследника – сына, а девочки не считаются наследницами, то все его имущество высвобождается в пользу церкви во Имя. При этом долги покойного тоже прощаются всем тем, кому он был должен при жизни. Всё по справедливости!

***

Днём у нас, если на небе нет туч, то светит солнце, а ночью в небе видно Луну, иногда огромную, а иногда тонким серпиком. Почему так, мы пока не проходили.

Магия

Ещё у нас есть магия. Её носители - только мужчины, женщин среди них нет и не было, за редчайшим исключением. Почему? Это неведомо. С магией у нас вообще всё не просто.

В стране действует закон «О магии и магах». Мой дед Сим называет этот закон драконовским. По нему государство желает знать точно, у кого из граждан магия проявилась, в каком виде и так далее. Всех магов ставят на специальный учёт, ежегодно тестируют и перепроверяют.

Новорождённым мальчикам, у которых специальный прибор «Магия-Детектор» обнаруживает магию, защелкивают на запястье левой руки неснимаемые медные браслеты с большой буквой М посередине – маг. И если кто забывал про ежегодный осмотр, то этот браслет ему напоминал. Он со скоростью биения сердца больно долбил в левое запястье острой иглой энергетического разряда, всё время увеличивая мощность. До тех пор, пока маг сам не прибегал к инспектору-магику:

- Ой, дяденька инспектор, больше не могу терпеть!

То же происходило и при спонтанных увеличениях магических способностей мага и когда тоже требовалось вмешательство инспектора. По мере проявления и роста уровня магических способностей, маг может быть идентифицирован так:

«Медный» - латентный, с ещё не проявившимися способностями и/или только-только проклюнувшимися.
«Серебряный» - тест на магическую силу: перенос тяжестей до одной тонны на расстояние один километр.
«Дважды серебряный» - две тонны на два километра.
«Золотой» - четыре тонны на четыре километра.
«Дважды золотой» - восемь тонн на восемь километров.
«Платиновый» - шестнадцать тонн на шестнадцать километров.
«Дважды платиновый» - практически без ограничений.
«Вне категорий» - без ограничений.

«Платина», «дважды платина» и «вне категорий» – это абсолютная редкость. Все знали, что «платина» была у великого князя. А в нашем роду у всех мужчин «золото». Кроме меня. Я ещё маленький и у меня на левой руке неснимаемый браслет с большой буквой М посередине - маг, из меди.

Уровень магических способностей мага - это промысел Того, кто Имя. Один рождался сразу «золотым» магом, а другой всю жизнь тренируясь и употребляя специальные алхимические составы едва натягивал на «дважды серебряного». Почему так? Неизвестно.

- Магия, это чудесный дар Того, кто Имя, для всех людей, - говорил мой дед Сим, - Другое дело, что у каждого двадцатого мальчика магия проявляется в юности, а у остальных и вовсе не проявляется. Кроме женщин, у которых она итак есть. Говорят же «Все бабы – ведьмы!», а-ха-ха!

- Так уж и для всех? – удивлялся я, - Что, все люди маги?

- Конечно, - улыбался мой дед Сим, - Сам же видишь, как малые дети, даже самые послушные, не могут стоять на месте и всё время подпрыгивают как мячики? Это магическая энергия уже не влезает в их личные аккумуляторы и льётся через край. У большинства это проходит, но некоторые становятся настоящими магами.

Использование магии в гражданском обиходе у нас запрещено. Только в развлекательных, учебных, оборонительных и медицинских целях, да и то под жёстким контролем государства.

Проклюнулись у тебя магические способности, сразу иди сдавайся инспектору-«магику» в великокняжеский Магический Двор в Мане или в его отделение, имевшееся в каждой окуме. Инспектор всё измерит, всё запишет в свою толстую тетрадь, поменяет «медь» на «серебро», заставит расписаться, что ты ознакомлен с основными положениями закона и гуляй, но не нарушай!

А будешь нарушать закон – кидать файерболы налево и направо или заниматься «чёрной» магией, найдут по браслету как по маяку, обездвижат на расстоянии, посадят в анти-магическую клетку – круглый «стакан» из металлических прутьев, и до суда отвезут в тюрьму. А там уж как судья решит. В общем, ничего хорошего. Вплоть до высшей меры социальной защиты общества – полного развоплощения проштрафившегося мага!

В народе говорят, что у нас легче прожить обычным человеком, чем с магическими способностями. Приставать будут меньше. Конечно, магию используют и наплевав на государство, да ещё как, но с этим борются.

Как всё у нас устроено

Окума - это княжество, довольно большая автономная область в составе Союза со столицей в городе Ман, что в Окуме Герр, также названной по фамилии венценосного рода.

Лично мне Ман не нравится, слишком уж суетной. Мой дед Сим говорит, что здесь пахнет большими деньгами. Но я, кроме вони конского и верблюжьего навоза, перемешанного с крепкими запахами человеческого пота, пива, духов, рынков, кабаков и ночных борделей, ничего такого не слышу.

- Ещё услышишь, - говорит мой дед Сим.

Всего окум в Союзе пятнадцать, и у каждой своё отличительное название - Синяя Окума, Окума Рыбаков, Золотая Окума, Окума Буу, Окума Йётселькя, Окума Герр и другие.

Окумами, входящими в Союз, управляют владетельные князья, они же ими и владеют, вернее, их роды. У них свои армии – свиты, свои столицы, суды, тюрьмы и т.д. Но оговоренную Союзным Договором часть налогов владельцы окум отправлют в Ман и подчиняются центральной власти. Свиты князей, кроме своих прямых свитских обязанности, ещё несут охранные, полицейские и оборонительные функции на местах.

Ещё на побережье есть какие-то западные окумы, почему-то не вошедшие в состав Союза, всего числом тринадцать. Я знал названия только самых злобных из них - Окума Ляк со столицей в городе со странным названием Вор Сява и Окума Жмудь со столицей в городе Колывань. Но что и как там происходило, мне было неизвестно.

Материк... Его ещё иногда называют – земля, мир, свет, по-разному. Он очень большой и на нём есть всё – реки, леса, горы, и полуразрушенные древние города какой-то исчезнувшей цивилизации. Обитаемая часть материка, где и находился Союз, это только относительно небольшая полоска земли, выгороженная Сулойскими горами на южном побережье океана, а всё остальное…

«Тёмный лес», - так говорил мой дед Сим.

Материк окружён океаном. Я вижу его каждый день. Он с виду спокойный и тёплый, и практически никогда не штормит. Однако, в нём живут такие жуткие твари… что людям запрещено подходить к берегу ближе, чем на сто метров. Когда одну такую тварь выбросило на берег Красной Окумы во время сильного шторма, где она издохла, вернее, все думали что она издохла, большая часть оцепления из свиты владетельного князя умерло и воинов в свиту пришлось набирать заново. Какая-то запредельно сильная и грязная магия «на смерть». Поэтому морское судоходство и морской рыбный промысел в Союзе отсутствовали вовсе. Суда, лодки и рыба - только речные.

Окума, в которой мы жили - это Красная Окума, самая дальняя. Возможно, так её назвали потому, что почва у нас красноватого цвета – краснозём, которого больше нигде нет. По крайней мере, у нас, в обитаемой части материка.

Нашей Красной Окумой сейчас управляет владетельный князь Мих VII из рода Ретт, противный человек средних лет. Про таких в народе говорят: «из грязи в князи!». Дело в том, что ещё пятьдесят лет назад наша окума была таким захолустьем… Людей в ней жило очень мало, а дворец вконец обнищавшего рода владетельных князей практически ничем не отличался от домов обычных граждан. Поэтому, в отличии от других окум, у нас был всего один Город без названия, он же столица окумы, с площадью и тремя кривыми улицами по номерам. Но теперь уже были и множество хуторов, которые различали по фамилиям хуторян - Баум, Фогг, Гауф и других. И этому буму роста населения Красной Окумы были причины...

Именно здесь выходят к океану плоские предгорья Сулойских гор, совершенно непригодные для жизни людей или выпаса скота. И пахотной земли у нас относительно мало и когда-то считалось, что здешние краснозёмы прокляты и на них вообще нельзя ничего выращивать. А те, кто это делал, потом голодали. Полчища крыс, мышей и тучи саранчи не оставляли никаких шансов любому урожаю. Почему в других окумах этих тварей не было вовсе или было мало, не знал никто. Но так было! До тех пор, пока в эти места не пришёл жить основатель и глава нашего рода мой дед Сим Бести.

Алхимическая фабрика

А на самом деле, наши краснозёмы очень плодородны, а климат в Красной Окуме мягкий и влажный, «воткни в землю палку, вырастет». Мой дед Сим говорит, что это «кровь Того, кто Имя» делает их такими. Два-три урожая в год! Для работящего хуторянина это означало – довольство, несколько румяных и отожравшихся на хозяйских харчах работников, дом «полная чаша», красавица-жена и куча ребятишек. А для владетельного князя окумы – это богатые налоги, конная свита в золочёных доспехах, охотничьи развлечения, гарем, немалые привилегии и влияние в Мане.

Но всё это стало возможным лишь благодаря главному продукту нашей семейной алхимической фабрики, построенной здесь молодым Симом – средствам защиты растений. Это такие жидкости и порошки, которые уничтожают сорняки, насекомых, грибок, плесень, крыс, мышей, паразитов в шерсти домашних животных и прочую копошащуюся гадость.

Дело в том, что молодой Сим, приехав в Красную Окуму из столицы за благословением родителей своей невесты на брак, как-то гулял по предгорьям Сулойских гор и случайно наткнулся на весьма приличное месторождение каменной соли. Это всё и решило! Уже нахватавшийся кое-каких алхимических знаний и приёмов от таких же как он в Мане, Сим синтезировал из каменной соли драгоценный яд - «Убей-Порошок», как его здесь сейчас называют. Хлор! С этого и началась наша семейная алхимическая фабрика, а с ней и рост численности населения и благосостояния всей Красной Окумы.

Наши препараты из «Убей-Порошка» изготавливаются в разных видах - убивающие насекомых и крыс, ускоряющие рост растений и даже обеспечивающих высыхание зерновых культур перед их уборкой. Ведь мало вырастить тучный урожай, нужно его сохранить, уберечь от прожорливых крыс, мышей и насекомых. Спрос на продукцию нашей фабрики бешеный, а цены вполне доступные. Отсюда и нынешнее довольство быстро размножившихся хуторян и богатство рода владетельного князя.

Конечно, за столько лет с этими нашими препаратами бывали и накладки. Например, кто-то путал дозировку или цвет наклейки на ящике и в результате убивал у себя на поле не только насекомых и мышей, но и весь свой урожай разом, а заодно и саму почву. Естественно, он хватал топор и бежал убивать Сима за то, что он… Ну в общем бежал. Но не добегал!

Развитые постоянной тренировкой и употреблением некоторых секретных алхимических составов магические способности Сима, впоследствии передавшиеся его сыну - моему отцу Миху, а потом и моему старшему брату Эжену, уже тогда позволяли Симу укладывать в глубокий и спокойный сон незадачливого драчуна, ещё метров за пятьдесят до нашего дома. Это и был наш семейный фирменный магический приём «Сонная петля».

Потом, растяпу будили и помогали, обрабатывая его участок другим нашим «волшебным» порошком - содой, и на этом участке уже можно было снова сеять, хорошенечко его перекопав и дождавшись дождя для гарантированного прохождения реакции полной нейтрализации хлора.

Так мы и жили! Не слишком богато, но вполне достойно. Мой дед Сим никогда не рвался за сверхприбылью, хотя мог, монополия же. Он долгое время работал у себя на фабрике наравне с бригадирами, а сейчас, постарев, постоянно сидел у себя в алхимической лаборатории, что-то бесконечно изобретая и создавая. А фабрикой сейчас управлял мой отец Мих и у него неплохо получалось. А мой старший брат Эжен ему помогал. И когда-нибудь я тоже стану управляющим.

«Управляющий собственной алхимической фабрикой «золотой» маг князь Экола Бести!», - а ведь неплохо звучало!

Не сосчитать, сколько раз моему деду Симу предлагали продать его фабрику, вступить в долю и т.д. С пеной у рта доказывали, что на этом деле можно иметь в сто и даже в тысячу раз больше. Улещали, угрожали, упрашивали. Но всем было отказано!

«Деньги - зло!» - говорил мой дед Сим.

И как же он в итоге оказался прав…

Сим и Ули Бести

Моему деду Симу было уже далеко за шестьдесят, но стариком его назвать сложно - высокий, мощный, статный мужчина, правда, седой как лунь и ходил с посохом. Интересный у него посох... магический, с десятком молний. В юности, Сим, простой городской ремесленник из Мана, а по жизни, довольно сильный маг и талантливый алхимик-самородок, буквально, наощупь нашёл простой и дешёвый способ выгона «Князь-Водки», которую сейчас наливали задорого во всех казённых кабаках Союза. За это открытие его, предварительно отняв все права на патент, и возвели в княжеское достоинство:

«За труды праведные Симу Бести, отныне князю Бести», - так написали в «Жалованной грамоте», выданной Симу в канцелярии тогдашнего великого князя Гула III.

Кроме титула Симу не дали ничего. Да ему было на это наплевать. Он всегда работал руками и головой, и кое-какие деньги у него уже были. Но когда он влюбился и пришёл высватывать свою зазнобу - красотку Ули Мулл, у хозяина пекарни, где она, его дальняя родственница из провинции приживалась и стояла за прилавком, тот узнав, что свататься пришёл самый настоящий князь, затребовал благословления на брак родителей. Всё по древнему обычаю!

Сим не стал нарушать древний обычай, но сам он был круглым сиротой, найдёнышем, вырос в столичном приюте и о родителях только мечтал. И он поехал к родителям невесты сюда, в Красную Окуму, откуда она была родом. Родительское благословение он получил, кто же откажется от пяти золотых герр за дочь, которая уже давно умотала в столицу. Но назад торопиться не стал, а погулял по окрестностям, осмотрелся, нашёл месторождение каменной соли, поговорил с владетельным князем, дедом нынешнего, который пообещал ему любые привилегии за то, что князь Сим с молодой женой переедет жить в Красную Окуму, и остался здесь. Так красотка Ули Мулл стала княгиней Ули Бести из Красной Окумы.

Вот только она умерла родами моего отца Миха. Почему её не смогли спасти, когда в доме находились сильные маги – приглашённая акушерка и сам Сим, я не знал и мне об этом не рассказывали. В общем, не спасли. И сейчас её одинокая могилка была обустроена у нас за садом, Сим не смог расстаться с любимой и не стал её хоронить на городском кладбище возле Храма во Имя. Такая красивая мраморная решётка.

А портрет бабушки Ули висит у моего деда Сима в его опочивальне. Какая она на нём ослепительно молодая и красивая. Но мой дед Сим говорит, что в жизни она была ещё лучше.

И он так больше и не женился.