По страницам женской истории

Время от времени на свет появляются люди, процент любопытства у которых повышен природой в несколько раз. И если они с возрастом не идут наперекор собственной натуре, цивилизация получает первооткрывателей, исследователей или талантливых репортеров, как это вышло в случае с Нелли Блай.

Рождение «леди-сенсации»

Впрочем, при рождении она получила другое имя и могла бы прожить совсем другую жизнь. Девочку, рожденную в 1864 году в небольшом городке Кокранс Миллз неподалеку от Питтсбурга, звали Элизабет Джейн Кокран.

Она выросла в состоятельной семье и получила прекрасное образование, кроме того, следует предположить, что родители не были строги к ней и не мешали ее характеру свободно развиваться. Иначе откуда бралась ее абсолютная уверенность в себе и умение выбираться из самых сложных ситуаций не просто целой и невредимой, но еще и с красочными репортажами?

В 1880 году семья Кокранов переехала в Питтсбург, и Элизабет принялась искать себе занятие по душе. Найти выход неуемному любопытству девушки, как это часто происходит, помог случай. В газете «Pittsburgh Dispatch» была опубликована статья сексистского содержания «Для чего годятся девушки», и Элизабет тут же написала редактору гневное опровержение статьи, подписавшись псевдонимом «Одинокая сиротка».

Редактор был впечатлен энергией и стилем полученной отповеди, и тут же предложил «сиротке» работу в газете. Правда, он пытался пойти на попятный, узнав, что письмо написала юная леди, но было поздно, и Элизабет принялась за труды на новом поприще. По правилам журналистики того времени она взяла псевдоним и назвалась Нелли Блай в честь героини популярной песенки.

Вероятно, редактор еще не единожды пожалел, что принял на работу эту молодую особу. Вместо того чтобы, как положено девице из хорошей семьи, писать о светской жизни, модах и садоводстве, мисс Блай вдохновенно строчила статью за статьей о тяжелом женском труде, беспросветной жизни в трущобах и на другие остросоциальные темы.

Однажды она по собственному почину на полгода отправилась в Мексику и привезла оттуда целый цикл статей о жизни мексиканцев, умудрившись затронуть еще и политику, за что ее под угрозой ареста выслали из страны. Из собранных за полгода материалов впоследствии получилась книга «Шесть месяцев в Мексике», изданная в 1888 году.

10 дней среди безумия

В 1887 году Нелли Блай решила, что нужно открывать новые горизонты, и отправилась за лаврами в Нью-Йорк. Спустя четыре месяца ей удалось устроиться на службу в газету «New York World» Джозефа Пулитцера, которого девушка заинтересовала предложением готовить статьи в новом жанре – журналистского расследования.

Слова никогда не расходились у мисс Блай с делом, и вскоре она предприняла рискованный ход – под видом пациентки внедрилась в лечебницу для умалишенных на острове Блэкуэлл. Психлечебницы представляли тогда собой закрытый мир, и отчаянная журналистка поставила себе целью раскрыть читателям, каков этот мир изнутри.

Некоторое время Нелли добросовестно входила в образ. Она перестала мыться, одевалась в отрепья и подолгу практиковалась перед зеркалом, отрабатывая пустой взгляд помешанной. Позже она писала, что «отсутствующее выражение лица действительно выглядит сумасшедшим».

Затем она начала бродить по улицам, выдавая себя за кубинскую эмигрантку Нелли Морено. Через несколько дней «странную эмигрантку» забрала полиция и отправила на психиатрическую экспертизу. Блай так удачно симулировала помешательство, что обманула четырех из пяти осматривавших ее врачей и добилась того, что ее признали душевнобольной и отправили в Блэкуэлл.

То, что она обнаружила за стенами лечебницы, подтвердило ее наихудшие опасения. Следовало признать, что приют для помешанных ровно ничем не отличался от тюрьмы, а все способы лечения больше напоминали пытки, чем медицинские процедуры.

Вот что писала Нелли Блай в одной из своих статей о Блэкуэлле:

«Сюда присылают лечиться женщин с отклонениями психики. Я бы хотела, чтобы врачи-эксперты…попробовали отправить туда вменяемую и физически здоровую женщину, заставить ее молчать, сидеть с 6 утра до 8 вечера на скамейке с прямой спинкой и не разрешать ей двигаться или разговаривать, не давать ей читать и не рассказывать, что происходит в мире, плохо ее кормить и жестоко лечить, и посмотреть, сколько времени пройдет, прежде чем она станет безумной.

Два месяца сделают ее психическим и физическим инвалидом».

Когда Блай прибыла на остров, она перестала изображать безумную, но с ужасом обнаружила, что ее поведение рассматривают как лишнее подтверждение диагноза. Спасло ее то, что срок пребывания в Блэкуэлле был кратким, и через 10 дней газета послала адвоката договориться об освобождении Нелли Морено из приюта.

Первая же статья цикла, названного «10 дней в сумасшедшем доме», произвела эффект разорвавшейся бомбы. Действие ее было так велико, что на развитие лечебниц для умалишенных тут же было выделено на 1 миллион средств больше, чем раньше.

Нелли Блай сделалась знаменитостью, но она изменила бы самой себе, если бы прекратила искать приключений и новых сенсаций для статей.

Вокруг света за 72 дня

Не прошло и двух лет, как «леди-сенсацию» посетила гениальная идея. Неугомонная журналистка со страниц «The World» объявила, что намеревается побить рекорд, описанный в романе Жюля Верна «Вокруг света за 80 дней».

Возьмись она даже повторить рекордное путешествие – и то ей была бы гарантирована очередная порция славы. Но она потратила на «кругосветку» всего 72 дня 6 часов 10 минут 11 секунд, проехав по маршруту Нью-Йорк-Лондон-Париж-Бриндизи-Суэц-Цейлон-Сингапур-Гонконг-Иокогама-Сан-Франциско-Нью-Йорк.

С каждой остановки маршрута Блай отправляла телеграфом короткие репортажи о своем путешествии. От пути она отклонилась всего однажды, ради удовольствия взять интервью у создателя своего соперника Филеаса Фогга – писателя Жюля Верна.

Фантаст тоже попал в орбиту славы отважной путешественницы: впервые изданный 17 лет назад роман «Вокруг света за 80 дней» был переиздан несколько раз «по свежим следам» большими тиражами. Тираж «The World», где печатались заметки Блай о ее удивительном вояже, разумеется, также вырос в несколько раз.

На финише «леди-сенсацию» встречали многочисленные поклонники, в честь нее был дан артиллерийский салют из 10 залпов. Редакцию газеты буквально заваливали поздравительными телеграммами, одна из которых была от «побежденного» Жюля Верна: «Я не сомневался в успехе Нелли Блай. Она доказала свое упорство и мужество. Ура в ее честь!» - писал фантаст.

Популярность Нелли Блай в это время сделалась просто невероятной. Американская почта выпустила марки с ее изображением, ее именем называли спортивные команды, а по мотивам ее путешествия была выпущена настольная игра. Позже журналистка подробно изложила историю своего путешествия в книге «В 72 дня вокруг света». А спустя несколько лет повторила свое путешествие еще дважды – за 66 и 67 дней.

Казалось, ничто не могло бы свергнуть Нелли с вершины славы. Однако, ей больше не удалось проделать ни одной столь же сенсационной авантюры. Кроме того, если ее и посещали перспективные идеи, воплотить их мешала ее узнаваемость: «леди-сенсацию» воистину знал в лицо весь мир.

Леди-миллионерша

Нелли Блай пришлось оставить журналистику, и она решительно не знала бы, чем себя занять, но тут ей подвернулась удачная брачная партия: промышленник Роберт Симен 70 лет от роду. Возраст жениха не смутил Нелли, и она посвятила себя делам его бизнеса, сделавшись президентом компании «Iron Clad Manufacturing Co.», производившей стальные контейнеры и молочные бидоны.

Сначала она преуспела и на промышленном поприще, умудрилась даже придумать и запатентовать модель металлической бочки, которая затем хорошо продавалась.

Однако вскоре после смерти мужа в 1904 году дело стало разваливаться, поскольку знаменитая журналистка не обладала необходимыми административными познаниями. И в конце концов из успешной промышленницы Нелли Блай превратилась в банкрота.

Пришлось ей вернуться к профессии журналиста, некогда принесшей ей огромную известность. Однако прежние успехи были забыты публикой, она хотела новых сенсаций, а их-то и не было. Последний всплеск внимания к себе Блай вызвала репортажем о казни преступника на электрическом стуле в тюрьме Синг-Синг.

В последние годы жизни она не писала вовсе, зато много занималась благотворительностью, уделяя особое внимание детям, оставшимся без попечения родителей.

Еще один раз имя Нелли Блай появилось на страницах «The World» 27 января 1922 года – это было сообщение о смерти журналистки. Она скончалась от пневмонии в больнице St. Mark's Hospital в возрасте 57 лет и была похоронена на кладбище в Бронксе.

Так окончилась жизнь одной из легенд американской журналистики. И жаль, что нет связи между нашим миром и загробным, не то и сейчас Нелли Блай присылала бы в газеты свои удивительно живые репортажи, и уж тогда определенно следовало бы признать, что над «леди-сенсацией» не властна даже смерть.