По тонкому льду

Мир исчез. Тьма удушливыми объятиями сомкнулась вокруг меня. Тюрьма собственного разума казалась почти осязаемой. Густой и тягучий туман неумолимо затягивал. Удары сердца раздавались в голове кузнечным молотом, я открыл глаза, но мир оставался черным. Я не ощущал своего тела, вокруг разливалось безграничное ничто. Пульсирующая боль в голове приближалась приливной волной, грозящей смыть все на своем пути. Горло сдавил спазм, пока мысли лихорадочно мелькали словесным хаосом. Пространство растворилось, я не знал, сколько времени прошло. Несколько минут или несколько часов, а может и вовсе счет пошел на дни. Я понимал, что ощущает человек, находясь на глубине и глядя на далекую поверхность воды над головой, а за спиной тем временем пустой баллон кислорода. Тревога нарастала, я пытался схватить себя за горло, ослабить хватку удушья, уши заложило, я уже начал думать, что это финал моей истории. Внезапно мозг будто вспомнил, как дышать и в легкие шумным вдохом ворвался воздух, до слуха донеслась капающая вода из крана. Тьма отступала, скрываясь в далеких уголках сознания.

Сквозь щель под дверью струился свет. Я лежал в позе эмбриона на ледяном кафельном полу в просторной ванной комнате и тяжело дышал. Разум прояснялся. Сильнейшая паническая атака отступила, но я ощущал ее присутствие неподалеку. Она еще вернется и застанет меня врасплох, как и всегда, но не сейчас.

Пролежав с полчаса или около того, я с трудом сел, снова чувствуя свое помятое тело. Кое-как встал и, щелкнув лампой на стене, посмотрел в зеркало. Оттуда на меня хмуро уставился бородатый незнакомец. Под глазами залегли темные круги, мокрые волосы прилипли ко лбу, над верхней губой выступили капельки пота. Красные глаза и мертвенная бледность. Я не был образцом счастливой жизни, но сейчас из зеркала на меня смотрел живой труп.

Я открыл кран и в раковину хлынула холодная вода. Горячую я не стал включать и, подставив ладони под тугую струю, щедро плеснул ледяной воды в лицо. Это должно было взбодрить или привести в чувство, но я почти не заметил холода. Вытерев лицо полотенцем, я выключил свет и вышел за дверь. Накинул халат, просунул ноги в тапочки, и вышел из квартиры. Длинный темный коридор, где гулким эхом отдаются все шаги и свет от фонарей в окне впереди. На открытой площадке пожарной лестницы я закурил. Кто-то из дома напротив мог увидеть мое жутковатое лицо в багровой вспышке. Сизый дым наполнил легкие и взвился в темное небо на выдохе. Руки дрожали, да что там, дрожало все тело. Я затянулся еще раз и прислушался. Где-то вдали кричала чайка в небе, а в остальном стояла давящая пустая тишина. Я просто стоял и смотрел вдаль. Между домами виделась река, подсвеченная фонарями на набережной. Даже кустарник на противоположном берегу виднелся, прямо над серо-стальной поверхностью воды. Свежий ночной воздух немного помог. Я бросил окурок в жестянку, служившую пепельницей, и пошел обратно в квартиру. Не включая свет, нашарил на полке в кухне серебристый блистер и выдавил две таблетки, которые запил водой из фильтра.

Да, знаю, мой психотерапевт сказал принимать по одной таблетке, но его рядом нет, а мне нужно успокоиться. В голову лезет бредовая идея и я не успеваю её заблокировать. Звякнули ключи в кармане халата, тапки сменились кроссовками, и я уже жду лифта, который ползёт как-то уж очень медленно, но меня уже не остановить.

В лицо ударяет свежий воздух. Ночная тишина радует отсутствием людей. Мой старый форд моргнул фарами и вот я уже выруливаю со двора. Куда я собрался? Понятия не имею. Но мотор радостно урчит, ближний свет фар высвечивает асфальт и провидение ведёт меня прочь из города. Что сказал бы Глен Парсонс, дерущий с меня две сотни за сеанс?

- Дэйв, на данном этапе не рекомендуется резкая смена окружения, велик риск спровоцировать очередной приступ, я настоятельно советую спокойную домашнюю обстановку.

Так бы и сказал, ведь для него важно, чтобы я приходил снова и снова с парой хрустящих сотен, ловко исчезающих в кармане его твидового пиджака. Надо сказать, что диплом и благодарственные письма, с гордостью развешанные на стене его кабинета, внушают определённое впечатление. Но сейчас мне не нужен его укоризненный взгляд из-за тонких очков без оправы. Будто назло Глену я вдавил педаль газа, глядя, как стрелка спидометра медленно переваливает за сотню километров в час.

Справа от меня в окне мелькнул большой зелёный баннер «Вы покидаете Ривердейл. Счастливого пути!». Я снова курил, глядя, как с правой стороны светлеет небо.

- Очередное сраное утро, - я сплюнул в открытое окно выкинул окурок и сдвинул волосы со лба набок.

Мимо проносились деревья, кусты, редкие машины. Временами то по одной, то по другой стороне дороги мелькали мотели, заправки и забегаловки из разряда «притормози, купи хот-дог и вали на все четыре стороны». К 33 годам я успел растерять всех ближайших друзей, бывшая жена давно уже греет свое тощее тело где-нибудь во Флориде, прожигая деньги очередного хахаля, боже, какое счастье, что мы не наделали детей.

Последние несколько лет я торчал в гордом или не очень одиночестве в своей однокомнатной берлоге на четырнадцатом этаже здания, покрытого трещинами, как сейчас мой лоб морщинами в попытках вспомнить, закрыл ли я квартиру. Да плевать. Кажется, я ехал уже несколько часов. Солнце поднялось высоко. Живот завёл китовую песнь, заглушая звук мотора. Черт, придётся остановиться возле ближайшей закусочной. Первой попалась заправка с небольшим магазином. Я припарковался на пустой парковке, где уныло катался от ветра перекати-поле, и вошёл в дверь, звякнув подвесным колокольчиком. Мерзотный звякающий звук заставил скучающего продавца в синей кепке бросить на меня взгляд. Я сразу прошёл мимо полок с пивом дабы не искушать судьбу, взял какой-то пирог в упаковке и бутылку спрайта. Оплатил картой, вывалился из магазинчика под новый мерзотный звон и забрался в салон, намереваясь расправиться с едой сразу же. Сделав щедрый глоток газировки, я одновременно ощутил, как шипучка проваливается в пустое нутро, и как в зеркале заднего вида мелькнула мутная тень. В тот же миг дверь машины открылась и на пассажирское кресло плюхнулся мужик в джинсах и коричневой куртке. Кепка была надвинута на самые брови. Я проглотил газировку и ощутил, как в бок мне упёрся ствол пистолета.

- Слушай сюда внимательно и без глупостей, гринго, ты спокойно отдашь мне все деньги и ключи от машины и не получишь пулю. Компренде, пендехо?

Забавный мексиканский говор. Я медленно повернул голову в его сторону и криво усмехнулся. Таблетки нейролептика напрочь убили во мне страх.

- Сегодня явно не твой день, парень, - все ещё улыбаясь произнёс я.

Латинос немного смутился, ожидая, что я испуганно вывалю ему всю наличность и ключи от тачки, но ствол не убрал.

- Ты не понял меня, каброн? – кажется, нападавший был в замешательстве, видимо, не думал, что жертва под дулом пистолета будет так спокойна.

- Прокатимся? – не дожидаясь ответа я рванул с парковки, визжа шинами по асфальту и выруливая на трассу.

- Эй! Ты куда? – заорал латинос, и приставил ствол к моему виску, - а ну тормози!

Я повернул голову так, что ствол уставился мне прямо в лоб и посмотрел на горе-грабителя. Машина тем временем набирала скорость по трассе. Я видел, как он вспотел, как забегали его глаза и задрожали руки. Обычный бродяга, стригущий легкие деньги с одиноких автомобилистов, до ужаса боящихся пистолета. Но сегодня ему попался я и все пошло наперекосяк. Психопат за рулем, не боящийся смерти.

- Боже, мужик, смотри на дорогу! – почти взмолился он, убирая ствол.

Я повернул голову и немного выровнял машину на дороге. По обеим сторонам от нас проносились высокие деревья сплошным зеленым пятном.

- Как тебя зовут? – спросил я несостоявшегося грабителя, который нервно крутил головой по сторонам, пытаясь понять, куда его везут.

- Фабио, - нехотя ответил он, - слушай, мужик, давай забудем, ок? Ничего не было, просто высади меня и разойдемся.

- Извини, Фабио, у меня другие планы.

Он сглотнул и, мельком глянув на спидометр, издал какой-то странный булькающий звук и принял решение пристегнуться. Я видел в зеркале заднего вида его перепуганное лицо и шевелящиеся губы. Парнишка явно молился.

Я мчал по трассе, обгоняя редкие машины, которые мне казались чертовыми улитками, едва ползущими по асфальту. Разум до странности был ясным. Я понимал, в какую ситуацию угодил и что мог получить пулю, но ничего не ощущал, как будто наблюдал со стороны за персонажем кино. Ни страха, ни тревоги. Я две таблетки выпил? Или три? Черт, не помню. Этот неудачник пытался меня ограбить. Стрессовая ситуация. Как там говорил Глен? Стоит попробовать втиснуть себя в рамки стрессовой ситуации, что может положительно сказаться на борьбе со своими страхами или что-то вроде того. Что-то вроде «попробуй взглянуть страху в глаза». Вдали замаячила очередная заправка с магазинчиком, мы уже уехали за пятьдесят миль от предыдущей. А что, если?..

Сбавив скорость, я повернул направо к такой же пустой парковке. Заглушил двигатель, протянул руку назад и выхватил пистолет из руки Фабио, несмотря на его слабые протесты. Парня явно укачало. Открыл дверь и вышел, заблокировав его в салоне.

- Эй, ты чего? Куда ты? – забеспокоился Фабио, побледнев.

- Жди.

Я спрятал пистолет в трусы. Ну и видок у меня, наверное. Кроссовки на босу ногу, махровый халат поверх трусов и большие солнцезащитные очки, которые я взял с приборной панели. Образец не самого психически стабильного гражданина. Ситуация стрессовее некуда, если все получится.

Кассир бросил на меня пустой взгляд, когда я вошел, и уставился в монитор своего компа, а я прошелся по рядам, взял газировки, пачку чипсов и направился к кассе.

- Это все? – скучающим голосом спросил кассир в оранжевой рубахе, какой-то мальчишка, наверняка подрабатывающий студент.

- Ага. И выворачивай кассу. Быстро.

- Что? – опешил кассир, мгновенно меняясь в лице.

- Как тебя зовут?

- Майкл, - ответил кассир, невольно отступая на шаг.

- Послушай, Майкл, - вкрадчиво произнес я, показывая пистолет, торчащий из трусов, - лучше делай, что я говорю и мой ствол останется на своем месте. Ок?

Боже, как-то двусмысленно прозвучало, но мне было насрать.

- Ладно, ладно, - сглотнув сказал Майкл, - в кассе немного налички, клиентов сегодня маловато…

- Не важно, просто выкладывай все, что есть, - я ухватил со стенда чупа-чупс и развернув зубами, засунул в рот сладкий леденец.

Налички оказалось сто двадцать четыре доллара с мелочью. Я кивнул Майклу и вышел из двери, сразу направившись к машине. У меня было очень странное ощущение.

Открыл дверь, сел в машину и завел двигатель, кинув пушку обратно Фабио. Тот таращился на меня во все глаза. Сквозь стеклянные окна он видел всю сцену у кассы.

Я хотел сказать ему что-то вроде «Вот так нужно грабить», но меня накрыла тьма. Сердце заколотилось в груди. В глазах все поплыло, я упал лбом на руль. Откуда-то издалека, будто за много миль отсюда, до ушей донесся голос Фабио.

- Эй! Мужик! Что с тобой?

Я не мог ответить. Речевой аппарат был где-то в другой вселенной, и я не мог до него добраться. Я тонул в пучине паники и тревоги. Теряя слух, зрение, чувства. Все, что со мной осталось, так это стук сердца, звучащего, как сраный отбойник, и хриплое дыхание, услышав которое в ночи, можно бежать за чистыми штанами.

- Мужик! Нас же заметут сейчас! Надо валить! – Фабио кричал, пытаясь достучаться до меня, но я только судорожно хватал ртом воздух. – Ты помереть собрался?

Он выскочил из машины, сдвинул меня на пассажирское сиденье и плюхнулся за руль. Где-то вдали уже слышались сирены. Юнец на кассе не только выдал наличку, но и не забыл нажать тревожную кнопку. Фабио с визгом колес рванул с места по трассе. Оставляя позади забегаловку и выбежавшего из дверей кассира, который что-то говорил в телефон.

Я уткнулся лбом в прохладное стекло и пытался выровнять дыхание. Постепенно вокруг все проступало все яснее. Паника отступала, как отлив из бухты. Бездонное море успокаивалось.

- Сейчас, хомбрэ, погоди только чуток! Доберемся до моей тетки, тебе отлежаться надо, - приговаривал Фабио, ведя машину.

- Д-Дэйв… - просипел я бледными губами.

- Чего?

- Я Дэйв, - четче выговорил я через силу.

- Компренде, ок, Дэйв, рад, что тебе лучше, - закивал Фабио, - чесслово, думал, ты коней двинешь прямо в тачке.

- Почему ты мне помогаешь?

- Нам, амиго, - поправил он, усмехнувшись, - камеры видели меня с тобой, если бы ты помер, волна дерьма захлестнула бы и меня по самое не хочу. Представляешь, что копы подумали бы про вооруженного латиноса с мертвым мужиком в его тачке?

- Справедливо. – я попытался сесть ровнее, и голова снова закружилась.

Я все же принял относительно вертикальное положение, достал из кармана халата сигареты – в пачке осталось всего две и одну из них я оке-как выудил – открыл окно и трясущимися руками прикурил. Глубоко затянулся и выдохнул. Кажется, тьма отступает. Но при этом я знал, что она всегда возвращается.

- Чего с тобой было? Приступ какой-то? – спросил Фабио, глядя на меня мимоходом. – Ты псих?

- Вроде того, - произнёс я, еле двигая языком, который с какой-то стати стал тяжелее раз в двадцать обычного. – Агорафобия и панические атаки.

Фабио присвистнул. Хоть он ничего и не понял, судя по всему, слова эти произвели впечатление. Я молча смотрел в окно, стараясь не дымить в салон. Фабио свернул с главной трассы и теперь вокруг все чаще мелькали нарядные и не очень коттеджи и частные дома. То ли деревушка нашлась, как из промо роликов компаний-застройщиков, предлагающих купить американскую мечту, то ли пригород вдали от городской суеты. Мне почему-то вспомнились старые бабулины фотки, где она с моим дедом, только вернувшимся с войны, позирует перед одноэтажным домиком. Ее улыбка светилась счастьем, газон зеленел, а дом мог похвастать стильными оливково-бежевыми панелями. Хотя фото и было черно-белым, бабуля много рассказывала о своей тогдашней жизни. Вблизи домики оказались не такими красочными, они словно погасли, утратили лоск и шик послевоенного строительства. Словно погружая меня в те далекие годы, Фабио петлял зайцем, по тихим улочкам. Он повернул вправо, и ещё раз, на этот раз на совсем узкую дорогу, а через время остановился в небольшом заасфальтированном кармане перед ярко-жёлтыми недавно покрашенными воротами. Фабио вышел сам и помог выбраться мне, дотащив моё полу-подвижное тело от открытых ворот до крыльца. Одной рукой придерживая меня, другой он постучал. Тут же поднялся громкий визгливый лай.

- Тише вы! – гаркнул женский голос и раздались шаги.

- Это я, Фабио!

Лязгнул железный замок и открылась дверь. Тётушка Фабио была невысокого роста женщиной, чьё лицо было похоже на спелый персик, полежавший на солнце несколько часов.

Волосы с проседью были убраны в тугой пучок на затылке. На ней был фартук с весёлыми овощами, из кармана которого торчала тряпка. Весь вид тетушки был грозным. Взгляд женщины не сулил ничего хорошего.

- Что ты опять натворил, Фабио? – недовольно спросила она и перевела взгляд на меня, - Что с этим бедолагой?

- Можно мы зайдем?

- О диос мио! – она возвела глаза к небу, но открыла дверь пошире и пропустила нас внутрь.

Фабио опустил меня на диване в гостиной, а сам плюхнулся в кресле и вытер пот со лба. Все же я крупнее него в комплекции, а он почти тащил меня на себе.

- Что случилось? – женщина уставила руки в боки и сурово смотрела на племянника, - Ты опять влип в неприятности?

- Да никуда я не влип! Меня подвозил Дэйв, ему за рулем поплохело, мы чуть с дороги не слетели, какой-то приступ или типа того!

- Так и было, это все из-за меня, - слабым голосом произнес я, - Фабио говорит правду.

Взгляд старухи немного смягчился, и она пошла на кухню, чтобы дать нам еды.

- Спасибо! – тихо сказал Фабио одними губами, - Не хотел ее огорчать…

- Тем, что грабишь людей? – так же тихо закончил я.

Фабио смутился и отвел глаза. Похоже, он не был плохим парнем в полном смысле этого слова, я сомневался, что Фабио всерьез мог убить кого-то. Я чувствовал себя ощутимо лучше, и мы с аппетитом поели, а перед этим тетушка, ее, кстати, звали Мария, произнесла короткую молитву на испанском, которую я почти не понял, да и вообще был атеистом, но послушно взял Марию за протянутую морщинистую руку. Когда с едой было покончено, все уселись перед телевизором, хотя мне бы стоило уже домой ехать. Во дворе залаяли псы, когда раздался стук в дверь.

- Кого ж там нелегкая принесла! – в сердцах воскликнула Мария и пошла к двери, бормоча что-то на испанском.

Мы с Фабио переглянулись. Он подошел к окну и приоткрыл штору. Мария у ворот разговаривала с мужчиной в полицейской форме, прямо за ним мерцали красно-синие отсветы патрульной машины. Никаких сирен не звучало. Мария раздраженно махнула рукой в сторону дома. Фабио отскочил от окна и вытолкал меня в коридор.

- На задний двор! Живее! – прошипел он, уже слыша шаги Марии.

Мы рванули, что было сил, стараясь не шуметь. Главное успеть добраться до машины мимо полиции.

- Стоять! – рявкнул офицер, стоявший рядом с Марией, доставая из кобуры пистолет.

Мария вскрикнула. Мы с Фабио, как два зайца, вспугнутые в поле, помчали прямо к машине, надеясь, что полицейские не станут палить на поражение. Запрыгнув в машину, я молил всех богов, чтобы она завелась с первого раза и, о чудо, мотор послушно завелся. Позади нас уже взревела сирена, полицейский что-то говорил в рацию, Мария что-то кричала с перекошенным от ужаса лицом, а наша машина сорвалась с места. Один поворот, второй, теперь на трассу, кажется, оторвались. Но не тут-то было. В зеркале заднего вида показался полицейский автомобиль и быстро приближался. Я вдавил педаль, не глядя на спидометр, стараясь держать машину ровно в левом ряду.

- Если меня поймают, мне светит срок, черт бы их побрал! - выругался Фабио, оглядываясь на преследующих полицейских.

- Вот это денек у меня выдался, - Дэйв, смотрящий на меня из зеркала заднего вида, усмехнулся, хотя мне на самом деле смешно не было.

Недавнее утро уже казалось далеким прошлым. В крови бурлил адреналин. Буквально кипел по венам. Как будто в двигатель впрыснули закись азота, так и мое сердце грохотало в груди на бешеных оборотах. Боковым зрением я почти не замечал, как проносятся слева разделители, дорожные знаки, деревья. Только размытый шлейф из цветных пятен. Взгляд сузился в центральную область, концентрация возросла в разы, по крайней мере, мне так казалось на тот момент. Сирены были все ближе, но я едва слышал их. Несмотря на то, что в полиции чаще всего используют серийные автомобили, они получают серьезную модернизацию, улучшающую их характеристики. В этом нам пришлось убедиться прямо сейчас. Поэтому ничего удивительного, что они спокойно преследовали нас, явно не на пределе возможностей. А вот моя машина не была готова к таким испытаниям. Если бы я проявил чуть больше внимания, я бы заметил, какую невероятную глупость задумал Фабио, но я был слишком увлечен дорогой. Только выстрел справа от меня привлек мое внимание. Идиот Фабио, высунув руку в окно, стрелял в сторону полицейских. Гениальный, мать его, план, чтобы превратить лихую погоню в погоню с перестрелкой.

- Ты какого хрена творишь, кретин? – рявкнул я, пытаясь при этом не терять из вида дорогу.

- Я не хочу в тюрягу! – закричал он с безумным взглядом.

Часть меня пыталась вести машину, другая часть пыталась скрыться в глубинах сознания, а третья попыталась отобрать у Фабио пушку. Грянул выстрел. Пуля прошила потолок и ушла в небо. Я отвлекся на выстрел, грянувший в салоне, потерял контроль, а в следующий момент уже вылетел через лобовое стекло. Последняя мысль, мелькнувшая в разбитой голове, была о том, что я забыл пристегнуться. Затем мир погрузился во тьму. Дальнейшие события помнятся обрывочно. Я оказался в горизонтальном положении. Ощущение, как будто меня пропустили через дробилку. Дважды. Вокруг много голосов. Кто они, что говорят, вообще не важно. Я снова отключился, ощущая бесконечную боль каждой клеткой своего никчемного тела.

Когда я вновь открыл глаза, точнее разлепил какие-то узкие заплывшие щелочки вместо них, вокруг все было в очень светлых тонах. Фисташковые стены, что-то рядом беспрестанно пищало и слышно гул работающей электроники. Я попробовал пошевелиться, боже, какая же боль! Меня словно запихнули в мешок раскаленных иголок. Я хотел позвать кого-нибудь, но изо рта донесся только какой-то хрип.

- Эй, Дэйв! – знакомый голос где-то совсем рядом заметил мои потуги.

- Фабио? – прохрипел я, силясь разглядеть его.

- Да, хомбрэ, это я, - его голос был вполне бодр.

- Чего ты здесь делаешь? И где мы вообще? – я попробовал прокашляться, но легкие от спазмов обожгло каленым железом.

- Мы тут из-за тебя, гринго, - усмехнулся он, и потряс загипсованной рукой.

Его лицо было синевато-пятнистым, над бровью рассечение, уже заштопанное, нос напоминал фиолетовый баклажан, зачем-то пришитый к лицу, да и рука в гипсе. В остальном он выглядел не так уж плохо. Не сильно хуже, чем обычно.

- Почему ты не в койке, как я?

- Потому что я умею пристегиваться, хотя ремни и мешали стрелять, - хохотнул Фабио, - а ты улетел на двадцать футов прямо через лобовуху, тачка твоя того, в гармошку сжалась, меня оттуда выковыривали, а ты теперь человек-перелом.

- Твою мать! – я бы стукнул кулаком по кровати, но мое тело забыло, как это делается.

Наверняка мне вкололи обезболивающее, но боль все равно была сильна. Мне бы не помешал сейчас какой-нибудь Костерост, но сова не принесла мне писем на одиннадцатый день рождения и великан не привез торт на мопеде, чтобы сказать, что я волшебник.

- Что дальше? – тупо спросил я, глядя в потолок, настолько белый, что у меня глаза заслезились.

- Тетушка внесла за меня залог, так что в тюрягу я не иду, но срок испытательный на полтора года плюс исправительные работы. А если бы я тачку им прострелил или вовсе ранил, я бы сейчас прямо в тюремном лазарете сидел.

- А со мной что?

- Тебя отскребли от обочины, прикинь, ты полметра всего мимо бетонного столба пролетел! Потом привезли сюда, насколько я знаю, тебя подозревают в грабеже с применением оружия, - протянул Фабио, - но потом пришел какой-то мужик в очках и с бородкой, и полиция долго с ним беседовала.

- Глен?

- Понятия не имею, амиго, может и Глен, какая разница?

- Глен Парсонс мой лечащий врач, - произнес я, то ли страшась встречи с ним, то ли надеясь на нее.

- Дэйв! – Глен будто явился на зов своего имени, - Рад видеть тебя хотя бы живым, про бетонный столб слышал?

- Ага, все так плохо?

- Жить будешь, - усмехнулся он и подмигнул мне, - а вот как долго зависит только от тебя.

Я промолчал. Да и чего тут сказать?

Глен нахмурился, потеребил свой галстук в полоску и произнес уже серьезнее.

- В общем, Дэйв, есть для тебя две новости. И хорошая, и плохая. Давай я начну с хорошей. Судить тебя не будут, Майкл решил не заявлять на тебя, так как все украденное ты вернул в целости.

- Что вернул? Когда? – я не понял, о чем он.

- Те жалкие доллары, что ты заставил вытащить из кассы бедолагу Майкла. Они возвращены, я позаботился об этом, а еще ты передал ему свои глубочайшие раскаивания и сожаления о случившемся.

- Когда я успел? Я же не мог никуда выйти с тех пор, как попал сюда.

- Дэйв, прошло 5 дней.

- Сколько?!

- 5 дней, друг мой, и в первые из них никто не знал, выживешь ли ты. Ты взял и выжил, и это отлично. Вижу, как ты ошеломлен, поэтому вот тебе вдогонку плохая новость. Ты не сядешь в тюрьму.

- Это плохая новость?

- Да. Не сядешь ты в тюрьму по причине своей занятости на ближайшие четыре месяца. Ты будешь проходить комплексное лечение в моей клинике. После того, как тебя соберут в одно целое местные специалисты.

- Сначала тело, потом разум, - протянул я, ощущая облегчение внутри.

- Совершенно верно. Так что поправляйся, набирайся сил и до встречи.

Глен улыбнулся и вышел из палаты. А следом за ним зашла медсестра.

- Ну, мистер Скиннер, вам нужно отдохнуть, чтобы ваш организм смог направить все силы на восстановление.

Я не стал с ней спорить. Заработала капельница и мое сознание медленно отключилось в небытие, унося с собой фиолетовый баклажан на лице Фабио, который при этом улыбался во весь рот.

Солнце приятно грело, но не пыталось выжечь все живое. Я медленно спустился по ступеням лечебницы, глубоко вдохнул свежий воздух. За эти четыре месяца я не просто восстановил разум и наладил связь с самим собой, я отказался от курения, скинул несколько фунтов веса и не испытывал панических атак. Я будто заново родился, как феникс восстал из пепла, в который сам же себя и загнал. Да, история одного дня от паники в ванной до полета сквозь лобовое стекло навечно врезалась в памяти жестоким уроком жизни. Однако, без этого урока я не стоял бы сейчас здесь и не пялился на всю эту цветущую зелень вокруг, словно впервые увидел. Мир заново открылся мне во всех своих красках.

- Не зависай, Дэйв! – крикнул из машины знакомый голос, - Пиво в баре само себя не выпьет!

Я быстрым шагом пересек дорожку и уселся на пассажирское сиденье старенького мустанга. Фабио часто навещал меня тут, хвастал, что помирился с тетушкой и эта сварливая, но великодушная женщина все простила, заверил, что нашел наконец приличную работу. Тот день и для него стал уроком, из которого он извлек для себя пользу. После таких событий невольно начинаешь задумываться, неужели все это лишь случайность и два человека, жизни которых катились к черту, встретились на парковке заправки, чтобы пройти через лютый ад и суметь найти себя? Как знать, в жизни возможно всякое. Даже самое невероятное, а другом может стать тот, кто приставил пистолет к твоей голове, но ни в коем случае не воспринимайте это как правило.