Победа Феменистки - читать бесплатно онлайн полную версию книги автора Abelmax (самиздат)

Алина с подругами сидела в уютном кафе, попивая латте и с жаром обсуждая очередное проявление «патриархального гнёта».
— Ну вот объясните мне, — говорила Алина, откидывая длинные каштановые волосы, — почему мы должны что-то «убери-приготовь-роди»? Мы что, служанки?
— Ага, — подхватила Катя, — мужики думают, что мы обязаны быть их приложением. Нет уж, спасибо.
— Совершенно верно, — кивнула Алина. — Я личность, а не прислуга.

Они говорили о несправедливости, о том, как мужчины пытаются контролировать их жизни, и о том, что они никогда не позволят себя подчинить.

Но всё изменилось, когда Алина начала переписываться с Денисом. Он написал ей в соцсети, вежливо, без навязчивости, просто сказал, что она ему понравилась, и хотел бы познакомиться. Алина, привыкшая к грубым или слишком настойчивым ухаживаниям, была удивлена его тону.
— Ты же понимаешь, что я не буду тебе стирать носки и гладить рубашки? — сразу предупредила она.
— Конечно. — ответил Денис. — Я ищу человека, а не служанку.
Это её заинтересовало.

Они встретились в том же кафе, где она обычно собиралась с подругами. Денис оказался высоким, приятным мужчиной с мягкой улыбкой. Когда Алина подошла к столику, он встал, подвинул ей стул, прежде чем она села.
— Спасибо. — пробормотала она, слегка смущённая.

Разговор шёл легко. Денис оказался умным, начитанным, с чувством юмора. Он не перебивал, не пытался доминировать в беседе, просто общался с ней на равных. Когда принесли счёт, он тут же достал карту, но Алина резко остановила его:
— Мы платим пополам.
— Как скажешь. — улыбнулся он.

На выходе он открыл перед ней дверь, пропустил вперёд. Алина чувствовала лёгкое раздражение — ей казалось, что это какие-то патриархальные штучки, но в то же время… ей было приятно.

Через неделю Денис прислал ей огромный букет роз. Алина стояла с ним в руках, растерянная.
— Что это вообще значит? — спросила она у зеркала, но ответа не последовало.

Её феминистская натура тревожно зашевелилась: «Он что, пытается меня купить? Завоевать подарками?» Но другая часть её, та, что просто была девушкой, радовалась. Что-то внутри неё начало меняться. И это её пугало.

Алина всё ещё встречалась с подругами, но их разговоры уже не были такими яростными. Раньше она с жаром осуждала «мужские привилегии», но теперь в её словах появились сомнения.
— Ну, не все же мужики ужасные. — как-то неуверенно заметила она, поправляя прядь волос.
— Ого! — подняла бровь Катя. — Ты что, влюбилась в того своего джентльмена?
— Нет! — Алина покраснела. — Просто… он не такой, как остальные.
Подруги переглянулись, но промолчали.

Алина и Денис продолжали встречаться. Каждый раз он был галантен, внимателен, но никогда не переходил границ. Он не пытался её поцеловать без разрешения, не настаивал на близости. И это её бесило. «Почему он не делает первый шаг?» — думала она, нервно постукивая ногтем по столу.

Всё изменилось в тот вечер. Они пошли в бар, выпили коктейлей, смеялись, танцевали. Алина чувствовала, как алкоголь разливается тёплой волной по телу, смывая её обычную сдержанность. Она прижималась к Денису, ловила его взгляд, но он лишь улыбался и осторожно отстранялся, будто боясь воспользоваться её состоянием.
— Ты такой… правильный. — пробормотала она, когда он вёл её к такси.
— Просто не хочу, чтобы ты потом пожалела. — ответил он.
— А если я не пожалею?
Он не успел ответить.

Такси довезло их до её дома. Денис помог ей подняться по лестнице, аккуратно придерживая за локоть. Когда она с трудом вставила ключ в замок, он мягко сказал:
— Спокойной ночи, Алина.
И тут что-то в ней щёлкнуло.
— Нет. — она схватила его за руку и потянула за собой. — Ты не уходишь.
— Ты пьяна. — попытался сопротивляться Денис, но она уже заводила его в спальню.

Её пальцы дрожали, когда она толкнула его на кровать и сама забралась сверху.
— Ты же хочешь… — прошептала она, целуя его шею.
— Алина, подожди… — он попытался приподняться, но её рука уже скользнула вниз, нащупывая твёрдый бугорок в его брюках.
— Ого! — она хихикнула. — А говоришь «подожди»…
Денис замер. Его дыхание участилось, но в глазах всё ещё читалась неуверенность.
— Мы не должны…
— А я хочу. — перебила она, расстёгивая его ремень.
Последнее, что он успел сказать, прежде чем её губы снова нашли его, было:
— Ты точно этого хочешь?
Но ответа уже не требовалось.

Алина не сводила с Дениса горящих глаз, её пальцы уже расстегнули его брюки. Он был крупнее, чем она ожидала, и это лишь сильнее разожгло её желание.
— Ты так долго ждал… — прошептала она, обхватывая его ладонью. — Так вел себя хорошо… Теперь я хочу наградить тебя.
Денис резко вдохнул, когда её пальцы скользнули вдоль его ствола. Она медленно опустилась перед ним на колени, не отпуская его взгляда.
— Ты мне правда нравишься. — призналась она, прежде чем её губы обхватили головку.
Он застонал, впиваясь пальцами в простыни. Алина работала ртом медленно, чувствуя, как он напрягается под её ласками. Её язык скользил по нежной плоти, заставляя его дышать всё чаще.
— Алина… я не… — он попытался предупредить, но было уже поздно.
Горячая волна хлынула ей в рот. Она не отстранилась, приняв всё, лишь слегка причмокнув губами.
— Вкусно. — ухмыльнулась она, вытирая уголок рта.

Но на этом она не остановилась. Её пальцы потянули его за бедра, заставляя лечь на спину, пока она сбрасывала с себя одежду. Голая, влажная, она оседлала его, чувствуя, как его член снова наполняется кровью.
— Ты же ещё не устал? — дразнила она, приподнимаясь и направляя его в себя.
Он не успел ответить — она резко опустилась, принимая его целиком. Оба застонали в унисон. Алина двигалась сверху, контролируя ритм, наслаждаясь тем, как он смотрит на неё. Но скоро ей стало мало этого.
— Нет. — резко сказала она, останавливаясь. — Так не пойдёт.
Денис удивлённо поднял брови.
— Я хочу, чтобы ты взял меня. Жёстко. Без этих нежностей. — её голос дрожал. — Докажи, что ты мужчина.
На секунду в его глазах мелькнуло что-то дикое.

В следующий момент он уже перевернул её, прижав к матрасу. Его руки вцепились в её бёдра, и он вошёл в неё с одним резким толчком.
— Да! Вот так! — закричала Алина, чувствуя, как её тело поддаётся его напору.
Он трахал её без церемоний, как она и хотела — глубоко, грубо, заставляя кровать скрипеть. Каждый толчок выбивал из неё стон.
— Ты моя. — прошептал он ей в ухо, и от этих слов её затрясло.
Она кончила первой, сжимая его внутри себя, но он не остановился. Он перевернул её на спину, поднял её ноги на плечи и вогнал в неё ещё глубже.
— Кончи в меня! — приказала она.
И он послушался. Горячая пульсация, её имя на его губах — и он заполнил её, дрожа в последних толчках.

Они лежали, тяжело дыша, потные, опустошённые. Алина улыбнулась. «Так вот каково это…»

Температура их тел ещё не успела остыть, как Алина снова потянула его к себе. Ночь превратилась в череду жарких схваток — он шлёпал её по упругим ягодицам, пока она притворно вырывалась.
— Не убежишь... — его пальцы впивались в её бёдра, прижимая к матрасу.
— Попробуй останови меня! — бросала она вызов, но её тело предательски выгибалось навстречу.
Он понимал её игру. И он играл по её правилам, становясь всё жёстче, пока она не кончала, дрожа и царапая простыни.

Но когда первые лучи солнца пробились сквозь шторы, Алина проснулась с пугающей ясностью в голове. «Что... что мы натворили?!» Щёки её пылали. Она осторожно выбралась из-под его руки, стараясь не разбудить. На цыпочках пробралась на кухню. «Я вела себя как... как...» Мысли путались. Вчерашняя Алина — уверенная феминистка, которая клялась никогда не подчиняться мужчине — сама просила его быть грубее. Сама наслаждалась тем, как он доминировал над ней. «Он теперь точно считает меня ненормальной...»

Пальцы непроизвольно сжали край стола. Вдруг её охватило странное желание. «Нужно... извиниться? Нет. Но...» Она распахнула холодильник и принялась готовить с неожиданным рвением. Омлет, бутерброды с маслом и сыром, свежевыжатый сок из найденных апельсинов — будто пыталась замести следы ночи кулинарным совершенством. «Я никогда даже для себя так не готовила...»

Когда шаги раздались за спиной, она вздрогнула.
— Доброе утро. — его голос был хрипловатым от недавнего сна.
Алина резко обернулась, держа в руках поднос.
— Я... приготовила завтрак.
Он удивлённо поднял брови, но улыбнулся:
— Выглядит потрясающе.
Она молча поставила поднос, избегая его взгляда.
— Спасибо. — он взял её за руку, но она едва заметно дёрнулась.
— Всё в порядке? — его голос стал мягче.
«Нет. Да. Я не знаю.»
— Просто... — она наконец подняла глаза, — ты не думаешь, что я...
— Что ты восхитительна? — он перебил, поднося ко рту кусочек бутерброда. — Да. Думаю.
И в этот момент что-то в ней дрогнуло.

Прошла неделя, но Алина всё ещё не могла прийти в себя. Каждое его прикосновение заставляло её кожу покрываться мурашками – не от возмущения, а от нарастающего желания. Она ловила себя на том, что краснеет, когда он просто брал её за руку. «Что со мной происходит?» – думала она, пряча глаза.

Но ночью всё менялось. Как только дверь в спальню закрывалась, её стеснение растворялось в темноте. Он не спрашивал, не просил – он брал. И ей это нравилось. Однажды он прижал её к окну, распахнув шторы.
— Кто-то может увидеть! – прошептала она, но её тело уже отвечало на его касания.
— Пусть смотрят. – его губы обжигали шею, а руки крепко держали её за бёдра.
Стыд смешивался с возбуждением, и она кончила, стиснув зубы, чтобы не закричать.

Утром она просыпалась другой. Теперь её холодильник был всегда полон, а на плите дымился завтрак. Она тратила часы на маски для волос, эпиляцию, новые платья – всё для того, чтобы увидеть в его глазах одобрение.

Подруги перестали её узнавать.
— Ты вообще слышишь себя? – Катя скривилась. – «Он такой сильный», «он такой заботливый»... Ты же сама говорила, что мужчины – это угнетатели!
Алина опустила глаза.
— Он... не такой.
— О боже. – подруга закатила глаза. – Ты переобулась!

А он менялся. Его уверенность росла. Он стал твёрже, иногда даже требовательным – но не грубым. Он планировал их будущее, откладывал деньги на квартиру, окружал её заботой. А по ночам... Он привязывал её к кровати, заставляя стонать. Целовал так, что у неё подкашивались ноги. Говорил грязные слова, от которых горели щёки. И она не хотела, чтобы это заканчивалось.

Ипотечная квартира оказалась уютнее, чем Алина могла представить. Солнечные зайчики прыгали по свежевыкрашенным стенам, а запах домашней выпечки смешивался с ароматом её нового парфюма – не дерзкого, как раньше, а мягкого, женственного.

Она стояла у плиты, помешивая рагу, когда зазвенел ключ в двери.
— Я дома! — его голос гремел в прихожей.
Алина вытерла руки о фартук и поспешила навстречу.
— Ужин почти готов! — улыбнулась она, принимая из его рук пакет с продуктами.
Он обнял её за талию, прижал к себе.
— Ты пахнешь как счастье. — прошептал он в её волосы.
Раньше такие слова вызвали бы у неё саркастическую усмешку. Теперь же она лишь покраснела.

Свадьба была скромной, но тёплой. Когда он надел ей на палец кольцо, Алина вдруг осознала – она больше не та ярая феминистка, что кричала о равноправии. Она была его женой. И это звание грело её сильнее любых лозунгов.

Беременность изменила её тело, но он продолжал желать её с той же страстью. По ночам, когда живот уже округлился, он целовал её, шепча: «Ты самая красивая». И она была счастлива.

После рождения первого ребёнка он взял на себя три работы.
— Ты заботишься о нашем сыне. — сказал он, застёгивая пиджак. — А я позабочусь о вас.
Раньше такие слова возмутили бы её. Теперь же она лишь кивнула, прижимая к груди спящего младенца.

Второй ребёнок. Третий. Её дни наполнились детским смехом, пелёнками, уроками рисования. Она больше не спорила о гендерных ролях – она жила в них.
— Мама! — трёхлетняя дочка тянула её за подол платья. — Смотри, я нарисовала нашу семью!
На кривом рисунке папа был большим и сильным. Мама – в платье, с улыбкой. И три маленькие фигурки рядом. Алина почувствовала, как по щеке скатывается слеза.
— Красиво, солнышко.

Иногда, в редкие тихие вечера, она вспоминала свою прошлую жизнь – митинги, споры, злость. Теперь же она заваривала чай, поправляла плед на плечах мужа и присаживалась рядом, слушая, как он читает детям сказку. «И где же здесь неравенство?» — думала она, наблюдая, как его сильные руки бережно перелистывают страницы. Он работал, чтобы они ни в чём не нуждались. Она создавала дом, в который он возвращался с радостью.

Это и была её победа.