Победившие распри

Олег сейчас решал какие-то важные вопросы вместе с альдором Тиаром и адмиралом Тиноллем. Меня же они считали недостаточно взрослой для таких заданий. Было немного обидно, но я пообещала, что не позволю себе раскиснуть.

Так я и тревожилась за тех, кто стал мне дорог, и ломала голову над тайной. Ведь должна была хотя бы попытаться разгадать её. Этого требовало что-то внутри меня. Оно засело как заноза в самой глубине моей сути. Я так и не поняла, почему вообще столкнулась с такой проблемой.

Почувствовала опасность и сразу же сменила лёгкие на другие, уже боевые, чакрамы. Выбрала самые тяжёлые. Их поверхность была настолько отполирована, что в неё можно было смотреться, как в зеркало.

Краем сознания уловила мысль, полную раздражения. Видимо, меня собирались застать врасплох. Только мои враги не учли, что уровень моих ментальных и эмпатических способностей в непростой ситуации рос не в геометрической прогрессии, а по экспоненте.

Этим я удивила даже своего наставника альдора Тиара. Он никогда не видел ничего подобного ни у одного из своих многочисленных учеников. Только мне сейчас было не до праздных размышлений. Защита должна была выстоять. Да и мы с Т-маа теперь были всегда настороже.

Нужно было придумать, как сделать так, чтобы они потеряли сознание, но не погибли. Саботажники могли дать зацепки, которые приведут к тем, кто заварил эту кровавую кашу. Если этих преступников не остановить, война может разгореться с новой силой. Тогда все три расы запросто уничтожат друг друга вместе с мирами, где они обосновались. Допустить этого мы не имели права.

Совсем не ожидала, что мне на помощь придут гайдор Оресс и незнакомая гайна. Из их ладоней «выскочило» странное голубоватое свечение. Оно окутало напавший на меня отряд из двадцати существ обеих рас. Людьми, Т-маа, альдоранами или альдорами у меня язык не повернулся бы назвать эти отбросы даже мысленно. В их сознании царили только лютая ненависть и непреодолимое желание убивать.

Когда пелена света рассеялась, я поняла, что мои несостоявшиеся обидчики пребывают в глубоком сне. Заставить их проснуться смогут только эти двое. Причём вместе.

Женщина посмотрела на меня. Сначала хмуро, потом прекрасное лицо разгладилось. У неё были светлые волосы, правильные черты лица и огромные серебристые глаза, переливающиеся точно снег под ярким солнцем.

– Ты хочешь понять, как мы переросли распри? – голос был молодой и очень приятный, но меня это не обмануло.

Она была куда старше и своего спутника, и альдора Тиара вместе взятых.

– Да. От этого зависит слишком много. Эта война уже унесла преступно много жизней.

– Ты прав, Оресс. Она имеет право получить шанс разобраться. Совет Невозмутимых разрешил мне дать тебе информационный кристалл с нашими летописями до того, как мы навсегда похоронили распри. Его нельзя потерять или отдать другому. Только ты сможешь считывать эту информацию. Мне будет интересно, сможешь ли понять, что надо сделать. Легко не будет, обещаю. Есть основные принципы, но как их применить для ваших рас, придётся придумать самостоятельно.

– Спасибо, гайна, – не знаю, почему она не представилась.

Видимо, у неё были свои резоны.

Мне на ладонь лёг голубоватый кристалл на искусно сделанной ажурной цепочке. На его безупречных гранях вспыхивало и гасло сияние, которое и заставило атаку посланцев «Лиги саботажников» позорно захлебнуться. Потом мои защитники молча ушли.

Я не могла быть уверена, что справлюсь с настолько сложной задачей. Только доступа к этим данным больше ни у кого не было. Значит, мне придётся не только сделать информацию доступной для тех, кому можно доверять, а сначала самостоятельно попытаться найти ответ.

Я надела цепочку на шею, привела себя в порядок. Потом вызвала брата и адмирала Тинолля, чтобы передать им пленников. Как и пообещала, что не буду перенапрягаться и запускать учёбу даже в обмен на возможную разгадку этой тайны. В данном случае спешка была опасна неправильно сделанными выводами и неверными результатами исследований.

К тому же от учёбы и работы в пункте телепортации меня никто не освобождал. Отчего-то не оставляло ощущение, что это тоже проверка. Аналогичная той, которую устроили мне альдоры и Т-маа.

После того как бесчувственных пленников унесли, мой брат Дима тут же увёл меня в Переговорную комнату и оставил писать отчёт. К сожалению, некоторые моменты должны были остаться между мной и выручившими меня из крупных неприятностей истинными хозяевами этого мира. Мой симбионт был полностью согласен со мной. В его мысленном говоре было полное согласие:

– Пока не получишь разрешение от одной из Мудрейших Деум-моо из Союза Невозмутимых, мы об этом никому рассказывать не будем. Это такой же тест на разумность и зрелость, какой тебе устроили альдоры и Т-маа.

– Знаю, Т-маасик. Только мне от этого совсем не легче, – даже не сомневалась, что мои тайные союзники совсем не хотят, чтобы о том, что они до сих пор живут на Салиде в Магеллановом облаке, стало известно посторонним.

Мы в режиме особой секретности обсудили, что следует отразить в отчёте, а о чём пока лучше умолчать. Это была не наша тайна. Мы не имели права выдавать её никому без разрешения гайны, которая так нам и не представилась.

На отправку по зашифрованному каналу информации ушло всего несколько секунд. Потом я уловила не злое ворчание моего симбионта:

– Мы должны самостоятельно разобраться во всём. Найти принципы и методы по их реализации для всех трёх рас. Иначе наши шансы на выживание будут почти нулевыми. При этом не запускать учёбу, работу и личную жизнь.

– Да, методы воздействия могут быть разные. Но основная концепция точно должна быть везде одинаковой. Базовые принципы всегда универсальны. Видимо, наши разумные расы дошли до некой критической точки, – мысленно проронила я.

Мой спутник даже не стал скрывать от меня, как сильно обеспокоен сложившейся ситуацией. Она оказалась куда сложнее и критичнее, чем он надеялся.