Почему у всех цветут, а у меня — нет?

Все видят, как я выгляжу. Видят одежду, прическу, улыбку — иногда даже слишком широкую. Видят, как я держусь ровно, как отвечаю спокойно, как будто у меня всё под контролем. Но очень мало тех, кто знает, что у меня внутри. А внутри — совсем другая история.

Вот, например, кактусы. Казалось бы — что проще? У всех они живут годами, стоят себе на подоконнике, терпят солнце, забытые поливы, и хоть бы что. Цветут. Радуют. У маминой подруги эхинопсису больше двадцати лет — огромный, важный, как старожил. Она мне деток давала. Я их растила, пересаживала, выбирала для них лучшие горшки. И они росли. Некоторое время.

У меня вообще их была целая коллекция. Разные — маленькие шарики, вытянутые, колючие, смешные. Одна маммилярия даже цвела. Маленькие розовые венчики, как корона. Я тогда смотрела на неё и думала: ну вот, значит, всё делаю правильно. Значит, умею.

А потом они начали болеть. Сначала один. Потом другой. И что странно — чаще всего те, которые я любила больше всего. На одних появлялся червец, других будто кто-то высасывал изнутри. Я лечила. Протирала спиртом, меняла землю, изолировала, читала форумы, советовалась. Морока жуткая. И всё равно — один за другим они сдавались.

Сегодня я осмотрела всех. Долго стояла у подоконника. Перебирала горшки. И со многими пришлось попрощаться. Потому что сил лечить больше нет. Потому что я уже знаю — не поможет. Потому что устала.

И вот стою и думаю: это из-за того, что их было слишком много? Может, нельзя любить сразу столько? Может, не хватает меня на всех? Или… или дело вообще не в этом?

Иногда мне кажется, что кто-то мне пакостит. Не в смысле кактусов — хотя и с ними странно всё. А вообще. Куда ни посмотри — болезни, неудачи, какие-то мелкие и крупные удары. Только начинаешь выбираться — снова вниз. Ни здоровья, ни денег, ни покоя. Как будто кто-то методично проверяет, сколько я выдержу.

Молиться? Ха. Смешно даже. Я много лет молилась. Искренне. По-настоящему. Просила не богатства — просто передышки. Немного света. И что? Стало только тяжелее. Вот так и стала неверующей.

Хотя… нет. Неверующей — не совсем правильно. Я верю. Просто уверена, что если Он есть, то смотрит на меня с каким-то странным интересом. Как будто я — эксперимент. Иначе как объяснить эту чертовщину?

Иногда думаю: может, дело во мне? Может, я сама всё порчу? Может, кактусы чувствуют мою тревогу? Смешно звучит. Но ведь говорят, растения всё чувствуют. А если чувствуют — то что именно? Мою усталость? Мой страх, что всё опять рухнет?

Снаружи я выгляжу нормально. Даже неплохо. Люди говорят:

- Ты сильная.

Наверное. Кактусы тоже выглядят сильными — колючие, живучие. А внутри у них нежная мякоть. Чуть перебор — и гниль.

Вот и я так. Колючая. С виду выносливая. А внутри — сплошная усталость. И странное ощущение, что где-то в этой системе координат что-то изначально было настроено против меня.

Может, однажды что-то всё-таки зацветёт — не из упрямства, а просто так. Без борьбы. Без доказательств. Просто потому что время пришло.

Но пока что я стою у подоконника среди пустых горшков и думаю: почему у всех цветут, а у меня — нет?