Под чёрным флагом

Туман над вольной гаванью Порт-Андреевска казался густым, как парное молоко, и пах жженой пробкой, солью и дорогими сигарами. Идеальная погода для изящного преступления.

Беглец стряхнул влажные капли с полей треуголки и бросил короткий взгляд через плечо. Трое имперских ищеек из клана Воронцовых безнадежно отставали, оскальзываясь на мокрой брусчатке. Заносчивые аристократы привыкли к ковровым дорожкам столичных дворцов, а не к скользким крышам портовых трущоб.

— Стоять, Аваз! — донесся снизу запыхавшийся голос гвардейца, сопровождаемый звонким щелчком взводимого курка. — Именем Императора, бросай добычу!

Молодой авантюрист лишь усмехнулся, продемонстрировав в темноту ослепительную улыбку. В прошлой жизни он был простым парнем Саней, который знал толк в хорошем дереве, советских ГОСТах и душевных посиделках на кухне. А теперь, по иронии какой-то космической рулетки, оказался в теле сироты, не помнящего своих родителей. Юноша носил зубодробительное, хоть и вполне легальное имя — Алессандро Виторио Аргнес Захария фон Герц.

Столичные снобы, разумеется, быстро сократили эту помпезность до хлесткой аббревиатуры АВАЗ. Но здесь, на свободных пиратских окраинах Империи, парня знали просто как Шута. Воспитанный ныне покойным дядюшкой в пропахшей лаком и стружкой мастерской, попаданец быстро понял: в этом безумном мире магии и парящих фрегатов выживает тот, кто умеет улыбаться шире всех, пряча козыри в рукаве.

— Бросить? Ну уж нет, господа хорошие! — прокричал Шут, играючи балансируя на самом краю водостока. — Эта безделушка стоила мне двух часов скучнейшего аукциона и бутылки весьма посредственного шампанского. Передайте княжне, что я оставлю сувенир себе в качестве скромной моральной компенсации за ее кислую мину!

В кармане бархатного камзола приятно тяжелела украденная шкатулка. Именно там покоился легендарный артефакт, из-за которого Саня ввязался в эту безумную игру.

Грянул выстрел. Магическая пуля, оставляя за собой шлейф ядовито-синих искр, пробила черепицу в дюйме от сапога. Пора было заканчивать затянувшееся представление.

Из правого рукава скользнула в ладонь небольшая фигурка. Мастерски вырезанная из мореного дуба марионетка-паук с тонкими, шарнирными лапками. Дядюшка всегда говорил: «Дерево, Сашок — материал живой, оно душу мастера чувствует». И старик был чертовски прав. Магия Резчика — редчайший дар, вызывавший у боевых стихийников лишь презрительные смешки, — в умелых руках работала безотказно и филигранно.

Древесина тихо скрипнула под пальцами. Игрушечный паук дернул лапками, его вырезанные фасеточные глаза налились багровым светом праны.

— Задержи их, малыш, — шепнул резчик, подбрасывая фигурку в воздух. — Только без фатального исхода, мне дипломатические скандалы пока ни к чему.

Едва коснувшись мостовой, деревянный конструкт начал стремительно расти, с хрустом перестраивая структуру. Спустя мгновение перед опешившими гвардейцами приземлился двухметровый дендро-арахнид. Жутковатое создание из дуба и железа клацнуло массивными жвалами и выпустило в стражников облако усыпляющей пыльцы, щедро заготовленной в скрытых пазах.

Пока ищейки кашляли и нелепо валились на брусчатку, ловкий вор уже скользил по натянутым бельевым веревкам на соседнюю улицу, словно заправский цирковой канатоходец.

Добравшись до безопасного чердака старой таверны, пропахшего сушеной воблой и дешевым ромом, беглец наконец позволил себе выдохнуть. Опустившись на пыльный ящик, изящные пальцы щелкнули сложным замком украденной шкатулки.

Внутри на истлевшей бархатной подушечке лежал компас. Корпус из железного дерева, инкрустированный потемневшим золотом, стекло давно треснуло, а вместо обычной стрелки виднелась костяная игла, покрытая крошечными рунами.

Стоило руке коснуться прохладной поверхности древнего артефакта, как мир перед глазами внезапно мигнул. Пространство чердака исказилось, а в голове раздался сухой, механический голос, лишенный всяких эмоций.

Внимание. Обнаружен носитель с подходящей магической сигнатурой.

Инициализация протокола «Наследие».

Синхронизация... Успешно. Обнаружена аномалия: душа иного порядка. Адаптация завершена.

Юноша инстинктивно дернулся, пытаясь отбросить опасную вещицу, но компас словно прирос к ладони. Костяная стрелка бешено завертелась, пробивая кожу на пальце и жадно впитывая каплю крови.

Перед глазами вспыхнули полупрозрачные золотистые строки, сплетающиеся в причудливый, парящий в воздухе интерфейс, до боли знакомый любому геймеру из прошлой жизни:

[Система: Архитектор Путей]

Пользователь: Саня «Шут» (Алессандро В. А. З. фон Герц)

Класс: Резчик по дереву (Уникальный)

Уровень: 1

Скрытый потенциал: Разблокирован.

— Какого дьявола? — пробормотал попаданец, удивленно моргнув. Светящийся текст никуда не исчез, лишь послушно сместился на периферию зрения.

Анализ классовых способностей завершен, — продолжил чеканить голос в сознании. — Доступно создание деревянных артефактов ранга «Е». Доступно системное усиление марионеток. Внимание: обнаружен дефицит маны. Рекомендуется найти источник для поглощения.

Компас в руке тихо щелкнул, и его крышка превратилась в изящную панель с живыми, перетекающими рунами. Парень растрепал смоляные волосы, пытаясь осознать масштаб произошедшего. Система? Та самая мифическая магия, о которой шептались только в самых закрытых ложах Империи, теперь жила прямо у него в голове, реагируя на искусство работы с деревом.

— Значит, Архитектор Путей... — губы фон Герца растянулись в широкой, предвкушающей усмешке. — Что ж, дядюшка, кажется, твое ремесло выходит на новый уровень. Посмотрим, как эта штука поможет мне вырезать себе дорогу к вершине.

Новый статус означал совершенно иные правила игры. Если раньше создание марионеток считалось уделом ремесленников, то теперь, с поддержкой древнего интерфейса, каждая вырезанная им деревяшка могла стать смертоносным, улучшаемым оружием. Оставалось только раздобыть чертежи посложнее и древесину покрепче.

Внизу, в зале таверны, послышался шум, звон бьющегося стекла и пьяные голоса портовых забияк. Шут грациозно покрутил в пальцах системный артефакт, спрятал его во внутренний карман сюртука, поправил кружевные манжеты и с легким сердцем спустился по скрипучей лестнице навстречу новым неприятностям, которые так привык превращать в собственные триумфы.

Ступени протяжно скрипели под коваными сапогами, когда Саня спускался в главное помещение таверны «Сломанная мачта». Внизу царил тот самый уютный, пропахший элем и жареной корюшкой хаос, который всегда напоминал попаданцу шумные коммунальные кухни из прошлой жизни. Только вместо ворчливых соседок здесь за дощатыми столами сидели угрюмые контрабандисты, а вместо споров о графике дежурств звенели абордажные клинки и сыпались полновесные имперские рубли.

В центре зала как раз назревала классическая потасовка. Огромный боцман с китобойного судна, красный как вареный рак, тряс за грудки щуплого шулера.

— Ты пятого туза из рукава достал, крыса сухопутная! — ревел здоровяк, брызгая слюной. — Я из тебя сейчас отбивную сделаю и крабам скормлю!

Аваз сочувственно цокнул языком. Драки в порту — дело привычное, но портить такой чудесный вечер сломанной мебелью совершенно не хотелось. Изящным движением пальцев юноша извлек из кармана крошечную деревянную блоху. Щепотка праны — и поделка из красного дерева ожила, спружинила на ладони и молнией метнулась за шиворот бушующему китобою.

Боцман внезапно взвизгнул, отпустил свою жертву и начал неистово чесать спину, смешно извиваясь всем мощным телом. Завсегдатаи грохнули хохотом, напряжение в зале лопнуло, как мыльный пузырь.

— Господа, ну зачем же столько шума из-за куска раскрашенного картона? — Шут плавно спустился с последних ступенек, ослепительно улыбаясь публике. — Разве этот дивный вечер не создан для мирных бесед и хорошего рома?

Бармен, седой одноглазый пират по кличке Штопор, лишь ухмыльнулся в прокуренные усы, протирая щербатую кружку.

— Опять твои фокусы, фон Герц? Смотри, доиграешься, кто-нибудь из местных пустит тебя на растопку вместе с твоими дурацкими игрушками.

— Обижаешь, старина, — парень по-хозяйски уселся за массивную стойку, придвигая к себе блюдце с солеными орешками. — Исключительно миротворческая миссия. К тому же, я сегодня при деньгах. Плесни-ка мне своего лучшего пойла, того самого, что ты прячешь от портовой таможни.

Штопор крякнул, но полез в тайник, извлекая пузатую бутылку темного стекла. Пока густая, пахнущая патокой и жженой карамелью жидкость лилась в стакан, в голове авантюриста снова ожил сухой механический голос Системы.

Анализ объекта: Бутылка рома «Слеза Сирены». Выдержка 15 лет. Содержит остатки маны воды. Полезность для пользователя: минимальная.

«Зануда», — мысленно хмыкнул резчик, делая щедрый глоток. Горячее тепло приятно разлилось по груди, прогоняя остатки сырости после ночной пробежки по крышам. В этой таверне было по-своему тепло и душевно, совсем как в старой дядюшкиной мастерской, где пахло лаком, а на печи всегда грелся пузатый медный чайник.

Внезапно тяжелая дубовая дверь с грохотом распахнулась, впуская клубы сизого тумана и резкий запах морозного озона. На пороге стояла девушка. Роскошное платье из темного бархата было безнадежно испорчено уличной грязью, растрепавшиеся пепельные волосы падали на хрупкие плечи, а в сапфировых глазах полыхало такое неприкрытое бешенство, что воздух вокруг незваной гостьи буквально искрил от переизбытка стихийной магии.

— Ну надо же, — пробормотал Шут, неспешно отодвигая стакан. — Кажется, моральная компенсация решила сама явиться за сдачей.

Княжна Анастасия Воронцова, наследница одного из самых могущественных ледяных кланов Империи, обвела притихший зал тяжелым взглядом и безошибочно остановилась на расслабленной фигуре беглеца.

— Верни то, что украл, портовая рвань, — ледяным тоном, от которого у посетителей за стойкой замерз эль в кружках, процедила аристократка. — Иначе я выморожу эту помойку вместе со всеми, кто здесь находится.

Аваз медленно поднялся. Ни тени страха, только веселые бесенята плясали в серых глазах хитреца.

— Ваше Сиятельство! Какая неожиданная и приятная встреча! — юноша отвесил издевательски-безупречный придворный поклон, изящно взмахнув рукой. — А я как раз вспоминал, как дивно цвет ваших потрясающих глаз гармонировал с синим сукном аукционного стола. Но зачем же так шуметь? Давайте обсудим наши крошечные разногласия за чашечкой чего-нибудь согревающего. Уверен, нам есть о чем поговорить в более приватной обстановке.

Девушка вскинула изящную кисть. В воздухе над ее пальцами начало стремительно формироваться копье абсолютного холода, сплетенное из смертоносной клановой магии высшего порядка.

Внимание, — бесстрастно констатировал интерфейс в сознании парня. — Угроза критического уровня. Рекомендуется немедленно активировать защиту.

Попаданец лишь шире улыбнулся, незаметно опуская левую руку в карман камзола, где дожидалась своего часа свежевырезанная деревянная матрешка-щит. Становилось по-настоящему жарко. Вернее, смертельно холодно. Но от этого игра приобретала лишь еще более захватывающий вкус.

Воздух с оглушительным хрустом разорвался. Ледяное копье, переливаясь смертоносной синевой, сорвалось с тонких пальцев аристократки и рвануло к груди наглеца. Завсегдатаи «Сломанной мачты» с дружным стоном брызнули под столы — все в Порт-Андреевске знали, что магия высших родов не оставляет после себя ничего, кроме кровавого крошева и инея.

В ту же секунду ловкие руки резчика взметнулись вверх. В воздухе мелькнула пузатая деревянная матрешка, покрытая затейливой резьбой.

Внимание, — мгновенно отреагировала Система, разворачивая перед мысленным взором интерфейс. — Активация артефакта «Щит-Матрёна». Синхронизация потоков. Принудительное усиление прочности на двести процентов.

Дерево столкнулось со льдом. Раздался не мелодичный звон, а глухой, плотный удар, словно кувалда с размаху врезалась в вековой дуб. Матрешка с веселым щелчком раскрылась прямо в полете, выпуская из себя вторую куклу, та — третью. За доли секунды деревянные оболочки стремительно увеличились в размерах, сцепились краями и выстроили перед парнем монолитный, пахнущий свежей смолой и стружкой барьер.

Смертоносное копье Воронцовых с визгом вгрызлось в преграду. Первый слой покрылся коркой льда и разлетелся щепками, второй натужно заскрипел, принимая на себя чудовищную заморозку, но на третьем магия аристократки увязла окончательно. Щит возмущенно крякнул и выплюнул в сторону обидчицы облачко безобидного снега.

Княжна изумленно распахнула сапфировые глаза. Изящный ротик приоткрылся, потеряв все свое надменное величие. Чтобы какая-то простонародная деревяшка, балаганная поделка остановила родовой удар стихийников?!

— Какая экспрессия! Какая страсть! — восхищенно присвистнул авантюрист, театрально смахивая снежинку с кружевного манжета. — Но, Ваше Сиятельство, право слово, негоже разбрасываться таким великолепным льдом, когда у уважаемой публики эль в кружках стынет... то есть, я хотел сказать, греется!

— Ты... да как ты смеешь, портовая грязь?! — щеки девушки вспыхнули румянцем, контрастируя с бледной кожей. Воздух вокруг нее снова начал стремительно остывать, а в обеих ладонях начали закручиваться два пульсара абсолютного нуля. — Я сотру тебя в порошок!

Попаданец быстро оценил обстановку. Драться с разъяренной цундере в замкнутом пространстве — затея гиблая. Жалко было таверну, жалко старика Штопора, да и привлекать внимание всей городской стражи в его планы не входило. Пора было уходить по-английски, но с широким, душевным размахом.

Саня скользнул рукой в правый карман, нащупывая горсть гладких кедровых орешков. В прошлой жизни он щелкал их на завалинке у деда, а в этой — кропотливо вытачивал вечерами, начиняя каждый алхимическим составом и толикой своей нестандартной праны.

— Настенька, душа моя, — ласково, словно обращаясь к капризному ребенку, произнес юноша. — Оставим эти бурные сцены ревности до нашей следующей, более интимной встречи!

Щелчок. Горсть орешков веером разлетелась по залу, с громким хлопком ударяясь о пол.

Активация навыка «Туманная роща», — бесстрастно отрапортовал внутренний голос.

Пространство таверны мгновенно заволокло густым, непроницаемым дымом. Но вместо едкого запаха серы или пороха, в воздухе разлился потрясающий, уютный аромат распаренного хвойного леса, дубовых веников и горячей деревенской бани. Этот запах дезориентировал привыкших к морской соли магов куда сильнее любой вспышки.

Княжна растерянно закашлялась, слепо водя руками перед собой. Пульсары в ее ладонях угрожающе гудели, но бить было не в кого.

Внезапно из белесого марева за ее спиной вынырнула бесшумная тень. Крепкая мужская рука уверенно, но без грубости перехватила тонкое запястье аристократки, не давая высвободить магию. Аваз оказался непозволительно близко. Девушка почувствовала тепло его тела и терпкий запах дорогого табака, смешанный с ароматом свежей древесины.

— Компас мой по праву добычи, Сиятельная, — горячий шепот обжег ушко наследницы Воронцовых, заставив ее вздрогнуть. — Но я терпеть не могу расстраивать красивых девушек. Считайте это извинением за испорченный вечер.

Прежде чем Анастасия успела вырваться или хотя бы возмущенно вскрикнуть, хватка исчезла. Шут растворился в хвойном тумане так же бесшумно, как и появился, оставив после себя лишь легкий сквозняк из открытого окна.

Когда дым наконец рассеялся, осев на дощатый пол мелкой древесной пылью, взбешенная княжна обнаружила, что стоит посреди таверны в полном одиночестве. Обалдевшие посетители потихоньку вылезали из-под столов, таращась на столичную гостью.

Девушка сжала кулаки, готовая разразиться проклятиями, но вдруг почувствовала, что в левой ладони что-то лежит. Разжав пальцы, она увидела искусно вырезанную розу из темного, почти черного дерева. Лепестки были настолько тонкими и живыми, что, казалось, трепетали на сквозняке. Цветок все еще хранил тепло человеческих рук.

— Найдите его, — тихо, но так, что у начальника ее личной охраны, только что вбежавшего в таверну, подкосились колени, процедила Настя. — Найдите мне этого наглого мерзавца. Живым.

Тем временем сам виновник переполоха уже мягко приземлился на черепичную крышу соседнего склада. Холодный ночной ветер взъерошил смоляные волосы. Парень довольно хмыкнул, подбросив в руке украденный компас.

В голове мелодично звякнуло.

[Система: Архитектор Путей]

Завершено скрытое событие: «Дерзость вопреки рангам».

Получен опыт: 500.

Уровень повышен! Текущий уровень: 2.

Награда за повышение: Разблокирован чертеж системного артефакта «Механический ворон-шпион» (Ранг D).

Расширение интерфейса: Доступна вкладка «Мастерская».

— Вот это уже разговор, — мастер с видимым удовольствием потер ладони. Жизнь определенно налаживалась. Имея на руках чертежи ранга D и интерфейс, способный превращать обычные поделки в смертоносные или полезные гаджеты, можно было начинать большую игру.

Взглянув на раскинувшийся внизу Порт-Андреевск, где в гавани покачивались силуэты громадных паровых фрегатов, а в богатых кварталах мерцали магические огни, бывший советский инженер, а ныне самый опасный резчик Империи, улыбнулся своим мыслям.

Ему нужна была своя мастерская. Настоящая база, скрытая от глаз имперских ищеек и жадных кланов. И лучшего места, чем знаменитый местный Черный Рынок, располагавшийся в катакомбах под старым фортом, было не найти. Там не задавали лишних вопросов, любили звонкую монету и уважали силу. А силы у фон Герца теперь было хоть отбавляй — оставалось лишь придать ей правильную форму.

Поправив треуголку, юноша легким, пружинящим шагом двинулся по коньку крыши в сторону портовых трущоб, насвистывая под нос веселый мотивчик. Игра началась, и Шут собирался диктовать в ней свои собственные правила.

Катакомбы под старым фортом, которые местные ласково прозвали Чревом, встретили фон Герца густым ароматом жареных каштанов, машинного масла и контрабандных специй. Здесь, вдали от надменных взглядов столичной аристократии и патрулей имперской жандармерии, кипела настоящая жизнь. Сводчатые потолки из потемневшего от времени кирпича освещались разноцветными магическими светляками, а в узких проходах между торговыми рядами толкался самый пестрый люд: от спившихся стихийников до хмурых матросов с пиратских шхун.

Шут лавировал в толпе с грацией бального танцора, привычно отвешивая шутливые поклоны знакомым барыгам и незаметно проверяя, на месте ли кошелек. В прошлой жизни Саня точно так же выбивал дефицитные запчасти у суровых завскладами, используя обаяние и пару бутылок «Столичной». Мир изменился, сменились декорации, но правила человеческого общения остались прежними.

Целью авантюриста была неприметная лавка, спрятанная в самом конце оружейного ряда. Над покосившейся дубовой дверью скрипела вывеска с изображением клыкастого моржа с моноклем.

Толкнув створку, юноша шагнул в полумрак помещения, доверху забитого странными механизмами, свитками и горами необработанного сырья. За массивным прилавком, пыхтя резной пенковой трубкой, восседал сам хозяин — необъятный купец Мирыч, чьи роскошные моржовые усы вполне оправдывали название заведения.

— Мирыч, душа моя! — с порога провозгласил попаданец, распахивая руки в приветственном жесте. — Скажи честно, ты скучал по своему любимому клиенту?

Купец неспешно выпустил под потолок сизое кольцо дыма, смерил визитера тяжелым взглядом из-под кустистых бровей и басовито хмыкнул:

— Слыхал я уже про твои художества в «Сломанной мачте», Аваз. Говорят, ты саму ледяную стерву Воронцову за нос поводил, да еще и веником банным обложил. Удивляюсь, как твоя буйная голова до сих пор от шеи не отделилась.

— Слухи, Мирыч, такие слухи! — беспечно отмахнулся резчик, присаживаясь на краешек прилавка. — Мы с Сиятельной просто не сошлись во взглядах на современное искусство. Но оставим высокие материи. Мне нужно арендовать твою заднюю каморку на пару часов. И еще мне понадобится кусок хорошего железного дерева. Идеально высушенного, без сучков. И малый кристалл ветряной маны, желательно из тех, что контрабандисты привозят с Южных островов.

Усач крякнул, оценивающе прищурился, а затем потянулся к нижним ящикам. На столешницу с глухим стуком лег прямоугольный брусок темной, почти черной древесины с едва заметными серебристыми прожилками, а следом — тускло мерцающий голубоватый камень размером с перепелиное яйцо.

— Полсотни золотых имперских рублей, Шут. И ни медяком меньше. За мастерскую денег не возьму, если обещаешь ничего там не взорвать.

Авантюрист не стал торговаться. Выудив из кармана тугой мешочек с монетами — часть удачно реализованной на прошлой неделе добычи, — щедро отсчитал нужную сумму. Схватив материалы, парень скрылся за плотной ширмой, отделявшей торговый зал от святая святых.

В каморке пахло смолой и древесной пылью. Здесь стоял крепкий верстак, над которым горела уютная, теплая лампа. Саня с наслаждением вдохнул этот родной, ламповый аромат мастерской. На миг ему показалось, что за окном сейчас не магический Порт-Андреевск, а заснеженная Москва из его юности, где в старом НИИ он точно так же склонялся над чертежами.

Разложив на столе инструменты — набор острых, как бритва, резцов, тонкие стамески и шлифовальные шкурки, — мастер мысленно обратился к Системе.

Активировать чертеж: «Механический ворон-шпион» (Ранг D).

Перед глазами тут же вспыхнула полупрозрачная голограмма. Она разложила будущего конструкта на мельчайшие детали, показывая узлы соединений и пазы для внедрения маны.

Фон Герц взял в руки брусок железного дерева. Под пальцами древесина казалась холодной и твердой как гранит, но стоило направить в нее тонкий ручеек праны, как материал послушно отозвался, приветствуя создателя.

Работа закипела. Резец легко снимал темную стружку, обнажая хищные обводы птичьего тела. Попаданец действовал с упоением, забыв об усталости и погоне. Каждое движение было выверено годами практики из прошлой жизни, а магия Резчика возводила это ремесло в ранг высшего искусства. Юноша вытачивал перья, филигранно подгонял шестеренки из обрезков материала, создавая сложный механизм крыльев.

Спустя два часа на верстаке лежала идеальная деревянная птица. Ее перья переливались в свете лампы, а в груди была оставлена специальная ниша. Взяв кристалл ветряной маны, Саня аккуратно вставил его в паз.

Внимание, — раздался в голове голос интерфейса. — Интеграция ядра завершена. Начать финальную сборку и привязку артефакта?

— Давай, родная, заводи мотор, — тихо шепнул мастер, прикладывая ладонь к деревянной спинке ворона.

От рук фон Герца хлынул поток густой, теплой энергии. Дерево впитало магию, кристалл внутри механизма ярко вспыхнул синим светом, и птица вздрогнула. Пазы сошлись, скрывая ядро, шарниры бесшумно провернулись. Ворон встрепенулся, расправил крылья из железного дерева и издал тихое, щелкающее карканье. Его вырезанные глаза загорелись мягким голубым светом.

[Система: Архитектор Путей]

Создан предмет: Механический ворон-шпион (Уникальный).

Качество: Отличное.

Свойства: Бесшумный полет, передача визуального и звукового сигнала владельцу на расстоянии до пяти километров, маскировка «Тень».

Получен опыт: 300.

Птица переступила когтистыми лапами по столу и доверчиво ткнулась твердым клювом в пальцы своего создателя.

— Ну здравствуй, Каркуша, — усмехнулся Саня, вспомнив старую советскую передачу, и ласково погладил гладкую деревянную голову. — Добро пожаловать в этот безумный мир.

Ворон согласно щелкнул клювом, словно одобряя выбранное имя, и ловко перепорхнул на плечо юноши. Теперь у Аваза были не только подвешенный язык и наглость, но и идеальный разведчик.

Убрав инструменты и накинув камзол, попаданец вышел в торговый зал. Мирыч, дремавший за прилавком, приоткрыл один глаз и удивленно присвистнул, заметив на плече парня замершую птицу.

— Твоя работа? — уважительно протянул купец. — Выглядит так, словно над ней трудились столичные артефакторы.

— Обижаешь, старина. Столичные снобы удавились бы от зависти, увидев такие зазоры, — гордо ответил авантюрист, поправляя треуголку. — Спасибо за гостеприимство. А теперь мне пора. Нужно найти уютную берлогу, пока имперские ищейки не перевернули весь порт вверх дном.

Выйдя из лавки обратно в шумное Чрево, фон Герц растворился в толпе контрабандистов. На губах играла предвкушающая улыбка. У него был компас Предтеч, верный Каркуша на плече и целая Империя, которая еще даже не подозревала, какой именно Шут собирается перетасовать ее крапленую колоду.