Под куполом

Я проснулся от резкого звука сирены, оповещающей о начале нового цикла. Свет в отсеке замигал, постепенно набирая яркость, имитируя рассвет. Настоящего солнца мы не видели уже много лет, только его бледное отражение через купол колонии. Но даже это было лучше, чем вечная тьма за пределами укрытия.

Отсек был маленьким, как и у всех, кто жил в средних уровнях. Стены из серого металла, потолок низкий, давящий.

Я быстро оделся в стандартный комбинезон колонии — серый, с нашивкой, обозначающей уровень. На груди был значок с моим именем: «Михаил, уровень 4». Четыре — это не так плохо. На уровнях ниже пятого жили те, кто занимался обслуживанием систем или сборкой роботов для самых грязных работ. Их комбинезоны были темнее, почти черные, а глаза — пустые, будто они уже смирились с своей участью.

Мама уже ушла на ферму. Она оставила пайку — сухой хлеб и немного гидропонных овощей. Я быстро съел, запивая водой из рециркулятора. Вкус был привычный, без изысков, но я не жаловался. На уровнях ниже еда была еще хуже.

Я торопился на уроки. Образование в колонии было обязательным, но не все относились к нему серьезно. Для многих главным было научиться работать, а не думать. Но мама всегда говорила, что знания — это единственное, что может поднять нас выше.

По коридорам колонии шел быстро, стараясь не задевать других жителей. На средних уровнях всегда было тесно, люди спешили по своим делам, не глядя по сторонам. Иногда казалось, что мы все стали частью огромной машины, которая работает без остановки, чтобы выжить.

Учебный центр находился на уровне 3, чуть выше нашего. Это было большое помещение с голыми стенами и рядами столов. Учителя уже ждали нас. Сегодняшний урок начался с политической обстановки. На экране показали карту Солнечной системы. Земля, Луна, Марс. Учитель говорил о том, как Марс предал нас, объявив автономию. Его голос звучал жестко, почти зло.

— Они думают, что могут жить без нас, — сказал он, указывая на красную точку Марса. — Но они ошибаются. Марс — это угроза. Они хотят забрать наши ресурсы, нашу свободу. Мы должны быть готовы защитить себя.

Слушал, но в голове крутились вопросы. Почему мы должны ненавидеть их? Разве мы не все одинаковые — люди, пытающиеся выжить в этом холодном космосе? Но я молчал. Вопросы здесь не приветствовались.

После политики начались уроки счета и письма. Я старался сосредоточиться, но мысли возвращались к маме. Она приходила домой все более уставшей, а в глазах появлялась какая-то тревога.

Уроки закончились. По дороге домой проходил мимо мастерской, где собирали роботов. За стеклянной стеной увидел группу школьников, которые что-то паяли на столе. Один из них, мальчик лет десяти, собирал небольшого робота-грузчика. У него в руках был микропроцессор, который он аккуратно вставлял в корпус. Я задержался на мгновение, вспомнив, как сам собирал своего первого робота. Это был простой уборщик, но мама тогда так гордилась мной.

На уровне ниже увидел робота, который чинил вентиляцию. Он был старым, с потрескавшимся корпусом, но работал исправно. Рядом с ним стоял мужчина в темном комбинезоне, который что-то проверял на планшете. Его лицо было усталым, но в глазах читалась решимость.

Дома меня ждал мой собственный проект — робот, которого собирал из деталей, найденных на уровне. Он был еще далек от завершения, но однажды он сможет помочь маме на ферме. В голове снова всплыли слова учителя о Марсе. Почему мы должны бояться их? Может быть, они такие же, как мы, — просто пытаются выжить?