Подарок

“The child who is not embraced by the village will burn it down to feel its warmth.”

— Эта тварь не укусит меня? А?

Мужчина говорил, дёргался и двигался урывками. То и дело моргал, часто дышал. Маленькая серая мышь в его руках принюхивалась. То подымалась, то опускалась, потирая лапками лицо с глазками-бусинками. В помещении лаборатории эти двое явно оставались чужими. Совсем рядом проекции порхали в комнате в вихре, словно опавшую листву закружил сильный ветер. Изображения отражали динамику состояния человека, статус предварительных процедур. Пара фиксировала общие показатели и волнения грызуна.

Аппаратура стояла готовой к запуску. Георг переступил с ноги на ногу в каком-то метре. Ещё раз осмотрел человека. Прищурился и проверил, что манипуляторы придерживают парня. И что они готовы скрутить испытуемого при первой необходимости. Даже вымытый и переодетый, мужчина не казался Георгу нормальным. Не внушал доверия. Костюм казался мешковатым на худом теле. Мешки под ёрзающими глазами казались слишком тёмными. Слабый организм оставался лишним фактором риска. От мыслей о материале Георг в очередной раз поморщился. Ещё раз пересчитал вероятности и сжал губы.

Из-за мрачных мыслей работа шла медленно. Через минуту Георг потёр залысины, осмотрел статус сканирования и поправил очки. Ответил медленно, аккуратно и тихо, выдавая слова отдельно друг от друга:

— Так, определённо. Сейчас животное спокойно. Мы смотрим ваши реакции. Сняли необходимые снимки. Через минуту запустим процедуру перехода. Поуправляете мышью в нужное время. Получите важный опыт. После чего всё закончится. Как договаривались. Согласны?

— Да, доктор, — ответил быстро и тихо мужчина.

Он закивал. Лохмы затряслись следом. Глаза уставились на Георга. Взгляд ничего не выражал и не изменился, когда пара манипуляторов аккуратно забрала мышонка. Тот пискнул, сел и принюхался. После изъятия грызуна в комнате стало совсем тихо. До того момента, как Георг свернул большую часть проекций. Тут мужчина быстро спросил:

— Доктор, вы же дадите мне это? Честно, ещё немного. Мне очень нужно. Я помогу.

Не меняя выражения лица, Георг ответил чуть громче.

— Я не доктор. Всё будет после. Я против происходящего. Важно заметить, что я придерживаюсь более строгих убеждений. Но это условия медицинской помощи. Здесь всё оформят официально. Когда мы закончим.

Манипуляторы привели тело человека в почти лежачее состояние. Они же ввели нужные препараты. В начале тело ёрзало и дёргалось. Но вскоре мужчина замер. Георг наконец ухмыльнулся и потянулся за водой. Через пару секунд в помещении стало совсем тихо. Из забытья испытуемый провалился глубже, и процесс перехода начался.

Я вижу. Всё сине-зелёное, серое. Запахи больших животных. И привычные запахи после клетки. Эти штуки. Они всегда несут меня. Вижу движения гибких палок. Мысли исчезают. Я кем-то был прежде. Но сейчас мне хочется успокоиться. Пить и есть.

Чищу мордочку. Осматриваюсь. Мне не нравится, что мне плохо. Что-то новое. Не было так плохо. Раньше. Что-то чужое есть внутри. Чего-то нет. Я нервничаю. Щупаю себя лапками. Двигаюсь резко. Всё на месте. Радостно пищу. Мне становится лучше. Но я ещё дышу часто.

Тут сразу что-то большое. Оно тянется ко мне. Страх возвращается. С новой силой. Пахнет тем же страхом. Я узнаю ещё знакомые нотки. Плохо и больно, за глазами. Боль в голове. Меня снова поднимают. Привычно и тепло. Но необычно больно. Я кусаю.

Падаю и оказываюсь в прежнем положении. От удара боль уже другая, привычная. Меня несут. Прочь. Боль уже физическая. Терпеть можно. Становится легче. Всё кружится. Хочется спать.

Георг смотрел на тело. Оно всё ещё не реагировало на внешние раздражители. Мужчина и сам уже минут пять не откликался на запросы помощника. Он ещё раз проверил собранную информацию: что тесты не давали результата, что по итоговому анализу с большой вероятностью прогноз оставался негативным. Прикинул вероятные расходы и выводы, громко выдохнул и поправил очки. Только обработав все необходимые данные, Георг повернулся. Осмотрел убогую персонификацию местной сети. Подумал, что здешний помощник не сможет отличить настоящий конец света от второго пришествия. Выдохнул и сказал:

— Всё закончилось. Мне нужно узнать подробности для корректировки выводов. Почему тело так сгибалось пару минут назад? Корёжило, словно гусеницу на паутинке.

— Это первые признаки абсистентного синдрома, — ответил ассистент. — После ввода медикаментов все параметры вернулись в прежнее состояние. Прогнозы возвращения после перехода негативные. Но вы их уже знаете.

Георг ещё раз собрал данные. Внёс последние правки и отправил их одним жестом. Снова посмотрел на ассистента и сказал вслух:

— Кроме самого отчёта прошу внести настоящие комментарии. На теле остался след от укуса. Пальцы укусила мышь, переход в которую на момент начала эксперимента и был целью. Самое важное, что в снимке памяти после испытания мышь человека не кусала. Запись повреждена, и содержит помехи. Скорее всего, накладывается воспоминание до неполного возвращения. В снимке до неполного возвращения есть воспоминания об укусе.

— Пожалуйста, дайте предварительную трактовку данным. — влез в паузу помощник.

Георг подумал секунд десять. И ответил ритмично, словно складывал песню на ходу.

— Уверен, что подход работает. Не знаю точно, что это. Так подтвердилась теория на практике. Но человек перешёл не только в другое сознание, но и в иное время. Нужно изучить, что представляет собой поток сознания. На схожих опытах.

Георг сделал паузу. Жестом остановил ассистента. Громко выдохнул и продолжил.

— Определённо, я внёс не все наработки в сеть. Только основные идеи. Но есть факты. До возврата мужчину укусила мышь. Но после он уже знал, что на самом деле его грызун не кусал. Значит, так и было. А когда сознание мужчины перешло в мышь на несколько минут раньше, та укусила человека. Время затирает огрехи, но что-то может меняться. Для кого и насколько, нужно изучать.

Ассистент моргнул. Его фигурка кивнула и ответила:

— По предварительным выводам я подтверждаю изложенные факты. Результаты испытания внесены. К сожалению, сознание человека полностью вернуть сейчас не получается. С большой вероятностью, не получится вообще. Мне жаль.

Перебирая руками проекции, Георг внёс выводы и завершил записи. На последней фразе ассистента руки мужчины замерли в интерфейсе. Он повернулся к проекции помощника и спросил:

— В смысле?

— Доброволец был задержан за кражу, — ответил ассистент с прежней интонацией. — Согласие он дал, но выбора без медицинской помощи и денег у него не было. Жаль терять человека, у которого уже удался переход.

Ассистент исчез и договорил уже в фоновом режиме. В то же время Георгу включили запись. С камер системы безопасности, скорее всего, после дополнения сформировалась проекция произошедшего. Обшарпанные стены и дешёвые рекламные проекции, одинаковые для любого спального района. Похожие декорации и уставшие жители, которых запросто можно встретить в большинстве городов. На записи ещё живого парня в лохмотьях зажали в углу торгового центра. Схватили рядовые сотрудники, в большей части продавцы и женщины.

Без звука были видны только жалкие попытки сбежать. Те же больные, дёргающиеся движения. Падающие продукты из потрёпанной куртки не по погоде. Не желающие платить за кражу работники вокруг. Люди в форме, словно случайно заходящие внутрь. Уводящие молодого человека за пределы съёмки.

Георг поморщился. Одним движением закрыл проекцию и потянулся за водой. Он думал о том, сколько времени нужно потратить здесь, чтобы попробовать предложить свои проекты. Чем придётся платить за достижение цели. После чего приподнял очки и потёр глаза руками.

— Такое, мне всё равно. Скорее всего виноват удар, который получила мышь. Часть причин в неполной интеграции. Недоработки не с моей стороны. Закройте согласование и подберите первого нормального испытуемого для альфа-тестирования.

Он повернулся и вышел. Оглянулся на шум в соседнем помещении генерации. После чего зашагал по коридорам-лабиринтам в сторону выхода, ещё с помощью навигации. Георг вызвал проекцию карты и бросил взгляд на указатели. На передачу напрямую не переходил. Не хотел делиться даже частью мыслей и опасался, что из отголосков команд вытянут информацию о других работодателях.

Люди в костюмах по местной форме одежды встречались редко. Некоторые улыбались. Большая часть с отсутствующим выражением лица двигалась к кабинетам, пока сознание почти целиком напрямую уходило в сеть. Все работники в комплексе отличались от обычных людей. Но и охрана, и толщина герметичный дверей, и количество камер в системе безопасности, хорошо иллюстрировали причины.

Снаружи воздух города, серый и холодный, сметал большую часть мыслей. Георг вдохнул его не без радости. Тут же отправил часть необходимых записей домой и дождался машину. Остальное он готовил к передаче дома, выбирая из записи лишние моменты.