Подарок из будущего

В году две тысячи… а не важно каком, готовился встречать Новый год Иван Иванов. Да не один, а со своей девушкой Машей. Девушку он любил, а Новый год не очень. Деда Мороза боялся, но разочаровать Машу боялся больше. Потому подошел к делу со списком новогодних атрибутов и со всей ответственностью. И все бы хорошо, да появился под елкой у Ивана неожиданный подарок…

* * *

Это не мог быть мой подарок. Я сразу это понял, как только его увидел. Так не бывает. Такие мечты сбываются только с Газпромом. Мы тоже газ прем… у соседей. Но мечты так и не сбылись. Может не у тех прем?

Я же всегда себе хотел: вертолет на радиоуправлении; велосипед, как у соседа Мишки; чтобы все школы в мире сгорели; грудь третьего размера…. Не-не-не… не для себя. Это для сестры Наташки, чтобы замуж ей выйти. Бабушке герань на подоконник и чтобы я уже поумнел, а то дурак-дураком весь в зятя. Чтобы у соседки Зинки вся рассада весной посохла. Папе сначала соседку тетю Люду. Но когда про это узнала мама, папа спал на балконе зимой. А я был наказан. Потом, чтобы сборная России по футболу вышла в финал. Но это совсем несбыточное. Тогда пожелал зимнюю резину для батиного «Жигуля». Маме мой дневник без замечаний и массажиста Армена, про которого она рассказывала тете Кате по телефону, что у него волшебных одиннадцать пальцев. Я спросил у папы, как это, и мама спала у соседки тети Люды. А я был наказан. Я очень хотел велосипед и вертолет, но мне подарили… сестренку Наташу. Как-то неправильно меня понимал Дед Мороз, и больше я не рисковал загадывать желания. И праздник зарекся праздновать. Пока не встретил фанатку традиций Марию Золотареву.

В этом 2020 ничего не предвещало...

А как все хорошо начиналось…

Я оглядел гостиную, украшенную специально для праздника. Мне-то на Новый год фиолетово, по барабану, до фени, в общем и целом параллельно. Мне – да, но ей! Ей, Маше Золотаревой, подавай все атрибуты этого праздника. Без них, видите ли, праздник не наступит. Что за бред? Наступал ведь каждый год, и ничего не случалось. Если не считать потоп от чудаковатого соседа-ученого и ведущего специалиста какого-то там НИИ Ивана Ильина, который пару раз заливал нас прямо на праздники.

Обойдется и в этом. Но что-то подсказывало мне, что год вполне обойдется, а Маша не обойдется. Не зря же она вручила мне список. Я справился… почти.

Глаз дернулся застарелым тиком, по лицу прошла судорога. Нервное и хлопотное это дело – любовь. Глянул в зеркало, оценить свое состояние после трех дней подготовки к Новому году. Ожидал увидеть интересного мужчину Ивана Иванова двадцати шести лет от роду. Отшатнулся, не узнав некогда самого красивого парня нашей группы филологов, выбранного единогласным голосованием. Правда, из парней в группе был только я, но это частности, которые моей красы ни в коей мере не умаляют.

Сейчас на меня глянул… глянуло Оно. Существо неопределенного пола и жуткой наружности. Волосы местами, брови – кустами. Один глаз, который голубой от мамы, слегка на выкате от вечного удивления, другой с зеленцой от папы, вполовину зашторен веком. Придает моему взгляду особую томность. Нос римский ото лба, аристократический в середине, и картошкой на кончике в черной крупке ожогов от бенгальского огня. Губы манили поцелуй… лет так надцать назад. Уши… Не будем о больном! В остальном я субтильный мужчина красивой наружности с заметным теловычитанием.

- Кажется, все успел сделать,- оглядел искрящуюся огоньками гирлянды нарядную елку, которая шла первым пунктом.

Растяжки, идущие вторым пунктом, которые урвал с боем, гласили: «Годы тебя не пощадили», «Старая корова», «Ненавижу тебя меньше всех», «Природа на тебе отдохнула». Как-то, вроде, да…

Разглядывая надписи в магазине подарков, долго сомневался, брать их или нет. Правильно ли оценит ли мои старания Маша. Но красный с блестками цвет убедил, что растяжки выглядят вполне празднично.

Третьим пунктом значился праздничный стол. Я наведался в мебельный магазин и потребовал самый праздничный из всех столов. Консультанты долго объясняли мне, что у них праздничных столов нет. Что мне в продуктовый надо.

Я обиделся. Очень. Показал им диплом филолога с отличием. Я его всегда с собой ношу. Вот и пригодился. А сокурсницы говорили, никогда не пригодится.

Совсем меня за дурака что ли держат? Что я не знаю, что в продуктовом – продукты. Один из консультантов не выдержал, крикнул: «В гробу я видел такую работу!» и ушел. Двое других посовещались и выволокли мне стол. Красивый, овальный, из натурального дерева. Застелили белой скатеркой и на ней вывели большими красными буквами «Праздничный». Я так обрадовался. Знал же, что он у них есть. Схватил и счастливый потащил его домой.

Четвертым пунктом шел салют. Нет, дырка в потолке не от салюта – это сосед-ученый испытания проводил. Я про него уже упоминал.

С испытанием салюта все прошло нормально. Только сосед дядя Вася замерз насмерть. У него запой был месячный. Он в этот день как раз из него вышел, увидел салют, решил, что праздник, май, девятое число и остался спать, как был голый, на балконе.

Эх, Вася, Вася! Нелепый случай.

Пятый пункт - это подарки. Маша схитрила и загадала пойти туда, не знаю куда и принести то, не знаю что. Я к бабуле пошел. Живет она… Когда был указатель, все знали где. Но его давно сдали в пункт приема металлолома, и теперь это место настоящее «туда-не-знаю-куда». До бабули я не дошел. Смотрю, мужик валяется. Вежливо спросил: «Ты кто?» А он мне: «Не знаю кто». Грязный какой-то неухоженный. И зачем Машке такой? На «кто» он давно не тянул, а на «что» еще сгодился бы. Я его взял с собой. Он проспался, помылся и сейчас на кухне картоху жарит. Нормальный мужик! Чего выкинули? Машке отдам. Просила же «не пойми что».

Шестой и последний – прикрутить, наконец, нормально мой номер квартиры. Какой это задание имело отношение к Новому году – мне только потом ясно стало. У меня шестая квартира, но верхний шуруп недавно выпал. Цифра перевернулась и теперь читается как девятый. Девятый у меня сосед-ученый наверху. Бывает, мне доставляют его корреспонденцию. Я сначала читаю, потом ему отдаю. Он не обижается. Говорит, я все равно ничего не пойму. Признался, что сам ничего в ней не понимает. Поделился со мной мечтой. Хочет изобрести машину времени. Но пока каждый раз получается самогонный аппарат. По мне, вещь очень нужная. Нужнее машины времени, но давно уже кем-то запатентованная. А так бы греб соседушка деньги лопатой. Но он не теряет надежды. Люблю бывать у него в гостях. Мы же почти ровесники. Ученый года на три меня старше. Много всяких грамот и дипломов имеет, но в быту человек простецкий. И живет, что важно, совершенно один. Как-то слушая про тяжелое положение науки в настоящее время, так проникся, что предложил себя в испытатели его изобретений. Должность испытателя самогонных аппаратов, скажу вам, лучшая из тех, что я занимал. Как оказалось, она идеально сочетается с моей профессией филолога. Уже пишу словарь новых слов и специальных терминов. Я теперь не хуже Брокгауза и Ефрона.

Глянул на часы. Стрелки неумолимо приближались к полуночи. Скоро Маша нарисуется. Надо поторопиться. Взял на кухне табуретку и отвертку. Шурупов на выбор и пошел прикручивать номер. Примерил я самый большой шуруп. Входил он туго, зато по цвету подходил. Вкрутил наполовину, как меня, шуруп и весь дом тряхнуло знатно, точно землетрясение случилось. Где-то завыла испуганная собака. Что-то громко упало за моей дверью и выругалось голосом мужика Незнамо-кто. Мы так и не познакомились. А зачем? Машка все равно будет звать по-своему. Вот, к примеру, я Иван Иванов. А она меня зовет Вольдемар. Сначала я не отзывался, а теперь привык. Даже странно бывает иногда, когда Ваней кличут.

Я кубарем слетел с табуретки, целуясь с ковриком, а мне на темечко упал шуруп. Лежу, не двигаюсь. Струхнул маленько.

Вдруг снова землетрясение. Завалит меня тут, а дома… колбаса копченая Брауншвейгская в холодильнике. Моя любимая. Непочатая палка. Жалко, если пропадет. Пойти спасти ее родимую.

На площадку стали выходить люди, громко интересоваться, что произошло. Мнения разделились: одни считали, война началась. И это залпы реактивных установок, другие клялись, что землетрясение, и дом скоро рухнет, третьи были уверенны, что соседа Макарыча прихватил понос. Победила дружба.

Пила «Дружба», которую вынес тот самый Макарыч, чтобы разогнать галдящую на площадке толпу по домам, а то ему в пятисотый раз глядя не слышно «Иронию Судьбы, или С легким паром». Жахнул пилой по моей табуретке, располовинивая мою собственность в одно касание. Очень наглядно. Все быстро разошлись, потому что холодец сам себя не разольет по тарелкам, «Ирония» сама в пятисотый раз не посмотрится, а Старый год сам коньяком не проводится. А это как-никак традиция. Наш народ ничего так не чтит, как традиции.

Я тоже разошелся. В смысле, домой ушел, прихватив половинки табуретки. Бросил негодную мебель в коридорчике и бегом на кухню к холодильнику. Вытащил колбасу, прижал к груди и в комнату за дисками к игровой приставке.

Не, паспорт не спасал. Он не интересный. Картинка всего одна. Диски интереснее. А паспорт мне в милиции новый выдадут. Меня там все с детства знают. Я там почетным нарушителем числюсь. Кличку мне дали «Ваня – в дурке выходной». А все за доброту мою. Бабушек люблю через дорогу переводить, сумки им подносить. Добро делают, когда не просят. Когда просят – это не добро. Оно внезапным должно быть и бескорыстным.

Захожу в большую комнату и рысью к шкафу за дисками, мимо елки. А там - она… сидит вся такая…

Протер глаза, но она не исчезла. Вся такая! Красивая, какие только в «отфотошопленом» интернете бывают.

А грудь я такую видел… не, не скажу где. А то меня снова накажут. Ладно, шучу я. Меня давно никто не наказывает. С праздничным столом я пошутил, конечно. Хотел людям в магазине настроение поднять. Забыл, что тридцать первого декабря работающим это можно сделать только одним способом – домой отпустить пораньше. Ай, ладно! Не о том сейчас.

Сидит, значит, под елкой у меня девушка красы небывалой. Сама в красном костюме, что открывает больше, чем прячет. И елочный шарик красный в идеальных пальчиках крутит, разглядывает его со всех сторон. Я стою у порога и с места не двигаюсь. В одной руке колбаса, другой пот вытираю. От волнения очки запотели… у дедушки Пети на фотографии на стене. Нервничаем оба очень. Как же… И у него, и у меня такая девушка впервые.

- Девушка, вы кто?- наконец, нахожу мужество задать вопрос.

- Подарок,- улыбнулась она, подняв на меня взгляд небесной голубизны.

Нервно сглотнул сухим горлом. Сразу выпить захотелось. Но это к соседу в девятую квартиру придется подниматься. С собой у меня только колбаса.

- К-кому п-подарок?- после такого взгляда я заикаться немного начал.

- Ванечке,- снова улыбнулась она, покачала шар за красный, блестящий бант,- можно посмотреть?

Ванечке – это же мне, получается! Неужели у моего дома грузовик со счастьем перевернулся! Дождался-таки! Не зря я хранил себя столько лет для нее, для единственной!

Она покрутила шарик, а меня пронзило… стрелой амура. Чувствую – влюбился. Как чувствую? Ничего мне для нее не жалко. Ни шарика елочного, ни Брауншвейгской, ни дисков моих любимых с Гарри Поттером. Чувство меня окрылило. Я осмелел немного, приосанился, перестал заикаться.

- От кого подарок?- уточнил за кого весь век бога молить буду.

- А-а-а,- она немного замялась и пальчиком ткнула в декольте,- тут все.

Я отвел глаза от низкого лифа красного платья, отороченного белым мехом. Оттуда торчал уголок прозрачного пластика, спрятанного меж грудей.

Вот ведь шутница! Нашла куда засунуть! Как же его достать-то?

Мысленно я не только вытянул послание и прочел, я много чего сделал. Воображение у меня всегда было отличным. Но только в воображении я смелый, а так я скромный очень.

- Как вы здесь оказались?

Она улыбнулась и хотела ответить, но запах жареной картошки предупредил, что мы не одни. Наташкин подарок «Незнамо-кто» закончил готовить и решил разведать обстановку и познакомиться.

- Это кто?- он почему-то начал с девушки.

- Подарок,- я не стал оригинальничать, обнаружив, что сам-то познакомиться с девушкой забыл.

- Как зовут подарок?- Незнамо-кто пристально разглядывал крупные бусины и бантики на ее платье, украшавшие туго затянутый лиф

- Все здесь,- она указала пальчиком на уголок пластика, торчащий из груди.

Мы с Незнамо-кто синхронно отвели взгляд. У него с воображением тоже все в порядке. И чего мужика выбросили?

- Как вы здесь оказались?- повторил я свой вопрос.

- Доставка экспресс почтой,- девушка довольно улыбалась, но ни капли не проясняла ситуацию.

- Но я был снаружи и никто в квартиру не проходил,- уставился на мужика.

- Через окна тоже не проникали. Я оставался внутри и могу подтвердить это,- посмотрел на меня честными, слегка мутноватыми после запоя глазами Незнамо-кто.

- Откуда взялась живая девушка?- я ждал объяснений от мужика, единственного свидетеля появления незнакомки.

- Доставка экспресс почтой,- повторила, просияв она.

- Полный параллакс,- выдал свое углубленное знание астрономии Незнамо-кто.

Толкнул меня в плечо. Почесал затылок и выдал свою версию:

- Эти агенты «Эйвон», хуже «Свидетелей» элитных девчонок на дом доставлять начали.

Незнамо-кто покачал головой, оценивая девушку-подарок.

Такая версия у меня тоже мелькала, но не похожа была эта девушка на такую. Вернее похожа, но только внешне. Откуда знаю? Я, конечно, ждал мою единственную. Но я же готовился. Ответственно подошел. Теорию изучал и практиковался, чтоб не разочаровать в нужный момент. Девушки второго шанса не дают. Это знаю из жизненного опыта.

- Наверняка почтой России отправляли. Вон как выросла в некоторых местах,- продолжал рассуждать Незнамо-кто, оглядывая подарок техническим взглядом специалиста.- Где такую заказать можно?

Мы с мужиком уставились на ложбинку роскошной груди. Там торчала записка объясняющая все. Но смелости подойти и вытянуть пластик не нашлось ни у меня, ни у него. Я решил подождать Машу. Маша, она как сопли зимой, долго ждать не придется.

- Но точно не на «Али Экспресс»,- Маша раздвинула нас и тоже уставилась на подарок.- Это кто такая? Вольдемар, откуда у тебя посторонняя женщина и…- она строго посмотрела на Незнамо-кто,- … незнамо кто в квартире?

- Я подарок,- снова улыбнулась красавица, снимая очередную игрушку с елки и поглядывая на коробки с подарками,- для Ванечки,- совсем некстати уточнила.

- Я…- на секунду задумался Незнамо-кто, но быстро нашелся с ответом:- изучаю данный феномен перемещения.

- Что-то я вас не припомню,- Маша перевела взгляд с девушки на Незнамо-кто, пытаясь вспомнить, не видела ли его раньше среди моих друзей.

Мужик выглядел слегка помятым в не отглаженной рубашке, растянутом свитере, даже не второй свежести, но вполне приличным. В лучшем стиле всех настоящих кандидатов наук. От пристального взгляда восточной красавицы Маши он немного смущался и нервно поправлял очки на переносице. Откуда появились очки – загадка. Сюда он точно пришел без них.

- Извините, не представился,- засмущался мужик еще больше,- кандидат физико-математических наук Лопырев Вениамин. Собираю материал для исследований феномена перемещения в пространстве.

Надо же, кандидатов наук на улицу выбрасывают! Совсем женщины оборз… зажрали… начали много себе позволять.

- И во времени,- дополнила девушка, отвлекшись от разглядывания праздничных подарков в коробках.

Она потрошила уже вторую. Отложив не интересующий ее смартфон последней модели, что я решил подарить Маше, с интересом разглядывая одежду ярко желтого цвета в крупную красную розу похожую на короткую расклешенную юбку. Маше я ничего подобного дарить не собирался. Значит, это она мне презентует трусы семейные с намеком на свадьбу и семью. Я нахмурился, обдумывая непрозрачный намек. Не то, чтобы я был против семьи. И Маша девушка красивая. Но зовут меня Иваном. Я же не ризеншнауцер, чтобы мне клички менять под настроение.

- Вольдемар Лопырев, значит. Я запомню,- по привычке Маша исказила услышанное имя и представилась.- Маша Золотарева. Будущий кандидат фармацевтических наук.

- Вениамин,- мягко поправил настоящий кандидат наук.

- Я так и сказала,- вспыхнула Маша, обиженно вздернув подбородок.

Мы трое так и топтались у входа в комнату, не решаясь пройти дальше к елке, где расположилась гостья. Феномен ее появления не был изучен достаточно, мог представлять опасность, несмотря на внешнюю безобидность. Рисковать собой для науки – это благородно и очень по-мужски. Герои всегда торят путь первыми, а за ними женщины и дети. И потому Вениамин предложил… Маше:

- Маша, не могли бы вы помочь мне в исследовании,- обратился он, снимая очки, нервно протирая их краем вытянутого свитера и надевая обратно.- Дело очень деликатное. Нужна именно женская рука.

- Да как ты смеешь предлагать мне такое!- возмущенно вспыхнула Мария и занесла руку для пощечины.

- Стоп!- Веня ловко перехватил занесенную для удара руку и вежливо поцеловал пальцы.- Вы меня совсем не так поняли, Маша. Это мы позже обсудим. А сейчас, как в песне поется: «Первым делом самолеты…». Та девушка. Это с ней придется поработать вам.

- Что нужно?- Маша все еще обиженно сопела и нервно следила за шатенкой, вскрывающей третью коробку.

- У нее в… гм… извините… в декольте записка для получателя подарка. Не могли бы вы, как женщина, достать ее,- Веня нервничал, запинался и покашливал, обрисовывая Марии задачу.

Видно, не у одного меня хорошее воображение. И девушка-подарок, сидящая на полу, отлично стимулировала его.

«Мне сверху видно все,- ты так и знай!»- мысленно пропел я строчку из песни, пытаясь разглядеть то, что она выудила из коробки.

А выудила она красный небольшой шарик с кожаными ремешками. С минуту озадаченно разглядывала его. Взяла в другую руку елочный шар похожего цвета, покачала оба в ладонях, как бы сравнивая. Елочный отложила. А другой, держа за ремешок, прицепила на елку. Подарок был точно не мой. Значит, снова Маша. К Маше появились вопросы. Не зря эта с виду хрупкая и очень красивая девушка вызывала во мне безотчетный страх. Причина начала вырисоваться.

- Ладно, Вольдемар, уговорили,- с видом великого одолжения Маша прошла к шатенке и присела.- Я записочку возьму. Ванечке отдам. Ты же не против?

- Ванечке,- заулыбалась девушка, крутя черную маску из кожи с молнией в районе рта. Хмурилась, словно решала для чего это. Обводила пальчиком отверстия, подергала туда-сюда молнию. Идентифицировав, весело воскликнула:- Маскарад!

Количество вопросов к Маше росло с каждым подарком. У меня. Веня же покраснел, но крайне заинтересованным взглядом рассматривал все эти мазохистские приблуды.

- Еще какой маскарад!- согласилась с девушкой Маша, вырвала маску из рук шатенки, кинула ее в коробку и ловко вытащила у девушки записку. Вернулась к Вене, но записку отдала мне.- Держи, Ванечка.

Я покосился на девушку и робко улыбнулся, принимая кусок прозрачного мягкого пластика. На нем не было ровным счетом ничего. Если бы девушка не сообщила, что на нем информация, я бы и не додумался. Но и не я здесь кандидат наук. Вениамин снова протер очки и пристально вгляделся в пластиковый прямоугольник пять на десять сантиметров.

- Так не видно,- сделал он очевидный вывод. Неужели для этого нужно быть кандидатом наук! Или это мой гениальный мозг и без должного образования легко во все вникает?- Нужны приборы для исследования. В лабораторию бы его и рентгеном просветить.

- Активация послания через ДНК,- снова подала голос девушка, пытаясь вскрыть ноготками последнюю коробку.

- Откуда такие технологии?- изумилась Маша, разглядывая шатенку уже с большим интересом.- Ничего похожего еще не придумано.

- Плюнь,- сунул мне под нос пластик Вениамин.

Я послушался, и все трое замерли, вперившись взглядами в прозрачный прямоугольник с плевком посредине. Секунды текли, но ничего не происходило. Веня и я переглянулись и разом посмотрели на шатенку, защелкнувшую стальной наручник у себя на запястье, в изумлении рассматривавшую новое украшение. Почувствовав общее пристальное внимание, шатенка-гостья бросила взгляд на нас, на послание и небрежно произнесла:

- Ты не Ванечка.

- Нет, я как раз Ванечка,- ударил себя в грудь кулаком с зажатой в нем Браугшвейгской колбасой.

Красотка долго рассматривала мою внешность. Я даже смутился слегка, хотя меня - первого красавца филологического отделения московского университета имени Шолохова выпуска семнадцатого года, смутить трудно. Все же приятно, когда на тебя смотрит девушка настолько красивая. Меня так долго только бабули соседки в глазок рассматривают, когда я к ним в дверь звоню по делам.

- Не тот объект,- убила во мне все надежды шатенка.

Красотка резко поднялась на ноги и пошла прямо на нас. Мы расступились, пропуская. И я, и Веня замешкались, разглядывая стройные ноги, не скрытые короткой пышной юбкой с меховой оторочкой. Проходя мимо, девушка притормозила. Самые красивые в мире голубые глаза остановились на мне.

- Жаль, мне хотелось, чтобы Ванечкой был ты,- красивая рука взметнулась и выхватила послание из моих рук.

Цокая каблучками коротких сапожек, девушка быстро удалялась в сторону входной двери.

- Стой, подарок! Так я и есть Ванечка,- рванул за ней следом.- Куда ты направляешься?

Объект исследования мог исчезнуть, провалив поделанную исследовательскую работу, потому Вениамин не отставал. За ним громко топала Маша, подвизавшаяся нам помогать.

- Искать объект. Подарок должен быть доставлен до полуночи,- проговорила шатенка, скрываясь за входной дверью.- Иначе – Бада - Бум!

Она остановилась на пустой площадке и прислушалась. Из-за всех дверей лилась незабвенная мелодия «Снег над Ленинградом», знакомая каждой собаке. Маша тяжко вздохнула, нарушать новогодние традиции она не любила. Просмотр «Иронии Судьбы» был одной из них. И только нарезка «Оливье» или трамбовка селедки под «шубу» могли нас как-то извинить за пропуск важнейшего предновогоднего события. Но точно не бесцельное брожение по лестничным площадкам. Ведь даже не к соседке за луком. А незнамо-куда с незнамо кем. Дурацкая сказка какая-то получается.

Соседские двери немым укором смотрели на нас, несоблюдающих новогодние традиции. За ними жили правильные люди, логично ругались из-за шпрот (в банке ставить на стол или это колхоз); сгодится ли в «Оливье» любой майонез или топать за «Провансаль»; разрезать торт или до него не дойдет дело, как обычно; гармонирует ли тот шарик на елке; стоит ли зажигать бенгальские огни, чтобы опять на зубах скрипело… Обычная предновогодняя суета.

И только из-за одной донесся странноватый словоразлив очень специфический, идентифицированный мной как мат. Я филолог, я в этом разбираюсь.

- Смотри какой пипидастр нашелся! Плазмоид тебе в печень!! Чтоб тебе мозг отформатировало! Засунь сам свою конфигурацию «В2» в конфигурацию «Ж», а потом нам всем расскажешь про ощущения!

Услышав его, подарок просияла, ослепляя улыбкой, и быстро потопала по лестнице наверх, мелькая бесконечными ногами. Маша заторопилась за ней, лелея мечту, быстро закончить с девушкой и успеть на вторую серию «Иронии». Мы с Веней примерзли к полу, потому как пышная юбочка на девушке едва закрывала пятую точку. И чем выше она поднималась, тем интереснее вид открывался.

- Очень интересный факт,- проговорил Веня, не отрывая взгляда от колышущийся юбочки, поправляя сползающие очки.- У тебя телефона не будет. Задокументировать и приложить как доказательство. Несомненно, заинтересует академика Петра Борисыча Коновалова и профессора Петрыкина.

- И что сей факт подтверждает?- я тоже всесторонне изучал факт, едва прикрытый кружевным красным бельем.

- Особь несомненно женского пола,- поправил Вениамин очки на носу, вспотевшем от усердного изучения.

К счастью девушка повернула на другой лестничный пролет, и мы с Веней смогли двигать ногами. Что и сделали, догоняя Машу и наш объект. Моя шатенка уже ломилась в дверь ученому Ивану Ильину. Мы с Веней успели вовремя. Подарок с не девичьей силой ломала дверь.

За соседней дверью слышалась мелодия, заканчивающая первую серию незабвенной «Иронии». А это означало только одно: допеклась ли утка, есть горошек в «Оливье», замерз ли холодец, мигает ли гирлянда всеми пятнадцатью режимами, купили ли коньяк или снова водка – уже не важно. Пора быстро проводить Старый год. И принести с балкона ледяное шампанское. Президент с приветственной речью ждать не будет. Куранты тоже. А еще надо желание записать, сжечь, и пепел с шампанским выпить. Потому шатенку никто не остановил. А Маша помогла ногой, повернувшись спиной, от души долбила каблуком. Дверь распахнулась неожиданно, и Маша, не удержавшись, рухнула на руки Ивану. Он оглядел всю честную компанию и улыбнулся:

- Вы к кому господа? Если бордель на дому – то это этажом ниже.

Я даже дар речи потерял. Вот так меня оскорбить сейчас. Можно подумать я девушек меняю, как перчатки. Я меняю их как носки - после каждой бани. В баню хожу еженедельно, но только зимой. Вот и считайте… Завистник! А я еще подвизался добровольным испытателем к нему. Вот и делай людям добро после этого!

Но времени не было обижаться, до полуночи оставалось минут десять. А нам еще на записку плевать, в смысле послание расшифровывать.

- Мы к вам с подарком,- выступил я вперед, взяв на себя роль лидера.

Иван оглядел Машу, улыбнулся и пробормотал:

- Спасибо! Не ожидал! Я, конечно, больше рыжих предпочитаю…

- Нахал!- Маша уже замахнулась, но ее руку перехватила шатенка.

- Я подарок. Тут все,- девушка протягивала прозрачный пластик Ильину.- Активация по ДНК.

Ваня изящно перекинул Машу на руки Вениамину и схватил пластик.

- Плюй!- рявкнули все мы трое, уже в нетерпении узнать, что же там написано.

- Но неопознанный объект нельзя…- начал Ванечка речь, одновременно с президентом.

- Это был тяжелый год…- Маша в подтверждение слов президента от души приложила ученого по щеке.

Вопросов к Маше у меня не осталось, как и чувств. Даже страха. Сосед Ваня вздрогнул, с ресниц сорвалась скупая, мужская слезинка и шлепнулась на пластик. Он помутнел. Над ним вспыхнула точка, тут же развернулась трехмерной картинкой. Мы ошалело смотрели на группу молодых мужчин и женщин, сидящих как перед фотографом. Человек пятнадцать. Все они улыбались, глядя на нас. Все в прозрачных плащах типа дождевиков, под которыми черные трико у мужчин и серебристые у женщин ладно обтягивали стройные тела.

Профессор, Иван Сергеевич Ильин, приветствуем вас из 2120 года! Мы, группа ученых, работающих в институте времени, за ваш вклад в дело создания машины времени, решили прислать подарок к Новому году. К сожалению, пока мы можем пересылать только органику. Ева создана искусственно по образцу лежащего у вас под матрацем журнала «Плейбой» от 1975 года. Надеемся, это то, что вы искали. И она поможет сдвинуть дело с мертвой точки. Спасибо огромное от всего прогрессивного человечества двадцать второго века, профессор! С наступающим Вас Новым годом!

Каринка погасла, а Ильин с интересом уставился на грудь Евы, едва прикрытую вышитым стразами лифом. Забили в Москве куранты. От нашего Великого Запора они в тысяче километрах, но когда звенят в каждой квартире, звук получается как на Красной площади.

- То, что нужно! Спасибо ребята!- возбужденно пискнул ученый разглядывая шикарный девичий бюст.

Иван протянул руку к груди красавицы… оторвал один из прозрачных камней, украшавших лиф, и бегом рванул в комнату.

Под звуки гимна мы дружно кинулись за ним. Он склонился над очередным самогонным аппаратом и вставил страз в нужный паз. Аппарат тут же ожил, чихнул на нас перегаром, обдал сивушными маслами и вспыхнул синеватым светом. На боку появилось табло, и на нем запрыгали, сменяя друг друга, цифры. Быстро, как таймеры на бомбах в фильмах-боевиках.

- Пацаны, валите из дома!- прошептал будущий профессор.- Сейчас тут будет… Бада-Бум.

Веня, как опытный человек от большой науки дважды себя упрашивать не заставил, схватил за руку Машу и рванул к выходу из квартиры. Я опытный подопытный ломанулся следом. На площадке «загорала» Ева, водя пальчиком по слогам читая матерные слова, написанные на двери ученого. Я подхватил легкую девушку на руки и ринулся вниз по вздрагивающей лестнице.

Дом подозрительно дрожал. Казалось, под фундаментом просыпалось гигантское животное. Жильцы, увлеченные загадыванием желаний, не замечали опасной трясучки и весело поздравляли друг другу. В телевизорах и на улице с грохотом взрывались салюты.

Пробегая мимо своей двери, в приоткрытую щель заметил, как внутри крутится воротка, в которую засасывает подарки и елку.

Мы выскочили в двери и бегом ринулись подальше от дома. Я споткнулся и неловко рухнул в сугроб прямо на девушку. Тут же поднялся, с ужасом представляя ощущения, которые она испытала, очутившись почти голой с головой в снегу. Вытащил изумленную девушку, разглядывающую запорошенные снегом руки. Быстро кое-как стряхнул с нее снег, снял с себя джемпер и натянул, прикрывая тело.

- Это мне подарок?- ахнула девушка, разглядывая джемпер.

Слаженный вопль двух глоток заставил обернуться. Наша трехэтажка сияла синими огнями, охваченная непонятным вихрем, таяла на глазах. Я видел, как люди внутри пели, смеялись и радовались, празднуя наступление Нового года. Дом исчез, а за ним исчез вихрь, оставив нам котлован с фундаментом, остатками труб центрального отопления, из которых били фонтаны холодной и горячей воды, и канализацией.

- Весь дом ушел в будущее или прошлое,- констатировал факт Вениамин.- Остался пустырь. Новое расследование о перемещении, которому я стал свидетелем. Тянет на докторскую степень.

- Скоро тут пруд образуется. И будут у нас свой Китеж-град. Там город ушел на дно озера, а у нас дом. Журналисты разрекламируют наш Великий Запор. Туристов понаеде-е-ет,- мечтательно произнесла Мария.- Надо подсуетиться иресторан открыть. Деньги будем лопатой грести. Кто со мной в долю?

- Озеро как будет называться? Великозапорским? Или просто Запорово озеро?- поинтересовался Вениамин.

Вода из труб заливала котлован, наполнив до середины. На поверхности плавали…в общем, канализация тоже внесла свою лепту в формирование «кисельных берегов» нашего «Китежа». А что, какой народ, такой и Китеж-град, такое и озеро.

- Как же мои диски и Брауншвейгская колбаса?- произнес я глядя на темный котлован, наполняющийся водой и остатки фундамента, потрясенный непоправимой на данную минуту потерей.

- Динозавры будут тебе признательны за презент к Новому году,- ехидно ответила Маша.- Трехэтажка, полная фаршированных «Оливье» и шампанским квартиросъемщиков. Деликатес!

Она была за здоровое питание и колбасу не любила. Как оказалось людей тоже не очень. А вот динозавры ей нравились.

- Девчонка сейчас околеет,- Маша кивнула на Еву, с интересом разглядывающую свою обновку.- Давайте все в мою машину. Там печка, будем греться. Этот Новый год я никогда не забуду.

- Я тоже,- поддакнул ей, поднимая Еву на руки.

- И я, Ванечка,- девушка обняла меня за шею и прильнула к плечу.

Мы все загрузились в Машин «пыжик 360» и притихли, пытаясь осмыслить произошедшее. Без ста грамм осмысливалось из рук вон плохо. Первым ожил Вениамин. Глядя только на Машу, он, немного смущаясь, произнес:

- Идемте ко мне праздновать Новый год! У нас есть что отпраздновать. Сегодня на наших глазах произошло чудо! Была изобретена машина времени! Мы все причастны к великому открытию века. Это надо обмыть!- предложил Вениамин.- Я вас, Маша, с бабушкой познакомлю. Только не удивляйтесь, если бабуля меня Ипполитом звать будет. Уж очень ей Ипполит из «Иронии Судьбы» нравился.

- А ты где живешь, Ипполит?- повернулась к сидящему рядом Венечке Маша.

Нам с Евой они щедро отдали заднее сидение, где моя шатенка занялась изучением пакетов с подарками, закупленных Машей к Новому году. Но помня вкусы Маши, я пересадил девушку себе на колени и зорко следил, чтобы ничего лишнего к ней в руки не попало.

- В Незнамово,- ответил Веня, проглотив Ипполита, когда Маша завела мотор и вырулила на дорогу.- Первая деревня, если ехать не сворачивая.

- Откуда ты знаешь название деревни?- удивился я, помня, что из жителей никто этого не помнит, даже моя бабушка.

- Это ж я сдал на металлолом указатель. Деньги нужны были на исследования,- повинился Вениамин.- Вань, ты как теперь? Тебе есть где жить? Если что, оставайся у меня. Я своих не бросаю.

* * *

Как-то само собой, празднуя Новый год, мы четверо быстро определились с симпатиями. Я оказался с Евой, Веня сделал удачный подкат к Маше. Я не был против. С Машей у меня, к счастью, ничего серьезного так и не случилось. Судя по тем подаркам, что Ева обнаружила под елкой, никогда бы не случилось. Все же технарям и гуманитариям друг друга сложно понять.

Как-то так получилось, что мы остались с Евой одни. Вместе разглядывали звездное небо через окно. Я, как подкованный в амурных делах мужчина, прихватил с собой баллончик с взбитыми сливками. Девушка перечисляла известные ей созвездия, и увлеченно писала на латинице их названия на оконном стекле, теми самыми сливками.

- Это Орион, это…

- Ева, я хочу тебе сказать, что ты мне очень нравишься,- преодолевая смущение, признался я.

- Ты мне тоже, Ванечка,- девушка улыбнулась и сжала баллончик сильнее.

Струя сливок ударила мне в лицо. Я отшатнулся от неожиданности, заваливаясь назад, на старенький ламповый телевизор «Горизонт». Грохот от треснувшей деревянной коробки взрывом прошелся по ушам. Ева вскрикнула. В дверях нарисовались перепуганные лица Вени и Маши. Они критически осмотрели меня с забрызганным сливками лицом лежащего на груде обломков. Маша поджала губы и отвернулась, Веня покачал головой и осуждающе посмотрел почему-то на Машу:

- Видишь, Маш, что с мужиком долгое воздержание делает? А ты: не сегодня, не сегодня… Жестокосердная…

Он вздохнул, сочувственно глянул на меня и вышел, оставляя меня с девушками. Маша еще раз оглядела меня, что-то для себя решила, хмыкнула и поспешила за ним, прикрыв дверь за собой.

Я боялся пошевелиться. Казалось, кинескоп телевизора, давящий в поясницу, пытается сделать из меня телепузика.

- Вань, ты не ушибся?- надо мной склонилась Ева, макнула пальчик в белки и слизала.- М-м-м, вкусно! Хочешь?

Что же ты со мной делаешь, Ева! Я хочу…ее… очень! Ты даже представить себе не можешь насколько.

Девушка же, словно дразня, наклонилась ниже и медленно провела языком по щеке, от подбородка до виска, слизывая сладкую пену.

Меня током прошибло от такого. Я-то предполагал использовать сливки немного по-другому. Но так тоже неплохо. От греха подальше вытащил из ее рук баллончик.

- Ева, ты мне очень нравишься… как женщина,- перехватив ее тонкие пальчики, чтобы не сбежала, смотрел в бездонные глаза и признавался… в любви, конечно.

Что еще кроме любви может вызвать в мужчине девушка в супер короткой юбке и с четвертым размером груди.

- Я бы хотел, что мы с тобой… Конечно, если ты сама не против…- замялся я, не зная, как лучше выразить свое желание и не обидеть Еву.

- Я не против. Я же подарок Ванечке,- обрадовала меня девушка,- на Новый год.

- Так может мы…- я даже привстал с телевизора, так меня окрылила надежда,- того-этого прямо сейчас?

- Я подарок на Новый год,- повторила еще раз Ева, качая испачканным в сливках пальчиком перед моим носом.- Активация 31 декабря 2019 года. Активация была отменена. Следующая дата активации 31 декабря 2020 года.

- Что? Что! Год ждать до… активации! Целый год!

- Мы что-нибудь придумаем,- загадочно улыбаясь, пообещала Ева, раскачивая красный шарик за кожаный ремешок.

Я побледнел и расстроенно выдохнул. Ну, да… Подарок делался с учетом вкусов Вани Ильина. Всегда догадывался, что все гениальные ученые извращенцы. Медленно поднялся на ноги, отряхивая джинсы. Помог подняться Еве. Снова Дед Мороз меня как-то не так понял. Расстроенно выдернул шарик из ее рук и закинул подальше. Разглядывая мою угрюмую физиономию, Ева хихикнула. Обвила руками шею, прижалась губами к моим губам и радостно добавила:

- Я пошутила, Ванечка. И насчет активации в следующем году тоже.