Подарок на Хэллоуин

В воздухе витал пьянящий дух… катастрофы. Пахло газом, расплавленным воском и паленой крысиной шерстью. Эля возилась с барахлящей плитой. Всем ведьмам известно, что качественные зелья получались только, если варить их на огне.

Нет, встречались и те, кто пользовался даже индукционными плитами. Заказывали специальные котлы с толстыми стенками. Но зелья выходили слабоватые.

Эля хмыкнула и с размаху швырнула в кипящее в котле варево щепотку толченного лунного камня. Зелье сильно забурлило и плеснулось через край.

— Черт! — выдохнула ведьма, отскакивая от плиты и стряхивая зеленые дурно пахнущие капли с передника.

Конфорку залило, и огонь погас.

— Саморегуляция, твою ж кочерыжку! — явно передразнивая кого-то, Эля ругалась и заново поджигала газ. — Она на костре работает, а на плите нет! Черт! Черт! Черт!

В этот момент дверной колокольчик задребезжал с такой силой, что казалось, его оторвут.

— Закрыто! — крикнула Эля, выбежав к прилавку и сгребая в охапку разбросанные по столу травы и еще шевелящиеся крысиные хвосты. — Технические работы!

Дверь со скрипом открылась, впустив внутрь молодого человека. Он был высок, статен, его темные волосы, казалось, впитывали в себя свет от догорающих свечей. Живые глаза, цвета пыльного янтаря, смотрели на мир с легким любопытством.

— Мне показалось, вы кого-то звали. Готовите зелье? — голос посетителя был низким, бархатным.

Эля не услышала в нем ни единой нотки отвращения. Хотя для непривычного человека запах в «Лавке зелий и прочих полезностей» стоял тот еще!

— Угадали, — Эля уперла руки в бока. — Но, я полагаю, вывеска говорит о чем-то подобном. Кстати, мы закрыты.

Взгляд посетителя скользнул по ее лицу, по растрепанным волосам, выбивавшимся из небрежного пучка, по заляпанному переднику. Эле даже захотелось смущенно прикрыться. Странно. Незнакомец широко улыбнулся и шагнул к прилавку.

— Меня зовут Барт. Я ваш новый сосед и принес вам подарок. Вот! — он вытащил из-за спину небольшую, но очень симпатичную тыкву.

Эля фыркнула. Она никогда не отличалась терпением, а в преддверии Хэллоуина и подавно. Все подруги давно веселятся, а у нее заказ. И отказаться нельзя — слишком ей нужны деньги. А тут еще этот… Барт притащился так не вовремя.

— Прекрасная тыква! А единорога у вас не завалялось? Чтобы он решил все мои проблемы? Мы закрыты! За-кры-ты! — Эля перестала создавать видимость любезной торговки.

Плевать, что человек подумает! Все и так знали, что ведьмы не отличаются добрым нравом. Пусть убирается подобру-поздорову со своей тыквой! Эля повернулась, чтобы уйти вглубь дома. Зелью нужен присмотр.

— Что это за запах? — внезапно спросил за ее спиной Барт.

Эля как заправская ищейка повела носом и с удивлением почуяла, что пахнет лотосом. Неужели получилось? Она метнулась к плите и с восторгом увидела, что варево сменило цвет на нежно-розовый, и от него исходил тонкий приятный аромат.

Эля вознесла молитву покровительнице. Работа сделана, теперь можно и отдохнуть. Вернувшись к прилавку, она обнаружила, что посетитель никуда не делся. Он все так же стоял и держал в руках тыкву.

— Э-э-э, Барт, кажется? — Эля взглянула на него по-новому.

Симпатичный! Вполне может составить компанию на празднике. И тыкву принес на Хэллоуин — лучший знак внимания для ведьмы. Из тыквы, можно сделать много всего интересного и даже магического. К ней легко крепились чары. Особенно, если она росла в земле до Хэллоуина и срезана только сегодня.

— Да. Я ваш новый сосед через дорогу. Давно за вами наблюдаю, и сегодня решил познакомиться, — он смотрел с явным мужским интересом.

Эля протянула руку и забрала тыкву. Посмотрела срез — свежий. Отлично! Барт получил в ее глазах еще пару очков.

— А не хочешь сходить со мной на одно интересное мероприятие? — предложила Эля, едва не облизываясь.

— Был бы дураком, если бы отказался! — янтарные глаза Барта вспыхнули искрами радости.

— Тогда подожди пять минут, я соберусь.

Многие ведьмы приходили на шабаш с человеческими мужчинами. Естество требовало физического контакта. С человеком было безопаснее всего — с ним не случится никакой связки. На Хэллоуин между двумя магически одаренными мог произойти обмен силой. Иногда в ущерб более слабому, особенно, если действо умышленное.

Подумав об этом, Эля передернулась. Ужас! Оттого ведьмы крайне редко создавали магические пары. Это ж как надо доверять партнеру!

Прийти же с человеком — безопасно. Как с собачкой. Ведьмы этим и пользовались. У человеческих мужчин все части тела работали не хуже, чем у ведьмаков и прочих магиков. Эля усмехнулась и надела на голову традиционную остроконечную шляпу.

— Я готова! Идем! — она выпорхнула навстречу Барту.

Тот с удовольствием приобнял Элю, конечно, понимая, что сегодня между ними возможно нечто чрезвычайно приятное.

— Я крайне рад, что зашел именно сегодня, — прорычал он ей на ухо.

У Эли по телу пробежали мурашки предвкушения. Она прислонилась к плечу Барта, втянула носом его запах и еще раз окинула магическим зрением. Чистокровный человек. Никто не мог скрыть свою сущность от ведьмы. Разве что высшие. Но зачем им это? Силушки испить задарма? Ерунда!

— Мы здорово повеселимся. Хэллоуин лучший праздник! — воскликнула Эля.

Парочка выскользнула в дверь. В «Лавке зелий и прочих полезностей» осталась одиноко лежать круглобокая оранжевая тыква.

Эля и Барт, обнимаясь, бодро шли в сторону горы, сияющей огнями. Лучшая ночь в году. Шабаш. Хэллоуин.

Юная ведьма не видела, как все лужи по пути затягивало тьмой, в которой не отражалась ни белоликая луна, ни бриллиантики-звезды. Тьма мешала разглядеть, что в лужах не отражался и Барт…

Они поднимались все выше, и огни шабаша разгорались перед ними ослепительными сполохами. Слышались отголоски бубнов, смех и возбужденные голоса. Эля, захваченная предвкушением праздника, все крепче прижималась к Барту.

Они ступили на вершину, где уже кружились в диком хороводе десятки ведьм и магов. Костры взмывали к небу золотисто-изумрудными языками пламени. И тут Эля почувствовала это — необъяснимую, давящую пустоту. Она обернулась к Барту и в ужасе застыла.

В его янтарных глазах плясали не отражения костров, а огни иного мира. Эля, еще на что-то надеясь, бросила взгляд на его тень. Та жила своей собственной жизнью — извивалась у ног Барта, будто пыталась убежать и не могла.

«Разве что высшие...» — пронеслось в голове оглушительной догадкой.

— Ты права, — сказал Барт, и его голос вдруг лишился всей своей бархатистости. — Хэллоуин — лучший праздник.

Он шагнул к центру круга, увлекая Элю за собой. Ведьмы замолкли, а маги в испуге отшатнулись, ощутив исходящую от него древнюю, не принадлежащую этому миру мощь.

— Ты хотела поразвлечься с человеком, — пророкотал тот, кто назвался Бартом. — Но вместо этого я стану твоим развлечением. А ты станешь моим ключом.

Эля вскрикнула, чувствуя, как ее магия, все ее естество, вытягивается из нее. Она так боялась довериться кому-либо, что сама привела свою смерть.

Внизу, в покинутой лавке, оранжевая тыква вдруг тихо схлопнулась в точку, из которой возникла мрачно-черная клякса портала. Для открытия врат между мирами не хватало только смерти магически одаренного существа. Добровольно пригласившего Высшего на шабаш в Хэллоуинскую ночь.