Подтвердите списание

Лента маркетплейса пестрела скидками: черная пятница в честь киберпонедельника, киберпонедельник в честь черной пятницы. Юля добавила товар в корзину и тяжело вздохнула. На ней уже висело два кредита: на девять и на тридцать шесть месяцев, за пальто и ноутбук. Магазин обещал рассрочку без процентов, но, как обычно, соврал, превратив радость от дорогой покупки в сплошное разочарование.

Чтобы отвлечься, Юля открыла тикток и выключила голову: завиваем волосы на носки, делает укладку на сахаре, худеем без паразитов… Ерунда, но почему-то так сложно перестать дергать пальцем снизу вверх, пролистывая ролики. Она ведь даже не смотрела их, просто наслаждалась сменой кадра, как ребенок, завороженный мигающим светом гирлянд.

— Прекрати листать! — противно скрипнуло из телефона.

От неожиданности Юля кликнула по экрану и засмеялась. Это просто трюк, чтобы она остановилась, чтобы выделила именно этот ролик.

У поставленной на паузу девушки были по-паучьи тонкие руки и не тронутая загаром кожа. Черные, подстриженные под каре волосы, выглядели давно немытыми.

«Сейчас вылезет скример», — решила Юля и почему-то отжала паузу, хотя ужасы не любила ни в каком виде. Даже с симпатичными вампирчиками.

— Привет, Юля, — сказала девушка, улыбаясь. Когда она двигалась и говорила, то выглядела симпатичнее стоп-кадра. Исчезла инфернальная худоба, смягчились тени под глазами.

— Прекрати листать и послушай! — приказала девушка, и Юля тут же скользнула пальцем вверх. Ну ее, эту чудилу. Пусть лучше укладка, похудение, рецепты, сплетни…

— Я тебе что сказала? — повторил голос. — Прекрати листать и слушай внимательно!

«Да пошла ты!» — Юля выключила телефон и пересела за кредитный ноутбук. Там ее точно никто не тронет.

На скринсейвере висело уже знакомое лицо с сальными волосами. Губы недовольно сжаты, брови сдвинуты, щеку подпирает кулак.

— Да чего ты ко мне привязалась, сучка? — зло сказала Юля и включила телефон. Совсем спамеры берега попутали, скоро зайдешь в туалет, а там очередная блогерша продает китайскую косметику. Пока не купишь, толчок не освободится.

— Сама ты сучка! Я ж тебе помочь хочу! Смотри: у меня есть промокод на скидку 90%. Подходит к любому товару в любом магазине.

Юля закатила глаза. Она уже пару раз так нарывалась, вместо обещанного бренда получая паль. Везде фигня, везде обман.

— Че ты мне втираешь? Не надо тут свои сказки рассказывать, я больше на них не поведусь. Какой дурак делает такую скидку?

Лицо черноволосой оживилось, губы порозовели.

— Да ты не переживай! У нас есть эта, ну как ее… Во! Гарантия! Не, не так. Пробный период. Даем тебе одноразовый промокод. Тоже на любой магазин, тоже 90% скидка. Но воспользоваться им можно лишь однажды. Если не сработает — ничего не теряешь. А если сработает, возвращайся. Тогда поговорим о цене.

На этом приложение с тиктоком крашнулось.

— Эй! — возмутилась Юля. — А где промокод?

И словно в ответ на ее мысли во входящие влетело новое СМС: «Промокод Derret12. Скидка 90% на любые товары. Срок действия: 60 минут».

Юля не стала долго думать и заказала самый настоящий дайсон. Со скидкой в девяносто процентов получилось шесть тысяч. Пришлось занять половину суммы у подруги, но оно того стоило. Ведь это не просто способ покупать себе вожделенный товар. Это старт настоящего бизнеса.

В этот же вечер черноволосая связалась с Юлей и рассказала о цене, которую придется выплачивать.

Через неделю Юля открыла небольшой онлайн-магазинчик с дайсонами в полтора раза дешевле конкурентов, а через месяц погасила все свои долги. Жизнь налаживалась. Оставался только один момент…

Куратор, как назвала себя черноволосая, сказала, что время первого платежа придет, когда промокод поможет Юле исправить финансовое положение. Честно говоря, она надеялась, что этот момент наступит несколько позже: новая квартира, машина, Мальдивы, ну или хотя бы Бали. Но нет. Скринсейвер ноутбука снова изуродовала фотография черноволосой, а в ленте тиктока прописалась ее тощая физиономия, повторяющая: «Пришло время платить! Плати!»

Пришло время платить, это правда. Но очень не хотелось. Юля и по кредитам-то вносила платежи кое-как, после третьего или четвертого звонка от менеджера банка. Не то чтобы она уж очень боялась коллекторов, но постоянно менять номера задалбывало. С черноволосой же такая тактика не сработает, это как пить дать. Юля так до конца и не поняла, что конкретно входит в цену, но выглядело это безобидно. По крайней мере не потребуется прятать закладки или чего похуже.

— Если не оплатишь долг в течение пятнадцати минут, мне придется обратиться в инстанцию ниже, — сказала черноволосая, которая выглядела уже не такой болезненной. Щеки округлились, волосы блестели как после ламинирования.

— Ладно, ладно, — обреченно ответила Юля, — но я не очень поняла, что именно мне надо сделать. И как.

— Проверь почту. Там будет подробная инструкция.

На почте обнаружилась платежка, практически не отличимая от обычной банковской, однако фон у нее был не белый, а красный, такой, от которого сразу начинают болеть глаза. Юля перешла по ссылке и замерла. Перед ней был список ее телефонных контактов: автоэлектрик, Андрей дядя, Артем сантехник…

Возле контактов висела кнопка «Подтвердите списание».

Нужно было выбрать что? Контакт?

Юля ткнула на автоэлектрика (все равно машину забрал бывший) и нажала продолжить. Но не тут то было. Вылезло: «Недостаточно средств для списания. Добавьте еще пять малозначимых либо один важный контакт». Пришлось списывать еще парикмахершу, которая сожгла ей волосы, сестру бывшего, дядю Колю из деревни, одноклассницу и какого-то непонятного «Валеру шашлыки». Оказалось, у Юли не так уж много контактов в телефоне, хотя сознательно она никого не удаляла.

Через минуту вместо обоев появилось сообщение: «Платеж принят, следующее внесение через месяц». Дальше шел какой-то мелкий шрифт. Юля достала из ящика лупу, которой в последние годы жизни пользовалась бабушка, чтобы разгадывать кроссворды. Шрифт почти сливался с фоном, даже с увеличением было сложно что-то рассмотреть, глаза выхватывали отдельные фразы:

плавающего процента

чем больше трат, тем выше долг

условия расторжения

Юля прищурилась, чтобы прочитать хотя бы одно предложение, но экран моргнул, вернув телефон с исходное состояние: кастомные обои и множество иконок приложений.

Через месяц она просто внесла в часть погашения долга бывших коллег и случайных знакомых, еще через месяц — одноклассников, с которыми так ни разу и не встретилась после окончания школы. Полгода спустя в телефонной книжке осталась только Машка, лучшая подруга, бабушка, которая два года назад умерла, и мама с папой. Юля пыталась обойти систему и ежедневно вносила новые контакты: эпиляторша, грузчик, Вася (сайт знакомств). Но каждый раз, когда приходило время платить, система отказывалась засчитывать новых людей. Не то чтобы Юлю это сильно парило: обороты росли, покупателей становилось больше, она даже всерьез задумалась об ипотеке. Однако смутное беспокойство не проходило. Куда деваются списанные контакты? На что влияет выбор? И стоит ли переживать, когда банковский счет пополняется приятными суммами? В конце концов, она всегда мечтала ни в чем не нуждаться.

В тот месяц, когда Юле одобрили ипотеку, она размышляла, какой из четырех оставшихся контактов выбрать. Доступными для списания остались только четыре контакта. Бабушка давно умерла, поэтому Юля сомневалась, что система примет такой платеж. Машка — лучшая подруга, всегда приходила на помощь. Да и про родителей ничего плохого вспомнить было нельзя. Любили, поддерживали, правда работали много и редко бывали дома, но это же ради нее… Устав от размышлений, Юля выставила указательный палец вперед и проговорила детскую считалку, которой доверяла большинство сложных жизненных выборов:

На золотом крыльце сидели:

Мишки Гамми, Том и Джерри,

Скрудж МакДак и три утенка,

Выходи, ты будешь Понка.

Понка указала на Машку. Юля помялась в нерешительности, стараясь отогнать от себя тревожное «а если Машки не хватит?» Но система радостно проглотила платеж и выдала новые промокоды, которые пора пустить в дело. Количество покупателей все росло, а значит нужно было успеть закупить партию для перепродажи.

Юля так погрузилась в работу, что не выходила из дома почти неделю, а в субботу утром спохватилась — пора в кафе, на их с Машкой еженедельную встречу. Вовремя прийти не получилось: не нравилось отражение в зеркале. Какая-то она худая и уставшая стала, как будто только из подвала вылезла. Да и волосы эти… С утра помыла голову, а они уже жирные. Переодевание не могло отвлечь Юлю от страшного факта: за всю неделю после списания она не получила ни одного сообщения от Машки. В глубине души надеялась, что после внесения платежа они продолжат общаться, просто не будут звонить друг другу, что глупая система не свяжет аккаунт «Твоя Крошечка» с Морозовой Марией, что никаких далеко идущих последствий не будет. Ведь не было же ничего после удаления первой любви, подруги из детского сада, двоюродного дяди… Или было?

Юля пошарила в воспоминаниях и поняла, что все это время гнала от себя мелкие последствия, не пытаясь их осмыслить. В любимом кафе «Черная роза», там, куда они с Машкой ходили последние пять лет, постоянно путали ее заказы, приносили американо вместо капучино и клаб-сэндвич вместо блинчиков. Сначала Юля думала, что это затянувшийся приступ маразма у работников общепита, но потом сообразила, что официант тоже был в списке контактов.

И таких мелочей вспомнилось много:

потерянная запись к стоматологу — Олеся Игоревна (зуб)

штраф за неоплаченные коммунальные услуги — ЖЭУ-51

ноль реакций на сторис — Артурчик (друг Паши)

нет привычных пятиста рублей на день рождения — дядя Паша (Барабинск)

Что случится с Машкой? Они поссорятся?

Юля вбежала в «Черную розу» и чуть ли не закричала от радости. Машка! Ее дорогая Машка сидела за угловым столиком, тем самым, которые они оккупировали еженедельно, чтобы обменяться новостями.

— Машка! Я так рада тебя видеть, не представляешь! Та сучка заставила меня выбрать, я не могла, поэтому считалочка, а потом соцсети и телефон, все пропало, я уж подумала, что ты все, а ты…

— Женщина, вы чего?

Машка брезгливо посмотрела на нее и прижала к груди сумочку, будто щит.

— Это я, Юлька, мы же с шараги вместе! Ну? Давай без шуток только!

— Эй! Тут сумасшедшая! — закричала Машка, схватила куртку и убежала на улицу.

Юля тупо уставилась на недоеденный завтрак.

— А кто будет платить?

Официант, которого она удалила из контактов, непрофессионально морщился.

— Я заплачу, — прошептала Юля, приложила карту к терминалу и поплелась домой.

Там она отменила все заказы, свернулась калачиком на диване и завыла.

До следующего списания оставалось три недели. В контактах остались только мама, папа и бабушка. Бабушка… Ее Юля по-настоящему любила и очень скучала, вспоминая, как они вместе лепили пирожки под сериалы с «Домашнего». Родители пропадали на работе, а бабушка заплетала ей косички, поливала разбитые коленки зеленкой, выслушивала робкие признания о первых влюбленностях… Именно после ее смерти Юля пустилась во все кредитные тяжкие, да и вообще стала злее, циничнее. Как будто вместе с ней похоронили наивность и человечность. Как будто в мире остался лишь злобный гремлин, способный думать лишь о собственной выгоде. Дайсоны, айфоны, макбуки… Какая же все это ерунда!

Но если бабушка умерла, можно ли ее контакт списать? И как это будет работать? Проверять очень не хотелось. Вдруг вместо общения Юля лишится воспоминаний, единственной светлой части, которая в ней осталась. Пора было прекращать идти на поводу у этой кикиморы. Юля выбросила ноутбук, смартфон и симкарту, заменив их на бабушкофон и стационарный компьютер. Поигралась в бизнес и хватит.

До следующего платежа оставалось двенадцать дней.

За это время Юля трижды навестила родителей, обновила резюме и записалась на йогу. Не столько ради душевного спокойствия, сколько ради общения. Вокруг нее почти никого не осталось.

В день внесения платежа в почтовом ящике появилось письмо: «Если вы предпочитаете аналоговый метод оплаты, используйте наш сервис денежный переводов». Рядом с письмом лежала платежка, в которой было три пункта: мама, папа, бабушка.

Поставьте галочку для списания — крупно

Что-то неразборчивое — очень мелко

Условия! Юля достала лупу и наконец-то смогла прочитать полный текст пользовательского соглашения:

Активацией купона Пользователь подтверждает согласие на обязательства перед Системой. Размер обязательства рассчитывается по принципу плавающего процента и определяется автоматически. Пользователь осознает и принимает ключевое условие: чем больше трат, тем выше долг, вне зависимости от полученной выгоды и субъективной оценки последствий.

Погашение долга осуществляется путем списания социальных связей Пользователя. Ценность социальных связей определяется Системой. Под списанием понимается утрата доступности, узнаваемости и значимости Контакта в социальной реальности. Условия расторжения применимы только при полном исполнении обязательств либо при переходе Пользователя в статус функционального элемента Системы. Отказ от дальнейшего использования купонов не освобождает от долга и не влечет восстановления утраченных связей.

— Нет! Я не согласна! — закричала Юля, разорвала письмо и смыла клочки бумаги в унитаз.

На следующий день ей пришел еще один конверт. А потом еще. И еще. Юля купила алюминиевый тазик, скидывала туда нераспечатанные письма, поливала водкой и поджигала. У нее еще оставались родители! И воспоминания о бабушке. Никакие дайсоны того не стоили.

Через месяц в квартиру позвонили. Юля так соскучилась по общению, что распахнула дверь, хоть в глубине души и ожидала подвоха. На пороге стояла та самая черноволосая из тиктока. Снова худая и грязная. Теперь они с Юлей выглядели как близнецы.

— Привет, — сказала Юля и впустила гостью. — Может по кофе?

— А водка есть? На работе кофе не положено.

Они сели пить водку.

Черноволосая призналась, что зовут ее Катя, что она поручилась за Юлю перед начальством, ведь они всех потенциальных жертв, то есть клиентов проверяют. А теперь весь спрос с Кати, а она и сделать то ничего не может. Ну чего тебе стоит заплатить? Ты же сама на это подписалась.

Юля глотнула водки и вздохнула.

— Пусть твое начальство спишет меня, как банкрота. Ну нечем мне уже платить, понимаешь? Выбери родителей и что? Тогда ничего человеческого во мне не останется. Думаешь я не пыталась найти новых друзей? Или парня? Ха! Мне даже турки на сайтах знакомств не отвечают. Как будто я невидимка какая-то. Нет уж, делайте, что хотите, а я — социальный банкрот. У меня нет средств для списания и точка.

Черноволосая глотнула водки:

— Завязывай тут строить из себя невесть кого. Думаешь мы приходим ко всем? Ха! Мы приходим только к тем, у кого ничего не осталось, кто готов обменять свою душу на товары. Заметь! Не на деньги или желания, а именно на товары! Смешно сказать: ты продала себя за фен. Самой то не противно?

Юля решила не отвечать. Может сучка и права, но она не понимает каково это: постоянно смотреть на тех, у кого все есть, кто может каждый месяц покупать себе новый гаджет, кто ездит за границу и ужинает в ресторанах. Разве на это можно заработать честным трудом? Ее родители так и не смогли позволить себе море, а сейчас, когда они вышли на пенсию, денег им едва хватает. А сама Юля…

— И хватит себя жалеть! Я по лицу вижу, что ты сидишь и перебираешь детские обиды, когда тебе не купили фломастеры, как остальным одноклассницам. И чего теперь? Менять душу на дайсон? Тьфу!

Да почему она не понимает! Юле пыталась найти правильные слова, чтобы объяснить: дело не в вещах, просто ее жизнь — такая длинная, такая пустая. Вот и хочется стать такой же как те красивые женщины из интернета, потому что они выглядят счастливыми, здоровыми, беззаботными. Потому что…

— Если ты была настолько глупой, что подписала с нами соглашение, не прочтя условия, кто тут виноват? Прекращай выделываться, или мы повысим твой долг — вовек не расплатишься. Думаешь, я тут шутки шучу?

— Да пошла ты!

Ненависть захлестнула Юлю. Она вспомнила, как донашивала одежду за троюродной теткой, как не отмечала день рождения, как вместо барби получила китайскую куклу, у которой сразу стерлись криво нарисованные глаза.

— Да пошла ты! — повторила она, втыкая черноволосой в грудь кухонный нож.

— Сама… Пош…ла…, — булькнула гостья и упала лицом в тарелку.

Ярость отступила, оставив после себя равнодушие. Плевать. Плевать. Ведь черноволосая права — она уже конченный человек, променяла всех друзей и знакомых на дайсон, которым так ни разу и не воспользовалась.

Юля глотнула водки прямо из горла и тут же закашлялась. В стене возникла черная дыра размером с дверь, из которой вышли двое чертей. Они недовольно поцокали языками, подхватили тело черноволосой и унесли его в дыру. Юля икнула от неожиданности.

Кажется, она просто сходит с ума.

Бабушкофон взорвался полифонией. Входящий! Юля подняла трубку и услышала механический голос:

— В связи со смертью куратора ваш долг пересмотрен. Назначено автоматическое списание контактов.

— Эй! — заорала Юля. — Не смейте! Не трогайте родителей! Я — банкрот! Банкрот!

— Если согласны со списанием, нажмите один. Если хотите попробовать альтернативный вариант, нажмите два.

— Два! Я жму два!

Телефон как будто понял голос и тут же продолжил:

— Вы можете отработать ваш долг в должности куратора-стажера. График работы: вечный. Перерывов не предусмотрено. Если согласны, нажмите кнопку шесть три раза подряд.

Юля подчинилась.

***

В подземном офисе было одновременно душно и холодно. Пальцы рук и ног мерзли, но лицо предательски блестело от пота. Черт-начальник, несмотря на жуткую внешность, закрывал глаза на филонящих сотрудников, поэтому раз в неделю Юля могла звонить родителям. Они ее помнили.

Остальное время она пролистывала профили людей с сомнительной кредитной историей и выбирала тех, кому не жалко было впихнуть промокод. Рано или поздно каждый из них оказывался в колл-центре — вариантов не было, даже если ты спишешь все свои контакты. Оказывается, помимо мелкого шрифта в договоре были еще и невидимые чернила. Это была ловушка, ведь ты продавал свою душу при первом применении промокода.

Юля посмотрела на свою очередную цель через экран монитора. Двадцатитрехлетний Кирилл только что заказал плейстейшен на кредитку беременной жены, которая, в отличие от него, работала. Его руки мелко дрожали, зрачки расширились в предвкушении. Юля знала этот взгляд — у нее самой был такой же.

— Привет, Кирилл, — произнесла она в микрофон. — Прекрати листать и послушай внимательно. У меня есть для тебя промокод. Скидка девяносто процентов...

Этот даже не заметил подвоха, даже не стал задавать вопросов. Просто схватил промокод, как бездомная собака кусок хлеба. Юля криво усмехнулась, чувствуя, что внутри нее не осталось ни сочувствия, ни жалости. Даже воспоминания о теплых бабушкиных руках больше не помогали. Таких как Кирилл было слишком много. А значит нет ничего плохого, чтобы, выбрав его профиль из миллиона должников, просто нажать кнопку «Подтвердить списание» и ждать, когда капкан захлопнется.