Поезд на ту сторону

- Холодно! – малыш еще плохо выговаривал слова, но на брата ругался смело, иногда пытался его ударить.

Старший терпел назойливость до определенного времени, потом накидывал пару подзатыльников, отчего тишина полустанка трескалась от пронзительного визга малыша.

- Ну, хватит уже реветь! – старший не выдержал.

- М-А-М-А! – младший орал на всю округу.

- Да хватит уже! – психовал старший.

- Все расскажу!

- Только и можешь что ябедничать!

Слезы прекратились.

Старший – крепкий мальчик лет двенадцати в очках с короткой стрижкой и круглым приятным лицом.

Младший лет пяти-шести, веселый, живой и худощавый. В отличие от старшего его лицо не круглое, но тоже симпатичное, какое-то притягивающее.

Оба мальчика однозначно харизматичны, но каждый по-своему.

- Зачем мы вообще поехали сами? – младший вытирал рукавом нос.

- Сделаем приятное папе, - ответил старший.

Он сидел на скамейке, вглядываясь в даль. Солнце садилась за облака.

Лиловые, нежно-голубые, розовые, местами слегка фиолетовые.

Солнце краснело и утопало.

Старший что-то напивал, притаптывая ногами, обутыми в сандалии.

- Что ты поешь? – шепелявил младший.

- Ничего, - отрезал старший.

- Ну, скажи!

- Да просто. Не знаю, что в голову пришло. Не приставай.

Тишина.

Солнце садилось.

Впереди ничего не было, кроме облаков.

Сейчас медленно уйдет солнце и облака окрасятся в темные тона пурпурного и синего цветов. А затем наступит ночь.

Но ночь братья уже встретят в поезде.

Не успели ребята опомниться, как облака заполнили все вокруг полустанка. А внизу, где-то вдали, еще виднелась земля. Где-то на высоте, когда предметы все еще сохраняют свой объем.

Паровоз приехал вовремя.

- Как же мы поедем? – младший испугался.

- Внизу! Высоко!

- Надо ехать. Обратно уже все равно не спуститься, - старший дернул брата за руку, и втянул в вагон.

Старинный такой. Похожий на те, что ездили по железным дорогам в самом начале двадцатого столетия.

Пахло дымом из трубы паровоза.

- Помнишь уговор? – старший показал билет младшему, который светился золотым светом, - билет Диснея! Родители любили в детстве смотреть его мультфильмы, и я канал такой любил.

- Помню, - младший оживился.

Он показал вторую половину.

- Не потеряй! Забрать я его у тебя не могу! Одна половина – у меня, вторая – у тебя.

Он показал свою половину.

- Это туда! – пальцем он перевел на билет брата, - это обратно. Потеряешь – не вернемся.

- Твой билет… Билет Тоторо.

На первой половине виднелись уши Микки Мауса, на втором смешная яйцеобразная фигура Тоторо.

- Ага, - младший с азартом махнул головой, после чего спрятал билет, и застегнул замок куртки.

Поезд мчал по ночной железной дороге, что раскинулась от облака к облаку. Наступила ночь. Звезды и такая большая луна, особенно близкими они казались над облаками.

Прошел молчаливый кондуктор, лица которого было не разобрать. Он проткнул билет у старшего, и закрыл окно, дав понять, что ночью будет прохладно.

Поезд мчал и мчал. Вот уже вдали появилась земля и еще один полустаночек.

- Так…, - старший посмотрел в окно, - в книге было сказано, что на остановке один фонарь горит розовым светом… Да… Выходим!

Младший смешно засуетился, повторяя – «Выходим! Выходим!»

Накинув спортивные куртки, они застегнулись.

Поезд уехал.

Еще долго пахло дымом, но потом воздух снова стал ночным и свежим.

- Пойдем, - старший потянул брата за руку.

У самой железной дороги в старом доме горел желтоватый свет.

- Бабушка нас ждем! – старший потянул младшего, который отвлекся на виды луны.

Сутуловатая, худая, она вышла на крыльцо.

- Не замерзли? – прижав внуков к себе, она чмокнула каждого в макушку.

- Нет. Лето же, - ответил старший.

- Лето! Бабушка, лето! – повторил за ним младший.

- Ну, пойдем уже в дом!

На газовой плите закипал чайник. Пахло картошкой и свежей зеленью.

- А как вы сюда добрались? Это не опасно? Вы сами, да еще в такую даль? – лепетала бабушка.

- У нас билеты! – младший горделиво показал билет с пузатым Тоторо.

- Убери, а то потеряешь! – задушнил старший.

Младший скривил гримасу, и быстро убрал билет.

- Все равно страшновато за вас, нельзя вам сюда вот так просто.

Пока они ужинали, слышно было как промчался еще один поезд. Потом все затихло.

- Когда обратно? – спросила бабушка.

- Утром. Главное успеть на поезд, - ответил младший, набивая рот картофельным пюре.

- Завтра бабушка! – как попугай повторял младший, - завтра поедем.

Смешно выговаривая слова, он рассмешил старушку.

Ночью было тихо. Даже поездов не было слышно. Изредка промчится один. Выпустит пар и гудком нарушит тишину. А потом цыканье цикад и трескотня сверчков, которые раздражали старшего. Младший спал, посапывая, ему что паровозы, что сверчки, что пушечные выстрелы, все было нипочем.

«Прямо как раньше, - подумал старший, - когда я был в деревне с дедушкой и бабушкой. Брата еще не было. И бабушка была жива…»

Он закрыл глаза.

Роса выпала на траву.

Прохладно.

Младший с трудом открыл глаза.

- Пора, мои хорошие, - бабушка приготовила чай, - проверьте, все ли взяли.

- Билет проверь, - буркнул старший.

Младший показал половинку, что-то буркнув в ответ.

- Грустно уезжать, - признавался старший.

- А тебе грустно, бабушка?

- Грустно, мои родные, еще как грустно!

У самой дороги возник полустанок.

Бабушка плакала. Тихо по-старушечьи.

Старший помнил, что бабушка плакала всегда, когда те уезжали, после того как погостят.

Младший особо ничего не помнил, он только махал рукой и улыбался.

- Передавайте привет!

Крикнула она след отправляющемуся поезду.

Все тот же молчаливый кондуктор. Он проткнул билет и открыл окно.

Еще было прохладно, но встающее солнце припекало и сильно слепило глаза.

Поезд ехал обратно.