Погибель миров

«Огонь войны откроет ворота

И Погибель Миров придет на планету,

Глас знаний приведет его к истине

Дабы ввергнуть сынов космоса в пучину мрака»

Пророчество видящей Эмунес из Яниель-Ран.

Реальность на краю системы Летцен начала набухать. Она вспенилась, вздулась и, наконец, лопнула, раскрыла пасть длиной в десятки километров, выпуская из своей глотки один-единственный имперский кораблей. Ударный крейсер безмолвно появился в материальном пространстве, покидая прожорливую природу Имматериума. Экипажи судна начали лихорадочную деятельность, отдавая приказы с мостиков в машинные отделения.

Поле Геллера, сдерживающее космическое судно от цепкой и разрушительной хватки варпа, но оказывающееся совершенно бесполезным в холодной пустоте космоса, было отключено первым. Затем варп-двигатели, тянувшие корабль к системе все долгие недели, замедлили свои обороты, а потом и вовсе стихли, умерли, до поры до времени. Одно время после этого крейсер плыл на собственной тяге, пока не раздавался властный голос капитана:

— Включить плазменные ускорители!

И корабли изменяли курс, чтобы направится к своей цели, третьей планете в системе. Спустя несколько часов ударный крейсер приблизился к планете и завис на орбитее, двигатели корабля замедлили свои обороты, а вскоре и вовсе затихли. Ударный крейсер являл собой вершину технологического прогресса Империума. Рельефные контуры корабля, ощерившиеся многочисленными орудиями, готовыми разить врагов человечества без жалости, ровно как керамитовые пласты, защищающие борта как от ударов врагов, так и от влияния варпа. Мраморные и золотые статуи, грандиозные, многометровые шпили выполненные в готическом стили, бойницы, выступающие, казалось, со всех сторон. Грозная птица, вооруженная и смертоносная, украшала судно по бортам. Ударный крейсер «Испепелитель» принадлежал одному из благородных орденов Адептус Астартес известному, как Боевые Соколы.

На капитанский мостик крейсера взошел Рубеус, капитан четвертой роты Соколов, и взглянул на виднеющуюся в иллюминаторах мостика планету. Космодесантник являлся ветераном множество битв, в которые вступал его орден, и за это был награжден сетью шрамов на половину лица. В одной из битв, еще будучи скаутом, он потерял глаз, который в последствии заменил на протез. По другой половине шел безобразный рубец, который зигзагом проходил через всю левую сторону неулыбчивого лица, отчего Рубеус выглядел поистине устрашающе. Лысая голова никак не сочеталась с его бородой. Все эти увечья трудно было бы увидеть в битве, так как капитан всегда надевал на поле боя шлем, как бы это не мешало ему. Рубеус привык полагаться на свои собственные органы чувств и зачастую позволял себе отойти от правил вне поля боя. К счастью, нахождение на крейсере не требовало обязательного ношения шлема.

Его броня сочетала в себе основные цвета Боевых Соколов. Доспех МК 7 «Аквилла» практически полностью белоснежного цвета, только ножные части в области колен и самих ног обладали темным цветом. Наплечники на доспехах так же были выкрашены в синий цвет с золотой окантовкой. На право наплечнике капитана красовался прекрасная птица — держащий в лапах меч и щит сокол золотого цвета — символ ордена. Силовой ранец на спине Рубеуса сочетал в себе красно-желтые цвет. На доспехе капитана красовался золотой череп, раскрывая золотые крылья. Глядя на Рубеуса даже сейчас, в умиротворяющей обстановке корабельного мостика, можно было с точностью сказать, что Ангел Смерти Императора готов встретить врага в любую секунду.

Несмотря на то, что капитан четвертой роты традиционно считался в ордене Магистром Флота, Рубеус предпочитал доверять полное командование на ударном крейсере флотскому капитану Ливену. За столетнюю совместную службу они отлично сработались и научились понимать друг другу даже без слов. Вот и сейчас Рубеус с молчаливым одобрением наблюдал, как Ливен, с морщинистым лицом и зализанными назад седыми волосами, громогласно отдавал приказы экипажу таким зычным голосом, что ему могли позавидовать и люди втрое моложе.

— Корабль уже на орбите? — послышался позади спокойный голос.

Рубеус не обернулся, но усмехнулся, моментально узнав обладателя такого вкрадчивого голоса.

— Эпистолярий, я думал ты готовишься к высадке вместе с остальными? — прохрипел капитан.

— Пришел напомнить, что именно ты ведешь эту роту в бой, а не я. И именно тебе сейчас следует находиться на совете.

Рубеус наконец обернулся. Библиарий Мильтен был с ним одного роста. Он был облачен в синюю броню, поверх которой накидывал серую робу, а лицо скрывал характерный для всех библиариев псиохокапюшон. В руках эпистолярий держал силовой посох. Трудно было понять, о чем он сейчас думает, так как шлем, скрывал все эмоции, которые мог бы выдать слуга Императора. Однако, по тону библиария можно было понять, что он слегка раздражен, несмотря на кажущее спокойствие.

Мало кто в ордене видел лицо Мильтена. Среди сервов на ударном ходили разговоры, только Магистр ордена и главный библиарий знали эпистолярия в лицо, но на самом деле это было не совсем так. Мильтен действительно редко снимал свой шлем при бойцах, но в приватной обстановке при капитанах и своих собратьях-библиариях делал это довольно часто. Те, кто видел его льдисто-серые глаза, говорили, что в нем застыла мудрость старого Норимара, родного мира Соколов.

— Мне это прекрасно известно, — кивнул Рубеус, — но сдается мне, тебя сейчас больше интересует не наша битва, а то, что останется после неё? Или главный библиарий не давал тебе особого поручения?

— Его приказ для меня важен, — подтвердил эпистолярий, — однако я все еще принадлежу к твоей роте и наша победа для меня — значит намного больше.

Рубеус немного помолчал, вглядываясь в открытый иллюминатор. Перед его взором открывалась одинокая планета песочного цвета. Скоро, его Ордену предстоит спуститься туда и показать волю Императора чужакам, что решились потревожить покой жителей Империума. Призыв о помощи с Летцена был получен астропатами «Испепелителя» почти две дюжины дней назад и все это время рота под командованием Рубеуса находилась в беспрерывных тренировках и подготовках к предстоящему сражению.

— Что же, эпистолярий, — пробасил Рубеус разворачиваясь и двигаясь к выходу из капитанского мостика, — тогда поторопимся, уверен, что наш противник уже давным-давно начал атаку.

***

Зал для советов был не таким большим, как в большинстве ударных крейсерах Боевых Соколов, однако, для таких бойцов, как космический десант мест необходимо было много и этот крейсер не был исключением. По средине зала располагался стол с голитом, над которым уже мерцало изображение планеты. Вокруг стола было несколько кресел, которые очень редко занимались, поскольку капитан 4-й роты всегда был очень активен на советах, стремясь уловить все моменты, сидение же его расслабляло, как он сам признавался. Рубеус предпочитал на совете тех лиц, которым он больше всего доверял. В них входили самые опытные и отличившиеся сержанты, капеллан Леффор, и естественно, Мильтен, как человек, который нередко выступал как лицо роты, по крайней мере тогда, когда Рубеус не желал показывать свои шрамы публики.

Два сержанта уже стояли напротив друг друга, задумчиво вглядываясь в равнины планеты на гололите. Нейкир Дихард — короткостриженый десантник, Боевые Соколы традиционно любили носить растительность на лице, этот обычай плотно вошел в традиции ордена как часть культуры Норимара. Вот и Дихард уже начал отращивать небольшую бороду. Сейчас он спокойно осматривал будущее поле боя, постукивая пальцами по столу. Григий не был на столько спокоен, как свой собрат-сержант. В его лице уже чувствовалось легкое возбуждение от будущего боя. В отличии от Дихарда, он был лыс и гладко выбрит. Григий был ещё молод, некоторые в роте говорили, что слишком молод для командования отделением, но уже довольно опытным десантником, учитывая то, что Рубеус брал его в свой совет.

Здесь же обычно присутствовали и капеллан с командующим крейсера, впрочем, сейчас Ливен был занят на мостике. Капеллан 4-й роты Леффор редко выступал на совете и здесь находился скорее для поддержки боевого духа или если нужно было проконсультировать кого-либо из присутствующих по вопросам тактики и стратегии. Мало кто решался спорить с череполиким шлемом Леффора, который чаще всего заменял ему лицо. Кроме этого, капеллан был учителем большинства присутствующих десантников, когда они еще неофитами попали в крепость-монастырь Ордена на Норимаре, и с тех пор пользовался абсолютным авторитетом. Леффор всегда говорил, что нахождение в зале совета перед битвой — это начальный этап сражения и присутствие Императора тут необходимо не меньше, чем на поле битвы, поэтому всегда бдительно следил за ходом обсуждения на совете.

— Капитан! — тут же отреагировал Григий, когда Рубеус, вместе с Мильтеном вошёл в зал совета.

Рубеус кивнул присутствующим. Григий слегка скривился, но так, чтобы никто не заметил. Он понимал, что капитан не должен выделять кого-то из своих бойцов, вот и сейчас Рубеус показал, что приветствует всех, а не только сержанта, подавшего голос.

— Пора начинать, иначе скоро на планете не останется ничего, что мы могли бы защитить, — хмыкнул капитан и подошел к своему креслу, но не сел, а облокотившись о стол взглянул на Григия, давая ему слово.

— Итак, капитан, планета Летцен. Столица-крепость Летцен, — сержант замолк, наводя на проекцию планеты и указывая на то место, которое он только что описал. Летцен был полупустынной планетой. Местные жители, строили свои города либо близ крупных оазисов, либо на плодородных частях суши, которые также присутствовали. Именно поэтому, разброс городов был небольшим.

— Плотность населения? — поинтересовался Мильтен. Эпистолярий был тем человеком, который всегда предпочитал самостоятельно спросить интересующую его подробность, а не ждать пока ее озвучат в дальнейшем.

— Средняя эпистолярий.

Мильтен кивнул, давая понять, что сержант может продолжить, однако Григий всё равно сделал паузу, дабы дать возможность задать вопросы, если они будут. Однако, все молчали, пристально изучая потрескивающую проекцию крепости Летцена.

— Наш противник зеленокожие, который предсказуемы донельзя, — сержант позволил себе легкую усмешку, однако увидев на лице капитана нетерпение быстро спрятал свою улыбку, — орками управляет варбосс, который до этого сумел разграбить несколько систем неподалеку отсюда, судя по поступившим к нам данным от губернатора планеты. Судя по его информации, ксеносы первоначально высадились здесь…

Точка появилась на проекции Летцена. Она находилась прямо на одном из небольших городов планеты. Именно там орки и нанесли свой удар основной удар, сейчас от имперского города остались только безжизненные кровавые руины.

— Судя по всему они весьма долго его грабили, раз только сейчас подбираются к Летцену, — произнес наконец Рубеус.

— Зеленокожие мародеры от природы, — прохрипел капеллан, — для них драка и грабеж смысл жизни. Раз они так долго возились, то были уверены, что смогут м легкостью снести местные силы обороны.

— Или же оставили столицу напоследок, как некую… сокровищницу, — глухо отозвался сержант Нейкир.

— Думаю, ты можешь быть прав, сержант, — согласился Рубеус, — однако, нас не волнует, как и почему орки грабят, нас интересует их силы и то, как мы их остановим.

— Будем действовать, как космодесант, снизойдем с неба и…

— Сержант, — осадил Григия Леффор, — такой боевой дух похвален, но какова доктрина нашего ордена?

Все посмотрели на Григия. Тот немного замялся. Он был очень вспыльчив и его тяжелый нрав шел впереди головы. Собственно, именно за этим Рубеус и брал его на совет. Два сержанта Григий и Нейкир уравновешивали друг друга, давая возможность рассмотреть все варианты. Сам капитан, также любил прибегать к грубой силе, однако грубая сила и тактическая доктрина иногда совпадали. А если быть точнее, сам Рубеус делал так, чтобы разница была не видна.

— Процитируйте, сержант, — усмехнулся Рубеус.

— Боевые Соколы стремятся не дать противнику использовать тактические таланты их командиров. В связи с чем на поле боя, главная цель найти тех, кто является лидером противника и обезвредить их.

Рубеус удовлетворился этим, однако, тут уже в цитирование доктрины вступил Леффор:

— Это лишь общие фразы, сержант, точнее…

Григий переглянулся с Нейкиром, но тот лишь пожал плечами:

— Рота должна быть поделена, дабы эффективнее определить слабые точки противника. Отряд под командованием капитана должен эффективно действовать на поле боя, дабы была возможность найти лидеров противника, именно поэтому сержанты обеспечивают прикрытие и определяют местонахождение наиболее опасных противников. Дальнейшая цель совершить точечный удар, дабы противник не смог…

— Думаю, у сержанта скоро будет время превратить теорию в практику, капеллан, — произнес Мильтен и космодесантник в череполиком шлеме только пожал плечами в ответ. Голос библиария под шлемом звучал глухо, но даже тогда можно было понять, что он улыбается, а с эпистолярием мало кто спорил, когда он говорил своё слово. Особенно, если оно было последним.

— Разрешите, капитан? — разрядил обстановку Дихард, — Я предлагаю высадится здесь.

Он нажал несколько кнопок, и проекция планеты на гололите развернулась и открылась небольшая местность неподалеку от крепости Летцена.

— Местные жители, при крупном нападении прячутся в городах-крепостях, Летцен — центра планеты, именно здесь находятся основные силы планетарной обороны.

— Жители, прячась в крепости, не только будут под защитой, но и рискуют в случае поражения оказаться прямо в лапах зеленокожих, — заметил Григий.

Дихард кивнул, подтверждая данную информацию.

— Сейчас наши ауспексы показывают, что волна орков, скорее всего под командованием варбосса, уже находится под стенами крепости, однако они ждут остатки своих сил, дабы уже окончательно разнести стены и ворота в щебень.

— Мы высадимся тут, как сказал Дихард, — вернулся к тактике Григий, — разобьем противника в случае необходимости, а после при поддержки тандерхоков приблизимся к оркам.

— А что насчет местных сил планетарной обороны? — Поинтересовался капеллан.

— К сожалению, станцию связи на орбите разнесли орудия орков, наши авгуры засекли обломки на орбите. Без нее мы сможем связаться с гарнизоном только в непосредственной близости от крепости, — вздохнул Нейкир.

Рубеус поднял руку, давая понять, что ему нужно время обдумать план. Все замолкли. Капитан вертел проекцию, как ему вздумается, приближал и отдалял отдельные места. Наконец, вернув то место, куда указывали сержанты, он спросил:

— Мы могли бы просто обрушить на их головы огненный дождь, — предложил капитан, хотя прекрасно понимал, что это не самый удачный ход.

— Орбитальная бомбардировка поддержит вас в случае необходимости, — подал голос командующий кораблем по громкоговорителю. Рубеус позволил себе усмешку — даже находясь на мостике Ливен незримо следил за ходом совещения.

— Летцен, не просто пустынная планетка, — неожиданно произнес эпистолярий, — под его землей покоится много запасов ценнейших ресурсов, некоторые из которых могут воспламениться при достаточно мощном орбитальном ударе.

— Но если так, то орки…

— Да, могли что-то уничтожить при приземлении, — подтвердил Мильтен, — но этого нам уже не вернуть, а вот оставшиеся ресурсы уничтожать не стоит.

Рубеус согласно кивнул. В зале совета нависла тишина. Это был верный признак того, что скоро совет окончится. Советы своих людей капитан старался всегда анализировать до мельчайших подробностей, давая тем временем проявить себя другим. Сам в это время размышлял о возможности исполнения плана Рубеус в итоге принимал решение, принимая во внимание максимально возможное количество факторов. Долгое молчание говорило о том, что план выглядел вполне уместным.

— Тогда готовьте тандерхоки и дропподы, — наконец произнес капитан, — покажем этим оркам всю мощь Императора.

— Император защищает, — произнес Леффор сложив руки в знак аквилы.

Присутствующие в зале склонили головы и повторили жест за капелланом.

***

Отряд зеленокожих из сотни бойцов стремительно подбирался к крепость Летцена по обходному маршруту, выбранному для них боссом. На каждом была закреплена примитивная броня из кусков металла, в руках они держали оружие, принцип действия которого до сих пор оставался для механикус загадкой. Шпили зданий крепости показались издалека, что привело орков в восторг.

— Надо ити быстрее! — взревел один из нобов подняв над головой огромное рубило.

— Да, пасткуаем глупых юдишек, ваааахх!

— А шмота то скока будет.

— Все маё! — тут же заартачился ноб.

— Но…это еще че?! — спросил орк, задрав свою тупую башку и взглянув на небо, откуда прямо на них летела огромная капсула, — зог!

Дроппод рухнул прямо на голову орков, а за ним упал еще один и еще один. Раскрывшись, механические конструкции выпустили отряды десантников, державших в руках болтеры. Соколы тут же открывали огонь по ничего не понимающим оркам. Всего за несколько секунд зеленокожие оказались под обстрелом полусотни Астартес. Однако негодование было мимолетным, вскоре оставшиеся в живых орки рванулись на воинов Императора.

— Юдишки в консервных банках, бей их парни! — взревел ноб, который чудом остался в живых. Вдруг прямо перед ним возник Рубеус, который уже был без шлема. Его силовые когти угрожающе засверкали, сам он нахмурился, превращая своё и без того страшное лицо, в еще более жуткое. Однако, орков таким не испугаешь и ноб тут же ринулся на капитана намереваясь разрубить его по полам своим огромным грубо сделанным рубилом.

Ловко отпрыгнув, несмотря на кажущуюся массивность доспех, Рубеус позволил орку вонзить топор в землю и на секунду отвлечься от своего врага. В этот самый момент десантник мощным прыжком налетел на ноба вонзая силовые когти прямо в его огромное тело. Орк взревел и заметался, но сбросить Рубеуса не смог. Последний продолжал вытаскивать и вонзать когти вновь и вновь. Наконец, когда он понял, что это не сильно вредит орку он, пронзив железную «скорлупу», которое прикрывала челюсть орка, моментально раскроил тому череп.

Весь в орочьей крови капитан отбросил от себя тело ксеноса и выпрямился. Десантники уже разобрались с остатками отряда орков, добивая последних сопротивляющихся, и сейчас ожидали приказа.

— Орки уже подступили к городу, — заметил подошедший Мильтен. Его голос, как всегда, звучал успокаивающе для капитана.

— Действуем быстро, как и планировали, — кивнул Рубеус, осматривая трупы зеленокожих, — эти, похоже, замыкали последние отряды.

— Что ты предлагаешь?

— Дать такой бой, который они жаждут! — взревел Рубеус, его когти скрылись в перчатка. Мильтен двинулся за ним, постукивая о землю силовым посохом при каждом шаге.

— Не торопись, капитан, — заметил эпистолярий, — если мы хотим следовать плану, не стоит кидать на орков необдуманно, не так ли?

Рубеус кивнул. В пылу боя он иногда забыл о том, что сражение — это не только кровь и взрывы. Сверху уже высадили транспортники «Носороги», готовые быстро добросить космодесантников к месту боя.

— Орки, хоть и не ждут нас, тем не менее уже собрали огромную толпу, — наставнически ответил Мильтен, — если будем их недооценивать, то можем столкнуться с ситуацией, когда нам придется менять план на ходу.

— Разве это плохо? — хмыкнул в ответ Рубеус, — Я люблю импровизировать.

— Только не тогда, когда план хорош, к тому же, прямое столкновение… вряд ли это можно назвать импровизацией.

Рубеус ничего не ответил. Отряды десантников уже загрузились в транспортники и ожидали только их двоих.

— Пойдем, брат, не будем заставлять орков ждать.