Погибший друг

Посреди ночи меня разбудил звонок телефона, что стоял на зарядке в другой комнате. По началу я проигнорировал первый звон, ссылаясь на то, что это мне кажется из-за состояния полудрема. Звук был множественным и доносился отовсюду, от чего не стал реагировать, продолжая лежать закрытыми глазами. Но звук повторялся и свой гудок нельзя было с чем-то спутать. Тогда я начинал потихоньку просыпаться. Не спеша откидывая свое теплое и мягкое одеяло, что уже привыкло спать со мной, пытался нащупать на тумбочке свои очки, чтобы хоть как-то без запинок передвигаться по квартире. Хотя они мало чем помогут из-за неохотно открывающихся глаз, но так можно различить дверной косяк от стенки.

Нащупать их не удалось. Значит, они остались в зале. Как досадно… Встав с кровати и протирая свои сонные слипшиеся глаза, пытался сделать верный шаг, чтобы не удариться о что-нибудь. Но эта попытка была неудачной. После пары шагов пальцем ноги ловко и четко прицелился о край кровати, сильно ударился, вызывая у себя неприятную, колкую и резкую боль. Проронив пару нецензурных слов и поспешно массируя место удара, надеясь, что это мне облегчит боль, пытался встать снова на ноги. Переживать за сказанные мною слова не стоит, так как живу я один и вряд ли меня кто-то будет ругать. Тридцать лет не за горами.

Нащупав в темноте дверную ручку, я удачно дернул ее, и дверь открылась. Меня встретила темнота, что расстилалась в дверном проеме, проходящая вглубь коридора. Меня она не так сильно пугала, так как глаза привыкли к темноте, но из-за плохого зрения все равно ничего не видел. Встав у коридора, на секунду пропала мысль в голове, для чего пришлось вставать с кровати. Меня быстро привело в чувство снова звонок телефона. Это уже звонок пятый или того больше. Сколько же я пропустил, пока спал?

Лапая свои стены, пытаясь найти источник звука, ориентировался по бледно-белому свету, что исходил из-за угла поворота в коридоре. Взяв телефон, трубку взять не успел. Время было 2:47. Ночь. Пропущенных вызовов было почти две дюжины. Номер был незнаком, но цифры были у него все те же. Если это и мошенники, то вообще уже охренели тревожить людей в такое позднее время?

Они позвонили снова, и я взял трубку. Без зла и без плохих намерений, аккуратно и тихо спросил: «Кто это?». Полученный ответ просто ударил меня. Он прошелся по всему моему телу до самых кончиков пальцев, позабыв о той боли, что я получил ранее. Горло сдавило сухим комом, выталкивая кадык, не давая мне нормально дышать. Мой взгляд смотрел в никуда и в панике зрачки пытались найти точку, где могли найти ответ на услышанное. Я просто не мог поверить, что это все происходит взаправду. Стоило себя ущипнуть несколько раз или вдарить пощечину – ничего не помогало. Это было все реально.

Мне позвонил участковый, попросив прийти на опознание тела. «Макс умер», – сказал мне спокойный, но твердый голос по ту сторону. Именно эти два слова не давали мне покоя, доведя меня до трясучки. Еле дрожащим голосом спросил адрес, и он назначил встречу через пару часов. Обычно наш городской морг закрыт по ночам. Они не пускают посторонних людей в такое время, но это же участковый. Там свои связи.

Приехав к моргу, он казался заброшенным. Свет если и горел, то где-то вдали. Уже было достаточно времени, чтобы на улице начинало светлеть. Из-под горизонта медленно, не спеша начинало выглядывать солнышко, перестав прятаться под ночным одеялом холода. Меня у входа встретил молодой парнишка в форме. Вероятно, он мне и звонил. С виду он был каким-то неряшливым, неаккуратным, да и слабо верилось, что именно его голос я слышал в трубке. Он стоял и второпях выкуривал сигарету. Выкинув окурок, что отлетел от края мусорки, он быстро перевел взгляд на меня, разговаривая со мной:

- Доброй ночи. Вы Игнат? – спросил меня паренек, протягивая руку.

Не он со мной разговаривал по телефону. Это было очевидно.

- Доброй. Да, это я, – протягивал руку в ответ. – Не вы мне звонили, так ведь?

- Да. Меня попросили вас встретить и проводить. У наших ребят дел много, а я недавно перевелся на этот участок. И уже новое тело.

- Ну, провожайте. Ужаснемся вместе.

Мы шли вдоль холодных кафельных коридоров. Отсюда веяло смертью, ведь это морг. Холод источался сильно, пробираясь сквозь косточки моего тела. Холод, правда, не был таким, как в рассказе одного писателя, но я испытывал такой же ужас из-за неясности, что меня ждет в одной из комнат. Каждый поворот обнажал картину торчащих стоп, чьи тела были покрыты в белые тряпки. В любой из них может лежать Макс. А этот запах… Запах, из-за которого мой нос щиплет. Такой резкий, вроде и не трупный, но носу прям неприятно. Нужно было хотя бы одеться теплее и маску нацепить. Но кто знал, что я в три часа ночи буду в морге. Такое у меня впервые.

И мы зашли в нужную комнату. Возле металлического стола, с которого медленно капала темная кровь в сливное отверстие в полу, стоял врач. Он так же курил в помещении, держа сигарету пинцетом. По его лицу было видно недовольство. Может он сейчас должен быть дома, но его вызвали из-за резкого появления тела. Кто же знал, что жизнь такая непредсказуемая.

Под полотном лежало очень странное тело. В районе живота была огромная впадина, где ткань преимущественно покрылась кровью. По сторонам были разбросаны руки и в кистях отсутствовало несколько пальцев. На ногах все было на месте. Так же в области головы тоже полотно было в крови. В комнате стоял трупный запах, которого не было по дороге сюда. Возможно, тела чем-то покрывают, чтобы временно скрыть его, но Макса не успели обработать.

Выкурив сигарету, он без прелюдий раскрыл полотно, показывая тело. Парень, что был со мной, выбежал отсюда пулей, а мне лишь приходилось лицезреть сей ужас, который я не ожидал увидеть. Лицо Макса было изуродовано: носа вовсе не было, глаз выбит, а челюсть сломана, от чего его рот не закрывался, и нижняя часть уходила сильно вбок. Среди этих черт сложно было точно понять, он это или нет. Попросил раскрыть ткань еще сильнее, на свой страх и риск так же выбежать из этого помещения, как тот парнишка. И ткань откинули вовсе.

Я вспомнил, что у Макса была татуировка на груди, и так можно было определить его. Он всегда смеялся, что мастер ему слегка криво линию нарисовал, но зла не держал. Татуировка была на месте, как и та кривая линия. Но органы ниже ребер просто отсутствовали. Та сама впадина, которую приметил, как только вошел сюда. Кожа была рваной, словно ее сдирали наживую и руками. Какое такое чудище так поступило с ним? Каждый день вещают о разных смертях, но такую вижу впервые.

Так я простоял неизвестное мне количество времени, пока мой мозг пытался обработать увиденное. Вокруг был шум, от которого не мог внимать сказанное мне другими людьми. Я стоял и глазел на тело, что когда-то было живым человеком и моим другом. В последнее время мы мало с ним общались, так как он был загружен чем-то и не говорил про это. Уже думал, что он сотворил с собой что-то, но именно эта картина говорит совсем об обратном.

Через какое-то время получилось прийти в себя, где завязался небольшой диалог с врачом. Участковый, к слову, так и не вернулся.

- Есть п-предположение случившегося? – запнувшись, спросил врача.

- Есть, – выдыхая дым со рта, отвечал он. – Даже тебе скажу точную причину. Ты знал, что он занимался охотой?

- Честно? Нет.

- Ну вот, именно это и послужило причиной смерти. Слякоть и липкий снег. При таких условиях тяжело убежать от стаи волков, что чувствуют себя в этих лесах, как рыба в воде.

- Хотите сказать, что его загрызли волки?

- Самому слабо вериться. В моей практике такое впервые. А я всякое видал, знаешь ли. Обычно волки сгрызают руки, ноги, то же лицо. А здесь, видимо, голодные были или с бешенством. Насчет второго я не уверен. В мозгу есть легкий отек, но это могло произойти из-за стресса и травм. Такова реакция организма.

- Так и что делать дальше?

- Впервой, что ли? – удивившись, спросил он. – Ну, мест в морге нет. Тело, что лежало изначально здесь, вон в том углу. Так что придется тебе взять его домой. Ты, главное, не переживай, утром заберут у тебя его. Ты пока иди, а я обработаю тело.

- Не знаете, почему позвонили именно мне?

- Парень, мне та откуда знать? Меня самого вызвали посреди ночи.

Я просто развернулся и пошел к выходу. Все это время возле крыльца стоял парень, что выбежал оттуда.

- Новое тело, буквально новое для вас? То есть вы имели в виду то, что никогда ранее не видели трупов?

- Только в кино, – всхлипывая, говорил он. – В живую нет. Неожиданно горло сдавило и давай блевать. Лучше уж воздухом подышать, чем этой гнилью.

- Скорее чем-то химическим.

- Может быть. Просто я давно тут стоял, и может, к ее парам я привык, пока ждал вас.

- Почему позвонили именно мне?

- Как мне сказали, других контактов у него в телефоне просто не нашлось. Везде: в галерее, в заметках, в СМС. Где только можно было зайти и почитать, было одно единственное послание позвонить вам. У него с родственниками что-то?

- Да вроде общались. Мы сами мало виделись. В последнее время он был замкнутый и не выходил на связь. Звонок для меня был пугающим. Ваши ребята настойчивые.

- Это да. Матов, правда, было много из-за вашего игнора. Хорошо, что трубку взяли. Так что вам сказали делать?

- А заявление или что-то такое писать не будем? Акт смерти там.

- Об этом позаботились наши. Мое дело лишь в сопровождении. Тело вам привезут в течение часа. Пожалуйста, оставьте свой адрес тут, – протягивал мне мятую бумажку с кусочком карандаша.

Я поехал обратно. На душе было ощущение, будто внутри меня сражалась толпа, что воевала за осознание случившейся ситуации. Они дрались за понимание: точно ли это произошло или это один большой розыгрыш. Будто бы увиденное перед глазами не давало уверенности в произошедшем. Все равно были сомнения, и тяжело было осознать, что я потерял своего друга. Его тело будет лежать у меня в квартире, а похоронами придется заниматься именно мне. Черт…

Дома я без остановки переходил с одного угла в другой, находясь в ознобе. Дома не было холодно, да и на улице не успел так сильно замерзнуть. Скорее это из-за паники, которую я получил в морге. Передвигаться было все тяжелее, а стоять на ногах тем более. Но я не мог просто взять и сесть на диван. Когда тебе говорят, что тебе в дом привезут чей-то труп, создается не самое лучшее состояние, и ты просто не готов к такому. Жизнь полна самых неожиданных моментов, но не таких.

Звонок в домофон. Я поднял трубку, и по ту сторону шипящего гула произнесли: «Открывайте. Зомби привезли». Шутка неудачная, но дверь открыл. Подниматься до моей квартиры было не так долго, меньше минуты. Но даже такое короткое время растягивалось подолгу. По подъезду исходило эхом удары о перила. Пространства для разворота у нас небольшие, и такие звуки не были чем-то редкими. Соседи часто любят заказывать что-то габаритное, и всегда грузчики, таскав вверх, били коробки о перила. Но ты понимаешь, что эта посылочка адресована тебе, и вряд ли это новая стиралка или холодильник. Это то, что невозможно купить и в здравом смысле принести за порог своей квартиры. Да и в лучшем случаи за такое нужно вызывать полицию.

Я стоял на лестничной клетке, распахнув дверь полностью. Сначала появилась одна макушка, а там длинное белое полотно. Скорее всего такое же, что было в морге. Его просто не поменяли. А после этого вторая макушка человека, что нес тело. «Мы его слегка покоцали, но думаю, это уже не так страшно для него», – сказал один из них, затаскивая тело через дверную щель в мою квартиру. Они оставили его в зале, что я и предполагал. Попрощались и ушли, а мне оставшееся время придется сидеть с этим телом в ожидании помощи. Или человека, что заберет его, как мне обещали.

Уснуть, конечно же, мне не удавалось. Молча сидел в своей спальне в страхе, что Макс встанет и откроет дверь. Может даже это облегчило бы мое состояние, осознав, что все было одной большой шуткой. Но никаких шорохов не было слышно. Наверное, раз в полчаса я выходил из спальни, краем глаза осматривая тело, что лежало в темном зале без света. Солнышко уже давно встало, но шторы не давали полностью пройти лучам, дав рассмотреть, что происходит внутри комнаты. Казалось, будто у Макса слегка дергалась нога. Он все-таки притворяется и просто пытается не выдать себя, изображая труп. Решил поддержать эту идею и играть дальше в его игру.

Сидя в спальне, слышал отдаленное эхо. Такое хриплое, но разносящийся по коридору эхо, словно он зовет меня. Каждый раз приходилось вскакивать и проверять тело, что так же лежало неподвижно. Эти голоса просили о разном, но разобрать было трудно: «Не говори родным… Поставь темный крест… Не бойся».

Резкий стук в дверь оборвал все те голоса, что я слышал. За дверью стоял слегка бородатый мужчина. С виду он был уставшим и разбитым.

- Вам кого? – спросил я мужчину.

- Вы Игнат? Мне сказали, что тело Макса у вас.

Он с такой надеждой спрашивал у меня, но решил не сдавать его, так как он сам просил меня не делать этого.

- Нет, вы ошиблись. Меня не Игнат зовут, а Макса никакого не знаю.

- Простите… Возможно, мне не тот адрес дали. Всего хорошего…

С такой грустью он спускался по ступенькам, а я провожал его взглядом.

Со временем в квартире начал появляться такой слегка специфический аромат. То ли гниль или что-то схожее. Возможно, с самого тела, но не думаю, что тела так быстро гниют.

Через час мне позвонил участковый с жалобами, что я обманул брата Макса и не отдал ему тело. Именно он должен был забрать его, а я просто не сделал это. Извинился и попросил, чтобы снова вернулся, если есть такая возможность. И он вернулся. Макс особо не рассказывал про своих родственником, да и у меня не было интереса к этому.

- Зачем вы обманули меня?.. – с разочарованием спросил он меня.

- Простите. Меня не предупреждали, что именно вы приедете. Город мелкий, сами знаете. Даже такие моменты могут проскользнуть мимо, а извращенцев у нас много.

- Тут вы правы. Ладно… Покажите хоть его.

Он вошел в зал и увидел тело в полотне. Раскрыл его, и прикрыв рот руками, начал просто чуть ли не кричать от горя. Он бил себя в грудь, упирался головой о тело и спрашивал: «Зачем ты оставил нас, Макс?». Понимаю, эмоции, но не по своей вине он умер. Люди странно себя ведут в такие моменты.

Со временем пришли еще двое парней и забрали тело. С его братом, которого звали Олег, мы обменялись телефонами, чтобы сообщить о похоронах. После закрытия двери меня одолело спокойствие и облегчение. Раскрыл окна, чтобы проветрить запах и прилег отдохнуть.

Снился странный сон. Я стоял в полном мраке, а вдали сидел человек на табуретке. Сидел он спиной, а сверху него горела лампочка. Мои шаги были беззвучны, но по этому мраку разносился другой звук. Звук стуков. Что именно он напоминал, было сложно.

Подойдя ближе, он сказал мне: «Я же просил не рассказывать…». После чего ко мне обернулось чудище, почти полностью покрытое черными перьями, как у ворона. Когти его были как острие ножа, а лицо… Очень знакомое, но размытое лицо смотрело на меня. Черты лица были напоминали мне о человеке, которого я знал… Его свирепые глаза, переливавшиеся кровью, злобно смотрели на меня. Он вонзил свои когти мне в шею, и я очнулся. Весь в холодном поту, сухими горлом и полностью потерянным. Свалился с кровати, забыв, как встать. Паника охватила меня, но, оглядевшись, все было как прежде, без изменений. Одев очки, я полностью убедился, что нахожусь дома. Телефон разрывался от уведомлений с чата нашего подъезда, где очередные люди, недовольными своей жизнью, жаловались на разную мелочь. Но эта причина была веской: «Из квартиры 16 исходит странный аромат. Пожалуйста, ответьте, что это?» – спросила меня одна из соседей. Он вроде как раз живет через стенку. Похоже, запах дошел и до нее.

Меня волновало больше другое. Пропущенные звонки от Олега. Он сказал, что все сделал и похороны будут завтра. Я попросил, чтобы крест поставили темным, аргументируя, что Макс сам бы хотел этого. Выполнит эту просьбу или нет, узнаю завтра, а пока нужно прийти в себя…

***

День был волнительным – первые похороны. Зажарил себе с утра пару яиц. Как же это омерзительно… После какой-то болезни появилась неприязнь к жареным яйцам, и каждый раз пытаюсь переубедить себя в обратном, но я просто не могу перенести этот вкус… Смог осилить пару кусков хлеба и стаканом молока. Надел официальный костюм и вышел с дома. До кладбища идти недалеко, и всю дорогу меня не покидали мысли, что даже если это и шутка, то она затягивается. То, что было в морге, может хороший муляж или грим, но не само тело. Мне принесли возможно настоящего Макса, от чего его ножки дергались слегка. И каждый мой шаг приближал меня к великому шутнику в жизни.

Вообще Макс был веселым человеком. Он всегда веселил, если кому-то грустно. Угощал, если была возможность. Не принимал деньги под предлогом: «Ты ведь угостил тогда, вот деньги». Человеком был нетребовательным. Затем реже отвечал на сообщения, не брал трубки, замкнулся. Двери не открывал, а на улице не желал общаться. Со временем и я отдалился, хотя знали друг друга с третьего класса. А потом тот звонок через пару лет, и теперь я иду на его похороны. Бред…

У ворот мне встретил Олег. Собралась толпа родственников, что стояли в очереди возле закрытого гроба. Не знал, что у Макса так много родственников…

Не побоялся спросить у Олега, каковы были отношения у них с Максом. «Как обычно бывает у братьев с возрастом. Разные взгляды, интересы и ссоры. Так и прекратили общение лет пять назад. Не удивительно, почему он хотел, чтобы именно тебе позвонили», – с какой-то такой легкой ненавистью сказал мне это.

Креста на месте не было, что было странно. Пока все стояли у его гроба, я наблюдал по сторонам, будто пытаясь найти его. Вглядывался в толпу, за надгробия, ожидая конца представления и все дружно порадуются, что Макс придурок и устроил все это. Но никого не находил. Ощущение чуждого взгляда проявлялись где-то там вдали. Я не был уверен, что правда кто-то следит за мной, но ловил мимолетно какие-то силуэты, что сразу же пропадали. Тем временем кладбищенскую тишину нарушали вопли скорбящих женщин, что может как-то были связаны с Максом. Я стоял в стороне, оценивая происходящее, просто не понимая, что вообще делать. Видимо образ Макса была настолько ужасен, что не стали показывать его лицо, или просто его там не было.

Гроб положили в землю, закопали и поставили камень с датами. Либо это видел только я или другие решили просто включить толпу слепцов, но дата смерти была просто стерта. Вторая просьба не была выполнена в плане креста. Я могу сам его купить, штука не сильно дорогая, да и сбережения кое-какие у меня есть. Но факт, что даже его родственникам плевать, чего хотел сам человек. Больше нет вопросов, почему он прекратил связь с ними.

После того как его закопали, они еще погоревали минут пять и дружно поехали в столовую. Кто-то даже перешептывался, спрашивая: «Че когда есть будем?». Самое просто омерзительное, что люди после смерти человека, сыграв спектакль толпы скорбящих, дружно едут в кафешку “заедать” горе. Ком в горле стоит, глотка воды сделать не могу, а они поехали набивать свое брюхо после его смерти. Это просто самое противное, что доводилось мне видеть.

Я стоял возле его могилы еще какое-то время. На его гроб присел ворон, начав пристально смотреть на меня. Он осматривал все вокруг, осмотрел камень и снова посмотрел на меня, а затем просто улетел. Тогда сомнений об его смерти уже не было и может, то чудище было Максом? Его дух, что теперь будет преследовать меня в разных образах, наказывая за то, что я не выполнил простецкие просьбы. Стоило ожидать нового его появления в моих снах, и тогда он заберет меня в свой мир, чтобы мучить за предательство. Хотя, с одной стороны, ничего ужасного я не сделал, но с другой это могли быть последние пожелания, которые удачно разрушились.

Возвращаясь домой, заметил прямо в доме очередную секту, что будет промывать людям мозги, выпрашивая их вкладывать деньги во имя Господа. «Римско-Католический Приход Матери Божьей Фатимской». Их задача дать самое длинное и умное название, чтобы убрать с себя какие-то подозрения? Удивляет, что такие места долго могут существовать из-за глупости самих людей, что стоят на распутье: в кого верить и куда идти. Они перекладывают ответственность на кого-то свыше, забывая, что у них есть мозг, и они сами вправе решать, что делать. Но нет. Им легче постоять на коленках, прося о чем-то, ожидая каких-то изменений, а по факту ничего не произойдет.

Дома было страшно сомкнуть глаза. Мысль, что возможно, это моя последняя ночь, не давала мне покоя. Спокойно проживая свою жизнь, она просто переворачивается вверх ногами, и некая сущность поджидает меня в темных углах любого мрачного места. Макс, ну за что…

Я пытался вспомнить те слова, что слышались отдаленным эхом, когда он тут лежал. Что-то было про страх… Вроде, чтобы я не боялся…

Вокруг моих окон начали кружить вороны, пытавшись своими когтистыми лапами и острым клювом пробить мои окна. Перья словно вихрем кружились и так же били в окна, но им это не помогало. Люди, проходящие мимо, словно и не видели ничего такого. Они спокойно проходили, будто это ежедневная норма, но это сводит с ума, так как не понимаешь, почему это происходит именно с тобой.

Из тайника вытащил все деньги и пулей выбежал с квартиры. Взглянув на свое окно, ничего не было. Все было чистым как небо. Ни намека на чье-то присутствие.

Подойдя к похоронному бюро, на воротах сидела стая воронов, что все синхронно повернули голову в мою сторону. Они смотрели, не открывая взгляда. Их черные глаза, чья глубина была бездонной и неизвестной, оставляла какой-то осадок внутри меня, вызывая какое-то ощущение, что кто-то стоит рядом. Быстро зашел внутрь и купил темный крест, что просил Макс. С этим крестом через город и поле дошел до кладбища. Находясь в смятении из-за поиска надгробия, моя голова будто сейчас взорвется. Паника окутывала меня сильнее, чем в прошлые разы. Мои глаза, как у безумца бегали вокруг, пытаясь найти участок свежей земли, но я просто не мог найти их. Но я заметил одно. Чертовы вороны, что вцепились своими когтями в деревянные кресты. Они напоминали темные пятна краски, которые сложно стереть, а при попытке лишь сильнее размазывались. Иначе не могу объяснить, почему их так много.

Их взгляд давил на меня, от чего я чувствовал себя зажатым, находясь в таком огромном пространстве, словно меня закинули в очень мелкий ящик и закрыли там до моей смерти, без возможности даже просто вздохнуть. Затем произошло жуткое. Что-то держало меня за ребра. Никого поблизости не было. Эти ощущения были внутри меня. Они тянули, пытавшись меня куда-то привести. Мне хотелось просто вырвать их, извлечь без анестезии, чтобы не чувствовать это. Чьи-то аккуратные, неведомые моему взору пальцы пробираются под низом моих ребер. И оно тащило.

Оно привело к конкретному месту, где было ничего. Заросшая трава и больше ничего. Без раздумья начал рвать траву, чувствую чье-то внимание на себе. Я рвал эту траву, пока не нашел чистую табличку, на которой медленно начала появляться надпись: «Игнат». Откинув ее в сторону, начал бить себя по щекам, закрыв глаза. Этого просто не могло происходить по-настоящему. Не сегодня. Никогда.

Крест бросил в эту траву, послав на все три красивые Макса. Я знал, что это его рук дела. Я понимал, что он просил не бояться. Но если это часть его плана, то шел бы нахер этот ублюдок. Он пытается чего-то добиться, но чего же? Я просто стал жертвой непредвиденных обстоятельств, от чего человек, которого я знал, решил просто поиздеваться, возможно совершая свои извращенные фантазии, что неразумны для нормального человека.

Я забежал в дом. Закрыл все шторы, запер дверь изнутри и просто сел на стул посреди комнаты. Я просто устал… Устал от всего происходящего. Сутки не прошли после смерти Макса, как сразу же он начал издеваться надо мной. Я не готов терпеть такие издевательства ради его прихоти. А вороны? А что вороны? Предвестники смерти говорят вроде? К черту. К черту их и их хозяина, что наяривает своими когтями, сидя в темноте. Конченый придурок.

Начались стуки по стенам, окнам и двери. Я просто не обращал на это внимание. Все продолжалось добрых пару часов без остановок. Максу такое не нравилось, и, видимо, он решил лично сам явиться ко мне.

- Что не открываешь дверцы, друг мой? – спросил меня он, заправив свои крылья.

- Разве друзья так поступают? Почему ты так со мной поступаешь?

- А как поступал со мной ты? Ты хоть пытался узнать, что со мной последние пару лет?

- Придурок, а ты выходил на связь? Ты сам отстранялся от меня, убегая от людских глаз в свою коморку. Я пытался достучаться, но ты сам ушел без следа.

- А что мне оставалось делать? Я просто не знал, как жить дальше и замкнулся в себе. Да, я не выходил на связь, но и ты мог добиться хоть буквы с моих уст!

- Поэтому нужно теперь мучить меня, сводя меня с ума? Чувак, я готов хоть щас спрыгнуть с окна или проглотить тонну таблеток, лишь бы ты перестал за мной ходить.

- Я правда такой ублюдок?

- Мягко сказано, дружище. Оставь меня в покое… Я же взял тебе крест, как ты и просил…

- Но зачем ты Олегу сдал меня? Я же просил тебя этого не делать.

- А ты попробуй отказать участковым. Какие-то непонятки, и меня бы повязали, и по разным статьям пошвыряли из-за трупа в доме.

- Ты все равно провинился по-своему, Игнат… Я тебя просто так не оставлю. Но! Есть одно маленькое решение…

Он достал из куч перьев лезвие, что блестело даже в темноте.

- Нет… Даже не пытайся… – возразил ему.

- Если ты это сделаешь, я оставлю тебя в покое. Просто согласись. Хочешь, я это сделаю? Все равно ты попадешь в лучший мир, где не будет меня, моих птиц и приставучего присутствия.

Взвесив все, я понимал, что терпеть такое не смогу. Добровольно и медленно протягивал ему руку, отводя свой взгляд назад. Если и делать, то пусть это будет быстро.

Не успев моргнуть, как острие прошлось по моей руке с такой скоростью, что кровь не проявлялась сразу же. Она постепенно начала выходить, вызвав лишь секундную боль. Она стекала на пол, создавая тепло внутри и в руке. Особенно в руке. Макс спрятал лезвие и просто сидел, ждал. Ждал моего конца. «Гори в аду», – произнес я и начал потихоньку терять сознание. В глаза начало двоиться и вскоре я просто уснул вечным блаженным сном…

Очнулся я в том самом месте из первого сна. Вокруг была та же темень, вдали стояла одинокая лампочка, и под ней сидело тело, так же постукивая чем-то. Оно сидело ко мне спиной, и лишь ее распахнутые крылья слегка покачивались, давая понять, что оно живое. Помещение начало окружать толпа воронов, оставляя и обсыпая все вокруг своими перьями. Шел дождь из них, пока следом замертво не стали падать сами птицы. И когда все начинало стихать и наступила тишина, стуки прекратились. Тело медленно оборачивалось ко мне и как встретив старого друга, произнесло: «Ну привет, Игнат. Добро пожаловать домой».