Пока не протрубит гипсовый горн

Виктор и Аля договорились встретиться за пределами спального корпуса. Ровно в три. Они поспорили, что смогут увильнуть от вожатых и пробраться незамеченными в самый центр старого парка. Парк находился за границами лагеря, и уходить туда было запрещено. Надо было незаметно выбраться из комнаты, пробраться по коридору, вылезти в открытое окно первого этажа, потом незаметно бежать вдоль здания, пригибась у окон, нырнуть в колючие кусты, перебраться через забор и пересечь открытое футбольное поле. Риск был велик. От наряда до исключения.

Парк построили давно. Кажется еще до лагеря. Когда здесь был интернат, чей полуистлевший остов темнел на горизонте как призрак поднятого с глубин корабля... Парк был огорожен старым забором от которого остались, словно кусочки белых зубов, квадратные низкие столбы, с некоторым количеством гипса и металлические длинные спицы. Остальное зарастало густой зеленью дикими яблонями, вишнями и острыми кустарниками.

По углам и в центре, чередуясь с высохшими фонтанами, стояло шесть гипсовых фигур. Вернее когда –то стояло. Теперь пять их них были почти полностью разрушены, от одной остался кусок ноги, от другой гнутая арматура --и представить их форму ни у кого бы не хватило не знания ни фантазии.

Единственная сохранившаяся фигура , гипсового пионера находилась в центре, он печально смотрел вперед, сжимая в опущенной беспалой руке прилипший горн.

За парком шли поля неизвестной земли, на ней рос то картофель то пшенница, а то просто трава огромных размеров и разлапистый хищных очертаний борщевик.

Когда Виктор вылез из зарослей, Аля уже ждала его. Он опоздал на три минуты. Аля улыбалась. Она оказалась ловчее. Пришла раньше

Виктор улыбнулся.

-- Рад тебя видеть!- неловко сказал он.

Тут он вздрогнул и нагнулся, потирая ногу, которую обжег о крапиву.

-- Виделись,-- сказала Аля шутя, -- Утром же… ты что, забыл?

Ну как добрался? Штаны не порвал?

Виктор почувствовал себя смущенным и оглянулся вокруг в поисках поддержки. Вокруг никого не было. Только старый пионер с завязаными глазами стоял как будто уставившись вдаль.

Виктор поежился. А ведь он специально зазвал сюда Вику сегодня, хотел сказать ей, что она ему нравится и поцеловать. Но теперь…

Она над ним смеялась. Может следовало вернуть себе инициативу?

Виктор помолчал.

-- А ты знаешь легенду об этом пионере. Хотя бы почему у него глаза завязаны?

-- Нет,-- сказала Аля.

-- Чтобы никого не убил!

-- Вот как? -- Аля обернулась и рассмотрела фигуру. Прищурилась

Глаза белого юноши выглядели так словно их залепили пластилином. Между лбом и носом имелась волнистая выпуклость. А руки были настолько плохо сделаны, что казались замотанными то ли шарфом, то ли полотенцем, а уже после облиты связывающим раствором.

-- Ну да .. – сказал Виктор придумывая на ходу и решая как загнуть интереснее.--- Это было очень давно, это старая история … Тут же был интернат. Многие ушли в войну добровольцами. А потом погибли…

Но когда они погибли они не смогли успокоится. И в каждую из скульптур вселилась душа молодого героя. Это сделали специально, чтобы духи мертвых не мстили. Ведь не все отправились воевать, так сказать, по своей воле. Хоть они и назывались «добровольцами», но было это скорее

добровольно- принудительно. Времена были такие. Коллективного подвига. Тем более в таком возрасте человек к смерти не готов и поэтому душа не может успокоиться, вот такое и придумали. Главком Сталин сделал тоже самое когда разжег костры по всей стране – чтобы отгонять души молодых погибших солдат.

Однако, что-то пошлее не так… Скульптуры стали оживать, ходить по интернату, выкидывать детей из окон, и тогда часть гипсовых фигур разрушили и смешали с пеплом. А одного оставили, но завязали глаза и руки.

-- Ха-ха! -- хорошо выдумываешь,-- улыбнулась Аля. -- Браво!

Однако, Виктор видел, что история ей понравилась и даже в уголках глаз мелькнул испуг.

-- Вообще, эту легенду легко проверить.—сказал он.

-- Может не стоит?—пожала плечами Аля.

-- Смотри,-- Виктор взобрался на невысокий постамент, достал складной нож и стал отбивать гипс. Сперва у него не получалось, но после того, как удалось отколоть небольшой похожий на скомканную бумажку кусок, там где, по его мнению, должна была быт вмятина между бровью и скулой, посыпались куски покрупнее. Вскоре левая глазная впадина оказалась очищена. И ребята увидели вполне умело вылепленный глаз с круглым зрачком, дугообразной точкой внутри, и плавными красивыми веками. Догадка Виктора оказалась верна, под залитым бугром были настоящие глаза… Кто на самом деле и зачем залил весьма искусно вылепленное лицо, оставалось загадкой. Виктор очистил правый глаз и перешел к рукам . Он увлекся.

Вскоре под ворохом разлетевшегося гипса, показались белые и крупный пальцы. Оглядев их, Виктор остался удовлетворенным и оценил скульптуру целиком..

-- Все!!! Теперь он свободен!

Глаза уже не выглядели печальными, а казались скорее злыми и одновременно тоскующими, гаснущими, как будто их носителя кто-то в чем- то давно и подло обманул . Наверное, будь он человеком, они были бы черного цвета, -- подумал Виктор. Его охватило необычное беспокойство.

-- Ладно, скульптор, заканчивай,-- сказала Аля снизу, -- Пора! Нам еще вернуться надо, а то скоро конец тихого часа.

-- Пойдешь сегодня в теннис играть? – спросил Виктор.

-- Пока не знаю, зови,-- сказал Аля.

Вечером она на теннис не пошла. Виктор и сам не смог. Они играли в футбол, отряд на отряд, он не хотел идти, но один мальчик выбыл, пришлось его заменить.

После футбола пошли на сонник. Смочив губы кефиром, усталый Виктор припрятал булку в карман, на запас, как делал это всегда. И отщипывая ее по кусочку пошел спать.

На кровати он увидел маленький комок гипса, похожий на крошечную ромашку, наподобии тех, что откалывал от скульптуры. Виктор взял и рассмотрел его. Он напоминал окаменевший поп- корн. Может выпал из рубашки или штанов? Только я почему -то не помню, как его туда засовывал.

Виктор переложил гипс на тумбочку и лег спать.

Утром обнаружилось, что пропал мальчик Гриша. Гриша был маленьким тихим молчаливым ребенком, тормозом семи лет с большими губами и медленным заплывшим лицом.

Когда разрешали он ковырялся в своем смартфоне, когда отбирали смартфон, медленно читал по слогам книжку с картинками. Если его звали играть, он покорно шел, если не звали и не трогали делался абсолютно незаметным. Он никогда не кричал не капризничал и не пакостил. Не воровал конфеты, не мазал пастой лицо соседей и не ябедничал.

Гриши в комнате утром не оказалось. Его кровать была пуста и даже простынь не смята, без каких- то следов, словно он вовсе в нее и не ложился.

Отсутствия его сперва не заметили.

Однако худой рыжий вожатый, парень лет двадцати с гаком, открывший часов в семь дверь, поморщился, почуяв неладное, и всех пересчитал. Кого не хватает?

Семеро человек, кто с зубной щеткой, кто сжимая футболку, выстроились в ряд, оглядывая с удивлением друг друга. Что среди нас еще кто- то был?

Когда выяснилось, кого нет, стали оглядываться. Может Гриша залез под кровать или в шкаф?

Было непонятным как ребенок мог выйти незамеченным. Искали по коридорам. Потом во дворе. Здание зашипело как встревоженный улей. Вожатые забегали. Ребенок пропал.

Гришу нашли за футбольным полем в кустах. Он лежал на коричневой земле раскинув руки.. Во рту торчала старая кофта, превратившаяся в грязную тряпку. Глаза его были открыты.

Вокруг мальчика собралась толпа, и все смотрели как он лежит. Виктор тоже аккуратно смотрел из толпы. Еще вчера они играл тут в футбол, а Гриша в это время смотрел в телефоне какие-то рилсы. Люди вздыхали. Словно Гришу впервые заметили и поняли, что он жил. Потом старшие взрослые стали прогонять ребят. Уводя в разные стороны.

Приехала полиция. Ходили дяди и тети в форме с папками в руках. Опрашивали всех подряд. Оказалось, что у одного из вожатых какая- то хлипкая биография. К кому- то приставал или что-то не совсем в порядке с головой. Его увезли с собой. Словно стражи порядка, подобно воскресшей статуи командора не могли уйти просто так. Было не ясно закроют лагерь или нет. Но пока вроде все пошло как-то само собой.

Зарядку отменили. Игру перед обедом тоже. На обеде Виктор увидел Алю . Она помахала ему рукой. Виктор помахал тоже. Но потом понял, что так она зовет его подойти. Он быстро доел котлету с пюре и подошел.

-- Знаешь,-- сказала она, -- я вчера у себя в сумке нашла кусочек гипса, навроде тех, что ты отковырял от скульптуры в парке. Но я его туда не засовывала..

-- И что? -- сказал Виктор. И сразу вспомнил тот кусок, что нашел у себя на кровати. Но, секунду подумав, решил не говорить об этом.

-- Я думаю, может нас кто-то видел и так угрожает заложить?

-- Я думаю, сейчас до нашего проступка никому дела нет, --сказал Виктор.

-- И все- таки, это странно,-- нахмурилась Аля.-- Мне страшный сон приснился.

-- Какой?

-- Что я стала белой старой скульптурой и стою в летнем платье над заброшенным парком и картофельным полем и смотрю вдаль и жду ночи.

-- Зачем ночи?

-- Не поняла во сне «зачем». Это ж сон, -- передразнила и некрасиво скривилась Аля.

Виктор кивнул. Он не знал, что сказать. Когда она скривилась, он подумал, что она не так уж и красива, что он ее, возможно, переоценил.

-- А Гриша из вашей комнаты был?

-- Да,-- сказал Виктор. -- Ума не приложу, как это случилось. Он вообще никуда не ходил сам. Послушный. Мирный.

-- Домой поедешь?

-- Пока нет.-- сказал Виктор, дома не особо ждут. Мать с отчимом специально в лагерь выпнули. – Не знаю, надолго ли. Может распустят всех.

-- Нет, не распустят. –сказал Аля, -- у меня дядя в руководстве. За путевки уплачено. Двести человек детей. Никого не распустят. Охрану усилят только и распорядок. А так хоть пусть всех передушат…

-- В теннис пойдешь играть? -- спросил Виктор.

-- Пойду, --сказал Аля.

В тот день они немного поиграли в теннис. Но без особой радости. над лагерем висела печаль. И Аля все время проигшрывла.

На следующий день пропал парень из соседнего отряда. Снова его искали. И снова он был найден в заброшенном туалет с восточный стороны лагеря. На шее были белые отметины размером с пробки от газировки.

Парня звали Михаил он был чемпионом по шахматам, Виктор как то играл с ним и продержался до 15 хода. Первый разряд…

Зачем Михаил пошел ночью в туалет на улице, хотя туалеты были в корпусе -- было неясно. И тоже он вышел из корпуса ночью незаметно.

Его нашли в сидячем положении, прислоненного к дощатой стене стене.

Виктор случайно оказался там одним из первых с обнаружившей группой. На земле он увидел большой квадратный след, Виктор опустился на колени измерил пальцами, след был размером со среднего формата книгу, он постарался запомнить размер , а еще его сфотографировал.

Виктор решил, что сходит в старый парк и проветрит голову

Они должны были отрядом по расписанию идти в книжный клуб обсуждать просмотренный в прошлый раз фильм, но Виктор соврал что заболел, вернулся в корпус, вылез в окно, пересек заросли, и футбольное поле.

Когда он подходил к парку, он увидел девочку в белой футболке и коротких шортах, она шла перед ним.

Он шел за ней стараясь не показываться, она шла туда же куда и он.

Когда Аля заметила его, она вскрикнула..

-- Отойди,-- сказал он. – Я пойду вперед.

Гипсовый пионер стоял там же. Вид у него было теперь не столько злорадный, сколько довольный. Он ухмылялся.

Виктор долго разглядывал его и ему действительно стало казаться что улыбка пионера стала шире с прошлого раза.

Виктору действительно показалось, что его улыбка стала шире.

Виктор обошел его со всех сторон.

-- Ты что, тоже думаешь что….?- спросила осторожно Аля, не договорив.

-- Тебе сегодня что-то снилось?—спросил Виктор.

--Нет, а тебе?

-- Я видел во сне огромного парня в гимнастерке с пухлыми губами и пулевым отверстием в области сердца,-- он говорил мне что не убьет меня, потому что я его освободил, но что я не должен ему мешать, или все будет значительно хуже.

-- Надо его разрушить!-- сказала Аля.

Они объединили усилия и попытались скинуть скульптуру, но им это не удалось.

--Камень!!! Нужно найти камень!!!-- сказал Виктор

Они долго искали камень, разбредясь по площадке, нашли один увесистый булыжник в самом углу среди залежей щебенки, Виктор поднял его, подкинул приноравливаясь определяя вес, потом отвел руку назад и запустил в фигуру, булыжник угодил в лицо довольному пионеру, крякнул и отскочил назад, не оставив видимых повреждений.

--Нужно достать молоток,-- сказал Вкитор и опустил голову.- с молотком получится.

-- Ты сам придумал эту историю или тебе рассказали?-- спросила Аля.

-- О чем ты?

-- О том , о чем ты рассказывал здесь два дня назад?

-- В прошлую смену примерно это рассказывал нам вожатый Александр Дорианович, но в этот раз его нет. Он не работает больше.

-- Может с ним связаться?

-- Зачем?

-- Если он это рассказал, может он знает как это прекратить.

-- Я тоже знаю, нужно молоток найти,-- сказал Виктор.

-- Смотри,-- сказала Аля, -- красные капли! Она показал на гипсовые квадратные ботинки. На них было несколько розовых точек.

Вечером Виктор решился пойти в парк еще раз. Аля пошла бы с ним, но он ей не сказал. Ему далось стащить у столяра из подсобки молоток. Солнце уже клонилось к закату. По земле переливались малиново зеленые полосы.

Сердце его бешено билось, вспотевшие пальце скользили по деревянной рукоятке, то и дело добегая до металлической головки и обратно, но когда он пересек границу лагеря, он увидел, что пионера на постаменте нет. Вместо его ног чернели два прямоугольника.

Виктор постоял , разжал пальцы выпустив молоток, который бесшумно упал в черную землю и пошел, но не к лагерю, а к шоссе. Он знал, что тут должен ходить рейсовый автобус. Вещи свои он собрал еще раньше в рюкзак.

На маленькой остановке никого не было. Он дождался большого автобуса с темными стеклами, сел и заплатил с карты и вжавшись в сиденье, не смотря в окно постарался уснуть.

Мамас отчимом ему не обрадовались, но и ругать не стали.

Виктор три дня сидел дома и смотрел кино на ноутбуке.

Потом из местных теле- новостей Виктор узнал что их лагерь закрывают. Показывали кадры с безлюдными корпусами и площадками, по которым ходили люди в форме с собаками, говорили о восьми убитых и о том что район оцеплен и вызваны лучшие специалисты.

Потом показали животных -- строили новый зоопарк, потом рассказали о переменах движения трамвая номер семь и о погоде.

Виктор уснул в кресле матери. «К черту»-- сказал он.

Ему приснилась Аля она сидела на пустом теннисном столе и была как никогда красива.

Ты бросил меня. ты нас всех бросил теперь я мертва. а ты забыл это она протягивала ему во сне молоток. Только его головка была почему-то в красного цвета.

Знай , трус: скульптура уязвима утром, а не вечером. если не можешь разбить ее. Ударь себя по черепу, расколоти его. будь ты проклят!

Виктор проснулся и стал собрать вещи. Рюкзак, несколько бутербродов, молоток, зубило, веревка. В пять утра он вышел из дома. На улице лил дождь. Он добрался до лагеря через два с половиной часа. К парку он подобрался со стороны дороги, тут не было полиции, не было никого.

Утром было тихо и спокойно. На постаментах в заброшенном парке стояло 12 скульптур, в одной из них он узнал Алю.