Поле одуванчиков

Делая последние вздохи, можно дойти до глупых в своей простоте открытий. Моя жизнь во многом была похожа на одуванчики, среди которых я вынуждена умирать. Расти так же ярко, но в конечном итоге развеется пеплом — глупая и недолгая жизнь.

Кто бы мог подумать, что люди достаточно жестоки, чтобы не убивать свою жертву до конца, а бросать ее умирать. В лесу, где меня может найти кто угодно, ни одно существо не услышит моей хриплой песни. Или, может, намеренно проигнорирует. Ведь помогать — это так сложно. Словно расстроенное пианино, мои мысли горят из последних сил, в конце концов медленно поддаваясь гниению.

Часть цветов, ярко-жёлтых и поющих в унисон с летним солнцем, похожи на призраки ушедших дней. Я горела так же ярко, а сейчас кровь растекается по моей коже, словно раскалённый асфальт.

Когда-то, утыкаясь в стеклянную стену, я без раздумий разбивала её. То, что мы не видим, но чувствуем, не было достаточной причиной для отступления в моих глазах. И все же в руках тех грубых монстров я была беззащитна. Ни одна стена не была разбита, а моё сердце раскалывалось, как хрусталь. Их руки резали мою плоть серпом, словно стремясь уничтожить паразита. В итоге переполняющая боль и отчаяние разбила хрупкие стены моей уверенности в завтрашнем дне.

Чем же я им помешала? Не сделав ничего плохого, я желала лишь найти своё место. Пустить свои корни как можно глубже, оставшись под тёплым взором мира. Кому же помешало мирное существование? Каждый человек — сорняк в своём роде, но, по какой-то причине, не каждый остаётся сорван. Может быть, мои корни слишком тесно переплелись с чем-то более полезным, убивая его. Но это не так. Может быть, мои листья были слишком яркими для взора диких собак, что они без колебаний сгрызли их.

Удушающий страх сменился смирением и отчаянием. Здесь, покуда солнце встаёт за деревьями, я продолжу жить. В любом случае каждый цветок оставляет прорастающие семена.

Может быть, такова моя судьба? Каждый одуванчик, каким бы ярким и солнечным он ни был, в итоге примется за сорняк и будет сорван. То, что мне удалось зацвести — лишь божья милость. Смерть — не исчезновение как таковое. Любая трагедия посеет свои плоды, давая жизнь новому горю и радости.

Жизнь, которую я прожила, была достаточно обычной. Школа, работа, смерть — неотъемлемые составляющие каждого человека. И все же, среди унылых будней находились осколки, причиняющие радость своей болью.

В конце концов, мой разум медленно сгорает под натиском реальности. И все же, я надеюсь, что те люди не встретят свой конец так же спокойно, как и я. Одинаково уродливые лица прикрываются туманом смерти, оставляя лишь горечь в горле.

Одни и те же мысли, грозой ударяющие в мой разум, не дают мне покоя. Почему, за что и для чего. В чем смысл человеческой природы, желающей уничтожить все яркие краски? Я не знаю, и не узнаю никогда.

Белые облака разлетаются от дуновения тёплого весеннего ветра. Моя жизнь угасает, безвозвратно просеиваясь в землю, а гниющая плоть безвозвратно плавится под летним солнцем. Ничего не поделаешь.