Полгода в шлюпке

Знаете, сколько кораблей погибло, пытаясь пройти из Атлантики в Тихий океан. Магелланов пролив опасен, а вокруг мыса Горн плыть чревато. Там дуют такие ветра, что и без парусов судно летит навстречу гибели, как под полными парусами. Их фрегат решил попробовать пройти Магеллановым проливом, но погода не позволила управлять парусником достаточно аккуратно. Они налетели на подводную скалу и получили такую пробоину, что судно затонуло в несколько минут. Этим троим повезло, юнга успел спустить шлюпку, усадив в неё пассажирку с дочкой.

Едва они отошли достаточно, как фрегат затонул, оставив на поверхности только верхушки мачт. Куда идти, вопрос не возникал, нужно выйти из пролива и двигаться на север, чтобы попасть в цивилизованную страну. Они и пошли, не поднимая паруса, поскольку ветер не благоприятствовал этому. Юнга грёб, предоставив женщине заниматься дочкой. Но с провизией у них быстро возникли проблемы. Сухари закончились раньше, чем они достигли какого-то берега.

С водой выручил дождь, но сил не осталось грести. Женщина попробовала, но её хватило на пару часов. Выбившись из сил, они заснули тяжёлым сном. Разбудила их девочка, она показывала вдаль, тревожно расталкивая маму. Оказывается, ветер переменился и вынес их далеко от берега в открытый океан. Положение стало катастрофическим, вернуться невозможно, против такого ветра не выгрести долго.

– Что будем делать? – юнга смотрит на своих пассажиров. – Можно ждать подходящего ветра, но это убьёт нас, мы погибнем с голоду, а можно поднять парус и попытаться достичь какого-нибудь острова. Я плохо знаю эту часть океана, но будем надеяться на волю неба.

– А как ловят рыбу в таком положении? – спросила женщина.

– Её не ловят, это опасно, можно отравиться. Никто не знает, почему рыбы иногда оказываются ядовитыми и убивают, но не всех.

– А голод убьёт нас всех, поэтому риск не так и велик, – женщина права, что им терять.

– Можно соорудить гарпун, в лодке есть футшток, крючков у нас нет, да и сети тоже.

– А сплести сеть сложно? – если у женщины появилась мысль, то выгнать её из головы невозможно.

– Фал есть, если его расплести, то можно и сеть попробовать сплести, – юнга молод, но кое-что умеет.

Он не знает навигации, но уж север от юга может отличить по звёздам и солнцу. На их счастье, шлюпка оказалась хорошо укомплектована, даже парус и мачта имелись. Соорудив парусную оснастку, они бодро пошли на восток, забирая немного к северу, там теплее и больше шансов натолкнуться на сушу. Отрезав кусок плетёного фала, женщина стала расплетать его на отдельные нити. Челнока нет, но юнга сделал его из дощечки от плавучего якоря. Примитивный челнок едва годился для того, чтобы сплести сеть.

Этим и занялась женщина, едва юнга показал ей, как это делается. Сеть … Этот непонятный чулок, размером с корзину, кормил их потом долго. Её поставили на распорках, вырезанных из носовой банки. Ножом это заняло пару дней, зато первая же рыба, попавшаяся в сеть, вселила в несчастных веру в будущее. Они и представить не могли, сколько им придётся провести в открытом океане. Многие дни потом они питались сырой рыбой, запивая её дождевой водой.

Пока океан был спокоен, они бодро двигались вперёд и это радовало их, ведь с каждым днём спасение казалось им всё ближе. Это стало какой-то религией, выручавшей их и не дававшей впадать в отчаяние. А потом разыгрывался шторм, и они спасались исключительно благодаря плавучему якорю, поставленному с носа шлюпки. Волны порой залетали внутрь и приходилось лихорадочно вычерпывать воду, используя даже обувь для этого.

Но хуже всего был штиль, когда приходилось грести по очереди, давая юнге хоть какой-то отдых. Если вдобавок и запасы воды подходили к концу, то смерть казалась такой близкой, что даже вера в спасение помогала слабо. День сменяла ночь, неделя шла за неделей, а вокруг менялась только погода. Рыба попадалась в сеть, и они ели её прямо сырой, чтобы не так сильно хотелось пить. Хуже было, когда лодка попадала в полосу, где не было рыбы. Есть в океане такие «мёртвые» уголки, и счастье, если дул ветер и они проходили эти места довольно быстро.

В телах не осталось ни капли жира, женщина теперь могла грести несколько часов, чтобы юнга выспался хорошенько. Добавьте к этому холод южных широт, ведь они шли в довольно прохладных водах. Как ни стремились направить лодку в сторону экватора, но всё зависело от ветра и волн. Постепенно они стали понимать друг друга без слов, достаточно одного взгляда. Юнга страдал больше других, отдавая лучшие куски рыбы и воду женщинам. Но и мать заботилась о дочке, ограничивая себя во всём.

Шторма сменялись штилями, недели переходили в месяцы, а они так и плыли куда-то, представляя свой путь только по солнцу и звёздам. Теплее стало, когда они прошли мимо Африки, так и не увидев её на горизонте. Зато теперь айсберги перестали попадаться в пределах видимости. Но ни одного островка не встретили они во время плавания. Судьба как будто специально уводила их мимо островов.

– Мы так обойдём вокруг света, – пошутила однажды дочка.

– В крайнем случае, упрёмся в Америку с другой стороны, – юнга улыбнулся и все дружно рассмеялись. – Лодка не большой корабль, мы идём намного медленнее, к тому же шторма и штили задерживают нас в пути.

– Всё равно, однажды мы найдём сушу и сможем постоять на земле, – заметила женщина.

– Только бы не состариться к тому времени, – смеясь добавила девочка.

Смех спасал и придавал силы, а океан подкидывал испытания. Большие акулы и скаты выныривали вокруг, нагоняя страх на обитателей шлюпки. Киты пускали фонтаны и били хвостами по воде. От всего этого люди чувствовали, какие они маленькие в этом огромном мире. Но ничего не происходило, и они плыли дальше, полагаясь на ветер и милость неба. Но однажды они едва не лишились рассудка со страха.

Во время шторма, который оказался не слишком сильным, вдалеке поднялась огромная волна. Она была похожа на гору и ужасала своей мощью, вселив страх в сердца людей. На их счастье, волна прошла стороной, хотя они уже прощались с жизнью. Такая огромная потопит и большое судно, а их лодку не заметит даже.

– Ангелы хранят нас, – заметила девочка, когда волна прошла мимо.

– Моя ты радость! – мама обняла дочку.

Это требовало выхода, и все обнялись от радости, но взрослые смутились почему-то. Девочка не заметила этого смущения, а юнга даже отсел подальше. Всё равно, шлюпка не управлялась, удерживаясь носом к волне с помощью плавучего якоря. Но утром шторм стал стихать, и они поставили парус, с ним меньше качка, да и лодка получила ход. Теперь стало намного теплее, и они старались идти на восток. Не может быть, чтобы совсем никакой суши не попалось им столько времени.

Рыбы стали попадать в сеть совсем другие, но они ели их без всяких последствий для здоровья. Курс держали на восход солнца, идя в пол ветра, так совсем не ощущается бортовая качка и в лодке почти комфортно. И тут акула порвала им сеть, погнавшись за рыбой, которая заплыла внутрь. Это был большой удар, но люди привыкли не унывать ни в каких условиях. Расплели ещё кусок фала и отремонтировали её, хотя пришлось несколько дней поститься. Теперь плавучий якорь будет на совсем коротком фале, но не есть тоже невозможно.

Другая беда, это отсутствие дождя, воды уже осталось так мало, что они пьют по одному глотку два раза в день. И тут девочка радостно воскликнула, показывая прямо по курсу. К сожалению, это оказался мираж, а не остров. Пришлось ещё неделю плыть, растягивая воду, пока на горизонте показался настоящий остров. Как будто в насмешку, именно сейчас пошёл дождь, и они напились вволю, заодно и набрали половину бочонка.

Когда шлюпка ткнулась носом в песок, они смотрели друг на друга, не веря своему счастью. С трудом выбрались на пляж и едва не упали, так все отвыкли от твёрдой почвы под ногами. Остров оказался большим, населённым дикарями, но их приняли радушно, накормили бананами и кокосами. Юнгу они посчитали мужем женщины, а девочку их ребёнком.

– Не будем их разубеждать, – шепнула женщина.

Хижину юнга строил сам, местные мужчины только подсказывали, а пока они жили в лодке, которую вытащили наполовину из воды. Она обросла, но с честью выдержала испытания, выпавшие на их долю. Юнга вёл счёт дням, делая зарубки на планшире, а когда посчитал, очень удивился.

– Почти полгода, – с удивлением сообщил он спутницам.

– Ангелы хранили нас, – девочка ещё не поняла всего, но радовалась, что оказалась на берегу.

Хижина понравилась девочке, и она развалилась на циновке, которую сплела мама по подсказке местных женщин. Они так и остались на этом острове, дожидаясь, когда какой-нибудь парусник заберёт их отсюда. Когда они перестали ждать, уже и сами не помнили, только в один прекрасный вечер женщина взяла за руку юнгу, и они ушли прогуляться по берегу. Разница в возрасте стёрлась, да и невозможно, пережив столько вместе, не сблизиться.

Через год у них родился мальчик, а ещё через два и второй. Через пять лет наконец-то к острову подошёл парусник, который забрал семью в большой мир. Но ещё через год они собрались и уплыли на остров Сулавеси, чтобы дети могли учиться в школе, сами же поселились на пляже, где и прожили всю жизнь, шумный мир теперь для них чужой, а океан стал родным домом.