Поломанные люди

– «Знаете, я никогда не была верующей… Прагматика всегда была моей данностью». – Меж изящными аристократически фортепианными пальцами с острым маникюром дымила сигарета. Расширенные ноздри вздёрнутого носика устало вдыхали запах ментола, туманом которого было затянуто всё помещение. Небольшая каморка девять на пять – кабинет. Если его можно так назвать.

– «Есть кто-то там или нет никогда меня не волновало. Мне это было не интересно». – Напряжённо-жесткие пальчики с завидной силой нервно молотили по затёртой годами клавиатуре, букв на которой видно уже давно не было. Как она разбиралась где какая? Мышечная память. Когда энное количество лет занимаешься тем, что молотишь по клавишам, так, что они едва не отлетают, становится совершенно не обязательным видеть буквы. Отчёты… отчёты… и снова отчёты. Чёртовых отчётов в её жизни, было так много, что это стало уже какой-то досадной обыденностью серого вечера каждого дня.

– «Работая в своей профессии уже почти добрый десяток лет, мне больше было интересно: от чего люди делают то, что они делают. Что их ломает?» – Покрутив почти выкуренную сигарету пальцами, женщина в последний раз затянулась, выпустив из приоткрытых губ, неизменно подчеркнутых алой помадой последнее кольцо дыма, затянувшее в мутную петлю тощую шею желторотой лампы. Из пасти её светило то единственное, что для этого помещения могло считаться солнцем. Она привычным движением потушила сигарету о дно переполненной окурками пепельницы.

– «Порой приходилось иметь дело с такими психами, что недолго и поверить в реальных демонов и всякую одержимость. Но могла ли я вообразить хотя бы на секундочку куда меня это приведёт? Хм… Едва ли…» – Женщина устало откинулась на спинку потёртого стула, вымученно уставившись, отразившими свет компьютера, глазами в отчеты о завершении расследования.

– «Очередное странное дело. Не знаю, когда моя профессиональная жизнь повернулась так, что все самые странные дела стали сваливать на меня и напарника. Но как бы там ни было, таких дел в последнее время стало слишком много». – Встав на ноги, она наконец потянулась, хрустнув парочкой шейных суставов, поправила спавшую с плеча портупею, – ствол бряцнул о металлические пряжки на коже, когда ремни резко затянулись; застегнула парочку пуговиц на алой блузе, как расстегнулись, которые, она не заметила. Женщина подошла к занавешенному плотной тканью окну, и дёрнула рукой, открыв огням ночного города доступ в свой позябший ментолом мирок. Призадумалась.