Ползи, Равлик-Павлик... Ползи!

Однажды я проснулся уже пробудившимся.

Я вдруг почувствовал свою душу... такую мягкую и пушистую... переполненную светлыми, добрыми, нежными чувствами.

Я взял её в свои ладони и долго долго разглядывал, а потом, случился очень особый момент умиления самим собой... а я сидел и не знал, что делать... слёзы душили и текли... текли и душили...да так, что дышать было аж спёрто...

- Что это со мной... подумал Я.

- Как то всё не так как всегда...

А потом, меня охватило желание...

А я охватил его.

И мы так долго лежали... стояли... сидели... обхватившись...

А потом я понял, что Готов...

Я готов прийти на помощь всему Человечеству!

Я даже перестал жевать и выронил из рук, изрядно закусанный до самого мяса пирожок...

- Вот Оно!!!

- Я и Вершина Моей Фудзиямы!

- Ведь я так долго был маленькой улиткой, взбирающейся по её крутому, сверкающему холодом склону...

- Всё, я больше не чувствую себя одиноким...

Мой домик на спине, вдруг как бы расширился и накрыл весь мир...

Туда поместилось Всё...Всё...Всё...

Звёзды и Галактики... Млечные пути и Кисельные Берега... Рассветы и Закаты... Накатывающие Волны Прибоя и Жаркий Ветер Пустыни...

Волосатый Чубака и гламурно-гладкая принцесса Лея...

Сосед с верху, заводной чудак с пол-оборота Карлсон, у которого недавно потекла крыша с его гёрлфрендшей Малыш...

Президент Путин с голым торсом, в чёрных очках и на коне с двумя амфорами в мускулистых руках...

И Хэрри Поттер на палочке и тоже в очках как Путин, но не таких крутых...

Стучащий колёсами поезд, уносящий Чука и Гека в таёжную глушь...

И соседка моей бабушки, Фира Адольфовна Лось-Швыдкая с прусаками которых она гоняла по одесской коммуналке...

Длинный и нескладный Толя Макагон, зарядивший мне в глаз на втором курсе в столовой за завтраком, из за кружка сливочного масла...

Все... все... все...

Там были...

Карлик Нос стоявший в обнимку со Швондером в кожаной куртке, и в окружении черепашек Ниндзя...

Мой-до-Дыр пытался догнать и надругаться над Губкой Бобом...

Иван Бездомный с гашишной полосатой палкой, регулирующий пробку мотоциклетов с пулеметчиками, которые зачем то, перекрывали пешеходный проход большой группе важных пузатых батюшек в чёрных рясах с толстыми веригами цепей и крестов, разбавленной вкраплениями оранжево-лысых, быстро-семенящих улыбок под сенью дерева Бодхи...

Воздух был наполнен громким щебетанием, носившихся в воздухе тридцати восьми попугаев и трубно-гундосым звуком, исходившим из очкастого слонёнка интеллектуала...

А в середине этого пира благодати и умиления сидела моя бывшая жена в обнимку с Капитаном Америкой...

Тихонечко приоткрыв дверь я вышел наружу...

Без домика было зябко.

Одинокая сверкающая Вершина была на месте.

Меня там не было.