Помни о правилах!

- Рада стараться для тебя, красотка! – задорно ответила на привычную похвалу Марина. Восхищенные возгласы она слышала часто, и, со временем, как это всегда бывает с мастерами своего дела, перестала даже деланно смущаться и только удовлетворенно улыбалась.

Впрочем, в этот раз она была не так благосклонна к похвале, как пыталась показать. Незаметно для клиентки Марина нетерпеливо переступала с ноги на ногу, скрывая раздражение. Обычно приятно было смотреть, как довольные девушки замирали перед зеркалом и любовались покрытыми особым раствором, и оттого красиво изогнувшимися ресничками.

Но почему это надо делать, когда мастер уже открыл перед тобой входную дверь?!

«Правило №1. Не открывай просто так дверь в квартиру. Если никто не выходит, кто-то может воспринять открытую дверь как предложение войти»

- Какие же красивые! – наконец оторвалась от зеркала клиентка, и нагнулась было, чтобы поднять один из стоящих у двери кроссовок. Марина едва успела открыть рот, как девушка тут же замерла и хлопнула себя по лбу, вспомнив:

- Ах, да! Переобуваться…

- Только на коврике. Запомнила, молодец! – похвалила Марина и осторожно выглянула на лестницу. Как будто этих незваных так легко можно увидеть!

«Правило №2 Не ступай ногами без обуви по полу! Те, кто в подвале, будут очень рады услышать, как наверху жизнь бродит без защиты. Шлепки не обутых ног для них – приглашение на обед»

Марина чуть отступила назад, придерживая дверь одной рукой. Клиентка шагнула на коврик, поставила обувь рядом с собой. Прислонилась спиной к косяку, высвободила ногу из тапочки для гостей и аккуратным движением надела кроссовок. В попытке надеть второй девушка оступилась и поставила ножку в полосатом носке прямо на придверный коврик.

«Ч-ч-ёрт-т!» - пронеслось в голове у Марины. Результат не заставил себя ждать: из-под пола раздался сухой, всполошенный звук. Будто кто-то внизу встрепенулся. Клиентка замерла, застыла соляным столбом. Марина устало закатила глаза и чуть тронула девушку за плечо.

- Ты как? Чего задумалась?

- А? – вздрогнула от неожиданности девушка, однако натянула на лицо улыбку и рассеянно пожала плечом. Не скажешь же мастеру, что ощутила холодный, первобытный ужас! Будто была замечена опасным, очень тихим и невероятно жестоким хищником.

Клиентка завязала кроссовок, быстро пожала Маринину ладонь и пулей выскочила из квартиры. Она почти прыжком преодолела пролет до подъездной двери, выбежала в сгущающиеся апрельские сумерки и, не оглядываясь, понеслась, как ужаленная, до автобусной остановки.

Только через двадцать минут, успокоив себя и уняв перепуганные мысли, она напишет Марине привычное сообщение «Спасибо за реснички, милая! Увидимся на следующем сеансе», и вздохнет с облегчением. Благодаря Марининой старательности, нужда в следующем посещении появится нескоро.

Марина закрыла дверь. Плавными, давно доведенными до автоматизма движениями, она трижды повернула рычажок дверного замка, задвинула расположившийся ниже засов и завершила запирание, проведя рукой по образовавшемуся стыку между закрытой дверью и косяком.

«Правило №3. Сверху – вниз! Замок-засов-стереть! Никаких путников на ночь глядя!»

Почуяв, что посторонний ушёл, два таких разных питомца Марины, наконец, покинули свои убежища. Изящно, будто перетекая, вышел из шкафа благородный лысый сфинкс Малекит. И тут же испортил своё элегантное появление требовательным мявом. Мягкая же настолько, словно была плодом греховной любви плюшевого медведя и комка ваты, Кит-Кат выбралась из-за холодильника, громко протопала по коридору, с тяжелым стуком плюхнулась к хозяйке под ноги и подставила пушистое пузо.

- А вот и ты, моя конфетка! П-ф-фт! – Марина быстро наклонилась, схватила кошку и выпрямилась, уткнувшись в мягкое брюхо ярко накрашенным лицом. Кит-Кат недовольно заелозила задними лапами, а Малекит ревниво выругался на кошачьем.

- Ну ладно вам, Ваши Величества! Кое-кто весь день просидел в потёмках, а теперь внимания стало много, да? – Марина поставила извивающуюся кошку на пол. Выпрямившись, она щелкнула кнопкой выключателя на стене, полушепотом сосчитала до трех и открыла дверь в озаренную желтым светом ванную комнату.

«Правило №4. Сначала включить свет. Раз-два-три! Только потом войти. Времени разбежаться им хватит. Никогда не входи в тёмную ванную после полуночи. Да, даже если очень хочешь в туалет, а лампочка перегорела. Минимум два фонарика, включенный свет в коридоре и упаси тебя Бог закрыть дверь и остаться в темноте!»

Марина перешагнула порог и бросила быстрый оценивающий взгляд: не “моргает” ли лампочка? Не придётся ли срываться из ванной в мыле и пене, или, ещё хуже – с унитаза?

Нет. Свет горел ровно, а значит – можно спокойно заняться заброшенными домашними делами. В последнее время клиентов было многовато: Марина не жалела сил, стараясь собрать как можно больше денег на отпуск.

Молодая женщина отодвинула дверцу экрана под ванной и, не глядя, с помощью совка на длинной ручке, безошибочно нашарила и пододвинула к себе пузатую бутыль со средством для стирки.

«Правило №5. Никогда и ничего не заталкивай под ванну! А если уж затолкнула – не вздумай лезть туда голыми руками. Пол там мой регулярно, заглядывай пореже – тебе могут очень обрадоваться. И затащить на ужин»

Марина вылила два полных колпачка прямо поверх скомканного в машинке белья, закрыла бутылку и захлопнула дверцу. Пару мгновений она размышляла над режимом, скребя по голове длинными акриловыми ногтями, и, наконец, ткнула изящным пальчиком в пару кнопок. Машинка загудела, набирая воду, Марина повернулась к зеркалу и принялась стирать макияж, стараясь смотреть только на себя и не бросать лишних взглядов на остальное отражение ванной комнаты в зеркале. Один пропитанный мицеллярной водой ватный диск впитал в себя темно-коричневые тени и черную подводку, стер румяна, второй освободил кожу от тонального крема, третий окончательно очистил лицо от всех следов косметики. Не отрывая взгляда, пока это было возможно, от собственного лица, Марина опустила голову, повернула ручку крана и несколько раз энергично ополоснула лицо теплой водой. Разогнулась и снова смотрела на себя. Приподняла несколько черных прядок и внимательно их разглядела: на сей раз цвет был густым, ни одного белесого волоска.

И надо же было неделю назад дурацкому кольцу свалиться с пальца и закатиться прямо под ванную?

«И надо же было за ним голыми руками полезть?!» - в очередной раз чертыхнулась про себя Марина, приглаживая коротко, едва ниже ушей, остриженные волосы. Следы зубов на запястье исчезли уже наутро, а вот седину удалось закрасить только с третьей попытки.

Закончив с ежевечерним уходом, Марина легко подхватила на руки гипнотизирующего взглядом пространство под ванной Малекита и вышла из ванной. Она плотно закрыла за собой дверь, выключила свет, не забыв вновь провести рукой по стыку между дверью и косяком, и прошла по освещенному коридору на кухню. Там у пустой миски её ожидала Кит-Кат с самым скорбным выражением на круглой усатой морде.

- Смотри, Маля, какое представление! – заговорщицким шепотом обратилась Марина к коту, - пьеса «Кошку не кормили с прошлого Первомая!».

Малекит заелозил, спрыгнул с татуированных рук хозяйки и уселся рядом с пушистой подругой, всем видом показывая, что ещё как разделяет печали Кит-Кат. А вот сарказм хозяйки кот явно понимать отказывался.

- Так вы на лучшую экранную пару претендуете? Браво! «Оскара» вам, ребята! – рассмеялась Марина, выудила из холодильника пару мягких пакетиков с жидким кошачьим кормом и маленькую кастрюльку с греческим салатом – для себя. «Лучшая экранная пара», завидев вожделенную еду, хором запела кошачью оперу. Марина вытянула из сушилки квадратную плоскую тарелку, переложила в неё чуть повядший за день в холодильнике салат и переставила свой ужин на один из плетеных соломенных подтарельников. Коты крутились под ногами и не переставая мяукали, пока Марина раскладывала по краям тарелки вилку и нож, зажигала три алых свечи в длинных стеклянных тонконогих подсвечниках и наливала в пузатый бокал из темной бутылки холодное красное вино.

«Правило №6. Если так вышло, что кто-то в доме должен пригубить красненького, то пусть это будешь ты!»

Наконец, Марина уселась на табуретку рядом со столом, одним движением надорвала сразу два уголка пакетиков с кормом и выдавила в миски крепко пахнущую вяленым мясом густую кашицу, стараясь запястьями отодвигать две стремящиеся уткнуться носами в еду усатые морды. Закончив с котами, Марина установила напротив смартфон и включила любимый канал с подкастами о знаменитых маньяках прошлого. Ела она не спеша, с наслаждением отправляя в рот каждый кусочек, каждый листик и медленно, тщательно пережевывала. Коты же поедали свою порцию ужина, трясясь и чавкая так, что заглушали голос диктора, рассказывающего о найденной в лесу окровавленной синей кофте первой жертвы. Марина прибавила громкость подкаста, повела усталыми плечами и, отхлебнув из бокала, с наслаждением зажмурилась.

За окном прогремело. Хлынул дождь. Струйки потекли по стеклу, мерцая желтым светом зажегшегося на другой стороне улицы фонаря. Капли с силой забарабанили по жестяному подоконнику, мягко захлопали по клумбе под окном, щедро омыли стучавший ветками в стекло куст сирени.

Марина плеснула в бокал ещё порцию вина и поставила пустую бутылку на стол.

«Правило №7. Ешь с удовольствием. Готовь себе только то, что обожаешь. Принимай дома любую пищу, особенно ужин, с аппетитом. Удовольствие от еды – это энергия! И обязательно после полуночи запирай дверь на кухню, иначе энергию получат они!»

Подкаст зазвучал чуть тише - на экране смартфона появилось уведомление. В соцсети пришло сообщение от подруги детства Алисы. Марина допила остатки вина из бокала, облизнула пухлые губы. Со вздохом она открыла сообщение, пробежала глазами и, на всякий случай, шепотом перечитала

«Привет! Не занята сегодня вечером? Можно я заскочу через полчасика? Посидим, перемоем пару косточек!»

Марина сцепила длинные пальцы в замок под острым подбородком и на мгновение задумалась. Затем ткнула пальцем в кнопку записи и надиктовала веселым голосом: «Привет, моя! Что-то ты сегодня уж слишком загадочная!».

«Это ещё почему?» - почти сразу всплыли буквы на экране в ответ. Кот Малекит вспрыгнул на подоконник и пристально вгляделся в окно. Марина прикрыла глаза, чтобы ресницы скрыли движение зрачка, подняла правую руку, поправляя прядь у виска. Она осторожно скосила взгляд, спрятав движение глаз кистью руки. Не поворачивая головы, посмотрела за тюлевую занавеску, одновременно зажимая пальцем левой руки кнопку записи и диктуя:

«Да так. Знаешь, буквально час назад о тебе говорила: сказала клиентке, что соскучилась. Тут ты и пишешь!».

Марина точно знала: за окном что-то есть. И это вовсе не блуждающий под дождём прохожий, не спешащий под защиту родного подъезда сосед.

Если заглянуть за стекло, можно увидеть, как капли дождя будто отскакивают, очерчивая в мокром палисаднике чей-то силуэт.

Телефон снова чирикнул уведомлением, и следом в поле чата появилось новое сообщение от Алисы: «Так что, Марин, впустишь меня?»

Марина убрала руку от лица, поднялась из-за стола, держа правой рукой телефон, а левой собирая приборы в мойку. Женщина всё делала нарочито медленно, выдерживая паузу и давая слегка замутненному винными парами мозгу обдумать нужный вопрос.

«Ф-ф-ух! ты… ф-фух! дома… ф-фух! сейчас…?» - запись получилась забавная – Марина задувала по одной свече прежде, чем проговорить каждое следующее слово.

На экране под именем собеседника появились три точки - с противоположной стороны набирали сообщение. Затем троеточие вновь сменилось надпись «online», через пару мгновений снова появилось и опять тут же исчезло. Краем уха Марина услышала, как заскрипела дверь в ванную, будто кто-то привалился к ней с той стороны. Малекит так и сидел, не шевелясь и не моргая, вглядывался в темноту за окном, однако подрагивающий кончик хвоста выдавал напряжение кота.

Наконец уже успевший погаснуть экран снова засветился – пришло сообщение:

«Ну пока да, но уже, считай, одной ногой в такси!».

Марина улыбнулась так нежно, как смогла. Вспомнила Алису и её почти маниакальную тягу к планированию. У подруги всегда всё было рассчитано не то что по часам, по долям секунды. Особенно в том, что касалось встреч с Мариной. По очень веской причине.

«То есть, из квартиры на Котельне едешь? Из дома? Ну, я так, чтобы успеть чайник поставить, вдруг ты голодная!», - договорила Марина и отложила телефон. Она тщательно помыла под тугой струёй горячей воды тарелку, и хотела уже взяться за вилку, когда на экране появилось новое сообщение:

«Конечно из дома! Откуда же ещё? Голодная! Прямо мысли читаешь!»

Марина закрыла кран горячей воды и выкрутила холодный на полную. Она поднесла руки под толстую струю, вздрогнула, когда несколько холодных брызг долетели до чувствительной кожи в сгибах локтей. Малекит, наконец, спрыгнул с подоконника и отправился по своим кошачьим делам.

Когда пальцы совсем онемели от холода, Марина приложила мокрые руки к лицу, успокаиваясь и сосредотачиваясь на прохладе. Поток мыслей схлынул, и Марина, всё так же не меняя дружелюбного тона, заговорила, зажав запись:

«Не думала, что ты станешь называть хоть какое-то место в Пешкове своим домом, Алис! Особенно с тех пор, как продала эту «дыру на Котельной» первому попавшемуся покупателю и умотала в Москву!».

Приложение соцсети несколько раз моргнуло, будто в недоумении, а затем экран смартфона погас. Марина повторно ткнула пальцем в телефон, заставив его выйти из спящего режима и снова открыла приложение.

В переписке с Алисой последним сообщением было вчерашнее прочитанное. Марина получила его, когда сидела с бывшим мужем в ресторане. После прочтения весь остаток вечера ей пришлось делать вид, что она не расстроена.

«Мусь, я тоже безумно скучаю, но моё отношение к Пешкову ты знаешь! К тому же, в ближайшие полгода я бы хотела не приезжать. Лучше год. Ещё лучше – десять!».

Взглянув ещё раз на привычное «Мусь» Марина засунула телефон в карман. В своё время имя «Ма-ри-на» упорно не давалось двухлетней Алисе, поэтому девочки пошли на компромиссное «Муся». Да так и оставили на всю свою долгую, тридцатилетнюю дружбу.

«Нашли, кем прикинуться! Последний стыд потеряли!» - Марину распирало одновременно от смеха и злости. Она выключила на кухне свет, шлепая пятками тапочек, прошла в гостиную. Быстро щелкнула выключателем справа от косяка двери. Все пять лампочек люстры засветились, отразившись в поблескивающем новеньком глянцевом натяжном потолке. При включенном свете в гостиной, казалось, не оставалось ни одного темного угла.

Марина взяла с полки книжного шкафа толстый том, уселась на диван. Она поджала ноги под себя по-турецки, и, открыв на отмеченной закладкой странице, углубилась в книгу. Малекит и Кит-Кат свернулись в пушистый и кожаный шары на спинке дивана и уютно замурлыкали.

«Правило №8 Им нужно приглашение. Они будут врать, пугать, обманывать, проситься самыми разными способами. Прикидываться привычным: будут притворяться картинкой в телевизоре, статьёй в газете, письмом от друга. Сделай всё, чтобы они себя выдали»

Электрическая трель звонка вырвала Марину из поглотившей её истории. Она вздохнула, вложила в книгу закладку и направилась к входной двери.

- Кто там? – крикнула она ещё в коридоре.

- Мариш, это я! – раздался приглушенный голос бывшего мужа. Марина закатила глаза: вот из-за таких выходок ты и стал бывшим, Артём.

- Сто раз просила предупреждать о приезде! – Марина прислонилась к стене напротив двери, готовясь услышать очередную жалостливую отповедь, - чего хотел?

- Я у тебя чемодан с инструментами оставил! – извиняющимся тоном произнес Артём, – зелёный такой. Не видела?

- Не видела, - пожала плечом Марина. Раздражение начало ударять в голову вместе с вином. У бывшего мужа поводы явиться становились всё более и более надуманными. В последний подобный раз Артём торчал под дверью, требуя зарядку от телефона. Сегодня явился за чемоданом.

- Точно не видела? Зелёный…

- Артём! – Марина раздраженно потерла лицо и заглянула в глазок. Внутри искаженного стеклами кружочка она увидела, как Артём стоит, засунув большие пальцы за ремень джинсов и виновато улыбается, – нет у меня твоих инструментов! Ни зелёных, ни красных! Если бы я увидела – я бы тебе тут же набрала!

Запиликал домофон на двери подъезда. Артём повернул голову, заглядывая через плечо, и, не оборачиваясь, провожая взглядом промокшего поднимающегося соседа, ответил:

- Может он под ванной? Я тогда смеситель прикручивал – вдруг там оставил?

Марина повернулась и посмотрела на дверь в уборную. И впрямь просила Артёма пару недель назад проверить смеситель…

- Мариш, - раздался за спиной стук – видимо, Артём несколько раз ударил кулаком в дверь, - ну не хочешь под ванну смотреть – дай я взгляну! Мне на работу чемодан нужен! И так тебе столько дней на глаза не показывался, будь человеком!

Марина, протянувшая было руку к одному из замков, замерла и осторожно заглянула в глазок. Артём так и стоял, не поменяв положения ни рук, ни ног. Даже улыбка застыла, как каменная, на небритом лице.

В кармане шорт завибрировало. Марина достала смартфон, смахнула всплывшее окно сообщения и закусила нижнюю губу, прочитав имя отправителя.

Артём.

Сглотнув, чтобы голос ни в коем случае не прозвучал слишком нервно, Марина снова уставилась в глазок и ответила:

- Если ты мне столько дней на глаза не показывался, - она пристально следила за выражением лица пришельца, - то кто со мной в ресторан вчера ходил? Твой потерянный брат-близнец?

Лицо Артёма моментально посерело, глаза ввалились, превратившись в два чёрных провала на лице. Свет на лестничной площадке погас. Марина выронила телефон и отпрянула к противоположной стене, когда фигура в «глазке» вдруг увеличилась в темноте вдвое и с рыком бросилась на дверь. Чудовище колотило в железную преграду, царапало когтями и рычало на десятки голосов Марининых знакомых, а та стояла у стены, сжав голову руками.

И вдруг всё стихло.

Раздался скребущий шелест, будто что-то сползло по бетонным ступенькам лестничной клетки.

Марина, стараясь не издавать даже малейшего шума, подняла с пола упавший смартфон, сунула в карман шорт и начала красться в гостиную. Когда она уже почти дошла до комнаты…

Бум!

Вновь ударили во входную дверь. Марина замерла и вцепилась пальцами одной руки в запястье другой, процарапав кожу собственными ногтями до крови. Она простояла, казалось, бесконечное количество минут, замерев в одной позе, напрягшись, до звона в ушах.

Но после того удара больше ничего не нарушало привычной вечерней тишины. Марина сделала глубокий вдох, вытянувшись в струнку и поднявшись на носочки, подняла руки к потолку и с чувством выдохнула, встряхнувшись всем телом. Она повторяла это несколько раз, пока не восстановился пульс, не перестало колотиться сердце, словно у испуганного зайца и не пропало детское желание спрятаться в шкаф, закрыв уши.

- Никакой помощи от вас! – укоряющим тоном сказала Марина котам. Малекит лениво пошевелил лысым ухом, Кит-Кат так и продолжила спать, закрыв нос лапой.

Решив, что на сегодня хватит приключений, Марина подхватила с дивана книгу, выключила свет в гостиной. Пересекла темную комнату, открыла дверь в спальню и, не оборачиваясь, позвала кошек. Малекит потянулся, спрыгнул со спинки дивана и отправился за хозяйкой, Кит-Кат осталась на насиженном месте.

- Я не впущу тебя потом, можешь скрестись, сколько нравится! – наставительно сказала Марина. Кошка сверкнула желтыми фарами глаз, покачала свесившимся хвостом, но следовать за ней не стала.

- Как хочешь, - пожала плечами Марина, закрыла за собой дверь и включила ночную лампу. Она проверила, плотно ли зашторены окна и, удостоверившись, что не доставит никому и ничему удовольствия наблюдать в окно себя спящую, устроилась поудобнее в кровати. Её тело совсем расслабилось от сброшенного нервозного напряжения. Выпитое вино снова дало о себе знать, отозвавшись мягкой пьяной усталостью в конечностях и в мыслях. Марина так и заснула с раскрытой книгой на груди, так и не прочитав в постели ни строчки.

Ночник на прикроватной тумбочке начал мерцать. С тихим электрическим треском он заморгал, заставив тени судорожно задергаться на стенах, и вдруг со щелчком погас.

Комната погрузилась в темноту и такую глубокую тишину, что, казалось, было слышно, как медленно и сонно бьётся сердце спящей женщины.

Ближе к трем ночи Малекит открыл большие зеленые глаза, потянулся и уселся на краю кровати, будто египетская ритуальная статуэтка. Кот замер, не сводя глаз с двери, и поднял уши. Кончик его голого хвоста нетерпеливо подрагивал. Его чуткий слух уловил, как прокралась мимо закрытой двери Кит-Кат, поскреблась лапой и, не получив ответа, пробежала на мягких лапах дальше. Кот услышал отдаленное бульканье – это пробежали пузырьки воды по теплой трубе отопления. Сверху зашелестели шаги – кому-то с верхних этажей не спалось.

С кухни раздались новые звуки: скрежет – это открылась дверца под раковиной. Глубокий вдох. И глухой стук – словно что-то выбиралось оттуда.

Марина проснулась от грохота. Казалось, на кухне бушевал ураган: раздавались удары, хлопали дверцы, гремели кастрюли. Бам! Дзинь-дзинь-дзинь! Ножи, судя по звуку, скинули вместе с подставкой, и они посыпались на пол. Бац! Стукнуло об пол сидение перевернутой табуретки.

- Малекит! – выругалась Марина, откидывая одеяло вместе с книгой с груди, - если ты там опять гоняешь Кит…

Не успев договорить, она увидела выгнутую спину кота на краю кровати. Марина зажала рот рукой.

«Кш-ш-шх-х-х-х-х!» - раздалось из коридора злобное шипение Кит-Кат. Малекит поднял лапу с выпущенными когтями, не сводя бешеного взгляда с двери. Марина забралась на кровать и подтянула одеяло к горлу, вцепившись в ткань побелевшими от напряжения руками.

- Дверь на кухню, - догадка пришла в голову моментально. Губы Марины пересохли. Она поджала колени к груди и принялась покачиваться назад и вперед, - я не заперла дверь…

Грохот на кухне прекратился и на пару мгновений наступила тишина. Только Марина шевельнулась, как раздался топот: бум-бум-бум-бум-бум! Тяжелые быстрые шаги приближались к спальне. Тут же раздалось озлобленное мяуканье, заскребли по полу когти и что-то захрустело. К шипению и мяву разъяренной кошки прибавился, утробный, жуткий рык. Что-то мягкое ударилось о стену. Отбросив Кит-Кат, нечто ударило по косяку двери, заставив Марину закусить губу от ужаса. Малекит громко предупреждающе зашипел, прижал уши и сделал шаг назад, ближе к хозяйке.

Ручка со скрипом повернулась, и дверь медленно приоткрылась. В комнату вполз холодный, сырой воздух, запахло подвалом. Марина накрылась одеялом с головой, стараясь не дрожать. Прячась, она увидела на белом полотне косяка длинные черные пальцы.

Рука скользнула по двери, открывая её шире. Гость тяжело переступил порог комнаты, но вдруг упал, глухо зарычал и проскрежетал когтями по полу, будто его силой втащили обратно в гостиную. Яростное хриплое мяуканье заглушило его рык, раздался мерзкий мокрый треск разрываемой плоти. Удары топота устремились на кухню, хлопнула дверца под мойкой и всё стихло.

Марина отбросила одеяло, перепрыгнула с места через Малекита, чудом попав ногами в тапочки, и стремглав рванула на кухню. Она с силой ударила по выключателю, пересекая гостиную, отчего люстра снова загорелась всеми лампами, подхватила на руки Кит-Кат, с грохотом захлопнула кухонную дверь, несколько раз прокрутила рычажок замка и бросилась обратно в спальню. Только оказавшись там, за закрытой дверью, она прислонилась к ней и медленно сползла на пол. Её руки дрожали, но ещё сильнее в них дрожала Кит-Кат, всё ещё похожая на злой шар из-за вставшей дыбом шерсти. Глаза кошки были вытаращены от испуга, а загривок оказался липким. Марина поднесла руку к глазам и увидела, что она окрасилась красным.

- О, нет! Нет-нет-нет! – испачканные кровью пальцы затряслись так сильно, что Марине пришлось схватить запястье кистью другой руки. Она зажала дрожащую кошку между коленями и быстрыми движениями раздвинула шерсть на загривке.

Раны не было.

Кошка была напугана до полусмерти, но совершенно цела.

Марина выдохнула с облегчением, закрыла глаза и со стуком привалилась спиной и затылком к двери. Кит-Кат выбралась из её ног, встрепенулась, отчего шерсть улеглась, как ни в чем не бывало, и потерлась мягкой щекой о шею присеменившего к ней Малекита.

Марина опустила взгляд на пальцы. Красные пятна исчезли.

В просвет между шторой и окном было видно стремительно белеющее небо.

Рассвет.

«Правило №9. Обязательно заведи кота. А лучше – двух»