Понедельник начинается в субботу. Зарисовка 1

– Саша, а ты не замечал, что воскресенья в последнее время становятся всё короче? – спросил однажды Эдик и уточнил. – А понедельники раздулись до необычайных, поистине бескрайних размеров?

– А как же, – рассеяно отозвался я.

Магистры собрались у меня в электронном зале на послеобеденный чай. А я всё никак не мог оторваться от программы, терзающей меня вторую неделю, поэтому не придал этим словам особого значения. Я упорно скользил глазами по строчкам и пробежал ими уже, должно быть, пару добрых километров. Я вызубрил код наизусть и мог цитировать его с любого места и в любом направлении. Ошибки, как мне казалось, быть никак не могло, и, тем не менее, факт оставался фактом – программа не работала.

– Прискорбно осознавать, что люди любят воскресенья куда больше чем понедельники, – риторически вздохнул Эдик.

– Ну, это естественно, – поддакнул я. – Стоп. Люди? Причём тут люди-то?

– Знаешь Саша, судя по всему, воскресенья действительно всё больше уступают место вторникам, средам, четвергам, но особенно понедельникам.

Я даже оторвал взгляд от бесконечных строчек на экране, и обалдело воззрился на него.

– В прямом смысле слова, – кивнул Амперян.

– Разве это возможно? – осторожно уточнил я.

– А как же иначе, Саша? – вежливо улыбнулся Эдик. – Время всегда относительно. Сколько мы с тобой сегодня потратили на чай? Относительно Выбегалло, мы, можно сказать, даже не присели, а относительно бабочки-однодневки делаем это непозволительно долго. Для фотолюминесценции полупроводниковых систем и наносекунда – огромный срок, а в масштабах Вселенной вся наша жизнь – что одно мгновенье.

– Лично у меня нет никаких сомнений, что понедельники с годами становятся длиннее, а воскресения лишь усыхают, – подтвердил самые ужасные мои опасения Роман Ойра-Ойра.

– Усыхают лишь Ойры-Ойры, – осклабился Витька Корнеев. И вообще, он, Корнеев, ничего подобного не замечает. Ему, видите ли, некогда следить за временем.

– Счастливый человек, – успел вставить я мимоходом.

Оказалось, что понедельников ему катастрофически не хватает. И он с удовольствием продлил бы их часика на два-три, если бы только знал как.

– И нечего своему старческому брюзжанию приписывать статус закона природы, – закончил свой спич Витька.

– Я думаю дело не только в нашем неизбежном старении, – осторожно возразил Эдик. – Много ли ты знаешь людей искренне любящих понедельники?

Витька насупился:

– Чего?

– Корнеев, это раз, – загнул я палец на одной руке, второй рукой одновременно указывая на Витьку.

– Да, Корнеев, это, да-с, – протяжно сказал Роман.

– Да нет же, ребята, я имею в виду обычных людей. Все они очень любят воскресенья и почему-то начисто ненавидят понедельники. А ненависть – это чувство большое и тяжёлое. Не то что любовь – тонкая, невесомая… Вот время и стало течь по-другому...