Попаданец в карточный рогалик

Я однозначно должен был умереть...

"Дзынь" - огромная лапища ударилась о выставленный щит. Запястье хрустнуло и сместилось, вибрация вместе с болью пошла вперёд. Дрожь прошлась по костям и пальцы разжались, выкинув меч из правой руки. Ржавый клинок ударился об пол.

Безглазое чудище, что ранее было человеком, всхлипнуло. По плечу пошло напряжение, по венам расползлись светящиеся бусины, поднимая всю ту-же руку.

Хотелось кричать сакраментальное: "Твою мать!", но вместе со слюной с губ слетело судорожное:

- Карты!

Зашелестела невидимая бумага. Перед глазами, вспыхнув белым, замелькали вертикальные картинки схематичного человечка, обрамлённые тонкой рамкой, где торчал белый жемчуг.

Глаза остановились на карте с пируэтом.

Чудище зарычало, готовясь ударить снова... Карта вспыхнула. По телу прошла волна напряжения - группы мышц, о которых я раньше и не подозревал, судорожно сократились! Больно!

Кулак почти ударил по щиту, рука сама сместилась. Костяшки скользнули по металлу, кулак ушел влево, а верхний край щита врезался в кадык чудища.

Хруст.

Кость ушла глубже. Тварь захрипела, горы мышц пошли судорогами, а с разбитой губы хлынула кровь.

Застыл. Руки дрожали: та, что обхватывала ручку щита, особенно сильно. Я не верил. Тяжело дышал. Смотрел в дырки вместо глаз, пытался найти подвох, а на губах искал ухмылку. Но её не было!

Да неужели, я убил эту тварь...

Осколки рёбер проникли в лёгкие. Кровь пошла вверх, заполняя рот, а глаза могли лишь смотреть на мускулистое, обтянутое белёсой кожей колено твари, которое уткнулось в прикрытую недо-нагрудником грудь.

Мразь.

Я упал. Уши уже не могли услышать последний вздох чудища.

Мёртв.

...

Лёгкие обдало холодом. Веки распахнулись - вода тронула сетчатку, глаза зачесались. Руки, уже знающие, что делать, на автоматизме упёрлись в тёмный камень. Я выгнулся, как кошка, нагую спину тронул воздух. Ладонь почти соскользнула, но в последний момент я сделал рывок вперёд, и подбородок опустился в мягкий мох.

Подтянувшись, я грудью опустился на мягкий зелёный ковёр. Цветные пятна начали оформляться в объекты вокруг, когда глотка дёрнулась и я исторгнул из себя стылую воду, которую успел проглотить.

Язык обожгло влажным, цветочным воздухом - я выдохнул, а после перевернулся на спину, не беспокоясь, что лёг на собственную блевотину. Хоть и чистую. Вытащил ноги из сраной лужи. Зрение вернулось и я увидел ледяной кристалл, который навис в паре метров над прозрачной, чуть сверкающей озером-лужей.

С острого кончика кристалла упала капля.

Нахмурился. Тает-тает, да всё никак не растает. Поддерживает уровень воды, мудак магический.

Приподнявшись на коленях, я наконец встал во весь рост. Предо мной предстал привычный пейзаж крохотной, обросшей цветочным мхом пещеркой, которая начиналась с лужи и заканчивалась каменным проёмом, освещённым лишь светом одинокого факела.

Иллюзорный вкус крови на языке заставил плюнуть на пол. Вспомнил о чудище, которое я про себя уже начал называть "Дуболомом", олицетворяя его всего тремя словами:

Мразь, тварь и мускулистый фашист!

А, нет, тут четыре слова... Оглядевшись и поняв, что новых "счастливчиков", которым можно было-бы излить душу, не предвидится, я сплюнул ещё раз и направился к проходу.

Не считая шагов, я смахнул со своего привычного места факел, крепко схватил деревянную ручку и начал подниматься по, возникшей из-за поворота, винтовой каменной лестнице.

В первый раз было страшно, сейчас сей "атмосферный" путь уже осточертел и лишь занимал лишнее время, прежде чем я окажусь в нужном месте.

Лестница закончилась резко, а именно - выбоиной в каменной плитке, об которую я не раз ломал ногти... Да, почему я "перерождаюсь" тут голый - всё ещё непонятно, видно Богу нравятся страдания юных (не очень), красивых (точно нет) и нежных мальчиков (вполне себе).

М-да, рано или поздно, я точно сойду с ума.

Переступив через коварную дырку, я оказался в массивном зале с тремя дверьми: две по сторонам, одна впереди, к которой поднимается заросшая мхом лестница. Рядом с очередной пыткой для ног находились две каменные статуи:

Первая стояла на постаменте, где неизвестный мастер вырезал стоящего в героической позе мужика в броне, чьё лицо будто тонуло в тёмном тумане, скрывая черты.

Вторая статуя наоборот не отличалась особой героичностью: тряпки вместо нормальной одежды, капюшон, скрывающий лицо и вольготная сидячая поза. Пальцы одной из ладоней держали кончик кинжала, будто готовясь подкинуть его.

В общем две пафосные болванки, если бы...

Перед глазами возникла белая рамка с неизменной белой жемчужиной, окруженной ажурным узорами. Вспыхнул текст, который гласил:

[*Изберите свою Легенду*]

Взгляд незаинтересованно остановился на воине. Рамка вспыхнула, демонстрируя привычное описание:

[Леопольд де Фар - возьмите имя того, кто стал символом в извечной и бессмысленной войне для рыцарей Атласного Ордена!]

Фыркнув, описание вновь сменилось, когда я взглянул уже на бродягу:

[Нори Святой - возьмите имя того, кто обрёл статус святого, среди грязи и мрака столичных трущоб, истребив орден Химерологов!]

Даже не попытался сдержать вздох... Задолбанности.

Ноги потащили в сторону. Сделав круг по залу, я снова попытался открыть хотя-бы одну из дверей по сторонам. Те привычно послали меня куда подальше, протяжно загудев металлом, когда ладони пытались тянуть ручки-кольца.

Ну и ладно, не так уж и хотелось...

Хмыкнув, я отправился к статуе "Нори", его я выбираю менее часто, чем Леопольда и причина весьма банальна.

Тронул постамент ладонью. Одинокая белая линия пробилась своим сиянием сквозь камень и вошла в мою ладонь. Коротко кольнуло. Я знал, что в серединке появилась татуировка, но представлял её не больше пары секунд, прежде чем по руке пошли лоскуты ткани, которые стали образовывать мой "наряд".

Ткань накладывалась пластами друг на друга, сплавляясь и соединяясь без единого шва, пока меня всего не покрыл какой-то нищенский наряд: прохудившиеся сапоги, домотканые штаны и рубаха, плюс какой-то уродливый капюшон, который закреплялся на отдельном куске материи, что лёг на грудь.

Чуть подмёрзшая кожа "сказала" спасибо даже такой одежде.

В руке возник ножик... Точнее кинжал: чуть изогнутое лезвие, покрытое ржавчиной, да деревянная ручка, не обтянутая даже кожей.

По сравнению с ржавыми железяками Леопольда, в наряде Нори я чувствовал себя бомжом.

Кем в целом и был после того, как сдох... Но с нагрудником Леопольда хотя-бы чувствовалась минимальная защищённость, а здесь хрень какая-то, которым только консервные банки вскрывать, будь они тут.

Махнув кинжалом, вспыхнул новый текст:

[Приветствуем Нори Святого! Стартовая колода выдана]

Щёлкнул пальцами. Перед глазами возникли пять карт, которые я знал наизусть: человечек уклоняется "2", человечек бьёт кинжалом "3", человечек защищается кинжалом "3", человечек бросает облако песка "2" и человечек держит кинжал обратным хватом "1". Рядом с каждой картой была видна цифра количества применений в одном бою.

Все естественно белые, хотя подозреваю, что они могут быть и цветными. Классика прокачки.

Выдохнув, я отозвал карты обратно в колоду. Всё слегка затряслось, пыль с потолка пошла вниз потоком. Я рванул с места, в сторону открывающейся двери за лестницей.

Подыхать из раза в раз - я готов, но вот снова становится пыльным - увольте.

Пара секунд бега, ноги минуют ступень за ступенью и вот, я влетаю в проём-щёлку, открывающейся двери. Вовремя. Пыль осела, а сзади пахнуло неприятной затхлостью.

Глазами мазнул по помещению: прямоугольник три на пять метров, где в конце меня ждал "младший брат" Дуболома. Низенький, в бинтах-обмотках и то ли рычащий, то ли плачущий, когда пропускал воздух через беззубый рот.

Шагнул. Карта "человечек бьёт кинжалом" уже была наготове. Малец поднял взгляд с земли и, пуская слюну, упёрся в меня безглазыми полостями, в глубине которых пульсировали остатки мозга.

Прежде чем он успел взвереть и броситься вперёд, карта вспыхнула, цифра "3" сменилась двойкой. Кольнуло привычной болью, неразработанных для таких движений мышц и... Я прыгнул. Лезвие разорвало гортань мальца, левая рука ударила под дых. Микродвижение пальцев, перенаправление запястья и кинжал прошил мозг Мальца сквозь ухо.

Хрустнуло. Запах гнили и венозной крови ударил в нос.

Пальцы подрагивали, а зубы сцепились, подавляя желание обматерить все эти карты. Каждый раз больно!

Голова Мальца скатилась с лезвия и тельце упало наземь, расплёскивая густую, тёмно-коричневую кровь вместе с частичками мозга.

Ком подкатил к горлу, всё же мелкий ещё... К счастью, вновь вспыхнула надпись, перенаправив внимание:

[Младший Вурдалак был сражён. Примите награду: "Удар Кинжалом" x1, Монеты "Каир-Ха" x5]

На грани взгляда мелькнули обновившиеся циферки карт. Смахнув текст ненужным жестом пальцев, я не смотря вниз, переступил через труп и двинулся дальше в открывающиеся двери, за которой было три прохода, по одной двери в конце каждого.

Хорошо, что прошел период, когда я двигался наугад (это было смертей пять назад, не больше), потому быстро прикоснулся ладонью к полу.

Короткие белые линии лились между плитами, пока не пришли каждая к своей двери, на которых возникло три узора: "меч", "сундук" и "знак вопроса".

Как для младшеклассников, ей Богу.

Отправился к двери со "знаком вопроса", так как мне не нужен ни классический бой ещё с одним Мальцом, ни тяжёлый бой с парой Мальцов, где наградой будет какая-нибудь бесполезная чушь, наподобие новых сапог. Они не помогут в битве с Дуболомом.

Уж лучше рискнуть и за неизвестное испытание получить нечто действительно полезное.

Дверь осталась позади. Заблестел и хрустнул под ногами иней. Нос тронул холод. Только в этот момент глаза полноценно передали картину новой комнаты: квадратной, с массивной колонной посередине и... Со сраным трупом, приколотым копьём прямо к злосчастной колонне!

- Твою-то...

Меня прервал резкий хруст костей. Рука "трупа" дёрнулась. Кожа на локте лопнула, стрельнув всё той-же венозной кровью, сбросив с себя изморозь. Белые пальцы твари обхватили древко копья, что пробило его живот. Глаза распахнулись, демонстрируя окрашенный красным белки.

Это точно плохо, плохо и ещё раз плохо! Чёртовы извращенцы-некрофилы, которые меня засунули сюда!

Казалось, сетчатку обожгло ликом карт. Защита кинжалом!

Прежде чем я успел хоть что-то понять, Вурдалак рванул от колонны, мышцы живота лопнули с коротким хрустом ледяной крошки и он полетел на меня, сверкая голубым зрачком.

Мышцы напряглись, ноги ушли в сторону, протащив тело, а рука выставила кинжал лезвием вперёд под лёгким углом, пока колени сгибались.

Воздух прорезал неприятный душок. Вурдалак оказался передо мной. Колени закончили движение, сделав меня ниже. Тварь вскользь порезалось о лезвие пузом. Удар, четвёрка сменилась тройкой.

Тело пружиной устремилось вверх. Я мгновенно выпрямился, прибавляя кинжалу веса. Лезвие и кулак ударили по Вурдалаку. Вскрик боли и его протащило по земле, оставляя грязно-алый след в выбоинах камня.

Пальцы задрожали, а зубы сцепились, когда ногу пробила невыносимая боль.

Только вот заканчивать рано.

Вурдалак резко встал. Повернулся. Дикий взгляд упёрся в меня, неспособный перевести внимание с мерзкой картины: с рёбер снят лоскут белёсой кожи, бочину исполосовало множеством мелких царапин, а в животе зияла дырка.

Хотелось блевануть от этой картины. Сдержался. Эта тварь всё ещё в силе - крови нет. Она подморозила себя.

- Чёртова сосулька. - Прохрипел я, видя, что Вурдалак не спешит нападать, а только рычит, да выпускает пар изо рта. - Какого хрена, вам мразям, не быть обычными безмозглыми мобами!

Звук отразился от стен и... Заставил Вурдалака кинуться вперёд!

Обратный хват! Цифра на карте вспыхнула полным нулём.

Элегантное движение ладони - лезвие ушло мне за спину. Меня бросило вниз в резкий присяд, с выставленной вперёд ногой, которую тут-же пронзила болезненная дрожь.

Вурдалак оказался в метре от меня. Удар! Осталась гордая двойка.

Меня бросило вперёд рывком. Пахнущая смертью и холодом плоть, оказалась почти перед носом. Плечи напряженно ушли влево и... Кинжал на полном ходу врывается в копчик! Тело скручивает так, что я оказываюсь за спиной противника. Ещё одно сокращение мышц и свободная рука хватает Вурдалака за шиворот, с силой потянув голову вниз.

Позвоночник натужно хрустнул. Вурдалак заревел, а кинжал вырванный уже моим собственным движением, пробивает макушку твари.

Всё на миг замирает... А после отмирает, когда сквозь зубы вырывается желчная кислота и капает на камень. Открываю рот. Жёлтый поток ушел вниз, пока всё тело ныло и дрожало. Ноги чуть-ли судорогами не сводило, как собственно и плечи.

Ненавижу этот баф! И тот, что у Леопольда! Да вообще все бафы, которые вяжут из мышц узел! Твою мать, как-же больно! Не зря я презирал все эти тупые рогалики, кто-б мне только сказал, что Бог накажет и моё тельце окажется во власти чёртовых карт!

Тело Вурдалака стукнуло об пол.

Я приходил в себя минут пять, прежде чем наконец заметил застывшую перед глазами надпись:

[Заколдованный Вурдалак, некогда защитник "Каир-Ха" - нашел свой покой. Примите награду: "Заколдованный Кинжал", Монеты "Каир-Ха" x25]

Ну спасибо, он покой нашел, а мне очередная... Левую руку, в которой недавно не было ничего, легла холодная, обтянутая кожей ручка кинжала, чьё лезвие отливало кристалликами инея. Глаза упёрлись в награду. Покрутил и так и эдак, не сумев сдержать выдох.

- Ладно-ладно, признаюсь, получить второй... "Ствол", стоило битвы с этой ледяной мразью.

От воспоминаний, как этот гад наблюдал за моими муками, пока внутренности превращались в ледышку, а лёгкие судорожно выталкивали воздух, который закупоривал ноздри - вздрогнул, а после разозлился.

Ступня ударила по трупу. Секунда-две-три... Больно!

Отпрыгнув от Вурдалака, который после смерти решил стать углом тумбочки, я размял пальцы ног за тонким слоем кожи сапогов. Впереди поднялась пыль, очередные двери были открыты.

Обойдя труп по широкой траектории, чтобы не дай Бог, удариться об эту сосульку мизинцем, я направился к открытому проёму, за которым меня встретила привычная картина коридора с тремя путями, но с одним ма-а-леньким отличием... Справа у стены лежал иссохшееся тело, в изношенной, пораженной ржавчиной броне.

М-да.

В первый раз я орал, как маленькая девочка. Тот ещё хоррор, найти в "безопасном" коридоре труп. Но! Теперь я не маленькая девочка - я эмо-подросток, которая слушает тяжелый металл, поэтому единственная мысль, появившаяся в голове...

ХАЛЯВНЫЙ ЛУТ!

Даже без убийства разного рода некрофильских отродий!

Неплохие, хоть и изрядно истоптанные сапоги, как влитые сели на мой сорок седьмой размер ноги, а тонкий ремень, чуть унял желание тряпок поддаваться каждому порыву воздуха. Если-бы я знал, что найду тут клад, то выбрал-бы Леопольда. У него карты завязаны на движения воина привычного к броне, а так... С завязанными на пластичность картами Нори, я скорее отделю туловище от ног, если надену броню.

Печально постучав по броне, которая однозначно лучше стартового комплекта Леопольда, я вновь прикоснулся рукой к полу, вызвав белые линии, устремившиеся к дверям.

Взгляд лениво скользнул, по значку "меча", с неприязнью перескочил со "знака вопроса" и упёрся в... Белый знак монеты.

Предвкушение встречи с торговцем заставило улыбнуться.