Пошлый мотив

Пошлый мотив

У следователя Ильиной выдался просто отвратительный день: ее вызвали в СК и вручили уголовное дело, которое она ни за что не стала бы вести по собственной воле.

Убийство во время ограбления, что может быть гаже?!? Ильина долго в одиночестве в своем кабинете изучала детали совершенного преступления, к расследованию которого ее подключили постфактум, предоставив только фото и документальные отчеты, но безо всякой возможности исследовать место преступления.

Маргарита Ильина вот уже пять часов шерстила все материалы уголовного дела, изучала фотографии места преступления, перечитывала показания чудом выживших сотрудников ювелирного магазина, а также протоколы бесед с родственниками погибших, коих было шесть человек, двое охранников, кассир, двое консультантов, и одна посетительница... которую вполне можно (и по мнению Ильиной, нужно) было считать двумя пострадавшими, ибо она была на девятом месяце беременности, и, что сначала показалось Ильиной примечательным, грабитель убил охранников, вошел внутрь, и, заметив клиентку, сначала выстрелил ей в живот, и только потом в грудь; после чего застрелил кассира и консультантов, а находившиеся в тот момент в подсобном помещении арендатор, владелец ювелирного, и еще двое консультантов, спаслись, заперевшись в подсобке, куда грабитель сначала попытался попасть, но быстро передумал, сгреб все, что было в магазине, включая выручку, составившую более полумиллиона рублей (что навело Ильину на предположение – это ограбление совершилось по наводке кого-то своего, кто знал о сумме, лежащей в кассе, а также и о том, что в ювелирном за день до ограбления обновился ассортимент, включая дорогие бриллианты, и другие более ценные вещи, чем те, которые были у владельца в ассортименте до этого дня).

Перечитав протоколы допроса родственников пострадавших, Маргарита мысленно практически исключила из числа подозреваемых тех убитых охранников, потому что по словам их жен, и показаний владельца магазина, они ничего о выручке в тот день не знали, а по его мнению (с которым следователь заочно согласилась) сумма выручки была не менее важна для грабителя, чем украшения, которые он похитил.

Марго уже перепроверила список всех украденных вещей, и сделала несколько звонков своим контактам в мире скупки краденных ювелирных изделий (а у Ильиной хватало нужных связей, полезных в деле раскрытия различных преступлений), и отослала им эти списки с фотографиями украшений и просьбой сразу поставить ее в известность, если что-то где-то, на черном рынке, или в даркнете, всплывет, их попробуют продать, по одному или партией).

Составив предварительный список подозреваемых, в который Рита включила пока даже безутешного вдовца убитой беременной посетительницы магазина, Ильина позвонила изначально ведущему дело следователю, Панину, и попросила с утра собрать всех, кого она включила в список, у него в кабинете, чтобы она могла с ними лично поговорить.

Панин воспринял ее звонок исключительно враждебно.

— Прежде чем диктовать мне порядок действий и требовать обеспечить вам беседы с подозреваемыми (вами), может, вы поясните мне, почему СК привлёк к этому делу вас?

Маргарита секунду подумала и ответила:

— Всё очень просто: в СК решили, что вы не справляетесь с поставленной задачей, как можно быстрее найти грабителя и убийцу.

— Вы так говорите, будто думаете, что это разные люди...

— Нет, пока я думаю, что это был один человек, но допускаю, что у него мог быть как корыстный мотив, и он просто убрал охрану и мешавших ему свидетелей, а может, это был личный мотив, и он (или она) хотели убить кого-то из жертв, и замаскировать убийство под убийство с целью ограбления.

Определиться я смогу только в ходе расследования, поэтому желаю поговорить с подозреваемыми (мной) лично.

Но уверяю вас, — добавила Маргарита, — что подсиживать вас я не собираюсь, но раз уж меня назначили на это дело, позвольте мне вам помочь.

Панин помолчал и сказал на это:

— Похоже, мы оба – люди подневольные. Если сможете раскрыть дело, я лично признаю, что в СК были правы. И да, я помогу вам чем смогу. Лишь об одном прошу в ответ: держите меня в курсе своего расследования, а мы со своей стороны будем держать вас в курсе своего.

— Договорились.

— Через сколько вас ждать?

— Через час. Вы за это время успеете?

— Собрать людей? Успею.

— Значит, до встречи, Константин Юрьевич.

— До свидания, Маргарита Павловна.

***

Ильина приехала в отделение к Панину ровно через шестьдесят минут, она вообще всегда и всюду приходила вовремя, для нее это было исключительно важно.

Постучавшись в дверь к Панину, и услышав "войдите", она вошла, и ей на встречу вскочил мужчина среднего роста, с живыми зелеными глазами, копной седеющих волос, огненно-рыжих, крепким телосложением, и манерой пружинить шаг, очевидной даже в том, как он преодолел расстояние от своего стола до двери, чтобы заключить ладонь Маргариты в стальное рукопожатие.

— Люблю пунктуальных людей, сам ненавижу опаздывать. Думаю, мы с вами поладим. Присаживайтесь, Маргарита Павловна, чайку, кофейку, может перекусить что-нибудь желаете?

— Нет, давайте сразу к делу.

— Извольте. Я буду приглашать ваших подозреваемых сюда, в кабинет, по одному, чётко по вашему списку. У меня к вам единственная просьба – потом поделитесь со мной своими выводами, хорошо?

— Хорошо, как только я закончу, мы с вами сходим в ближайшее кафе, поедим и я вам всё расскажу.

— Вот и чудно, ну и я вам тоже расскажу, какие у нас тут подвижки.

Маргарита кивнула, и не стала давить на Панина. Сейчас ей было, о чем подумать.

***

Три с половиной часа и двенадцать бесед спустя следователь Ильина вышла из здания немного передохнуть, достала отключенный на время бесед мобильный телефон, включила его и тут же увидела, что у нее входящий звонок. Улыбнувшись, она приняла его.

— Привет, это ты такой догадливый, почувствовал, что я телефон включила, или у меня пропущенных от тебя тьма?

— Я прозорливый, — ответил звонивший, и хищно улыбнулся. Маргарита хорошо знала этот тон и улыбку видела много раз.

— Я соскучилась, — тихо и откровенно сказала Рита.

— Я тоже, — на полтона ниже, чем обычно, сказал звонивший, и добавил, — ты же знаешь, мне без тебя будто вентиль перекрывают... Рит, мы с тобой когда документы в ЗАГС подавать пойдем? А то мне никак не подстроиться под твой график. Кстати, я уже купил нам кольца. Хватит тянуть кота за яйца, выходи за меня!

— Совсем я тебя измучила, что ты уже прямо говоришь мне об этом. Давай так, я закончу с этим делом, которое на меня повесили в СК, ограбление и массовое убийство в ювелирном, ты наверняка слышал уже...

— Да, читал сегодня рано утром в ленте новостей. Так тебя назначили пост-фактум? Там же дело вел Панин...

— Ну да, но его работой недовольны в СК, и привлекли меня...

— Всего день прошёл, а они уже недовольны? Круто гайки закручивают. Ты знаешь, почему?

— Знаю... Владелец магазина, который чудом спасся, они втроем с двумя консультантами заперлись в подсобке, он муж старшего следователя СК Валерьевой. Она сама дело взять не могла, она – лицо заинтересованное, а меня вот назначила, знает, что я буду беспристрастна.

— Ты у меня следак от Бога! Давай, бери быка за рога, находи вора, и сразу после этого со мною в ЗАГС. И в этот раз чтоб безо всяких отговорок. Ты была тридцать-шесть лет Ильина, пора тебе сменить фамилию.

— Принято! Слушай, так ты серьезно настаиваешь на том, чтоб я твою фамилию взяла?

— Серьезно.

— Договорились!

— Правда? Ты же знаешь, это многое для меня значит, что моя жена носит мою фамилию...

— Сказала же, договорились! Ладно, целую, пойду я, еще отчет писать, Панин хочет, чтобы я с ним оперативно выводами поделилась...

— А что ты думаешь сейчас? Убийство, замаскированное под ограбление, или всё-таки ограбление, а жертвы – сопутствующий ущерб?

— Сейчас пока я склоняюсь ко второму. Всё-таки ради ювелирки и денег.

Рита слышала, как он зарычал тихо.

— Пять (а так-то шесть) трупов и всё ради денег... Какой...

— Пошлый мотив, я знаю. Родной, пойду я. Работа не волк, но...

— Куй железо, пока горячо. Я в тебя верю. И целую...

— Только про шейку и за ушком не говори ничего, а то моя работа встанет и уже не двинется с места, убегу к тебе... сразу.

— Я тебя люблю, Маргаритка!

— И я тебя, ненаглядный!

***

В трубке наступила тишина, "давай шевелись", приказала себе Ильина.

С Паниным они вдвоем пешком дошли до небольшой кофейни, заказали горячее, черный чай в большом чайничке, и Рита рассказала коллеге обо всем, что ей удалось узнать и о своих выводах.

— Есть у меня предположение, что наводчиком была одна из убитых консультантов. Она знала о поставке, знала о выручке, в ее телефоне обнаружились вызовы на незарегистрированный номер...

— Выходит, он не хотел делиться, — нервно потирая переносицу, воскликнул Панин. — Может, и план-то у них изначально другой был?

— Вполне вероятно...

— А как насчет заказного ограбления? Что если руководил всем этим кто-то третий?

— Я тоже об этом думала. Проверила контакты и финансовое положение хозяина магазина. Всё украденное застраховано, и у владельца есть долги по выплатам арендной платы и не только. Но он муж моей непосредственной начальницы, старшего следователя СК Валерьевой Натальи Егоровны. Она голову готова на отсечение дать, что никакого повода грабить собственный магазин, да еще с умноженным на пять летальным исходом у ее мужа не было. Я же всё равно всё решила проверить сама. На первый взгляд всё чисто, в порочащих связях он не замечен, и Наталья клянётся, что у них в личной семейной жизни всё тип-топ. Под нее я копать не могу, а вот под него легко. Что до ее связей и вероятного мотива, делегирую проверку вам.

Панин улыбнулся.

— Благодарю за доверие! Всё исполним в лучшем виде.

— А я пока проверю, что там с мотивами той девушки, Аглаи Мельниковой, ее мама рассказала мне, что ей вечно не хватало денег, а ей нравилось жить на широкую ногу, что средняя зарплата консультанта не позволяла и приходилось сильно стараться, чтобы продажи возросли, ведь консультанты получают процент от каждой продажи. Она вполне могла связаться с каким-нибудь мужчиной, бандитом, и навести его на своё место работы, не ожидая, что он во время ограбления решит забрать всё себе, и убить и ее, вместе с другими свидетелями.

Что до кассира и второй девушки, у них никаких веских мотивов пока не обнаружила.

И у скупщиков краденного на черном рынке пока что ничего не всплывало.

— Хорошая работа, коллега, браво!

Маргарита улыбнулась, а потом сказала:

— Мне сегодня еще отчет писать, побегу я.

— Вас проводить?

— Нет необходимости, я отсюда близко живу.

Рита не стала говорить, кто на самом деле там близко живет.

***

— Привет!

— Привет, ты сногсшибательно красива!

— Перестань, я устала как собака, и еле передвигаюсь, плюс еле ворочаю языком.

— Моя бедная девочка, иди сюда, к Юре на ручки, вот так. Оп-па, пошли в кровать, завтраком утром накормлю, до того, как тебе на работу, я же позже выхожу, чем ты.

Уложив ее на кровать и забравшись рядом, он долго гладил ее по волосам.

— Ты неотразима. И ты – моя?

— Твоя, раз и навсегда.

— Уверена?

— Да!

— Тогда вот кольцо, и теперь я считаю по праву тебя своей, всецело только моей.

— Считай. Кольцо... божественно.

— Нет, кольцо обычное, это ты делаешь его божественно красивым, нося его на своей руке.

Утром, как и обещал, он кормил ее завтраком, хотел подвезти, но она лишь поцеловала его в губы и сказала, "досыпай".

Стоило же ей встретить Панина, как увидела, что зеленые глаза коллеги горят огнем, как у всякого следака, вышедшего на след преступника.

— Поторопились в СК с вашим назначением, Маргарита Павловна, поторопились! Сегодня, через пару часов, мы арестуем заказчика ограбления, а позже он расколется и назовет нам и имя исполнителя, то есть убийцы!

— Вы вышли... на заказчика? Но как? Так быстро?

— Вот! Быстро! Всего два дня следственной работы. У владельца ювелирки есть враг, Рудольф Арнольдович Куприянов. А у Куприянова есть приятель, которому он должен - миллион рублей. Приятель - крутой чувак, и Куприянов как огня его боится. Мы задержали Куприянова три часа назад, он долго нос воротил, сотрудничать не хотел, но мы прессанули и он указал на того, кому вчера вечером перевел полмиллиона рублей, те самые деньги, чтоб он ему отсрочку дал.

В обед произведем арест и устроим Куприянову с его приятелем очную ставку.

Рита не стала допытываться, что это за приятель, а вернулась в свой кабинет, и там как следует прошерстила Интернет на предмет изучения личности этого Рудольфа Арнольдовича. Мутная оказалась личность.

От этого занятия ее отвлек звонок.

— Привет, солнышко, у тебя обед?

— Да, взял перекусить прямо на рабочем месте.

— Только не ешь всухомятку!

— Я купил на вынос кофейку...

— Не выспался, а всё из-за меня, бедный...

— Перестань, мне в радость... Слушай, повиси, стучит кто-то.

Войдите!

— Вольжанский Юрий Алексеевич? Следователь Панин. Вот постановление о вашем аресте по обвинению в организации ограбления ювелирного магазина, произошедшего двое суток назад, в ходе которого погибли пять человек. Вы имеете право на адвоката, всё, что вы скажете, будет использовано против вас в суде...

Юрий успел нажать отбой до того, как ему надели наручники, а Рита стояла посреди своего кабинета, тупо уставившись на трубку. Этого не может быть, лихорадочно твердил ее воспаленный разум. Этого не может быть!

***

Но это было. Рита узнала имя задержанного Паниным в итоге от него самого. Теперь же Ильиной предстояло решить непростую моральную дилемму: учитывая, что Юрий – ее жених, по правилам она должна была отказаться от участия в расследовании. Но с другой стороны понимала – если она продолжит работать как ни в чём не бывало, то быстрее сможет раскрутить этот клубок, и найти настоящего заказчика (если у Куприянова был заказчик, в чём Рита очень сомневалась; скорее Куприянов решил подставить человека, которому был должен, чтобы в итоге не отдавать долги, и чтобы повесить на Юрочку заказное ограбление с массово летальным исходом).

В невиновности же Юрочки Рита была более чем уверена: совершить такое ради денег Юра не мог, для него материальная нажива – слишком пошлый мотив.

"Он не мог, не мог, не мог", — шептала про себя Маргарита, и, стоило ей получить таки право допросить Куприянова, она вцепилась в него мертвой хваткой.

— Вы показали на допросе, что заказчиком ограбления стал Вольжанский Юрий Алексеевич. Вы подтверждаете свои слова?

— Подтверждаю, — гадко ухмыльнувшись, ответил Куприянов.

— Вы также показали, что Юрий Алексеевич – ваш приятель...

— Это так.

— Нет, это не так! Юрий Алексеевич начальник отдела кредитования банка Рассвет Кредит. Он утвердил вашу просьбу к банку взять кредит на миллион рублей. Лично он с вами не знаком, и никаких личных средств вам не одалживал. Более того, пробив его мобильник, мы убедились, что никаких созвонов между вами не было.

— Он пользовался левой симкой...

— И левым аппаратом? Второго мобильника у Вольжанского также не нашли.

На какой номер вы ему звонили? Вот вам бумага, ручка. Номер.

— Мобильник у него наверняка дома лежит.

— Господин Куприянов, обыск в квартире, в офисе, на даче Юрия Алексеевича уже произведен. Никаких левых мобил там не обнаружено! Более того, и пятьсот тысяч вы перевели на корпоративный счет в банке Рассвет Кредит, а вовсе не на личный счет Вольжанского. А почему? Потому что вы его не знали!

Вы не приятельствовали с Вольжанским, вы просто выбрали козла отпущения. Я же точно знаю, что заказчик у ограбления все-таки был!

Рита видела, как Куприянов побледнел.

— Да, кто-то свёл вас с несчастной Аглаей, одной из консультантов, приказал охмурить ее, предложить ей план быстрого и легкого обогащения, а потом приказал убить ее во время ограбления. Но было кое-что, чего вы не знали. Вторая консультант, Вероника, тоже была беременна, как и та несчастная покупательница, оказавшаяся не в том месте не в то время. Вы убили двух беременных, вот отчет патологоанатома. И сравнение ДНК ребенка Вероники указал на отца - владельца ограбленного ювелирного, мужа старшего следователя СК Натальи Егоровны Валерьевой, с которой вы не только созванивались за последние месяцы более пятидесяти раз, но и не раз попадали на различные камеры слежения торговых центров в районе вашего и ее мест постоянного проживания. Вы с Валерьевой любовники, и, как мы успели понять, иметь отношения на стороне в семье Валерьевых было обычным делом, но условие было одно – никаких незаконнорожденных детей.

А тут Наталья узнает, что любовница ее мужа ждет ребенка, а муж не собирается настаивать на аборте. Наталья готова дать мужу развод, но хочет денег, отступные. А муж заявляет, "не дам тебе ничего, и думать забудь". Магазин-то его. Тогда вы между собой и решили узнать, когда в магазине будет наличка, новые поставки, застрахованные, Наталья связала вас с Аглаей, а та и понятия не имела, зачем вы стали за ней ухаживать.

Ну, а потом все концы в воду. Валерьева была уверена, что муж испугается и будет молчать. Он и молчал. Им вся эта грязь и кровь могли сойти с рук, если бы вы ни постарались найти козла отпущения в лице Вольжанского, у которого не было никакого реального мотива!

Куприянов долго и зло смотрел в глаза Ильиной, а потом прошипел:

— Вы ничего не докажете!

— Ошибаетесь, Валерьева арестована, ее муж задержан, оба заливаются как соловьи. Наталья сдала вас, с потрохами.

— Объясните, почему вы стали дальше копать, ведь я четко подставил Вольжанского? Мы даже мобильник ему подкинули, цацки, деньги...

— Эти?

Рита показала Куприянову пакет.

— А это всё нашли у вас! Вовсе не у Вольжанского.

— Как это, у меня?

— Очень просто, ваша Наташа просто не успела подкинуть всё это в офис к Юрию Алексеевичу, ее задержали с содержимым этого пакета у вас в квартире. Облажались вы с ней, знатно облажались.

И Рита одарила Куприянова хищной улыбкой.

***

В итоге Куприятнов получил пожизненное, Валерьеву осудили на пятнадцать лет в колонии строгого режима, а ее муж отделался административным взысканием за финансовые махинации – он через кассу магазина отмывал бандитский чёрный нал.

Его убили на пороге собственного магазина через день после того, как он подписал согласие сотрудничать со следствием. Убийцу и заказчика не нашли.

***

— Здравствуйте, Маргарита Павловна!

— Добрый день, Константин Юрьевич!

— Слышал, у вас послезавтра свадьба, с Вольжанским Юрием Алексеевичем. Поздравляю.

— Благодарю вас.

— Это что ж выходит, познакомились вы благодаря тому делу о кровавом ограблении ювелирки? И так быстро всё у вас сладилось...

— Мы познакомились... задолго до этого.

Панин окинул Маргариту взглядом и заметил:

— И тогда вы никому об этом не сказали, чтобы вас не сняли с дела, понимаю. А кабы он был виновен, — прищурил зеленые глаза Костя, — вы бы всё равно его отмазывали?

— Ну, начнём с того, что я знала – он виновен быть не мог, не в том преступлении, которое было совершено ради денег. А коли был бы виновен, я бы его отмазывать не стала, просто... по этапу за ним бы пошла!

— О как...

— Да, так. Но дело в том, что на втором свидании я спросила его, способен ли он – убить человека. А он и сказал мне, "При определенных обстоятельствах любой человек способен". А при каких, спросила я, он бы – не смог. Он сказал: "Ради денег никогда, убивать из-за денег – это пошло. Самый пошлый мотив!"

Я ему тогда легко поверила. А то, что совершили Валерьева с Куприяновым, изначально было лишь ради денег. Пять трупов, не считая нерожденных двоих... У меня ни на миг не дрогнуло внутри, мой Юрочка не мог этого сделать.

Поймите, Костя, я его знаю, а вы – нет. Поэтому, стоило Куприянову назвать заказчиком – его, я быстро догадалась, в каком направлении копать.

Костя помолчал и кивнул.

— Приходите на свадьбу, будете подружкой невесты.

— А приду, если ваш муж спокойно примет это.

— Гарантирую, бить вас, Костя, он не станет.

Поцеловав Рите руку, Панин пошёл по своим делам, думая про себя: "Да, по сути он прав, любой способен, и лишь монстру не нужен мотив. Убивать же из-за денег – действительно, что может быть пошлее".