Последнее дело

1. Завязка

Нью‑Йорк, 1953 год. Дождь хлестал по окнам участка, размывая неоновые огни Бродвея. Детектив Фрэнк Маллой, с мешками под глазами и пачкой «Честерфилда» в кармане, собирался на пенсию. В столе — недописанное заявление, в ящике — сломанные часы, подаренные женой перед смертью.

Но шестая папка не давала покоя.

Шесть жертв. Банкир, официантка, библиотекарь, таксист, актриса, священник. Разные возрасты, полы, статусы. И везде — мгновенная смерть без признаков насилия.

Фрэнк разложил фото и начал выписывать детали:

* Банкир купил корицу в лавке на Пятой авеню за час до смерти.

* Официантка добавляла корицу в какао на смене.

* Библиотекарь заваривала чай с корицей в читальном зале.

* Таксист держал пакетик приправы в бардачке.

* Актриса посыпала корицей десерт перед съёмками.

* Священник использовал пряность в ритуальном напитке.

Первая связь: корица. Но почему именно она?

2. Расследование

Детектив отправился в лавки. Хозяин «Spice Haven» нервно теребил край фартука:

— Пару недель назад некий джентльмен заказал крупную партию корицы. Сказал — для благотворительной акции.

Фрэнк нахмурился. В голове щёлкнул механизм. Он достал старые дела и начал сопоставлять даты. И тогда увидел вторую связь — все жертвы в разное время посещали частную клинику доктора Эванса.

В архиве — пыльные папки с историями болезней:

* Банкир лечился от бессонницы.

* Официантка — от хронической усталости.

* Библиотекарь — от мигреней.

* Таксист — от болей в спине.

* Актриса — от нервного истощения.

* Священник — от проблем с сердцем.

Все получали одно и то же «чудо‑средство» — тонизирующий сироп с экстрактом корицы.

3. Открытие

Мотив прояснился. Доктор Эванс, блестящий фармаколог, десять лет назад потерял лицензию из‑за смерти пациентки. Но дело было не в ошибке — в его жену тайно лечил тот самый священник. После сеанса экзорцизма (священник был уверен: болезнь — происки дьявола) женщина впала в истерику, выбежала на улицу и попала под машину.

Эванс не сошёл с ума — он запланировал месть.

Но что‑то не сходилось.

Фрэнк достал снимок жены Эванса. На обороте — надпись: *«С любовью, от сестёр»*. Две девушки, почти неразличимые. Но в глазах одной — тепло, в другой — холод.

Он запросил данные по клинике. В колонке местных новостей — заметка: «Доктор Л. Эванс открыл частную клинику в Бруклине. Специализация — экспериментальная терапия». Дата — за три месяца до закрытия основной клиники Эванса.

— Два доктора? — прошептал Фрэнк. — Или один, играющий за двоих?

4. Тень близнеца

В морге — тело мужчины с лицом, как две капли воды похожим на Эванса. Тот же острый подбородок, те же тонкие пальцы. Но в глазах — застывшая ярость, не безумие.

На запястье — шрам. Такой же, как у доктора.

В блокноте, найденном при теле, — аккуратные записи:

* *«Фаза 1: активация спящего компонента»* (даты совпали со смертями жертв);

* *«Фаза 2: проверка масштабируемости»* (пустые строки);

* *«Объект Х: реакция на триггер»* (подчёркнуто трижды);

* *«Прометей‑7: протокол „Управляемый токсин“»*.

Фрэнк почувствовал холод. «Прометей‑7» — программа разработки биооружия. Принцип: *«Объект не должен знать о своём статусе»*.

5. Механизм яда

В блокноте — схема:

$$

\text{проаконитин} + \text{флавоноид (корица)} \to \text{токсичный каскад}.

$$

Проаконитин — синтетический аналог, встраивается в клеточные мембраны, остаётся неактивным годами. Корица запускает реакцию: смерть через 30–60 минут.

Фрэнк вспомнил слова Эванса:

— Вы думали, это аконитин? Нет, мы создали его тень — вещество, которое ждёт.

6. Встреча с Эвансом

Маллой сел напротив решётки. Эванс даже не поднял глаз — разглядывал собственные руки.

— Зачем? — тихо спросил детектив. — Даже если священник виноват в смерти жены… остальные‑то при чём?

— Не месть, — ответил Эванс. — Эксперимент. Чистый, как математика. Я хотел доказать: человек — всего лишь механизм. Чуть изменить состав топлива — и он ломается.

— То есть вы просто *проверяли* яд? На живых людях?

Неправильный Книголюб), [04.01.2026 20:12]

— Не яд. *Слабость*. Каждый из них когда‑то доверился врачу. Эта вера — их уязвимость. Я лишь показал, как легко её обратить против них.

— А ваш брат?

Эванс усмехнулся:

— Он всегда был лучше в грязной работе.

7. Вмешательство системы

В коридоре послышались шаги. Двое в тёмных костюмах без опознавательных знаков. Один кивнул Эвансу, второй достал папку.

— Детектив Маллой, — произнёс он ровным голосом. — Ваше расследование завершено. Дальнейшее участие нецелесообразно.

— Целесообразно?! — Фрэнк рванулся вперёд. — Вы убили шестерых!

— Мы провели полевые испытания, — спокойно ответил второй. — Сироп с «спящим» компонентом, активация через корицу… Всё сработало как надо.

Первый агент добавил:

— Программа «Прометей‑7» переходит в Фазу 3. Вы — объект Х. Ваша одержимость правдой… тоже часть протокола.

8. Последние часы

Фрэнк вернулся в квартиру. Что‑то было не так:

* конверт с письмом криво заклеен;

* в воздухе — чужой одеколон;

* на автоответчике — молчание, потом щелчок и сброс.

Он достал фото дочери. Они не общались год. Набрал её номер — линия оборвалась.

В баре он позвонил другу‑бармену:

— Том, если я пропаду…

— Опять твои загадки, Фрэнк?

— Нет. На этот раз — правда.

Линия оборвалась.

9. Финал

Маллой стоял у окна тюремной переговорной. За решёткой — Эванс, бледный, но с холодным блеском в глазах.

— Вы не брат, — произнёс Фрэнк. — Вы — часть эксперимента. Как и я.

— Наконец‑то догадались. Но поздно, — улыбнулся Эванс.

Двое в костюмах вошли без стука.

— У вас есть выбор, — сказал первый. — Подписать документы о неразглашении. Получить компенсацию. Забыть.

— Или?

— Или станете следующим «экспериментом».

Фрэнк медленно достал пистолет. Не свой — трофейный, изъятый у одного из подозреваемых.

— Попробуйте забрать.

Агент вздохнул:

— Жаль. Вы были перспективным субъектом.

Выстрел раздался прежде, чем Фрэнк успел нажать на спуск. Он рухнул на пол, чувствуя, как тепло растекается по рубашке.

Последнее, что он увидел, — Эванса, который наклонился над ним и прошептал:

— Теперь вы тоже часть уравнения.

За окном дождь смывал следы. Где‑то в темноте щёлкнул блокнот: *«Фаза 3: старт. Объект Y — активирован»*.

10. Послесловие

На столе в квартире Маллойда остались:

* сломанные часы (стрелки застыли на 3:17);

* фото дочери (на обороте — «Папа, я скучаю»);

* папка с делом (на обложке — штамп: *«Закрыто. Прометей‑7»*).

Дождь всё шёл