Последнее небо

Всё началось с того, что около двух месяцев назад я сидел на лекции и от скуки разгадывал кроссворды на телефоне в приложении "Собери или умри" - думаю, многие его знают. Там надо из букв, данных в случайном порядке, выстраивать слова. Всё шло нормально (даже странно уточнять это, когда речь идёт о таком простецком занятии, но, видимо, чего-то в этой жизни я не понимаю), пока мне не попалось одно максимально странное словцо. 14 букв, представленных следующими: и, м, л, т, л, к, к, и, у, е, н, т, т, х, а. Сам кроссворд при этом почему-то ужался до одной строчки. А самое главное, я совершенно никак не мог сообразить, в какую вменяемую последовательность можно было превратить этот набор символов? Конечно же, я полез в интернет.

Пробежавшись глазами по первым строкам услужливо высыпавших на экран ссылок, я пополнил личный словарный запас несколькими любопытными, но явно не подходившими к моей задаче терминами, отсеял ряд заведомо не соответствовавших критериям вариантов, рискнул открыть в новой вкладке "Ответы МЭЙЛ.ру", где "Оракул" с "искусственным интеллектом" умудрились устроить матерный рэп-баттл (к сожалению, лишённый нужных мне буквенных конструкций), и, в конце концов, ухватился взглядом за один результат, текст ссылки которого, кажется, дословно воспроизводил запрос, введённый мной в поисковую строку. Недолго думая, я перешёл на сайт, и мой телефон завис. Прошло около минуты, после чего экран предъявил мне белую пустую страницу с единственным небольшим изображением в центре, которое я не успел рассмотреть, потому что уже через мгновение устройство по-английски выключилось, оставив меня в стремительно мрачневшем удивлении.

Поторапливаемый недобрым предчувствием, я принялся нервозно жать на кнопку включения, а как только увидел, что телефон начал подавать признаки жизни, то сразу отложил его в сторону экраном вниз, в надежде, что когда через пять минут посмотрю на него снова, мы оба будем готовы сделать вид, что ничего не произошло. На удивление, так и вышло. Всё работало как надо, не тормозило и не глючило. Я открыл браузер, и даже ещё раз пролистал вниз страницу результатов, желая увидеть ссылку, по которой только что перешёл, но она пропала. Это обстоятельство вновь пробудило во мне тревогу, но я решил, что антивирус на моём телефоне установлен как раз для того, чтобы при отсутствии видимых проблем я мог не беспокоиться.

Зато по прошествии некоторого времени случилось нечто такое, на что не обратить внимания было просто нельзя. В тот день я ехал на метро домой с учёбы и, как всегда, бездумно ковырялся в интернете. В какой-то момент я обновил страницу браузера и с неудовольствием отметил, что в мои отношения с информационным потоком грубо вмешались: надпись на экране нахально требовала немедленно доказать ей, что я человек. До той самой минуты я не сталкивался с подобным явлением уже довольно долго, и, хоть испытал чувство раздражения, но всё же не смог проигнорировать тот факт, что действующие на нервы формулировки с последней нашей встречи претерпели некоторые изменения: "Мы зарегистрировали мёртвый трафик, исходящий из Вашей сети. С помощью этой страницы мы сможем определить, что вы ещё живы. Чтобы продолжить, пожалуйста, выберите те квадраты, на которых изображены существа, смотрящие прямо на Вас". "Да уж, специфический юмор" - подумал я, и устремил взгляд на предложенные картинки. Их было, как и полагается, двенадцать штук, и на каждой были представлены сфотографированные крупным планом люди и животные, смотревшие либо в камеру, либо куда-то мимо неё. Мужчины, женщины, маленькие дети, кошки, собаки. Все снимки были сделаны на улице или в общественном транспорте, и некоторые из наличествовавших на них людей в момент запечатления явно не подозревали, что на них нацелили объектив. Молодая девушка на одной из фотографий увлечённо смотрела в окно маршрутки, пока кто-то, сидевший спереди, быстро щёлкнул её на телефон, так, что половина кадра оказалась занята верхним краем его сидения. Преклонных лет дядечку с другого снимка оператор поймал в тот момент, когда тот, видимо, чихал, прикрывшись рукой. Плачущая пожилая женщина на заснеженной улице была снята исподтишка, сбоку.. Маленький мальчик, запечатлённый на фоне ледяной горки, смотрел в камеру с испугом и недоумением. Из следующего квадрата на меня единственным глазом, выглядывавшим из сплошного кровавого месива, пялился, скалясь половиной зубов, облезлый кот, находившийся, судя по фону, в каком-то подвале. Следующим шло изображение собаки, стоявшей, как мне показалось, на задних лапах, возле края стола, но не опиравшейся на него верхними конечностями, вообще отсутствовавшими в кадре, так, будто ей и без того было вполне удобно. В добавок к этому животина ещё и умудрялась подмигивать. Нажимать на картинки показалось мне не лучшей идеей, так что я просто открыл другую вкладку браузера и повторил запрос там.

Надежды не оправдались - меня встретила такая же капча. Перезагрузка телефона тоже не оказала эффекта. Можно было, конечно, ничего не предпринимать, а на следующий день просто отнести телефон в сервис, но интернет зависимость во мне переборола сомнения. Я выделил требуемые картинки и нажал на кнопку подтверждения.

"Вы нашли не всех. Попробуйте ещё раз."

На экране возникли те же изображения, что и ранее. Я присмотрелся к ним внимательнее, пытаясь понять, чего не заметил. Варианты ответа выглядели вполне однозначными, никаких скрытых деталей не просматривалось. Значит, всё должно было быть верно.. Я повторил свой выбор, однако, результат остался неизменным. Я в раздражении откинулся на спинку сидения.

И тут всё моё тело охватил сковывающий страх. Я испытал чувство, будто часть стены вагона за моей спиной вдруг пропала, и я оказался на волоске от того, чтобы просто провалиться назад, в щель между рельсами и перроном, от которого в ту секунду медленно начинал трогаться поезд. Я поспешно обернулся и среди скопившихся на платформе людей увидел женщину в бордовом пуховике, неотрывно сверлившую глазами моё окно, будто желая просочиться своим до ненормального внимательным и не выражавшим никаких эмоций взглядом сквозь стекло. В руке она держала авоську, из которой, как мне в последний момент успело почудиться, выглянула державшаяся на тонкой шее человеческая голова, тут и там покрытая клоками волос и имевшая форму кривого, намалёванного детской рукой шара.

Я отвернулся и зажмурил глаза, стремясь прогнать наваждение, а когда снова окинул взглядом вагон, то увидел, что слева, в трёх сидениях от меня, примостился странный мужик с протезами обеих ног и без левой руки, одетый в тёмную рубашку, потёртые джинсы и широкополую шляпу. Его лицо было ужасно бледным и сморщенным, как будто вся кожа на нём стремилась всосаться в условный центр, расположенный между носом и верхней губой. Из-за этого физиономия типа пугающе ужалась: брови, напоминавшие двух чёрных мохнатых гусениц, стали почти параллельны друг другу и сползли вниз, посиневшие губы оказались сдавлены сбежавшимися ко рту щеками, нос по высоте почти сравнялся с обступившими его буграми кожи. Лишь неестественно широко распахнутые на фоне остального лица глаза выбивались из общей картины, производя впечатление искусственных, наклеенных поверх заместо настоящих, потерявшихся в глубине складок. И эти "новые" глаза, почти сходившиеся один к другому слёзным мясцом под углом в тридцать градусов, не моргая уставились на меня. Взгляд их был настолько мучителен и сосредоточен, что, казалось, одно волевое усилие их обладателя и изуродовало остальную часть физиономии.

На ближайшей станции я вывалился из давившего клаустрофобией вагона в человеческий океан Тимирязевской и, не оглядываясь, поспешил к выходу. Единственным моим желанием в тот момент было покинуть метро, даже если это означало бы необходимость добираться до дома в два раза дольше обычного. Оказавшись наконец на улице, я уже было выдохнул с облегчением, но тут же заметил неподвижно стоявшего на противоположной стороне улицы парня, который уставился на меня. Он имел рост под два метра, но при этом был облачён в плащ, будто доставшийся ему в наследство от старшего брата-тролля. Рукава одежды свешивались ниже колен чудика, но гораздо хуже было то, что из правой манжеты высовывались две худенькие синеватые ручки, оканчивавшиеся на уровне середины голени.

В автобусе я ехал, стараясь смотреть только на спинку переднего сидения. Но как я не пытался мысленно переключиться на что-нибудь нейтральное, мне всё равно казалось, что я ощущаю чужие взгляды, ползавшие по мне, подобно огромным насекомым. Они мерещились мне то сбоку, за окном, то сзади, в глубине салона, то сверху, где находились сложенные на багажной полке сумки и рюкзаки. Один раз я в своём тревожном ожидании забылся и машинально достал из кармана телефон. Открывшаяся первым делом страница с капчей сразу же обновилась, и выдала новую вариацию сообщения:

"Вы по-прежнему нашли не всех. Рядом есть существа, которые смотрят прямо на Вас. Пожалуйста, будьте внимательнее."

Добравшись до дома почти бегом, я дрожащими руками выудил из недр рюкзака ключ и около двух минут ковырялся им в замке. В конце концов я влетел в квартиру и тут же запер дверь. Меня разбирал нервный смех. Что произошло? Или, вернее сказать, были ли связаны вещи, увиденные мной в течение предшествующих описываемому моменту двух часов в единое событие? Ведь по отдельности ни одно из них не выглядело слишком ненормально: какой-то вирус или глюк в интернете, не в меру разыгравшееся после напряжённого дня воображение, двое случайно встретившихся мне инвалидов, больных или просто странных людей. Я, как человек, выросший в Подмосковье, хорошо знал, какой отрицательный контраст, касающийся разного рода маргиналов, присутствует в Столице, так что частота подобных контактов также не была для меня особо удивительна.

Потерявшись среди рациональных соображений и параноидальных мыслей, я решил, что будет гораздо проще анализировать случившееся, когда его образы в моей памяти хотя бы слегка притупятся, и воображение перестанет фанатично их совершенствовать. Я снял куртку, умылся, выглянул в окно, где, конечно, не было ничего необычного, прошёл к себе в комнату и завалился на диван, раскинув руки. Так я пролежал минут десять, пока почти полностью не успокоился. Тогда я снова взялся за телефон и открыл гугл. Логика говорила мне, что теперь, в привычной обстановке, я смогу детально и без спешки изучить проблему, а беспокойное подсознание подсказывало, что у меня дома невидимым врагам будет нечем меня пугать.

"На Вас всё ещё смотрят. Попробуйте снова."

Что и требовалось доказать. Ни от каких уличных жутиков работа моего устройства не зависела, да и не могло такого быть. Значит, нужно было просто отложить телефон в сторону, чтоб как-нибудь случайно не усугубить ситуацию, а завтра - отнести его в сервис. В ту секунду, когда я пришёл к такому решению, в комнату ворвался очередной холодный порыв ветра. Желая избавиться от сквозняка, я поднялся с кровати и прикрыл дверь. Ещё стоя возле неё, я почувствовал, как мне опять стало дурно, потому что увидел, что страница на лежавшем возле подушки телефоне обновилась, и на экране возник привычный набор результатов. За закрытой дверью, в коридоре, что-то тихо зашуршало, будто пакет, потревоженный движением воздуха. Затем наступила ненадёжная тишина. Некоторое время я сжимал побелевшими пальцами ручку, а затем повернул защёлку и вернулся к дивану. Осторожно подняв смартфон, я оглядел его со всех сторон, закрыл злосчастную вкладку, повторил запрос в новой, несколько раз нажал на кнопку включения. Всё работало совершенно нормально, капча со странным требованием не возвращалась. Конечно, было невероятно глупо считать, будто одна из причин проблемы скрывалась в коридоре моей квартиры, но всё же мне было не по себе, поэтому минуло не менее получаса, прежде чем я решился выйти из комнаты и осмотреть другие части жилища, которые, как и следовало ожидать, оказались совершенно чисты.

Правда, я заметил одну деталь, почему-то вызвавшую у меня одновременно и новую волну тревоги, и прилив нездорового веселья. К счастью, она относилась не к физическому миру, а вновь - к моему телефону. Дело касалось строк, рекомендовавшихся браузером при вводе запроса. Я был совершенно уверен, что никогда не гуглил вещи, наподобие таких: "Как объяснить родственникам, что им нельзя приходить на мою могилу?", "Чей голос говорит с моим сыном во сне вместо меня?", "Как вспомнить лица людей, которых знал при жизни?", "Почему мне кажется, что в гробу ползают пауки?" и так далее, однако треклятое устройство считало иначе. Всё это выглядело и до жути неправильно, и до смешного абсурдно. Мне даже стало любопытно, что же за такой новый и необычный вирус я поймал, однако, когда на следующий день я явился по указанному в объявлении о ремонте телефонов адресу, стоявший за стойкой худосочный бородач с уныло-раздражённым вздохом сообщил мне, что моя ситуация "ему не знакома и не понятна". Он явно решил, что его разыгрывают. В тщетной попытке переубедить мастера, я было начал описывать ему подробности своих недавних злоключений, но быстро осознал, что рисковал нарваться на конфликт. Пришлось уйти ни с чем.

Конечно, я посетил ещё несколько сервисов, увы, с тем же результатом. Я пробовал "чинить" телефон своими силами, чистил кэш, устанавливал антивирусы, сменил сим карту и, в конце концов, сбросил на всякий случай аппарат до заводских настроек. Меня терзала мысль, что некие злоумышленники могли иметь доступ к моему устройству, хотя на протяжении тех нескольких дней, в которые я всем этим занимался, телефон не выказывал никаких подозрительных признаков. Это обстоятельство, в совокупности с предпринятыми усилиями, здорово усыпило мою бдительность, и я почти перестал ждать подвоха. Впрочем, форма, в которой он меня в итоге настиг, в любом случае сделала бы его крайне неожиданным.