Последний акт

Мир пал. Мир сгнил заживо.

Они назвали это спасением – эти благородные ублюдки в белых халатах. Развязали биологическую войну под сладкие речи о "будущем человечества". Лгали. Всегда лгали. На самом деле они просто строили себе ковчег, выбрасывая за борт шесть миллиардов ненужных пассажиров.

Триста лет.

Их герметичный бункер должен был простоять триста лет, пока вирус выжирал последних людей на поверхности. Триста лет сладкой анабиозной дрёмы в криокапсулах, чтобы проснуться в стерильном раю, где не будет ни трупов, ни воплей, ни греха.

Как же они ошибались.

Десять лет я рылся в руинах, переворачивал трупы, сливал кровь из вен умирающих – всё ради одного: найти вход. Мы, последние выжившие, уже не люди. Вирус перемолол нас, перекроил, оставил лишь пародию на жизнь. Мы ходим, дышим, боремся – но мы мертвецы на отсрочке.

А они... они будут жить.

Сегодня я стою в самом сердце их убежища. Металлическая платформа уходит в туман, такой густой, что кажется – вот-вот протянешь руку и ощутишь его вязкую плоть. Где-то вдалеке мигают огни, как глаза голодного зверя. Ветер воет в вентиляционных шахтах, принося запах ржавчины и чего-то кислого – запах самой смерти.

Меня лихорадит.

То ли вирус добирается до последних уголков моего мозга, то ли это дрожь предвкушения. В руке – ключ-карта. Вырвал её из пальцев того пьяного охранника, который так и не успел добраться до спасительных дверей. Его рвота была ещё тёплой, когда я обыскивал карманы.

Сейчас я поднимусь по этим лестницам.

Открою дверь.

И впущу в их стерильный рай тот самый ад, от которого они так трусливо бежали.

Пусть попробуют на вкус наш мир.

Нашу смерть.

Нашу месть.