Последний жрец чужого бога

Камал прекрасно помнил тот день, когда отец привел во дворец покрытого синяками странного мальчишку. Когда царевич вбежал в зал, чтобы приветствовать отца, то увидел неподвижно застывшую фигуру. Солнечный свет вливался в огромные окна, превращая незнакомца в неземное существо. Он очень сильно отличался от всех мальчишек, которых довелось повидать Камалу: бритая голова, худое тело, сплошь покрытое татуировками в виде змей, и огромные темные глаза. При звуке шагов мальчик развернулся всем корпусом, заставляя тем самым взметнуться вверх белые одежды. Его худые ноги тоже были покрыты татуировками.

- Кто ты? - тихо спросил Камал, осторожно приближаясь к незнакомцу.

Мальчик молчал, с интересом рассматривая царевича.

- Ты человек или дух? - в голосе Камала зазвенела дрожь.

- Я такой же человек, как и ты, - спокойно ответил мальчик и низко поклонился царевичу.

Камал растерялся. Конечно, он привык, что перед ним склоняли спины и головы, но этот поклон был чем-то другим. Царевич интуитивно ощутил, что этот жест несет в себе более глубокий смысл. Он тоже поклонился незнакомому мальчику. Несколько секунд незнакомец смотрел на Камала, а потом шагнул вперед, и уж чего точно не ожидал от него Камал, расцеловал в обе щеки.

- С этого дня ты - мой брат. Знай, что я всегда прикрою тебя своим телом, будь то вражеский меч, или вражеская стрела. Твой отец спас меня от смерти. Теперь моя жизнь принадлежит ему. И я сказал Владыке об этом. Он выслушал и назначил меня личным телохранителем.

Услышав это Камал сильно удивился. Он еще раз смерил фигуру мальчика оценивающим взглядом.

- Но как ты сможешь защитить отца, когда ты такой худой?

- Наша сила не только в умении держать оружие и носить доспехи. Я много чего умею и однажды я покажу тебе свои способности.

Камал не стал спорить, возможно, что этот мальчик говорит правду. Ведь абы кого отец точно бы не взял в телохранители.

- Я - Сардар, - представился мальчик и вновь низко поклонился царевичу.

- А я - Камал, старший сын Владыки Востока.

Так и произошло их знакомство, переросшее в крепкую мужскую дружбу.

Да, Сардар не обманул. Он в совершенстве владел многими видами оружия, а его движения были молниеносны и неуловимы. Но, ко всему прочему, мальчик обладал некой силой, которую благодаря концентрации, собирал в ладонях. Воздушный поток был такой мощи, что пробивал стену, или опрокидывал на землю хорошо экипированного воина. К тому же, его тело, в случае опасности начинало сочиться ядом, что приводило противника, коснувшегося его кожи, к смертельному исходу. Змеи, покрывающие тело мальчика словно оживали и обнажали свои ядовитые зубы.

Однажды, когда Сардара не было рядом, Камал спросил у отца о способностях мальчика, на что Замир лишь пожал плечами и рассказал о том, где и при каких условиях он нашел Сардара.

Замир со свои войском уже миновали большую часть пути. Пустыня, безжизненные земли, и большая часть гор остались позади. Поход был сложным и изматывающим, даже самые крепкие воины падали от усталости и жажды. Замир думал, что боги отвернулись от него, оставив бесславно умирать в горном ущелье. Одним вечером, когда большая часть солдат разместилась у костра, владыка решил немного пройтись и все хорошенько обдумать. Он шел, как вдруг ноги не почувствовали твердой почвы, и Замир кубарем полетел вниз.

Первое, что он увидел, когда открыл глаза - это россыпь звезд на темно-синем небе. Огромное око луны зависло над верхушками гор, разливая по серому камню мерцающее сияние. От такой красоты захватывало дух, и Замир приподнявшись на локтях, поудобнее прислонился спиною к скале. Такого чувства покоя он не испытывал уже давно. Тревоги и сомнения минувших дней отступили в полумрак, позволяя лунным лучам скользить по уставшему и израненному человеку.

Замир прикрыл глаза и мысленно обратился к богам, благодаря их за временную передышку. Некоторое время он сидел неподвижно, но вдруг потянуло пронизывающим холодом, и он понял, что надо выбираться. Когда в десятый раз он попытался вскарабкаться на верх и из этой затеи ничего не вышло, Замир понял, что попал в страшную ловушку. Ущелье, куда он упал, поглощало все звуки, и надеяться, что тебя услышат наверху было глупо. Оставалось надеяться на собственные силы.

Израненные руки устало скользили по холодной каменной поверхности, как вдруг под пальцами захрустела колючая крошка. Всхлипнув от радости, Замир с удвоенной силой стал выгребать крошку и отбрасывать ее в сторону. И когда владыка наполовину залез в вырытую ямку, почва под ним задрожала и стала осыпаться в какой-то каменный колодец. Замир так и не успел ухватится за выступающий над головою осколок, и увлеченный потоком пыли и мелкого камня, полетел куда-то вниз. Приземление было болезненным, от удара он потерял сознание.

Замир открыл глаза. Огненный шар медленно поднимался над горами, превращая обледеневший снег в груды драгоценных камней. Владыка привстал и осмотрелся. Сейчас он лежал у подножия одной из скал, а перед ним простиралось огромное плато, со всех сторон скрытое непроходимыми каменными валунами. Посередине плато стояла невероятных размеров статуя, изображающая обнаженного мужчину, тело которого было с ног до головы обвито змеями. Человек смотрел в небо, его руки тянулись вверх, а змеиные тела жались к рельефному торсу. На голове у него покоилась корона, в центре которой было сквозное отверстие. Как только солнечный шар достиг определенной высоты, то он идеально лег в эту ячейку, и уже через секунду мерцающая нить перекинулась через все плато к диковинному, по своему строению, храму.

Внешне храм напоминал оплывшую белую свечу, но присмотревшись можно было увидеть в застывших потоках, искаженные страхом лица. Замир быстро обратился к своим богам и осенил себя защитными знаками. Вокруг царила тишина, и даже отсюда было слышно, как недалеко от храма журчит горный ручей. Подавив чувство страха, владыка осмотрелся, и каково было его удивление, когда в нескольких метрах от себя он увидел вырубленные в камне ступеньки, уходящие высоко в горы. Не медля ни секунды, он из последних сил рванул вверх, и уже спустя минут двадцать, практически, свалился на голову своим встревоженным воинам.=мм=

Подкрепившись остатками еды и запив все водою из растопленного льда, воины во главе с Замиром двинулись к храму. Чем ближе они к нему подходили, тем отчетливее понимали, что стали свидетелями недавно разыгравшейся трагедии. Когда Замир впервые увидел храм, то вокруг стояла тишина, сейчас же внутри здания слышались предсмертные крики и лязг оружия. Повсюду на белоснежных плитах и у подножия статуи лежали окровавленные тела жрецов. Замир кивнул своим воинам, и те беззвучно окружили храм.

Мародеры застали жрецов врасплох во время утренней службы. Хорошо натренированные и молниеносные дети бога Змееносца были смяты большим количеством нападающих. Бандитам было все равно кому сносить голову: то ли дряхлому старику, то ли жрецу в расцвете лет, то ли юному послушнику. Они не щадили никого. Сардар сражался наравне со старшими жрецами. Мальчик видел, как один за одним падают братья по вере. Их оставалось несколько человек, в то время, как врагов было в разы больше. Не спасли тайные знания, не спасла сила потока, не спасла молниеносная реакция. Последний жрец тяжело опустился на колени, и уже через мгновение был рассечен на две половины.

Сардар стоял, как завороженный. Его мозг отказывался верить в увиденное, а тело одеревенело от ужаса. Он был последним, кто остался стоять между статуей Змееносца и убийцами. Жрецы и послушники усеяли своими телами мраморный пол храма.

Мальчик поднял глаза на статую бога.

- Отец Змей, спаси! Я единственный, кто сохранит веру в тебя. Единственный, кто эту веру будет нести, как вечно горящее пламя. Мои дети узнают о тебе. Мои внуки узнают о тебе. Ты будешь жить в моих словах и моих помыслах. Позволь мне жить!

Мародеры что-то кричали Сардару, но он их не слышал. Его уши оглохли от боли и страха. Детские ноги оскальзывались на крови собратьев, а дрожащие пальцы едва сжимали увесистый меч.

Солнечный луч скользнул по лицу божества. Сардар смотрел не мигая, боясь пропустить какой-нибудь тайный знак. И вдруг знак явился! Впервые за много лет Змееносец обратил свой взор на маленького жреца. Его белесые глаза полыхнули пламенем, а головы змей разом обратились в сторону двери.

По-видимому, потеряв терпение главарь шагнул вперед и занес над Сардаром боевой молот и в ту же секунду резко покачнулся. Изо рта торчала стрела. Он громко хрюкнул, и захлебываясь собственной кровью, рухнул лицом вниз.

В храм ворвались хорошо вооруженные воины. В считанные минуты они очистили помещение от мародеров. Когда с бандитами было покончено, все как один уставились на лысого, закутанного в кусок ткани, мальчишку. Тот стоял перед статуей своего бога и сжимал в руках оружие. Один из воинов что-то сказал через плечо, и солдат, стоящий у дверного проема, метнулся наружу. Через некоторое время в храм вошел Замир. Он сурово посмотрел на мальчишку.

- Что это за место и кто ты такой?

Мальчик молчал. Его сердце отчаянно трепыхалось под тонкой тканью.

- Я задал вопрос и ожидаю на него ответ. Ты знаешь кто я?

Мальчик отрицательно мотнул головой.

- Я - Владыка Востока. Передо мной положено склонять спину.

- Прости, Владыка Востока, но единственный перед кем я склоню свою спину это мой бог. Я со своими братьями, - мальчик сглотнул подкативший к горлу ком, - покланялись... поклоняюсь Отцу Змей. А это место называется - Последней Обителью Змееносца.

- Впервые слышу о таком божестве.

- Мы отшельники.

- И кому покровительствует твой бог? Змеям?

- Людям.

- Людям? - искренне удивился Замир.

- А разве люди не змеи? Неужели язык человека не источает яд, а сплетни не подобны шипению гадюк? Тот, кто поклоняется богу Змееносцу обретает живучесть и скорость кобры.

Живучесть? Замир обвел помещение выразительным взглядом.

- Мне кажется, мальчик, что твой бог обманывал вас. Какая живучесть? Твои братья мертвы, да, и сам ты истекаешь кровью.

- Мои братья не погибли - они живы, и будут жить до тех пор, пока бьется мое сердце. А кровь - это плата богу за спасение.

Замир с интересом рассматривал мальчишку. Тощий, жилистый, и умный не по годам.

- Я могу взять тебя с собой, но ты станешь слугой. А могу и оставить тебя здесь. Какой ты выберешь путь? Первый или второй?

- Третий. Я пойду с тобой, Владыка Востока, но ни как прислуга, а как твой телохранитель.

Услышав это Замир и его воины разразились смехом. Смеялись дружно и до слез.

- Я - воин. Нас готовили быть бесшумными, неуловимыми и меткими. Нас просто смяли численностью. Но даже сейчас, израненный и обессиливший, я одержу победу над любым из твоих воинов.

Улыбка соскользнула с лица Владыки. Темные глаза полыхнули озорством.

- Хорошо, я согласен на твои условия, но, если будешь побежден моим воином, то станешь моим личным слугой.

Мальчик колебался.

- По крайней мере, это равноценная сделка.

- Хорошо, я согласен. Только не жалейте меня. Дайте воина покрепче.

Замир сделал знак рукой и к мальчику подошел высокий воин. Его крепкие руки играли увесистым мечом.

- Не убивать, мальчик мне еще пригодится.

- Хорошо, Владыка, я постараюсь не покалечить мальца.

- Можно я сменю меч на палицу?

- Пожалуйста.

Мальчик подхватил с пола, оброненное кем-то из братьев, оружие. Взмах и палица со свистом рассекла воздух. Не успел воин и ахнуть, как всем телом повалился на пол.

- Ах ты! Сейчас я тебя проучу! - воин быстро поднялся на ноги.

Он стал размахивать мечом, оттесняя мальчика в угол.

- Не зашиб бы пацана, - послышался чей-то встревоженный голос.

Но пацаненок оказался не так уж и прост. Он уперся палицей в пол, сделал круговое движение, и уже воин оказался в ловушке. В углу сильно мечом не помашешь, зато тот, кто нападал, мог с легкостью наносить удары. Не прошло и несколько минут, как самый крепкий воин Замира скрутился на полу от боли.

- Достаточно! Я увидел все, что хотел увидеть. С этой минуты - ты мой телохранитель. Пока остановимся здесь и предадим тела жрецов... - Владыка запнулся и посмотрел на мальчика. - Вы предаете тело умершего земле или огню?

- Огню, - коротко обронил ребенок, опускаясь на колени перед мертвым жрецом.

Спустя несколько дней отряд под командованием Замира покинул храм, увозя с собою последнего жреца странного бога.