Последний из Рыцарей Смерти

— Госпожа, вам надо уходить, мы станем вашим щитом!

Белокурая женщина посмотрела на меня леденящими душу голубыми глазами и, ласково улыбнувшись, вернулась к магическим кругам. Сотни тысяч светящихся пентаграмм мерцали перед ней, заполняя все пространство в обширном зале. Некоторые разгорались ярче, некоторые тускнели, после чего осыпались множеством осколков, потеряв силу и покрывшись трещинами. Каждый такой погасший магический круг означал, что очередной товарищ пал в этой бесконечной битве с демонами на равнинах вечной зари.

— Госпожа, молю вас! — упав на колени взмолился я. — Светлые предали нас, бросили на острие атаки! Нам не выстоять! Умоляю, пока еще не поздно, уходите, оставьте нас! — я кричал, стараясь перекрыть своим голосом бесконечный звон осколков.

— Как же я могу… — тихо прошептала она.

Услышав ответ, внутри меня что-то лопнуло. Я хотел спасти ее, но пойти против её же воли не имел права.

— Если сгинете вы, то и ордену придёт конец! Без вас все будет кончено. Светлые окончательно победят. Наши жизни ничто по сравнению с вашей.

— Если вас не станет, тогда проиграю я… Как ваша владычица, что не смогла защитить подданных, — горькая улыбка застыла на её лице, и одинокая слеза скатилась по белоснежной щеке.

Мое сердце дрогнуло в пропустив удар.

В миг, когда над миром нависла угроза, свет и тьма решили встать плечом к плечу, чтобы дать ей отпор. Нам казалось, что тысячелетние распри наконец прекратились, и весь мир сплотился ради выживания, но мы ошиблись. Светлые! Даже перед лицом неминуемой гибели не смогли побороть свою ненависть. Они оставили нас в решающей битве в надежде, что мы поубиваем друг друга. И тогда им останется только добить выживших и возвестить о своей победе. Что за чудовищно коварный план.

— Госпожа, покиньте поле боя, отдайте нам магическую сеть. Пока живы вы, все еще не будет кончено, и однажды мы сможем отомстить.

— Если… Если бы я могла, — раздался тихий голос Госпожи. — Я не могу оставить всех, с кем связана. Слишком много боли, слишком много страданий, слишком много отчаянья и страха… Если я прерву заклятье, то что станет с теми, кто верит в меня и нашу победу… — Холодный пот катился по её лицу, пока она, используя связь, делилась энергией с каждым воином на поле боя, забирая их эмоции и страхи на себя.

Ужасающее заклинание, что выжигало в сердце неисправимые раны. Госпожа решилась на него в надежде, что сможет хотя бы так облегчить участь погибающей армии. Я даже представить не мог, что она испытывала сейчас, читая мысли сотен тысяч людей связанных с ней клятвой. Но такова была наша Госпожа, и другой мы не знали.

Нам оставалось только верить в неё.

Зал заполнил чудовищный звоном разбивающихся кругов. На поле боя произошло что-то ужасающее. Разом почти половина всех связей была разрушена. Госпожа рухнула на колени с искаженным болью лицом. Она едва сдерживала эмоции последнего мига стольких умерших людей. Ее тело мелко дрожало из рта потекла слюна, а глаза закатились метаясь под опущенными веками. Чудовищный откат превысил все её пределы.

— Уходите, — раздался металлический голос из-за моей спины. — Бери госпожу и неси её в подземелье башни. Там, в склепах, мы давно подготовили убежище. — генерал объединенной армии нежити и тёмных стоял в окружении верховных колдунов с опущенным на шлеме забралом.

Колдуны, манипулируя руками, перехватывали заклинание, забирая его с госпожи на себя. На их застывших и умерших от тяжести плетения лицах начали появляться призрачные лики умирающих в страшных мучениях солдат. Они добровольно принесли себя в жертву, став лицами, чтобы сдержать этот шквал. Нежить не имела эмоций. Нежить могла пропустить всё это через себя, но это не облегчило бы страданий умирающих.

Огромное тело генерала в черной броне встало между магическими кругами и госпожой. Он решил взять на себя её ношу координатора, так же принеся в жертву. Для простого смертного это был путь в один конец. Его душа навеки будет разорвана тысячами умирающих воинов, что в последний миг заберут её частицу с собой в последний путь. Сколько смертей он выдержит? Тысячу? Две? Десять? Я не хотел думать.

— Уходи… — прохрипел он, и кровь хлынула потоком из-под его доспехов.

Отдав честь прижимая кулак к сердцу я отвернулся от него. Поднял потерявшую сознание госпожу на руки и, бросив последний взгляд на тех, кто решил стать нашим щитом, побежал в подвалы башни. В глубинные склепы, где было обещанное убежище. Ведь пока жива Госпожа, ничего не потеряно.

Мы верили в это. Мы чувствовали это. Мы умирали за это.

Тьма. Бесконечно густая и давящая окружила меня. Я не чувствовал ни времени, ни привычного пространства. Как будто и то, и другое перестало существовать. Миг тянулся за мигом, я медленно сходил с ума, не понимая, что происходит. Моё сознание трепыхалось в бесконечной пустоте, пытаясь отыскать хоть что-то, кроме всепоглощающей черноты.

Свет!

Тусклый зеленоватый свет вспыхнул, осветив своды склепа. Флюоресцирующий мох покрывал все видимое пространство. Моей радости не было предела: я увидел хоть что-то.

Я попытался двинуться, но тело мне не подчинилось. Оно, словно статуя, застыло в позе, преклоняя колено перед огромным каменным саркофагом.

— Так значит, мне все же удалось. — вырвался сухой хрип из того, что когда-то было глоткой.

Прислушавшись к ощущениям тела, я понял, что стал вечным стражем. Следом за этим осознанием воспоминания хлынули одно за другим.

Я принёс Госпожу в этот склеп и уложил в саркофаг. Дальше я создал магический круг и проткнул свое сердце, чтобы стекающая по ритуальному клинку кровь заполнила вырезанные в камне борозды и активировало ядро башни. Жертвоприношение, что должно было активировать защитную магию, сделав меня вечным хранителем удачно свершилось. Магия печатей требовала серьезной платы, давая взамен невероятную мощь.

Собрав всю волю в кулак, я отдал приказ истлевшему за столетия телу. И оно будто нехотя подчинилась. Сначала двинулось всего на миллиметр, затем, преодолевая сопротивление, словно выныривая из-под толщи воды, я смог встать на ноги.

Впервые за долгое время по склепу разнесся звук. Звук хрустящих костей бессмертного Стража. Мое прошлое имя было сожжено вместе с остатками души в ритуале и теперь это не имело значения.

Осмотревшись, я наконец увидел Госпожу. Она лежала в саркофаге. Она спала. Столь же красивая как и всегда. Её грудь едва вздымалась, показывая, что тело все еще дышит, что она еще жива. Белокурые волосы обрамляли молочно-бледное лицо. Словно фарфоровая кукла, помещенная под стекло, ожидала дня пробуждения.

Мне удалось. Я смог спасти её. Радость от этого осознания захлестнула меня целиком, и моя челюсть, щелкнув, отворилась в попытке улыбнуться. Куски засохшей кожи с моего черепа упали на каменный пол.

— Рыцарь смерти… — прохрипела моя иссохшая глотка.

Я стал высшей нежитью. Бессмертным воином на службе Госпожи. Последний из верных рыцарей. Видимо, излучаемая её телом магия и моя бесконечная преданность не дали сознанию покинуть этот мир. Даже после смерти мое желание быть рядом чувствовалось все так же остро.

— Время просыпаться, Госпожа, — я протянул руку к саркофагу и попытался дотронуться до её щеки. Но как только костлявая рука едва пересекла верхнюю грань, невидимое поле тут же откинуло её назад. — Печать меня не пускает, — удивился я.

С досадой я перевёл взгляд на небольшой столик, что стоял неподалёку. Там лежала книга, описывающая как ритуал так и само заклятье с печатью. Я развернулся и, с трудом переставляя ноги, заковылял к единственной вещи, что могла пролить свет на происходящее.

Дойдя до цели, я взял книгу костлявыми руками и раскрыл её на нужной странице. Быстро водя пальцем по строчкам, я понял, в чём дело. Жертва не могла стать ключом. Должен был быть второй человек, что пожертвует собой, когда печать нужно будет снять.

— Иначе снять её будет невозможно… — прочитал я последнюю строку.

Ярость захлестнула меня с головой. Я швырнул книгу в стену, и та, ударившись, разлетелась на отдельные страницы.

Что значит невозможно! Мы все пожертвовали собой, чтобы сохранить Госпожу. В башне не хватало энергии, и, когда я это понял, то почувствовал, что откуда-то полился очень мощный поток, компенсируя недостающее. В тот момент я предпочёл не думать об этом, но сейчас я понимаю, что, скорее всего, это были оставшиеся в живых маги, что полностью опустошили себя по приказу генерала.

Отчаяние волной накрыло мое сознание. У нас вышло, получилось, мы спасли её, но всё оказалось напрасно?! Нет! Госпожа сама говорила, что в магии нет ничего невозможного, и если кто-то пишет подобное, то он просто дилетант и невежда. Он не нашёл способ и расписался в собственной неудаче.

Я резко повернул голову, разорвав тишину треском костей и истлевшей кожи. Там, во тьме склепа, была комната. Место, что хранилось в строжайшем секрете. Тайная библиотека нашего ордена. Если и есть способ, как снять печать, то он точно описан в одной из книг.

Костяная рука сама сжалась на куске светящегося мха и с корнем отодрала его от каменной стены. Тело повернулось, и ноги сами понесли меня в темноту склепа. Я найду способ освободить госпожу и вернуть величие нашему ордену. Светлые должны заплатить за своё предательство.

Если мир еще существует, значит, демонам не удалось одержать победу в той битве. Нужно лишь найти ответ…

Нежить не устаёт. Нежить не спит. Нежить не нуждается в пище.

Последняя книга в библиотеке была прочитана мной уже давным-давно. Я освоил практически все виды магии, что только было возможно. Сколько ушло на это времени, я не знал, но, стоя среди сотен тысяч книг, думаю, что немало.

Однако этого оказалось недостаточно. Бесконечные попытки снять печать и неудачи почти сломили мою волю, но я всё же не сдавался. Я понял, чего мне не хватает, и достать это, находясь в склепе, было невозможно. Нужно было выбраться наружу.

Я стал изучать окружающий склеп барьер. Прощупывать каждый камень и трещину, что видели мои мёртвые глаза. Изучал каждую пылинку, что кружила в воздухе, в расчёте на то, что она попала сюда извне и это укажет путь. Скреб пальцем цементные швы между камнями. И когда спустя бесконечность я вновь почти потерял надежду, случилось то, чего я не ожидал.

— Пии! Пиии! Пи!

Не пойми откуда взявшаяся мышь с обезумевшими от страха глазами начала носиться по склепу, разрывая тишину писком. Живая! Живая мышь как-то пробралась сквозь невероятную толщу камня и слои магических барьеров.

Щёлкнув пальцами, я окружил её магическими нитями и подтянул к себе. Это был мой билет наружу. Осталось понять только, как она сюда попала. Поднеся её ближе к мху, я заметил, что её шёрстка выглядит мокрой. Неужели она попала сюда сквозь источник?

Моё костяное тело гремя помчалось к небольшому фонтану, что бил из стены. Я уже исследовал магией это место, но даже подумать не мог, что оно ведёт наружу. Оказавшись рядом, я увидел мокрые следы на полу. Мышь точно пробралась сюда сквозь него, но как?!

Я сформировал магией поисковую нить и запустил её в отверстие, откуда вытекает вода. Метр, десять, сто, двести — магия всё тянулась и тянулась без остановки. Вскоре нить достигла небольшой подводной пещеры, что я обнаруживал ранее. Но неужели я что-то упустил?

Отдав команду, нить расщепилась на сотни волокон, что разрослись в разные стороны. Они исследовали стены подводной пещеры миллиметр за миллиметром. Я не спешил. Сознание работало на тысячу процентов полностью концентрируясь на нитях. Дважды, трижды, четырежды они прощупывали одни и те же места. Я долже быть уверенным, что ничего не пропустил.

— Трещина! — воскликнул я, когда одна из нитей нашла небольшой разлом в каменной толще.

Я повернул голову к парящей в магических нитях мыши. В моих глазах вспыхнул огонь надежды.

В голове моментально созрел план. Пусть я и не смогу сбежать своим основным телом, но частица моего сознания сможет. Все эти годы, ища способы сбежать, я уже пробовал создать фамильяра или марионетку, но, к сожалению, даже пожертвовав почти всеми ненужными костями из своего скелета, я так и не добился успеха. Сознание отказывалось переселяться в искусственный скелет. Но теперь нужно будет лишь накопить некротической энергии и найти скелет побольше и тогда я смогу разрушить барьер извне.

Бросившись превращать план в реальность, я тут же столкнулся с огромным ворохом проблем и ограничений. Перенос сознания был делом вполне обычным, и существовало много техник по управлению нежитью, монстрами и зверями. Однако не существовало возможности управлять развитием носителя. Так что я взялся за исследования с новыми силами.

Закрывшись в библиотеке, я чертил магические схемы и изобретал новые заклятья. Книги, что были мне не нужны, я очищал от чернил и использовал их пергамент для магических записей. И наконец этот день настал.

Я был уверен, что на сотворение подобного заклятия у меня ушло точно не меньше сотни лет. Жизнь давно покинула зверька, и его кожа практически полностью истлела, обнажив белый скелет. Всё это было не важно, ведь я смог создать то, до чего никто другой из умников, написавших все эти книги, не додумался.

Каждый день я проверял щель и вытаскивал маленькие камешки, приносящие течением, что забивали проход. И все это ради этого дня.

Положив скелет мыши в центр огромного магического круга, я начал наполнять его магией. К сожалению, моих собственных запасов было недостаточно.

— Госпожа, простите, но я воспользуюсь вами еще раз, — пробормотал я в пустоту, и одна из моих нитей проникла под барьер саркофага.

Когда я в первый раз смог коснуться госпожи своей магией, я был настолько счастлив, что не мог найти себе места, но вместе с тем я узнал и то, что она медленно умирает. Срок заключения в барьере уже превышал все мыслимые пределы.

Нить окунулась в источник госпожи, и я машинально проверил оставшееся ей время. Моё лицо скривилось от боли, времени осталось настолько мало, что я едва успевал. Если бы не эта мышь…

Наша объединенная магия потекла по каналам к кругу, активируя печать за печатью. Передача воли. Передача силы. Обратная связь. Удалённый магический источник. Система туда-обратно. Контур управляющих цепей… Тысячи печатей и магических кругов накладывались один поверх другого, скрепляя мою душу с телом зверька. И с последним активированным кругом угол моего зрения изменился.

Я смотрел на себя снизу вверх.

— У меня получилось! Я смог! Да! — ликовал я, оглашая склеп безумным писком.

Сосредоточившись, я вызвал управляющие цепи, и предо мной открылось что-то похожее на список или картотеку. Я решил называть это статусом.

[Тип скелета: Мышь.

Некротическая энергия: 0.1/1]

Единичка — это всё, что первичный источник смог вместить? Объёмы энергии моего предыдущего тела можно было бы исчислять в значениях с десятками нулей, а тут жалкая единица. Да одно заклинание стоило столько, что можно гору уничтожить! И что она почти вся тратится на поддержание себя? Прогнав гнетущие мысли, я решил проверить остальные части плетений.

Вызвав небольшую некротическую искорку, я потратил оставшуюся кроху энергии.

[Основное тело передало вам крупицу силы.

Справка: «Канал связи пропускает не более 1 единицы, усильте канал»]

Здесь тоже единица. Что же, это похоже на то, что способен вместить мой источник. Главное, что канал связи работает, и я могу получать подпитку от основного тела. Преобразованное заклятие дальней связи, которое передавало мыслесообщения, теперь передавала и энергию. Пусть много так не передать, но на первых порах это будет сильным козырем.

Проведя еще с десяток опытов, я понял, что мой текущий арсенал сильно ограничен. Но пусть даже так, теперь я был уверен в своём плане еще больше.

Сосредоточившись, я послал мыслеобраз основному телу, и его костяная рука подняла меня с пола. Оно принесло меня к саркофагу с госпожой. Её бледное лицо было все так же прекрасно, как и в день нашей встречи. Не став затягивать прощание, основное тело потащило меня к фонтану, что бил из стены.

Мышиный скелет ловко протиснулся в узкий лаз, и, цепляясь костяными лапками за стены, я полез к свободе. Миллиметр за миллиметром я пропихивал себя вперёд, борясь с потоком. Будь моя кожа на месте, я уверен, что стал бы пробкой, но сейчас вода обволакивала скелет проходя сквозь тела создавая лишь малое сопротивление.

Добравшись до подводной пещеры, я зажёг в глазах искорки некротического зрения. Энергия тут же упала до нуля. Мир преобразился, и тьма расступилась, окрашивая всё вокруг в разные оттенки зелёного. Чем дальше от меня было препятствие, тем темнее был цвет.

Пробираясь по дну, я нашёл трещину. Наконец-то за долгие годы я увидел свой путь к спасению глазами, а не нитями. Моё тело, подгоняемое желанием свободы, с удвоенной силой ринулось вперёд. Поворот за поворотом я продвигался к цели. Иногда мне встречались песчаные засоры, что приходилось разгребать. Нити сюда уже не дотягивали. Видимо, за эти годы лаз успел хорошо забиться.

И когда все препятствия были преодолены, мой скелет, разорвав водную гладь, выбрался на берег небольшого ручья где-то в лесу.

Стояла глубокая ночь, но глаза нежити позволяли видеть миру куда лучше. Голова разрывалась от оглушающего шума природы. За многие года заточения мой разум привык к абсолютной тишине.

— Пиии! — вырвался из меня победный клич.

Я справился.