Последний пассажир

Питерская ночь по весне — странное время.

Над городом висел прозрачный сумрак, описанный ещё Пушкиным. Вроде светло, а вроде и нет — фонари горят, но далеко не все, вокруг них — мутный ореол тумана, и кажется, что сам воздух густеет, забивая лёгкие.

Игорь вышел из метро и быстрым шагом пошёл по Каменностровскому проспекту. Похоже, он и правда припозднился — других пассажиров в холле не было, да и на эскалаторе он оказался один. Громада «Ленсовета» утопала в тенях — не горит ни одна вывеска. Да и зачем? Середина недели, за полночь, да и поздно уже. Туристы в город понаедут позже, к концу мая, когда белые ночи начнутся во всей красе. И то вряд ли попрутся в этот всеми забытый уголок Петроградки, где ничего, кроме театра да институтов, и нет…

Срезать угол, чтобы мимо огромного дугообразного дома выйти сразу на Чкаловский? Нет — жутковато, если честно, ещё и узкие проулки… И Игорь зашагал прямо, к Карповке. Лучше уж пройти по набережной. На открытом месте почему-то спокойнее.

Спрашивается — зачем у сеструхи с её мужем засиделся? Шёл бы в общагу пораньше. Ну или попросился бы переночевать — они не откажут. Так нет, попёрся…

Он наискосок пересёк проспект — машин всё равно нет. Вдалеке на перекрёстке монотонно мигал жёлтым светофор, а те, что поблизости, вообще не работают.

Ему показалось, что сзади кто-то идёт. Обернулся — конечно же, никого. И шагов не слышно, даже своих — словно идёшь по мягкой траве, а не по асфальту. Жутковато.

Он повернул налево, на Карповку, и пошёл вдоль парапета. Старые дома слева стояли сплошной стеной — ни огонька, на противоположном берегу темнела гостиница, которую строили не первый год, но, похоже, окончание работ ещё не скоро. Кто-то говорил, что нынешние девяностые — время возможностей, но Игорь этого оптимизма почему-то не разделял. Всё стало зыбким, как этот вот прозрачный полумрак, и мутным, как поднимающаяся над водой Карповки дымка.

Странно. Дымки над Карповкой Игорь не видел ни разу.

А потом он заметил фигуру на берегу.

Девушка стояла на каменной тумбе парапета, плотно сомкнув ноги — иначе, наверное, на ней и не уместиться. Руки её были подняты на высоту плеч и чуть разведены в стороны, обращённые в сторону реки ладонями вниз, словно она на них опиралась. Невысокая, худенькая, с волосами до плеч, совсем непримечательная девчонка. Похожа на студентку, вряд ли старше самого Игоря.

Парень остановился, словно наткнулся на невидимую стену.

Самоубийца. Несомненно.

И антураж-то какой — немой, затянутый дымкой город и эта река, покрытая слоем густеющего тумана…

И что делать?

Так. Похоже, она стоит, закрыв глаза — меня не видит. Шаги тихие… может и не услышать. Подкрасться, обхватить за ноги, чтобы точно не упала? А если промахнусь или не удержу? Если она упадёт — я, несомненно, прыгну, хоть и плаваю кое-как. Потому что на помощь звать некого — город как вымер.

Вот угораздило…

А может, не угораздило, а к счастью?

Нет, хватать нельзя. Она стоит намного выше меня, шанс удержать почти никакой. Остается одно — поговорить.

Осторожно, почти не дыша, Игорь приблизился — его и девушку разделяло метра два. Ближе не стоит — кто-то, вроде сосед по общаге, говорил, что ближе двух метров — личное пространство, которое нельзя нарушать. Хотя она, кажется, и правда закрыла глаза — но видно, как ритмично вздымается грудь и шевелятся губы. Шепчет молитву?

Ну что, момент истины.

— Доброй ночи, — негромко сказал Игорь, стараясь, чтобы голос прозвучал как можно доброжелательнее. — Дышите воздухом?

Если хоть чуть поменяет позу — рвану к ней, решил он. Один бросок. Можно успеть.

Девушка не пошевелилась, и Игорь подумал, что руки её скорее всего разведены на угол чётко в девяносто градусов, словно тело и руки составляют какую-то мистическую систему координат. Чёртова начертательная геометрия, и тут в голову лезет…

— Вам не кажется, что сейчас прохладно? — сделал парень ещё одну попытку — и даже в полумраке увидел, как лицо девушки исказила гримаса досады. Не лучшая эмоция — но лучше, чем безучастность.

— Знаете, если вы упадёте, то я прыгну за вами, — решился Игорь. Он намеренно не сказал «прыгнете» — не стоит зря провоцировать. — Плаваю не очень, но что делать.

— Просто уйди, пловец, — тихо сказала девушка, и в голосе её сквозила та самая досада. — Я не собираюсь падать. Просто уйди.

Ага, щас. Побежал уже. Теперь тем более не уйду, подумал Игорь.

А настроена она серьёзно. Ну… придётся соответствовать, хоть и не особо хочется.

Парень перекинул одну ногу через металлическую часть ограды и сел на неё верхом — лицом к девушке. Не очень удобно, ну да ладно.

— Так быстрее рвану за вами, — пояснил он.

Девушка уже открыла глаза, и Игорю на мгновение показалось, что они светятся. Видимо, отблеск откуда-то — хотя фонари, такое ощущение, горят всё тусклее, а туман над рекой становится всё гуще.

— Откуда ты взялся на мою голову, — процедила девушка, не меняя позы. Показалось, или и правда от её ладоней вниз идут почти физически ощутимые струи воздуха, и они набухают всё сильнее тем самым туманом?

— Мимо проходил, — Игорь постарался сказать это очень легкомысленно, но голос предательски дрогнул.

— Так проходи! — огрызнулась девчонка. — Ты вообще не должен был меня видеть! Проклятый Лёха, опять напорол…

Так. О чём она?

А струи, идущие от ладоней вниз, и правда уплотняются, и по ним проскакивают серебристые искорки…

Что вообще происходит?

— Беги!!! — вдруг завизжала девчонка не своим голосом. Дёрнула правой рукой, и туманный хлыст, оторвавшись от белого марева на поверхности реки, приподнял Игоря с парапета и отшвырнул его назад, но неухоженный газон.

Уши заложило, и парень, откатившись под дерево, тряс головой, пытаясь осознать происходящее.

Белая подушка тумана над рекой поднялась — теперь она уже доходила до вершины парапета. Девушка вернула руку обратно в свою «систему координат», но что-то явно шло не так — искорки превратились в искрящуюся цепочку, словно там, под белой пеленой, было нечто, что хотело вылезти, и лишь этот поток искр удерживал его…

Или это так и было?

Игорю показалось, или над белой пеленой на несколько мгновений показался чей-то шипастый загривок — гигантский, размером с трамвай, не меньше?

А потом — отлегло. Туман осел, уйдя куда-то вниз, в мире появились звуки — где-то далеко динькнул трамвай, на Каменностровском прошумела по мосту одинокая машина, и фонари, кажется, стали светить ярче.

А девушка так и стояла на тумбе парапета, разведя руки в стороны. Потом опустила их и легко спрыгнула на асфальт. Подошла к Игорю, который так и сидел у дерева, тщетно пытаясь понять, что он только что увидел.

Сзади подошли ещё двое, рывком поставили парня на ноги.

— Лёха, я тебя прибью когда-нибудь, — меланхолично сказала девчонка одному из них. — Еле удержала. Ты должен был поставить занавес. Чтобы никто не помешал. И где он?

— Вер, занавес был — высший класс, — вмешался второй. — Я всё проверил. Комар носа не подточит.

— А это не комар, — указала девчонка на Игоря движением подбородка. — Это загулявший студент. Как он меня увидел?

— А ты ничего не замечаешь? — ехидно поинтересовался тот, которого назвали Лёхой.

— Нет.

— Очки надень, — весело огрызнулся Лёха. — Этот студент мешает нам уже третий раз. А точнее — не нам, а тебе. Его явно на тебя что-то выводит. В обход всех занавесов.

— Ну что, опять стираем ему память? — уточнил тот, что держал Игоря с другой стороны.

— Конечно. И под надзор.

Парень хотел было открыть рот, но понял, что не может сказать ни слова…

Проснувшись, Игорь долго лежал с открытыми глазами. На постели у противоположной стены храпел Сашка, оконное стекло слегка дребезжало — значит, по переулку идёт трамвай. По потолку пролетели всполохи света.

Какой реалистичный сон…

А может, и не сон вовсе?

Но как это проверить?

А есть всего один способ, чтобы проверить.

Искать.