Последняя эволюция

— Вань, нужно принести ящик карлуши в стекле и упаковку трёхи, — командный голос Галины оторвал меня от размышлений.

Я встал со стульчика и подошёл к стеллажу. Карлуша – это «Карлсберг», ну а трёха – наша «Балтика». Взял по упаковке и понёс в алкогольный отдел продуктового магазина, в котором я работаю.

Не предел мечтаний, да. Зарплата – 18 тысяч, не самая плохая для 2012 года, кстати. График два через два, с 8 утра и до 21. Разгружай машины, таскай нужное по отделам, помогай по мелочи – ничего сложного.

Ещё я учусь на заочном в Санкт-Петербургском университете сервиса и экономики, а директор магазина – вменяемый человек. Не из тех, которые начинают орать, если ты ничего не делаешь, даже если делать реально нечего.

Главное – у меня всегда есть время на учёбу. Хотя, вру, не всегда, бывают дни, когда задница в мыле, словно работаешь на ЗИЛе, но такое бывает нечасто. В основном накануне праздников, когда народ активно закупается и вдобавок привозят много товаров. Нужно же не просто разгрузить машину, а ещё и по складу всё разложить.

Вдобавок я подрабатываю пару дней в неделю у Семёныча. Он занимается ремонтом квартир, у него немало таких студентов, как я, для самых простых работ. Платит 500 рублей за смену и вот там вкалывать нужно нон-стоп. Зато график свободный, сам решаешь, в какой день работать.

Отнёс упаковки пива, вернулся на своё место и взялся за учебник. Семь вечера, машин сегодня уже не будет, поэтому до конца смены можно заниматься своими делами. Скучными, вся эта экономическая хренотень энтузиазма у меня не вызывает. Это ведь теория, которая во многом расходится с практикой.

Вон, в учебнике пишут про рыночную экономику, конкуренцию и тому подобное. Но не пишут про откаты, коррупцию, значимость связей, крышевание и про другие реальные вещи! А они ведь куда важнее в наши времена, чем применение матриц в экономики или теория рационального потребителя. Лихие 90-е сменились не менее лихими нулевыми и конца им не видно.

От размышлений меня оторвал мужчина, который вошёл через складскую дверь. Вообще-то, её можно было уже закрыть, но ключи у Гали, а она там дико занята, как обычно.

— Эй, сюда посторонним нельзя, — вежливо сказал я, вставая со стула.

Мой сменщик начал бы с матерной тирады, ну у него стиль такой. За эту свою особенность он регулярно получает по морде, но выводов не делает. Бывают же удивительно-необучаемые люди!

— А я не посторонний, — хмыкнул мужик, оглядывая склад.

Лет пятьдесят, среднего телосложения, но видно, что крепкий. Джинсы, коричневая кожаная куртка – не из дешёвых, как и ботинки. Уж точно не из алкашей, которые иногда пытаются что-то спереть или выпросить. И лицо его выглядит знакомым…

— Роман Петрович. Богданов, — представился мужчина и добавил: — Я хозяин этого магазина.

А, точно! Вспомнил! Крупный бизнесмен, у него помимо пяти продуктовых магазинов в Петербурге ещё свой ЧОП и крупная транспортная компания.

— Учишься? – он кивнул на учебник.

— Ага. Игнат Валерьевич не против, если работы нет, — на всякий случай добавил я.

— А я и не возражаю, он директор магазина и может устанавливать свои правила. Меня интересует прибыль. Зарплата устраивает? — неожиданно спросил он.

— Разве же есть человек, которого устраивает его зарплата и которому не хочется больше? — усмехнулся я. — Для такой работы – нормально, свои плюсы есть, можно учиться.

— Поверь, такие люди существуют, — он загадочно улыбнулся. — Игнат у себя?

— Честно – не знаю, не видел его сегодня. Вроде бы да.

— Ну ладно, работай, — он махнул рукой и двинулся к дальней двери, которая вела в сам магазин.

Его лицо я видел в газете, ну и так про него тут болтали. Любит он вот так неожиданно зайти и своими глазами посмотреть, как люди работают.

Вроде бы нормальный мужик, справедливый, в магазине про него говорят именно так. Во времена СССР служил в КГБ, правда занимался там экономикой самого комитета, ну а потом ушёл в бизнес. Кажется, и с бандосами не связан, но тут наверняка старые связи помогли. А то они сами с кем угодно свяжутся, вне зависимости от твоего желания. В газете писали, что он жёсткий, но без этого качества в наше время в бизнесе делать вообще нечего, поэтому оно скорее положительное.

Через пару минут пришла недовольная Галя, которая закрыла дверь. Ага, видать прилетело. Она ещё и зыркнула на меня, но говорить ничего не стала. Это ж не моя вина, что она не закрыла их. Так-то она женщина адекватная, но с горячим характером и за словом в карман не полезет. Может и брякнуть что-то сгоряча, а через две минуты искренне извинится.

Когда моя смена закончилась, я убрал учебник в рюкзак, туда же засунул пачку пельменей из холодильника. Ещё один плюс: возможность покупать продукты по закупочной цене. В рамках разумного, разумеется, я не наглею, но за месяц удаётся сэкономить минимум тысячу рублей.

На улице было откровенно мерзко. Вроде середина июня, но дожди без конца, противный ветер с Финского залива. Особенно плохо воспринимается на контрасте с маем, который в этом году был на удивление очень тёплым и сухим. А ведь синоптики обещали жаркое лето, но они как обычно, пальцем в небо.

У метро ко мне подвалил бомжеватого вида товарищ:

— Мужик, дай полтинник! Очень надо, экстренные обстоятельства!

— Нету, – отрезал я.

Алкаш разочарованно вздохнул и пошёл приставать к другим людям. Понимаю его, выпить очень хочется, а денег нет. Мне вот тоже много чего хочется, но лишних денег нет и у меня. Впрочем, даже если бы и были, я бы ему не дал. Не чувствую, что я кому-то должен, сам в жизни ни от кого помощи не видел, если не считать бабушку и друга. Нет, помогать людям – правильно, я так считаю, но уж точно не уличным алконавтам.

Тридцать минут в метро и вот я иду к своей коммуналке. Снимаю комнату за семь тысяч, это если со всеми платежами. Раньше снимал в другом районе, но её выкупил богатый мужик чтобы сделать одну большую квартиру и мне пришлось искать новое место.

На старом месте было лучше, это факт. Жизнь в коммуналке по большей части зависит от соседей. Если в прошлой они были нормальными, то в этой – маргиналы. Бухают целыми днями, орут, иногда дерутся, в общем, дно питерской жизни.

Жалеть меня не нужно, я прекрасно понимал, куда переезжаю. Но решил, что несколько лишних тысяч в месяц мне не помешают, всё же ухитряюсь откладывать немного на чёрный день. Тем более что я туда, по сути, только спать да помыться прихожу.

Во дворе перехватил агрессивные взгляды трёх гопников, которые постоянно тут ошиваются. Ко мне не цеплялись, пока что. Но рассказывали про них нехорошее, если и не полные отморозки, то около того. Вроде грабежами промышляют и даже кого-то из жильцов прессовали, деньги на него повесили. И никто ничего им сделать не может, вернее, не хочет.

Полиция? Это та, которая раньше была милицией. С 2007 по 2012 президентом у нас был Анатолий Дмитриевич Топтыгин, это он затеял реформу и переименовал их. Ещё им там какую-то аттестацию проводили, только по факту ничего не поменялось. Зарплаты у них остались нищенскими, поэтому если туда кто-то шёл, то уж точно не для службы народу. От таких помощи не дождёшься, если не мотивируешь их дополнительно.

Пронесло и в этот раз. Думаю, они прекрасно видели, что взять с меня нечего, потому и не цеплялись. Хотя это тоже такое себе. Сейчас выглядят трезвыми, а если будут пьяные, там уже не до логики, тем более с их мозгами-то.

Каменные джунгли, блин! И то, в джунглях больше справедливости, что ли. Там если одно животное убивает другое, то не просто так, а потому что голодно.

— Привет студентам. Накатишь, а? — спросил Петя, который сидел на кухне в одиночестве, если не считать бутылки.

— Здравствуйте. Не, завтра на работу нужно. Я так, пельмени сварю и спать завалюсь, — нарочито усталым голосом ответил я.

— Да ты з…л! Чё, западло?

Петя – мужик лет 35, который выглядит на все 60. Спитая и тупая рожа, какие-то нелепые криминальные повадки. Он вроде провёл год в колонии, понятия не имею за что, но считает себя чуть ли не вором в законе. А вообще, странно, что-то тихо нынче.

— Да нельзя мне, антибиотики пью, болею же, — соврал я.

— А, ну ладно. Ежели Пилюлькин сказал шо нельзя, значит нельзя. Хотя, если хочется – то можно. Мне вот тоже запрещают, говорят, печени уже хана, но я-то ещё живой! — заржал Петя и накатил стопочку.

— Где остальные?

— Машка с Геной на дачу свалили, на неделю. А где Тощий ходит я понятия не имею. Сука мне пузырь торчит! Вот на хера брать, если отдать не можешь? Шо за люди!

— Да, тоже не люблю таких, — ответил я, усмехнувшись про себя.

Так-то Петя сам успел у меня две сотни в долг взять и обещал отдать на следующий день. Было это пару недель назад.

Но это хорошо, что никого нет. Значит, сегодня будет тишина. Этот быстро нажрётся и уснёт, а Тощий, то есть, Артём, самый тихий из них. Ему лет 28, но уже сделал карьеру алкаша и, наверное, скоро выйдет на финишную прямую. Главное, что нет Маши и Гены, вот именно от этих сволочей больше всего шума.

Сварив пельмени, я переложил их в тарелку и отправился к себе в комнату. Кровать, стол, старый диван, два стула, шкаф, комод со старым телевизором – вот и вся обстановка. Облезлые обои, обшарпанный пол и прочее описывать не стоит. Не воняет и ладно.

В месяц у меня около 23 тысяч выходит. Семь уходит на эту комнату, около 9 на еду и разные необходимые мелочи. Остаётся всего семь тысяч, но из них пять я каждый месяц отправляю бабушке. А две ухитряюсь откладывать, но это только если нет внезапных расходов, вроде покупки новых кроссовок.

В принципе, если поискать, даже за семь тысяч можно найти жильё получше. Но это нужно очень долго искать и, как я уже говорил, в коммуналках всё зависит от соседей. И не всегда можно сразу понять, адекватные они или нет.

Сам я из Киришей, бабушка осталась там, пенсия у неё копеечная, как не помогать? Тем более, кроме неё у меня никого не осталось. И я очень надеюсь, что у меня будет возможность арендовать нормальную квартиру, я смогу уговорить бабушку и перевезти её сюда. Там у нас дом на окраине, но уж очень старый и в плохом состоянии.

Подлатывал кое-как, но принципиально ситуацию это не исправило. Там тот случай, когда нужно капитальный делать, а может и вообще проще снести и новый дом построить, на что средств нет и не будет в ближайшем будущем. Главное – пару лет назад поменял электрику, а то она совсем исхудала.

В общем, жизнь не сахар, но нынче она такая у многих, поэтому ныть смысла нет. Нужно учиться, работать, ну и немного рассчитывать на удачу, куда же без неё.

Пельмени оказались отличными, но это ведь новая марка. Так часто бывает: в начале вкусно, ну а потом постепенно скатывается в известном направлении. Дебилы! Почему бы не поддерживать качество продукта на уровне, работая вдолгую? Нет, чуть наладят продажи, сразу начинают экономить на производстве, пытаясь заработать побольше.

Нужно было почитать учебник, но сегодня мне было уже всё лень, особенно после еды. Включил телевизор фоном и завалился на кровать, пока в одежде, так как спать всё же рановато. Иногда хочется вот так полежать и ничего не делать. А телевизор пускай там фоном бубнит, не новости – и ладно.

Так и задремал.

*****

Проснулся от того, что меня тряхнуло. Недоумённо оглянулся и почувствовал зарождающуюся панику.

Лес! Вокруг долбанный лес!

Нет, стоп! Оставить панику! Это сон, реалистичный, конечно, но я сейчас проснусь. Бывают такие сны, когда чувствуешь страх и когда он доходит до пика, то ты просыпаешься. Вот только это чувство не усиливалось, как обычно бывает, а ещё всё выглядело так, словно я реально переместился в лес. И не только выглядело, но и ощущалось. А затем перед глазами вспыхнул текст:

Информационно сообщение

Подключение к интерфейсу: завершено

Загрузка системного языка: завершена

Анализ объекта: завершён

Изумили меня две вещи. Во-первых, текст висел прямо в воздухе. И как бы я не крутил головой, он оставался на месте. И даже если закрывал глаза! Во-вторых, он был на языке, который я видел впервые в жизни, но я его прекрасно понимал!

Ах, да. Там же пишут, что мне загрузили системный язык. Но как в человека можно что-то загрузить? Он же не компьютер и не грузовик. Приснится же такое…

Ущипнул себя и поморщился от боли. А ещё ступнями я чувствовал прохладу травы, пусть и через носки. И запах леса после дождя. Разве запахи могут сниться? Что-то не помню такого. Текст висел около минуты, а потом сменился другим.

Информационное сообщение

Внимание, участник! Прочтите это сообщение очень внимательно, от этого может зависеть ваша жизнь!

С этого момента во Вселенной начинается новый этап эволюции. Вы были выбраны в качестве единственного представителя своей цивилизации. Выбор был сделан случайным образом, однако предварительно были отсеяны все те, кто не подходил по ряду параметров. Вам предстоит пройти испытания, сопряжённые с базовым обучением.

Внимание! Если в ходе испытаний вы погибнете, то будет выбран другой представитель вашей цивилизации.

После прохождения испытаний вы переместитесь на Эниду, откуда в любой момент сможете вернуться в свой родной мир. В дальнейшем у вас будет возможность подключать к Системе Эволюции новых участников. Дополнительная информация:

Ваша планета будет подвергнута глобальному воздействию, его уровень и тип будет зависеть от рейтинга вашей цивилизации. Однако до первой атаки у вас есть время, о её дате будет сообщено дополнительно за 720 часов до её начала. В случае, если вы откажетесь от использования Системы Эволюции, ваша планета будет неизбежно уничтожена во время глобального воздействия.

Вашими конкурентами являются все цивилизации вашей Вселенной. Их уничтожение не является обязательным условием!

Из всего этого мой глаз зацепился за то, что я могу умереть. Но оно и логично, что мне Земля, если угрожают мне самому? И вот тут стало действительно страшно.

Я огляделся, но ничего живого не увидел, а текст всё так и висел перед глазами. Так, ладно. Допустим, что это не сон. Допустим, меня реально куда-то закинуло, благо что концепция попадания в другие миры мне знакома. Читал в паре книг. Поверить в такое сложно, но чёрт возьми, я заснул в коммуналке, а оказался в каком-то лесу, который ещё и выглядит очень странно.

Так, Ваня, соберись и мысли логично! Я же всегда думал, что не склонен к панике, всегда думаю перед тем, как что-то сделать. Чего делать точно не стоит? Очевидно, ныть, жаловаться на судьбу, звонить в полицию и так далее. Хотя, последнее вообще невозможно, да и телефона у меня с собой нет. Нужно ещё раз перечитать это сообщение и принять его как истину.

Земля может быть уничтожена, об этом говорят прямо. Но это пока не важно, куда важнее то, что я могу умереть сам в самом начале. Мне не о судьбе планеты нужно думать, а о своём выживании. Нужно выжить и вернуться на Землю. Хотя бы потому, что бабушке без меня будет очень тяжело.

Мои родители погибли в ДТП в 1997 году. И ведь у них своей даже машины не было! Ехали в микроавтобусе, тот вылетел на встречку и под фуру. Гайцы потом сказали, что водитель либо уснул, либо ему плохо стало, разбираться тогда не стали. Да и какая разница? С него уже не спросишь. А у бабушки ещё и ревматоидный артрит, мерзкое заболевание, из-за которого она часто мучается. Лекарства от него нет, есть препараты, которые облегчают состояние во время обострений, но они не сказать, что очень эффективны, да и стоят прилично.

Итак, нужно выжить и вернуться домой, тем более в сообщении прямо сказано, что всё это возможно. Вдобавок обещают и обучение, а это значит, что я узнаю гораздо больше.

Получается, меня выбрали случайно, а дальше уже дело моих рук. Выживу – молодец, нет – выберут другого. Что выбор был именно случайным, я не сомневался. Как-то не тяну я на единственного представителя человечества в испытании, от которого зависит судьба планеты. Лучше бы какого-нибудь спецназовца взяли или вроде того…

Информационное сообщение

Вы подключены к интерфейсу, который вызывается мысленной или голосовой командой «Открыть интерфейс». Также он даёт вам возможность получать базовую информацию об окружающих предметах. Для этого вам нужно сосредоточиться на объекте и дать мысленную или голосовую команду «Получить информацию».

Ваш первый противник находится позади вас. Задача: убить противника, остаться в живых.

Внимание! За убийство первого противника вам будет предоставлена дополнительная вариативная награда в зависимости от ваших результатов. У вас есть 120 секунд до начала схватки.

01.46…01.45

Я подпрыгнул и резко развернулся ещё до того, как прочитал последний абзац. Развернулся, увидел его и почувствовал страх.

Какое это испытание, блин? Это грёбанное убийство! И убивать будут меня!