Последняя весна

НАЧАЛЬНЫЕ ИЛЛЮСТРАЦИИ

АКТ I — ПЕПЕЛ ЧЕЛОВЕЧНОСТИ

Яркие лучи разливались по синей ряби океана. Чернохвостый ястреб скользил в небе наравне с быстрым тёплым весенним ветром, словно сам был его частью. Под его величественными крыльями медленно раскрывался остров Багровых Вод.

На западном крае этой земли раскинулся портовый город Инадзава — его массивные белые башни с золотыми куполами отражали солнечный свет, будто сами излучали его. В гавань входили имперские парусные фрегаты, их мачты тихо скрипели под дыханием моря.

В центре длинным, живым полотном тянулся рынок — шумный, пёстрый, наполненный голосами торговцев, запахом специй, фруктовой сладостью и солёным воздухом океана. Выше, над всей этой суетой, возвышалась главная достопримечательность и символ власти — многоэтажный дворец Дома Никайдо, с изящными башнями, острыми треугольными крышами и утончёнными стенами из художественно встроенного белого камня.

По заполненным улицам шла улыбчивая девушка к своей любимой фруктовой лавке. Её розовые волосы мягко покачивались на ветру, белая юбка и красный жакет выделялись даже среди всей палитры рынка. Она словно несла с собой тепло — маленькое солнце среди людского потока.

— Добрый день! — с озорной улыбкой обратилась она к торговцу.

— Здравствуйте, молодая леди! Сегодня вы сияете больше обычного, — добродушно заметил он.

— Правда? Что ж, не без причины. Можно, как обычно, только три зелёных и персик.

Торговец удивлённо приподнял бровь, складывая фрукты в бумажный пакет.

— Персик? Это что-то новое для вас.

— На всякий случай.

В этот момент башенные колокола разорвали воздух глубокими, перекатывающимися ударами, возвещая полдень.

— Уже?.. — девушка удивлённо моргнула.

Она быстро забрала пакет, оставила деньги на прилавке и почти бегом направилась к городским стенам.

— Спасибо, мистер!

⸻

На пустыре среди хвойного леса за городом стояла почти полная тишина — лишь редкий шелест ветвей да далёкий крик птицы нарушали покой.

Молодой человек с выразительными светло-голубыми волосами в чёрных одеяниях сидел в медитации. Его тело окутывал мягкий светло-синий ореол. Над головой медленно формировались продолговатые осколки и неровные ледяные штыри, тихо потрескивая в тёплом воздухе.

Он пытался удержать духовную энергию ледяного созидания под контролем, но мысли снова и снова ускользали от него, словно вода сквозь пальцы.

Крик девочки.

Голос отца.

Тёплые руки матери.

Смех друга.

Воспоминания переплетались, накатывали волнами и давили изнутри.

— РЮДЖИ!

Крик эхом раздался в сознании.

— Я горжусь тобой.

— Пожалуйста, не бери на себя слишком много… береги себя.

Папа… мама…

— Хороший бой, Рюджи. Похоже, мне уже стоит опасаться тебя.

— Рююджии!

БАМ.

В одно мгновение всё исчезло. Лёд рассыпался искрами инея.

Что-то мягко ударило его в лоб и упало на землю.

Яблоко.

Рюджи медленно открыл глаза и с притворным недовольством посмотрел в сторону кустов, откуда выглядывала розоволосая девушка.

— Эри… сколько раз я просил? — устало произнёс он.

Она приложила палец к подбородку, изображая задумчивость.

— Хмм… так сразу и не скажешь. Наверное, много, — ответила она с хитрой улыбкой.

— Какой адекватный человек кидается едой?

— Я тебя звала, но ты не слышал. У тебя было такое лицо, будто ты сейчас вывернешься наизнанку. Я решила, что метод эффективный, хи-хи.

Рюджи тяжело вздохнул и поднялся на ноги.

— Знаешь, однажды лимит моего прощения закончится.

— Жду не дождусь, — весело ответила она. — О, кстати, ты слышал колокола? Он скоро будет здесь?

Рюджи на мгновение замолчал, а затем на его губах появилась едва заметная улыбка.

— Да. Пойдём в порт.

Ветер тихо прошёлся по траве, унося остатки холода, словно предвещая перемены.

⸻

Большой фрегат уже стоял в порту, разгрузка шла полным ходом. Тёплый ветер и запах соли навевали чувство удовлетворения. Предвкушение встречи заставляло сердца Рюджи и Эри биться чаще — их наставник вернулся с миссии после года отсутствия.

Он спустился по трапу, пожал руку сопровождающему его капитану и направился в сторону доков. Подопечные ждали.

Эри, едва завидев светловолосую макушку сквозь толпу, сразу ринулась к нему засучив фрукты в руки Рюджи и, ловко лавируя между людьми, обняла наставника — как дочь отца. Мужчина лет сорока, статный, в нём чувствовались дисциплина и непреклонность. Его военный черно-золотой мундир только подчеркивал это. Она ощутила его сильные руки и крепкое тело, но прежде всего — аккуратное тёплое объятие.

— О-ох, да я еле тебя остановил, похоже, ты в отличной форме, Эри, — с доброй улыбкой сказал Никайдо Оскэ, младший брат главы Дома Никайдо.

Эри удовлетворенно кивнула.

— Рада тебя видеть, Оскэ. Мы ждали тебя! — восторженно улыбаясь, сказала она, неспешно выходя из объятий.

— Правда? Ну ты-то наверняка, а наш ворчун разве тоже? Ни в жизнь не поверю, — с иронией произнёс Оскэ, глядя на подходящего Рюджи.

Рюджи внимательно всмотрелся в лицо наставника. Всё та же уверенная осанка, тот же спокойный взгляд… но под глазами залегли едва заметные тени, а в движениях появилась почти неуловимая тяжесть. Год явно не прошёл для него бесследно.

— Размечтался. Просто если бы ты ещё сильнее задержался, как бы я испытывал себя на тренировках? Не зазнавайся, старик.

— Нда, как жестоко. Воистину ледяной маг, — едва сдерживая смешок, ответил Осуке.

Рюджи с заметной улыбкой протянул наставнику руку.

— С возвращением.

— Спасибо! — скрывая радость, Оскэ крепко пожал руку в ответ.

Повисла короткая пауза, которую прервала Эри выхватив пакет с рук Рюджи:

—Оскэ, я взяла как ты любишь. - сказала она вручая персик.

— Оо, спасибо, ты как всегда внимательна, спасибо! — откусив кусочек фрукта наставник продолжил, — Мой брат меня ждёт. Но думаю, если явлюсь немного позже, хуже не станет. Не так ли? — с намёком произнёс он.

Эри улыбнулась, Рюджи ухмыльнулся.

— Надеюсь, за год отсутствия ты не потерял хватку, старик.

— Поговори мне, сопляк, — бросил Оскэ, положив руку ему на голову. — Сперва разминка, а потом займемся делами.

— Да!

⸻

Они шли по узкой тропе, уходящей от шумного порта в сторону хвойного леса. Гул города постепенно растворялся в шелесте ветра и мягком скрипе хвои под ногами. Солнечные лучи пробивались сквозь кроны деревьев, рисуя на земле живые пятна света.

Эри шла впереди, иногда подпрыгивая через корни, словно не могла сдержать накопившуюся энергию.

Оскэ наблюдал за ней с лёгкой улыбкой.

— Я все жду в какой момент споткнешься и сломаешь ногу, — спокойно заметил Рюджи.

Эри показала ему язык.

— Какой ты заботливый.

Оскэ тихо усмехнулся.

— Всё как раньше. Я уже начал скучать по вашим перепалкам.

Некоторое время они шли молча. Лес становился гуще, воздух прохладнее.

Оскэ бросил короткий взгляд на Рюджи.

— Ты вырос.

Рюджи чуть нахмурился.

— Люди обычно растут.

— Я не про рост, — мягко сказал наставник. — Взгляд стал тяжелее.

На секунду повисла тишина.
Рюджи отвел взгляд. Он знал, о чем говорит наставник. Просто не собирался это обсуждать. Эри сразу почувствовала изменение настроения и, как будто невзначай, толкнула Рюджи плечом.

— Это потому что он слишком серьёзно относится к тренировкам. Тебе бы почаще есть мороженое, вызывает счастье.

— Я ем иногда, но один. Просто учитывая то, сколько ты проглатываешь, я боюсь оказаться неподалеку.— парировал Рюджи.

— Боится он… — фыркнула она. — Оскэ, скажи ему, что иногда радоваться полезно.

— Я пытался лет десять, — вздохнул наставник. — Безрезультатно.

Рюджи едва заметно улыбнулся.

— Я радуюсь. Просто вы этого не замечаете.

— О, правда? — Эри прищурилась. — И когда это было в последний раз?

Он задумался на секунду.

— Прямо сейчас. Тишина редкая.

Эри на мгновение замолчала, а потом мягко улыбнулась.

— Тогда будем говорить тише.

Оскэ посмотрел на них обоих — и в его взгляде мелькнула тёплая, почти отцовская мягкость.

— Хорошо… — тихо сказал он. — Значит, всё ещё на своих местах.

Впереди между деревьями уже виднелась знакомая поляна с утоптанной землей и следами старых тренировок.

Оскэ остановился.

— Ну что… посмотрим, насколько ты меня ждал.

Рюджи слегка подался вперёд, взгляд стал сосредоточенным.

— Давно хотел это проверить.

Эри улыбнулась шире.

— Только не ломайте лес, ладно?

— Обещать не могу, — спокойно сказал Рюджи.

Оскэ усмехнулся.

— Вот теперь точно всё как раньше.

Спустя пару мгновений воздух задрожал от духовного давления. Между ними расстояние в несколько десятков шагов.

Рюджи стоит в боевой стойке — колени согнуты, левая нога впереди, правая рука позади, левая вытянута вперед. Вокруг медленно вращаются тонкие ледяные кристаллы. Лицо сосредоточенное, почти спокойное… но в глазах читается холодное удовлетворение.

Температура вокруг него заметно падает, трава покрывается инеем.

Напротив него стоит Оскэ — расслабленно, уверенно. Его плечи расправлены, взгляд внимательный и спокойный. В правой руке постепенно формируется огромный молот из чистой золотой энергии, от которого исходит мягкое теплое свечение, контрастирующее с ледяной аурой ученика.

Воздух между ними искрится от столкновения двух стихий — холода и света.

Рюджи резко делает выпад правой рукой вперед. Из воздуха выстреливают три узких ледяных копья. Казалось огромный молот почти незаметным движением рассыпал их в пыль.
— Быстро, — спокойно замечает Оскэ.

Рюджи уже исчез из начальной точки. Он появился сбоку, скользя по льду, быстро читая прием:

— Ледяное созидание: Частичное ледяное обличье!

Руки Рюджи резко покрываются льдом, формируя ударные наручи из чистого льда. Одним точным ударом он попытался достать Оскэ, но тот ловко увернулся сделав короткий скачок назад и одновременно контратаку молотом.
Рюджи сложил руки в защиту и выдержал.

Удар молота прогремел глухо, словно раскат далекого грома.

Лёд на наручах Рюджи покрылся сетью трещин, но не раскололся. Его ноги скользнули по земле, оставляя за собой ледяной след, и он остановился, глубоко врезавшись пятками в почву.

Холодный пар сорвался с его губ.

— Тяжелее… чем я помню, — тихо произнёс он.

Оскэ слегка приподнял бровь.

— А ты думал, я за год разучусь биться?

Рюджи не ответил. Его взгляд стал острее.

Вокруг него воздух начал медленно сгущаться, словно сама влага мира откликалась на зов. Эри, стоявшая у края поляны, почувствовала, как температура ещё сильнее упала, и обняла себя за плечи.

— О, начинается… — пробормотала она с лёгкой улыбкой.

Рюджи сделал плавный шаг вперёд. Лёд под его ногами расползался тонким слоем.

Вдох.

— Ледяное созидание: Морозный круг.

По земле вокруг него разошлась тонкая ледяная волна, мгновенно покрывая поляну инеем. Воздух стал прозрачным и звенящим, словно стекло. Духовной прием, который распространяет сильный мороз ограничивая движения противника.

Оскэ чуть крепче сжал рукоять молота. Его энергия мягко вспыхнула теплом, плавно растапливая иней под ногами.

— Хороший контроль… но слишком аккуратно, — спокойно сказал он.

В следующий миг Рюджи сорвался с места.
Его движение было почти бесшумным — только короткий свист воздуха. Он появился прямо перед наставником, нанося серию быстрых ударов ледяными наручами.

Удар.

Ещё удар.

Разворот.

Оскэ блокировал каждый из них короткими, почти ленивыми движениями молота, словно заранее знал траекторию.

— Ты стал быстрее, — отметил он.

Рюджи резко пригнулся и провёл подсечку, одновременно создавая ледяной шип снизу.

Оскэ оттолкнулся от земли, легко уходя вверх, и в воздухе развернул молот.

— Но читаешься.

Молот опустился вниз.

Рюджи едва успел отскочить, и удар врезался в землю, взметнув волну золотой энергии. Почва дрогнула, воздух задрожал.

Эри присвистнула.

— Ничего себе…

Рюджи приземлился в нескольких метрах, скользнув назад. Его дыхание стало глубже, но лицо оставалось спокойным.

На мгновение повисла тишина.

Оскэ внимательно посмотрел на него.

— Ты стал сильнее… — сказал он уже мягче. — "Традиция Дома" уже не используется на мелких техниках. Но держишь всё внутри слишком крепко.

Рюджи чуть нахмурился.

— Это не мешает драться.

— Пока не мешает, — спокойно ответил наставник.

Бой продолжался час… а может два — ощущение времени растворилось.

Ученик и наставник стояли друг напротив друга, тяжело дыша. Пот стекал по вискам, а мышцы отзывались приятной усталостью.

Оскэ первым выпрямился, медленно выдохнув.

— Хорошо, Рюджи… очень хорошо. Давай на сегодня закончим, — с лёгкой одышкой проговорил он.

Рюджи попытался скрыть сбившееся дыхание и удовлетворение, спрятав его за привычной насмешкой.

— Уже всё? Кости заныли?

Оскэ тихо усмехнулся.

— Дурень. У меня ещё дела. У взрослых, знаешь ли, не всегда есть время на детей.

Рюджи приподнял бровь.

— Мне девятнадцать. Или память подводит?

Оскэ отряхнул пыль с рукава, качнув головой.

— Девятнадцать — это, по-твоему, много? Наивный мальчуган.

Рюджи сложил ладонь и кулак, уголок губ чуть дёрнулся.

— Хах. Так и скажи, что пытаешься соскочить, дед.

В этот момент руки Эри внезапно обвили его шею сзади.

— А вот и нет! Рюджи, на сегодня хватит. Я понимаю, что ты соскучился по Оскэ, но у нас ещё дела.

Она была ниже его на голову, и её «захват» выглядел скорее смешно, чем угрожающе.

Рюджи спокойно посмотрел вперёд, словно ничего особенного не произошло — но уголок его губ едва заметно смягчился.

Тепло...это ее дурацкое тепло...

— Не неси ересь… Впрочем, ладно.

Осуке хлопнул в ладони.

— Итак! Как насчёт перекусить мороженого?

Эри, не отпуская Рюджи, радостно подняла руку.

— Чур я! И он тоже!

Рюджи тихо хмыкнул.

⸻

Они подошли к небольшому киоску неподалёку от рынка — их любимому месту после тренировок.

Там всё было как раньше: знакомый звон колокольчика над входом, сладкий холодный запах сливок и фруктов, тихий гул вечернего города.

Они смеялись, обсуждали мелочи, рассказывали новости — о том, что изменилось на Большой земле, что нового появилось на острове.

Словно пытались зашить брешь, оставшуюся после года разлуки.

Но где-то глубоко каждый понимал — они просто оттягивают момент, когда придётся снова столкнуться с грустью.

Закат уже накрывал Инадзаву.

Холодный ветер шептал тоску, едва касаясь кожи.

Эри подошла к прилавку ещё раз.

— Ещё одно… с мятой и лимоном, пожалуйста.

— Не вопрос, леди.

Рюджи и Оскэ молча переглянулись.

Эри осторожно взяла мороженое, словно что-то хрупкое.

— Я обещала… что принесу Иори его любимое.

Оскэ тихо кивнул.

— Вот как… Тогда заглянем к нему. Уверен, он недоволен, что дядя задерживается.

Рюджи отвёл взгляд к горизонту.

— Понимаю его… Но это я тебя задержал. Возьму вину на себя.

Наставник усмехнулся.

— Хах. Спасибо. Даже ты бываешь добрым.

— Заткнись… — с привычным притворным раздражением ответил Рюджи.

Эри смотрела на них с мягкой улыбкой.

⸻
Они поднялись на высокий холм за городскими стенами.
Отсюда открывался широкий вид на океан и город. Солнце уже уходило за западный горизонт, освещая воды багровым светом.
На вершине шелестела древняя сакура — огромная, величественная. Говорят, что она стоит здесь ещё со времён Великой войны. Значит, ей могло быть уже около одной тысячи лет.
Розовые лепестки кружились в воздухе, словно медленный тихий снег.Под её тяжёлыми ветвями возвышался каменный монумент.Аккуратные ступени, тонкая резьба, безупречно выведенные буквы:

«Никайдо Иори 990–1009 Пусть тебя никогда не покидает свет»

Осуке опустился на одно колено и положил мороженое у подножия. Они молчали. Минуту… или дольше.
Рюджи смотрел на имя.

Ты всегда бежал впереди..Смеялся громче всех...Почему и ты тоже?
Папа, мама...Нао...я до сих пор ничего не могу сделать...

— Прости, дружок… меня долго не было. Но твой отец — страшный человек, ослушаться его я не мог.

Пауза.

— А тут хорошо ухожено…
Вновь тишина.
Рюджи стоял неподвижно. Лицо оставалось привычно спокойным, почти холодным, но пальцы его незаметно сжались сильнее, а взгляд стал чуть тяжелее.
Эри же впервые за весь день перестала улыбаться. Её губы дрогнули, а глаза заблестели.
Тепло вокруг неё словно угасло вместе с уходящим солнцем.

— Я… сама ухаживаю… — тихо сказала она, стараясь удержать голос. — Я убедила господина Никайдо, что слуги не нужны… что сама позабочусь о нём…

Её пальцы сильнее сжали край рукава.

— Ты большая умница, — ровно сказал Оскэ, и в его голосе едва заметно прозвучала тоска.
— Уверен ему спокойнее, когда это делаешь ты. — добавил Рюджи.
Эри кивнула. Она знала, что несмотря на свою угрюмость и желание показаться холодным как собственный лед, он очень чуткий.
— Ты был прав, Рюджи, это место действительно ему лучше подходит семейной усыпальницы. - промолвил дядя Иори.
— Ага, он всегда говорил, от красивых видов острова он никогда не устанет.
— Когда я был на Большой земле, мне казалось что он здесь и встретит меня когда я вернусь…удивительное свойство человека.

Эри и Рюджи промолчали, они понимали о чем говорит наставник, их чувства слились воедино.

Лепестки сакуры медленно падали на камень, на ступени, на их плечи.
Ветер приносил запах моря и тихий шёпот уходящего дня.
Инадзава внизу зажигала первые огни.
А на холме стояла тишина — тяжёлая, но тёплая.
Словно память сама держала их рядом.

Сумерки опускались на город. Оскэ поднявшись развернулся к Рюджи и Эри — его лицо было необычайно серьёзным.

— Идём. Мой брат нас ждёт. Я хотел бы подождать до завтра… но увы, время не на нашей стороне.

Подопечные с пониманием кивнули.

Улицы Инадзавы уже горели бумажными фонарями. Тени от факелов плясали зловещие танцы на стенах домов. Троица направилась ко дворцу Никайдо: Оскэ впереди, ученики позади.

Рюджи заговорил первым:

— Слухи с севера начали приходить часто. Говорят местные пропадали, а иногда находили тела.
— Ясно, — тихо произнёс наставник. — Раз брат этим заинтересовался, то дело серьезное.
Эри шла молча, стараясь не сбиться с их темпа.
— Что говорил император?— поинтересовался Рюджи.
— Скоро всё узнаешь.

Они остановились перед массивными железными воротами, ведущими к белому дворцу с золотистыми крышами. На стенах возвышались дозорные башни, а знамя Дома Никайдо развевалось на ветру — пламя, закованное в кристалл, символ контроля и созидания.

— Господин Оскэ! Мы ждали вас. Ещё немного — и мы бы закрыли ворота, — произнёс мужчина у входа с почтительным поклоном.

Их встретил один из советников главы Дома.

— Я знаю расписание, Коноэ.

— Разумеется, господин. — Он медленно повернулся. — Позвольте проводить вас в комнату совещаний.

Гвардейцы, выстроенные в две параллельные шеренги, подняли мушкеты со штык-ножами образуя оружейную аллею. Троица прошла между ними вслед за советником вглубь дворца.

— Молодой господин и молодая леди тоже будут присутствовать? — с подозрением спросил Коноэ, слегка обернувшись через плечо. — Господин Никайдо знает об этом?

— Мой брат сам решит, стоит им уйти или нет.

— Хмм… понимаю. Прошу прощения за неучтивый вопрос, — тихо, но без особого одобрения закончил советник.

Рюджи и Эри переглянулись, но промолчали. Господин Никайдо Широ никогда не звал их на совещания.
Вскоре они остановились перед комнатой совещаний. Советник медленно открыл раздвижную дверь с деревянной рамой и белой бумажной вставкой. Помещение оказалось довольно скромным и минималистичным для аристократического рода.

Войдя первым, Коноэ поклонился и отошёл в сторону, пропуская троицу. Они выстроились в ряд и почтительно склонили головы.

— Давно не виделись, брат мой! Рад видеть тебя в добром здравии, — уважительно произнёс Оскэ, поднимая голову.
— Добрый вечер, господин! — одновременно сказали Рюджи и Эри.

Никайдо Широ, сидя за низким столом в традиционной позе сэйдза, махнул рукой, показывая, что формальности излишни.

Глава Дома был одет в кристально-белое хаори с чёрными контурами и золотыми узорами волн. Ему было уже за пятьдесят — он старше брата на десять лет, но выглядел лишь немного старше: больше седины, меньше улыбки и гораздо более суровый взгляд.

Рюджи уважал его не меньше, чем Оскэ. Никайдо были людьми чести, а Широ — отцом, потерявшим сына. Трудно винить его в холодности.

— Ты очень задержался, Оскэ. Я ждал тебя ещё пару месяцев назад… но рад, что ты вернулся, — ровным, властным голосом произнёс глава. — Прошу, присаживайтесь все.

— Благодарю, — ответил Оскэ.

Все трое сели напротив. Помимо Коноэ, в комнате находилось ещё несколько советников.

— О, кстати, господа советники, оставьте меня с роднёй наедине, — добавил владыка.

Советники переглянулись в недоумении.

— Мой господин, — заговорил один из них, — разве мы закончили наши дела?

— На сегодня — да. Остальное вас не касается. Свободны, вечер поздний.
Неторопливо они поднялись со своих мест и молча удалились, задвинув за собой дверь.
Рюджи и Эри переглянулись, не понимая происходящего. Комната погрузилась в тишину, а тусклый свет нескольких свечей подчеркивает атмосферу тайны. Широ, убедившись, что подчинённые ушли достаточно далеко, протянул руку брату. Его суровый взгляд смягчился.

Оскэ с тихим смешком пожал её.

— Аж дышать легче стало, а, брат? — начал старший.
— Твоя правда.
— Эхх, устал я за сегодня - добавил Широ размяв шею, — тем не менее…обсудим главную проблему. Рюджи, Эри, как и обещал, с приездом Оскэ я расскажу в какой заднице мы сейчас сидим.
Эри хотела еще раз наклонить голову, но Рюджи толкнул ее локтем.
— Расслабься уже.
— Э, ладно... — скромно произнесла Эри почесав пальцем щеку.
Широ заметил.
— Тут все свои дочь моя.
— Брат, давай ближе к делу. — вставил Оскэ.
— Хм, ты прав. Рассказывай, что сказал император? В письме с орлом явно не все.
— Да. Как ты и просил я передал императору твои подозрения, он в целом был заинтригован, если кратко, но официального расследования он не назначил.
— Еще бы. Сначала Кенлайская резня, потом мистическая пропажа Сайтокаге и Мизуки, странные смерти людей на нашем острове, империя будто трещит по швам, само собой чтобы общество не паниковало, лучше уж сохранять иллюзию нормальности.
Рюджи и Эри заметно напряглись.
—Дети, - продолжил Широ, посмотрев на Рюджи и Эри, — я не хотел открывать ваши старые раны, если не готовы…
— Готовы! - в унисон ответили ученики.
Широ даже слегка изумился.
— Хоо, я даже не заметил как вы выросли.
— Воистину. — поддержал Оскэ.
Рюджи подумав, ответил:
— Господин, это ведь…и ваши раны тоже.
Никайдо кивнул.
— Да…Иори был последней каплей…жаль я не отнесся к предупреждениям твоего отца серьезно еще тогда, десять лет назад.

Рюджи опустил голову стараясь сохранять непреклонное выражение лица.
— Я всегда думал что он преувеличивает, когда отправлял тебя ко мне инкогнито. Думал, он просто сильно испугался за твою жизнь после нападения.
Воспоминания ледяного мага всплыли ярким огнем. Осколки страшных мгновений в памяти переливались точно буря. Таинственный чародей с черной духовной энергией. Его белые почти мертвые глаза. Ай Наоми…Нао - его первая любовь, невинная девочка истекающая кровью от рук чародея. Лицо мамы, лицо отца…
В этот момент Эри взяла его за руку, смотря в его глаза. Рюджи коротко ей кивнул.

— Но сейчас очевидно, — продолжил Широ, — Сайтокаге Синдзи был прав, Кенлайская резня случилась пятнадцать лет назад, тогда пропал сын главы Наруками, затем через шесть лет нападение на ваши дома. Готов поспорить, что до вас они не добрались потому что отец тайно вас вывез ко мне, кто бы не стоял за всем этим, ему явно это не понравилось и решил стереть ваши дома, а затем.…нападение на моего сына год назад…Каждый божий раз наследники великих домов были под угрозой. Я ни в жизнь не поверю что это совпадение.
Широ незаметно сжал кулаки, даже такому сильному человеку тяжело держать скорбь в узде.

—Брат, как ты и просил, император не знает, что я проник во дворцы Сайтокаге и Мизуки для изучения улик.
Рюджи и Эри резко посмотрели на Оскэ.
— Ты…там был? — изумленно спросил Рюджи.
— Оскэ, что ты там видел? — с нетерпением спросила Эри.

Через месяц после отбытия Рюджи и Эри на остров Багровых Вод с Большой земли, случился беспрецедентный катаклизм. Два столичных провинциальных замка опустели без единого следа. Все представители домов, свита и слуги испарились словно призраки. Эхо этого странного события до сих пор не угасает. Когда они узнали что случилось с их семьями они не могли в это поверить. Они умоляли Никайдо Широ отпустить их домой, но глава обещал родителям защитить их детей. Возвращаться было слишком опасно, отныне сын Сайтокаге стал его воспитанником, а дочь Мизуки - невестой для Иори.

— Я могу понять ваши чувства…— аккуратно молвил Оскэ,—но увы, я ничего не нашел. Слухи не врали, замки-призраки без намека на жизнь. Сейчас там никто не живет. Если верить словам служащих императора, даже сенсоры не нашли ничего подозрительного.
Рюджи и Эри поникли.

Как такое возможно? Если даже магия сенсорики не распознала колебаний потоков, то…это что-то за гранью известного людям про духовную энергию? Отец, знал ли ты больше чем рассказывал?

—Хммм..— старший Никайдо задумался, затем спросил у младшего — Надеюсь, никто не заподозрил, что ты копаешь в этом?
— Не думаю, однако, ты обещал ответить к чему такая осторожность.
— Да. — выдержанная пауза, — Я подозреваю, что империя замешана.

Троица не ждала такого вывода.

— Э? Господин, вы уверены? — спросил Рюджи.
— Могу представить, почему ты так подумал брат, но не слишком ли? Это что-то на уровне народных баек.
— Я слышал, что такие слухи ходят, они весьма естественны когда ясного ответа нет, и все же…император бездействует. Точнее делает вид бурной деятельности. Официально он ничего не разрешил, но начать неофициальное расследование о пропажах и трупах на нашей земле был не против, а , Оскэ?
— М? Да, ты прав.
— Так и думал. Это действительно не кажется проблемой на первый взгляд, все таки пропажи и смерти крестьян дело нередкое, явно не вопрос уровня владыки, но если посмотреть на картину в целом, - пятнадцать лет после Кенлая. Кого из тех загадочных мятежных чародеев атаковавших город он нашел? Повесил каких-то доходяг и на этом все, а Сайтокаге и Мизуки это диверсия Королевства Аркдорн. Очень удобно.
— Теперь понятно почему вы заставили всех уйти господин. Сомневаться в императоре это…
— Измена. — спокойно закончил Широ. — Я понимаю, ты абсолютно прав сынок. Я доверяю моим советникам, но когда дело касается императорского дома или его лично, кто-нибудь захочет настучать даже на своего господина, случись такое и мне не сносить головы. Император выше любых клятв членам Дома.

Оскэ незаметно улыбнулся.
Его суровый старший брат никогда напрямую не скажет, что считает своих воспитанников семьей, которой не побоится рассказать даже такое.
— И все же, доводов слишком мало. С одной стороны логично, с другой же, император согласился с твоей теорией о связи казалось бы далеких друг от друга событий, — заметил младший Никайдо, — и я забыл упомянуть, - он попросил доложить ему о результате расследования.
— Хмм, это-то меня и смущает.
— А?
— Я не видел императора три года, тем не менее хорошо запомнил его нрав. Я ожидал, что он по меньшей мере внимания не обратит, а как максимум скажет самим разбираться, а его этой мелочью не беспокоить.
— Даже так… — уже с сомнениями говорил Оскэ.
— Оскэ, я всегда ценил твою рациональность. Сейчас я лишь поделился мыслями, не забивай голову мотивами империи, нам нужно решить более локальную проблему. Нашу личную, империя подождет, это вам пища для размышлений..…— он взглянул на своих воспитанников, — Рюджи, Эри.
— Да? — отозвались оба.
— Вам больно вспоминать смерть Иори, я знаю, но вы единственные свидетели. Прошу расскажите все еще раз.
На мгновение они оцепенели.
— На севере острова пропадают и умирают люди при неизвестных обстоятельствах, вы это знаете. Я допускаю кое-какую мысль. Прошу, это важно для всех нас, нам нужна зацепка, иначе я не смогу собрать этот пазл.
Они ответили не сразу, тишина становилась тяжелой, но через силу их уста начали рассказывать.
—Мы…
Это важно. Для меня. Для него. Я не смог защитить друга, но если найдем зацепку, это поможет мне отомстить.
Я больше не могу убегать, в память о нем, я должна быть сильной, я не разочарую его…

Эри остановилась задумавшись. Сегодня ночью было необычайно тихо. Полный штиль — ни ветра, ни пения птиц. Шептала только сама тишина. Иори в очередной раз навязал им приключения, — нужно было подняться по горному ручью к северу от Инадзавы, он говорил там есть некая открытая поляна, где небо как ладони. Иори всегда смотрел на небо будто оно отвечало ему, каждый их поход он отставал, не торопился, осматривался, тихо подмечал — звезды, красоту природы. Часто говорил, что мир слишком большой, чтобы прожить всю жизнь в пределах одного острова. Эри всегда становилось тепло от его миролюбивых, но хоть и порой наивных слов, это спасло ее и Рюджи от пропасти бессилия в которую они когда то сорвались, он стал их якорем. Он не говорил о силе, не говорил о власти, не говорил о несправедливости мира. Он говорил о дорогах. О море. О небе. Словно он знал обо всем больше чем другие люди, которые лишь стремятся подняться выше всех остальных.
Ей нравилось, что он не пытался быть сильным, нравился его искренний смех. Когда-то она думала, что заперта на этом острове, но рядом с ним, мир казался не ареной, а простором. И, может быть, именно поэтому она в какой-то момент впервые подумала, что политический союз может стать чем-то настоящим. Потому что Иори, смотрел на нее не как на наследницу Великого Дома, а как на человека, который тоже однажды захочет сорваться с места и побежать туда, где горизонт. Она поймала себя на мысли, что захочет пойти с ним куда угодно.

— Твою ж…за ногу! — вскрикнул Рюджи.
— Эй, Рюджи, ты там чего?— крикнул ему Иори вслед, он снова от него отстал, но в этот раз Эри была позади всех.
— Наступил на чертов острый камень! Иори! В последний раз я иду с тобой туда где сам черт ногу сломит. — нервно отозвался Рюджи.
— Ахах, кажется я такое уже слышал. — с иронией произнес Иори аккуратно огибая кусты и булыжники, — Сосредоточь духовную энергию, чтобы так легко не пораниться.
— Капитан-очевидность. И заморозить весь ручей вдоль которого мы идем? Если хочешь прокатиться на горке вниз, — устрою.
— Уу, какой-же злюка, — негромко высказался Иори, — Да, Эри? — он обернулся к ней.
— Его уже не исправить, — поддержала она, качнув головой.
— Эх, ладно, не будем тормозить.
Иори прошел вперед запрыгнув на огромный булыжник, разрезавший тропу, поправил светлые волосы и протянул руку.
— Давай.
Эри хихикнула.
— Думаешь, я сама не могу?
— Брось. Хуже не будет.
Она кивнула и в прыжке схватила его за руку. Он подтянул ее— и, невзначай, поддержал за талию.
— Ты испачкала свой красный жакет.
— Твоя вина. Потащил нас в гору по грязи.
— Прости, я без вас никуда, ты ведь знаешь. — виновато улыбнулся Иори.
Эри гордо подняла голову.
— Лааадно…..угостишь меня мороженым в качестве извинений? — моргнув глазом намекнула она.
Недолго думая, он ответил с теплой улыбкой:

— С большим удовольствием.

Позже, вспоминая этот момент, она осознала, что это была последняя улыбка, которую она видела у него.

Лес был густой и тяжело проходимый, передвигаться через него не прибегая к силе духовной энергии было довольно сложно, поэтому они и шли вдоль ручья. Рюджи заметил, что они отстали.
— Да чтоб вас, пойду потороплю их.

И вдруг, он замер.
Запах.
Никогда он раньше такого не ощущал, едкий, странный, похоже на смесь железа и…
— Тут что, кто-то сдох? - спросил про себя Рюджи.
Этот запах пробудил в нем нечто, о чем он позабыл. Оно начало вырываться из глубин его памяти, некая тревога, опасность. Он инстинктивно осмотрелся, — лес теперь показался темнее чем раньше, тени сгущались, слух стал острее меча, он начал слышать каждый хруст, каждый шорох и дуновение слабого ветра.
Казалось, словно кто-то следит за ними. Мороз пошел по коже.
— Эй, да вы…издеваетесь? — продолжал говорить Рюджи сам с собой, пытаясь сохранить свой саркастичный тон.
Воображение разыгралось?
Нет…запах точно настоящий.
И эта аура. Что-то чужеродное.
Он поспешил спуститься к друзьям.

— А? Рюджи так высоко поднялся? — спросил себя Иори, прикрыв лоб ладонью.

— Он…спускается? — заметила Эри.
Скверный запах , не трупа, но что-то вызывающее отвращение.
— Иори, ты чувствуешь? — тихо спросила Эри закрыв рот ладонью. Она подметила, что лицо Иори стало непривычно серьезным.
Все произошло так быстро, что невозможно осознать. Сначала задрожала земля.
Затем…
Хруст.
В пространстве что-то двинулось, зрение не уловило наверняка, оно пряталось то ли в тени, то ли в земле, быстрое, невидимое. Резкий звук. Скрежет воплей и стонов одновременно. Мгновение — и все.
Иори уже пронзенный насквозь висел в воздухе в двух метрах над землей. Капли крови обогрели лицо Эри. Она встала в ступор.
Тело оцепенело, мыслей нет.
Мир опустел.
Силуэт “нечто” извивался. Проткнувшая жердь вышла из его груди и Иори пал спиной наземь. Оно начало исчезать…или уходить в заросли, Эри уже не помнила, да и глаза ее в тот момент, это последнее чему она могла бы довериться.
Звук кровавого кашля вернул ее к реальности.
Подбежав к Иори, она подхватила его голову. Ее руки обвило кровавое тепло.
— Кххах…кха..
Хрипы.
Худший звук на свете.
Сквозь пелену ее помутненного рассудка прорывались яростные отчаянные крики.
— МРААЗЬ!!! ГДЕ ТЫ?!!!
Взрыв. Холодные волны от ледяной магии прокатились по земле. Духовная сила Рюджи светилась во тьме и удалялась все дальше, в неизвестность.
Не уходи…
Она сама не заметила как слезы поглотили ее.
— Ио..ри…—всхлип.
Прошу…
—Кхах…
Не надо…

Его глаза были почти пустые.
Последний свет угасал в них. Он успел взглянуть на нее.
Его пальцы из последних сил сжали рукав ее красного жакета.
Хрип оборвался.
И спустя пару мгновений…
Стало слишком тихо.
Тело Иори потяжелело.
Вернись…

Он успел увидеть размытое, искаженное в пространстве движение. Что-то большое, неуловимое. Как только Иори упал на землю, Рюджи увидел ту ночь, которую ему помогли на время забыть. Страх на лице Нао перед ее последним мгновением.
— Выходи… — прохрипел он.
Ярость смела контроль. Он кричал от отчаяния что есть сил, подсознательно надеясь, что таким образом боль уйдет, но она не уходила. Рюджи создавал лед и разрушал деревья в слепом гневе, его разрывало изнутри.
Оно сбежало, или испарилось, - неизвестно, но Рюджи продолжал разрушать, неистово.

Рюджи…
Мягко сказал его рассудок голосом Эри.

Ярость сменилась страхом.

—Эри…— тихо сказал он про себя. — ЭРИ!
Он рванул назад.
Лес стих.
Розоволосая девушка сидела на холодной земле.
Ни движения, точно статуя.
На ее коленях — уже холодное тело.
Ночной весенний воздух отдавал прохладой. Кровь остыла.
Она не двигалась и не отпускала.
Рюджи пал перед ними на колени.
И парадоксальное облегчение, — она жива.
Эри молчала, слезы текли ручьем.
Он коснулся лица Иори.
И молча попрощался.
Пустота.

Рана была свежа.
Эри проронила слезу.
Рюджи сжал кулаки.
Время уже перевалило за полночь.

— Простите… — виновато произнёс Широ.

— Нет, я в порядке, — спокойно ответил Рюджи.

Эри кивнула, вытирая слезу. Оскэ молчал.

— Нам всем нелегко. Проясним детали, — сказал глава. — Появилась новая мысль об этом существе?
Они задумались.

— Кроме странного запаха… я ничего не могу вспомнить, — тихо сказала Эри.

— Отряд вернулся туда с собаками. Следа нет, — напомнил он. — Что-то менее очевидное?

Он посмотрел на Рюджи.

Тот закрыл глаза.

Кроме запаха… что ещё?

Если бы я понял раньше… Нет.

Я начал спускаться, потому что они отстали. Я испугался.

Но чего? Я не боюсь леса. Запах — это запах. Он не несёт духовной энергии. Кровь, душа… душа…

Аура.

Он резко открыл глаза.

— Душа.

— Душа? — переспросил Оскэ.

— Страх мог быть не от запаха. Я будто почувствовал духовный поток. Холодную ауру. На долю секунды. Я решил, что это воображение… но тревога была неестественной.

— Ты уверен, что это не самовнушение? — осторожно спросила Эри. — Мы ничего не чувствовали.

— Разумный вопрос, — кивнул глава. — Рюджи, ты ощущал чужеродную ауру?

— Я…
Возможно, она права. Но этот страх не был случайным.
— Да. Это не была обычная тревога. Это была почти паника.
— Хм.
Широ задумался.
Оскэ заговорил:
— Если Рюджи способен улавливать колебания духовных потоков, он мог почувствовать это существо.
— Сенсорика у мага созидания невозможна, — нахмурился Рюджи. — Одна душа не владеет сенсорикой и стихией одновременно.
— В нынешнюю эпоху — да, — спокойно ответил Оскэ. — Но во времена Великой войны существовали маги, совмещавшие сенсорику и стихию.
— Я читала об этом, — тихо добавила Эри. — Но такие техники утрачены.
— Мы говорим о крайне слабой сенсорике. Он даже не понял, что идентифицировал поток, — завершил Оскэ.
— Иначе говоря, — подвёл итог старший Никайдо, — мы можем лишь строить теории. Это не меняет главного. Мы всё ещё не знаем, что это было.

Он перевёл взгляд на Оскэ.

— Пока ты был на Большой земле, мы рассматривали разные версии. От завезенного из Аркдорна тигра-хамелеона до магии призыва.

— Сенсорика у созидателя, а теперь и магия призыва… — добавил младший Никайдо. — Мы копнули глубоко.

— Маги призыва вымерли после Великой войны, — напомнила Эри.
— Все члены Домов в детстве читали об этом. — поддержал Рюджи.
— История приучила нас считать невозможное легендой, — спокойно продолжил глава. — Аристократы смеются над суевериями, пока сами не сталкиваются с необъяснимым. В то время как для многих людей обычная магия - дар богов, а не естественная физическая энергия.
Повисла тишина.
— Господин… — осторожно начал Рюджи. — Это связано с тем, что вы не допускали нас к расследованию смерти Иори?

Глава выдержал паузу.

— Я обещал вашим родителям защитить вас. Хотел, чтобы вы жили спокойно. Но вы больше не дети. И теперь я прошу вашей помощи.

Рюджи и Эри переглянулись. Оскэ кивнул.

— Сейчас на севере пропадают люди, — продолжил глава. — Жертв больше, чем вы знаете. Я сдерживал информацию. Но слухи контролировать невозможно.. И… я считаю, что это связано со смертью моего сына.

Эри вздрогнула.

— Мы не знаем, что это за тварь. Но, Рюджи чувствует её духовные потоки — значит, вы сможете её найти, если она действительно там.
Рюджи замер.
Наконец-то.
Эри осторожно сжала пальцами край его кофты. В её взгляде была тревога.

— Значит, начнём неофициальное расследование? — уточнил Оскэ.

— Император одобрил его лишь формально, — усмехнулся глава. — Но я начал бы и без этого.

Оскэ усмехнулся.
— Тогда завтра мы выдвигаемся? — спросил Рюджи.

— Завтра днём. Вы втроём отправитесь на север. Выясните, что там происходит.

Глава слегка склонил голову.

— Спасибо вам, господин, — поклонился Рюджи.

— На сегодня всё. Час поздний. И… удачи.
Они разошлись. Рюджи выходил последним.
— Господин Никайдо.
— Хм?
— Вы сдержали обещание нашим родителям.
На лице главы мелькнула едва заметная улыбка.
— Синдзи дал бы мне по лицу за чрезмерную опеку.
— Я не осмелился сказать это сам.
Короткий смешок.

Позже, в коридоре замка:
— Спокойной ночи, Эри. И не ешь перед сном.
— А? Я не ем перед сном, занудная сосулька.
— Тогда почему одежда стала свободнее? Размер побольше надела?
— А?! — она вспыхнула. — Как ты узнал?!
— Я пошутил. Повелась.
— Кажется кто-то давно не получал.
Она замахнулась кулаком, но тут же остановилась и рассмеялась. Рюджи усмехнулся.
Ее напряжение ушло, она нежно улыбнулась.
— Спасибо, Рюджи. Спокойной ночи.
— И тебе.
Они разошлись.

Рюджи сгорал от нетерпения. Годами он держал контроль, ждал своего часа. Теперь пришло время. Сегодня уснуть ему было тяжело. Но он взял свое. Во сне он вновь увидел белые глаза темного чародея, и последнее мгновение Нао. До гибели Иори ему редко доводилось возвращаться в ту роковую ночь. Но вторая подобная ночь еще сильнее углубила рану. И они возвращались. Он не боялся кошмаров, но боялся, что они не отступят никогда.
Фигура отца возникла рядом с ним.
— Помни, что путь — это последовательность поступков, которые ты не можешь совершить, если остаешься честным. Будь честен с собой, Рюджи, чтобы не случилось.