Посох и судьба

Посох и судьба.

Девушка с седыми волосами и осунувшимся старческим лицом сидела на пне, обнимая видавший виды ужасный посох, и смотрела вдаль. Посох был страшен на вид: на его навершии располагались три черепа, два из которых были маленькими и напоминали детские. Они находились на шипастом позвоночном столбе, уходящем в дерево, составлявшее основу посоха. Однако дерево было настолько старым, что казалось, задень его — и посох рассыплется. Из-за этого сестра надевала на посох мешок, чтобы скрыть черепа.

Девушка, точнее уже старуха, не заметила, как к ней подошла её младшая сестра.

— Сестренка, больно ты слаба стала, выкинь ты уже посох, может быть, поживёшь ещё.

Старуха медленно повернула голову в сторону говорящей и кряхтя ответила:

— Сестрёнка, я не могу его выкинуть, и тихонько отбросила посох в сторону, и он тут же прилетел к ней обратно в руку. Снова медленно повернув в сторону сестры голову, она тихо проговорила: «Он питается моей душой и жизненной силой». Не помню, рассказывала ли я тебе, как стала такой?

Сестра отпрянула от старушки и увидела, как посох поднимали какие-то страшные тени.

— Нет, ты ничего не рассказывала, в том числе и о событиях после смерти Китавы. Нас выбросили на берег Рэкласта, я тебя нашла спустя два года после того как я тебя потеряла уже такую поседевшую, а тебе всего то 25 лет… и то благодаря татуировке на твоей кисти и отрезанному мизинцу. Когда пыталась до тебя достучаться, ты обнимала посох и что-то бормотала про чудовищ, про Мэйвен какую-то.

— Что? Удивленный тихий возглаз. Всё-таки посох на меня повлиял сильнее, чем я думала

- Сестрёнка, ты прекрасно знаешь, что я умею колдовать благодаря камням добродетели, да и без них немного.

— Да, нас обеих же именно из-за этого-то и изгнали из Ориата.

— Да… Прекрасно помню, как нас судили, иногда кажется, хотелось, чтобы казнили нас тогда после суда. Ох, если бы ты знала, что я пережила.

— Так расскажи, вижу тебе недолго осталось жить.

— Да… да… Пошли в дом, — и девушка, точнее старуха, облокотившись на страшный посох, зашла внутрь.

Зайдя в дом, старуха сказала и протянула руку вперёд:

— Смотри, что я умею.

Внутри дома появилось странное небольшое размером с монетку и ужасное чёрное нечто, свет притягивался к нему, мелкие вещи, лежавшие в доме, полетели в сторону и исчезали внутри этого нечто, и девушка почувствовала, как тянет к этой тьме её, и тут же всё прекратилось, когда это чёрное ужасное исчезло.

— Что… Это… Такое… — с ужасом в голосе спросила молодая девушка.

— Это то, что я изучила в своих странствиях, преследуя Сируса и Зану, а потом после ухода Заны работала на Кирака. Эти два года были для меня длинными, как все сто лет по ощущениям… Время в Атласе идёт по-другому. Мне на самом деле около семидесяти лет.

— Но как? Спросила удивленного молодая девушка

— Когда я шла по пятам Сируса по дороге его деяний, я нашла этот посох в реликварии Ориата, когда изучала лабиринт правителя, нашла камень добродетели с самой смертоносной силой этого мира. Сфера пустоты.

— А что с посохом?

— Посох? Тяжело вздыхая ответила ей старуха. Сестра… Посох именно то, что меня сейчас и убивает. Ты прекрасно знаешь, что ведьмы могут жить больше двухсот лет, но этот посох он даёт мне силу и в то же время забирает плату. Каждое применение сферы пустоты забирает у меня несколько минут жизни, как видишь, минуты перешли в часы, в дни, в годы, в десятилетия, и вот спустя пятесяд лет путешествия в Атласе миров я глубокая старуха. За силу надо платить…

И так она рассказала ей всю историю жизни и путешествия по Атласу, как она убивала Сируса, уход Заны, знакомство и работа с Кираком, то, как она подружилась с Мейвен, и то, как убивала неких экзархов.

Спустя несколько часов неспешного рассказа девушка, сидящая перед своей седой сестрой, от эмоций заплакала… Очнулась она от того, что что-то тяжело упало на пол избы, она поняла, что её сестра умерла.

Обняв ужасный посох, старуха улыбалась с закрытыми глазами, словно спала. Трогать посох она побоялась, сестра ей много чего рассказала про него.

Позвав на помощь людей, они сожгли труп вместе с посохом.

Когда пепел разносило по ветру на берегу Рэкласта, девушка услышала голос сестры, но уже молодой, тот, который у неё был всегда.

— Спасибо сестра.

Где-то в глубине Атласа миров на перевале проснулась после недолгого сна молодая черноволосая девушка, обнимая точно такой же ужасный посох, но глазницы черепов светились. На её кисти была татуировка, а на руке не хватало мизинца. Она проговорила:

— Интересные сны ты показываешь.