Постапокалиптическая поэма

В восемнадцать лет девушкам положено думать о разных вещах. Но явно не о том, как приобрести деньги на существование. Пойти работать? Торговать собственным телом? Воровать? Во-первых, второй пункт можно объединить с первым, это тоже работа, кто бы что не говорил. Во-вторых, рабочих мест, кроме торговли, куда меня совершенно не тянуло, нет, а идти на панель не давала привитая родителями в детстве порядочность… Одно из ярких воспоминаний: маленькая весёлая девочка с косичками, я бежала, пересекая облитую солнцем поляну, где росли одуванчики. Спешила, чтобы успеть к обеду, наступая на жёлтые цветы, из-под босой ноги выныривали разные насекомые и уносились прочь… Сегодня на небе нет солнца. Вчера не было. Завтра не будет. Солнце, как цветочные поляны и Советский Союз, осталось только в памяти людей. Вечно серое небо зависло низко над головой. Будто ты попадаешь в стереотипный анекдот про Санкт-Петербург с его постоянно дождливым небом. Но теперь это над всей Россией, включая и наш маленький город на юге страны. Ужасная катастрофа ядерного характера украла солнце и жизни родителей… Когда я прибегала домой, родители велели ступать в ванну отмывать ноги, серые от пыли и жёлтые от сока одуванчиков. На обед – борщ. На десерт – мороженное, тающее под солнечными лучами…

Я шагаю между торговых палаток и шатров и чувствую на себе восхищённые взгляды. Такое внимание явно не мне. Далеко не красавица, так ещё одета в одежду цвета хаки, массивные ботинки на ногах и плоский головной убор, покрывающий мои короткие чёрные волосы, – мелькнуло в памяти, это берет, – все эти вещи не давали увидеть во мне представительницу прекрасного пола. Понимаю, что смотрят на моего питомца, которого я веду на поводке. Чили, мутирующий пёс, идёт, немного обгоняя хозяйку, держит нос близко к земле и временами взирает на окружающих со сдержанным любопытством. Слышу возгласы типа «Эй, красавица, хочу купить твоего пёсика за очень большую сумму денег! Ну, куда же ты?!» с кавказским акцентом. Друзей не продают. Правда, дружище? Я чешу за ухом, и он по поскуливает от удовольствия. И… вот же сукины дети глазастые, увидели-таки, какой у меня пол… «Леди, даю тридцать тысяч за эту собаку». Торгаши забыли, что такое дружба. Мимо, мимо, мимо скорей!

Я стою около палатки, долго смотрю на её тёмно-зелёный цвет, туго натянутые канаты, сдерживающие от бурь данное сооружение, вспоминая, что мне надо купить. Рядом в очерченном белыми кирпичами круге тлеет костёр, испуская облака сизого дыма. Над ним висит пустой котелок. Вхожу. Работающий здесь старый еврей встречает меня с радостной улыбкой. Как всегда.

– Сонька! – дружелюбно восклицает он, подняв вверх кулак правой руки, – Привет!

– Здравствуй, Марк! – отвечаю тем же жестом.

Торгаши забыли, что такое дружба, но не он. Друг и товарищ, который был знаком с моими родителями. Владеющий огромной информационной сетью и маленькой торговой палаткой тёмно-зеленого цвета, Марк рассказывает последние новости, пока я выбираю товар. Хотя многие назвали бы это сплетнями.

– Ты по-прежнему на первом месте по популярности в этом городе и нескольких соседних, укротительница «варанов».

Так называют диких собратьев моего питомца. «Вараны». Они нападают на людей, держат их в страхе. Никому не удавалось их приучить. Никому. Кроме меня. Просто повезло…

МАРК. Вчера «варан» напал на трёх охотников.

МАРК. От голода умерло десять человек. По слухам, вождь общины сделал из них котлеты.

СОНЯ. А есть хорошие новости?

МАРК. Какое тут веселье, только аномалий нет.

СОНЯ. (усмехается) А что, было бы весело…

МАРК. Прости, ничего хорошего. Рады, что ещё живы…

Чили с ноткой презрения коротко гавкает.

Я выкладываю на стол охапку товаров.

Патроны для пистолета.

Патроны для двустволки. А вот и сама двустволка – отбиваться от грабителей и диких зверей.

Нож, гранаты, дымовые шашки, бинты и целая бутыль спирта.

И целая куча самых разных консервов на любой вкус.

Пока Марк считает конечную сумму за всё это, я заряжаю пистолет новенькими патронами. Этого нельзя делать, а мне – пожалуйста. Остальное падает ко мне в рюкзак.

Скидка.

Протягиваю старый кассетный плейер с наушниками в придачу:

– Это тоже посчитай.

– Бери бесплатно.