Постчеловек-17

*

Не надо никого убивать

И ненавидеть никого не надо

И есть ничего не нужно

И пить ничего не нужно

А нужно быть таким

как если бы ты уже кого-то убил

Быть таким, как если бы

ты уже кого-то съел

не делая этого

Нужно быть таким

как если бы кто-то понял суть зла

вместо нас

а мы бы лишь знали об этом

(Древний Поэт)

1. НА ПОДОШВЕ МОИХ БОТИНОК

На подошве моих ботинок

сияет полночь,

сияет луна,

и разводы нефтяных рек сияют всеми красками солнца

как только моя подошва размокает

я понимаю, что градус повысился.

Я начинаю плавиться.

Я понимаю, мне пора идти дальше

и наступать на что-то более важное,

чем то, что сейчас лежит перед моими ногами, -

Сердце Человека.

25.01.218

2. НА КРАСНОМ ПЛАТО

Когда я выполз на него,

там лежал снег

уже давно лежал.

я тут же упал лицом вниз

и пролежал так довольно долго,

ожидая что из–под меня начнет что-нибудь прорастать,

но все было напрасно,

все оказалось зря, -

тогда я встал во весь рост

и прокричал в пустоту никчемную фразу,

но вокруг меня был лишь снег и лед,

и еще одно ослепительное сияние, которое затмевало все вокруг,

тут я поднял глаза вверх и увидал

черную ночную глыбу, висящую надо мною,

сверкающую белыми невидящими глазами звёзд.

Это заставило меня оглянуться вниз — туда,

откуда я только что приполз, -

там, под отвесной стеной зияла пропасть

и на самом ее дне висело желтое плато из песка,

чуть ниже — распростерлась равнина

из каменных глыб и ракушечника,

а далее — совсем внизу,

текла черная река,

маслянистая и затхлая, -

запах мертвечины доносился даже сюда, -

она бурлила, порождая на своей поверхности гнойники,

из которых вылупливались черные люди,

которых она тут же поглощала и впитывала в саму себя.

«Что наверху, то и внизу» -

вспомнились мне слова Древнего поэта.

Копоть, сажа и гарь испарялись с ее поверхности

и неслись вверх,

наполняя ночное небо воплями и нестерпимой вонью.

Тут я стал вертеть своей головой в поисках того свечения,

что стояло над Красным плато,

но никак не мог обнаружить его источника.

Как будто над моей головой

зажегся светоч,

которому не было названия.

Я стал откручивать свою голову,

как электромонтер прогоревшую лампочку,

и вскоре я держал свою голову в руках,

а над ней светился ослепительный нимб.

От соприкосновения с ним,

мои руки потекли,

а затем расплавилось и все остальное тело,

оно ровным слоем покрыло все плато,

и растопило снега,

лежащие на нем от начала времен.

Из него стали прорастать удивительно прекрасные деревья и создания,

я даже приметил двух красных человекоподобных,

промелькнувших перед моим взором и скрывшихся

за самым большим древом,

похожим на яблоню,

на котором уже засветились

первые яблочки.

И тут я увидал еще одно странное существо,

оно тоже затаилось за той яблоней,

оно было облачено в бронированную чешую как у рыб,

у него были крылья летучей мыши и когти

грифона,

а во рту у него был раздвоенный язык

и еще туда было вложено жало…

Я весь вспотел.

я понял, что оно тоже выползло из меня…

Я тут же ринулся прочь,

и пополз вверх —

туда где все еще высилось надо мною это черное плато,

утыканное мириадами глаз золотых людей,

но, мне показалось, это странное

существо снова последовало за мной.

27.03.218