Повелитель Голода

" Только недосказанность является основой для трагедий".- Крея

Пролог: Шанс

Жон был голоден. Он был голоден, устал и испытывал множество других недугов, пробираясь сквозь леса за пределами Анселя. Но, несмотря на различные трудности, он решил продолжать свой путь. В конце концов, он хотел стать героем, а какой герой позволит такой мелочи, как пустой желудок, остановить его на полпути?

Но, очевидно, что желудок Жона имел другое мнение на этот счет. Он вздохнул, сожалея, что не заглянул в семейную кладовую за дополнительными припасами перед уходом. Он решил действовать осторожно и незаметно, ускользнув ранним утром, не желая рисковать и привлекать внимание родителей слишком сильным шумом.

Они и так считали, что он не годится для роли охотника, а если бы поймали его на краже фамильного меча, когда он тайком убегал из дому, чтобы поступить в академию «Бикон», его бы наказали навечно. Наверное, они были правы — ведь ему пришлось бы подделать документы, чтобы поступить, но, черт возьми, он был полон решимости доказать им обратное!

Было уже около полудня, и Жон шел пешком несколько часов. Обычно путь из Анселя в Вейл занимал несколько часов на машине по шоссе, огибающим восточные горы Вейла. Вместо этого он шел более прямым путем через лес, который, как он надеялся, не был кишащим Гриммами. Расстояние было короче, но темп был намного медленнее. По расчетам, сделанным накануне отъезда, он должен был добраться до Вейла к закату, где снял бы хороший, недорогой мотель, а на следующий день полетел в Бикон на дирижабле.

Он надеялся, что его больше не стошнит на дирижабле. Последний раз он летал на дирижабле во время семейного полета в Аниму, лет шесть или семь назад. Он был уверен, что уже давно перерос свою морскую болезнь.

Но это не имело значения. Сейчас ему нужно было просто продолжать двигаться вперед, шаг за шагом. Все, что ему нужно было делать — это двигаться на запад и не терять связь с внешним миром. Естественно! Он должен был сосредоточиться на всех своих целях! А не на том, что он мог потерять связь с западом, когда солнце было в зените, на том, что у него нет еды, нет связи, и о Гримм, которые могут его убить.

Нет! Так думать нельзя. Никаких негативных мыслей, ни в коем случае. Нужно оставаться позитивным и уверенным в себе. Шаг за шагом...

ТРЕСК.

По воздуху разнесся треск сломанной ветки. Арк неохотно посмотрел вниз. Под ним не было ни палок, ни сучков. Он не издавал такого звука.

Гррррр...

Жон замер, услышав позади себя гортанное рычание. Медленно повернувшись, он вытянул шею как можно дальше назад, и тут краем глаза увидел это. Безумно большое черное тело, напоминавшее волколака, которого он видел в книгах, с несколькими белыми костяными шипами, торчащими из лап.

— Оооо, мой Оум. — Сердце Жона сжалось. Колени подкосились, ладони вспотели, его чуть не вырвало остатками макарон, которые он съел на завтрак.

Ладно, думай! Как тебе отсюда выбраться? Э-э... движение, верно? Их зрение основано на движениях? По крайней мере, так говорилось в том фильме про тематический парк Гримм. А фильмы не врут, правда?

Семнадцатилетний юноша стоял совершенно неподвижно, лишь звук биения его сердца отдавался в голове. К его удивлению, беовульф, казалось, тоже остановился, наклонив голову набок, словно в замешательстве. Однако облегчение тут же сменилось паникой, когда беовульф мгновенно рванулся вперед, бросившись прямо на него.

Надо отдать должное Жону: хотя он никогда и не проходил никакой боевой подготовки, он, по крайней мере, считал себя достаточно подготовленным физически. Достаточно подготовленным, чтобы развернуться, бежать и держаться на безопасном расстоянии от Гримм, спасаясь бегством.

Проклятый фильм! Зачем ты мне врал?!

Пять минут. Последние пять минут Жон бежал изо всех сил. Ноги горели, легкие болели, но тело игнорировало всё это, полностью поддавшись инстинкту бегства.

Быстро оглянувшись назад, он увидел, что альфа-беовульф всё еще преследует его по пятам в поисках жертвы. Жон выругался себе под нос. Он больше не мог так продолжать, и он это понимал. Он слишком устал, и если он не изменит тактику, то умрет.

Часть его мыслей была о том, чтобы использовать Кроцеа Морс и попытаться победить Гримм, но его огромные размеры и очевидный возраст быстро развеяли эту идею. Хотя он и хотел стать героем, он был достаточно реалистичен, чтобы понимать, что тут ему не справиться.

Он огляделся, ища что-нибудь, что могло бы дать ему преимущество. В этот момент он почувствовал, как что-то тянет его влево. Не физическое, а ментальное, подсказывающее ему посмотреть в ту сторону. Решив довериться этой интуиции, он повернулся и увидел пещеру. Не большую зияющую дыру в горе, а небольшую трещину в камне, достаточно узкую, чтобы он едва смог протиснуться, в то время как у Гримм не было бы ни единого шанса войти.

Понимая, что это его лучший шанс на выживание, Жон развернулся и бросился к скале. Беовульф вонзил когти в землю, чтобы изменить направление своего движения и не отставать от более проворного человека.

— Ах, пожалуйста, перестань умничать! — воскликнул Жон и направился прямиком к пещере.

Жон двинулся вперед, пока Гримм приближался к нему сзади. Когда последние силы покинули его, он нырнул в трещину, игнорируя все порезы и царапины, которые получал, проталкиваясь всё глубже и глубже. Позади него раздался ужасающий хруст, и он увидел, что беовульф таранит пещеру и пытается прорваться к нему. Он продолжал бить черепом и когтями по камню, отчаянно пытаясь разбить гору, чтобы добраться до своей следующей жертвы.

Сдавленно всхлипывая, Жон продолжал пробираться всё дальше и дальше сквозь расщелину. После нескольких ужасающих секунд Жон выбрался из расщелины и оказался в гораздо большей пещере. Блондин ненадолго выдохнул с облегчением: теперь ему больше не грозила опасность быть придавленным камнями или умереть от голода. А мысль о том, чтобы отрубить себе конечность и сбежать, как в фильме «172 часа», его совсем не привлекала. Рёв и удары о камень привлекли его внимание обратно ко входу, но они звучали достаточно отдаленно и приглушенно, чтобы он поверил, что находится в безопасности.

Переведя дух, Жон позволил себе расслабиться. Ему оставалось лишь отдохнуть, подождать, пока чудище потеряет к нему интерес, и он проползет обратно через дыру и продолжит свой путь в Академию. Немного неровное начало его странствий, но какой же путь героя не начинается с небольшого экшена и ужаса?

Прислонившись спиной к каменной стене, Жон полез в рюкзак, достал флягу и жадно выпил воды. Теперь, в безопасности, Жон осмотрел окрестности. Пещера была относительно небольшой, всего пять, ну может быть, шесть футов в диаметре, с туннелем на дальнем конце, уходящим дальше под землю. Там было несколько низко свисающих сталактитов, но, к счастью, красное освещение пещеры было достаточно ярким, чтобы он мог их видеть и не разбить себе голову.

Жон замер во второй раз за сегодня. Сосредоточившись на том, чтобы не умереть, он, похоже, не заметил, что вся пещера приобрела алый оттенок, освещенная неизвестным источником. Пещеры не должны быть красными. Откуда вообще взялся этот свет? Раздражало, что у него нет возможности создать факел, и пугало неизвестное происхождение энергии.

Любопытство взяло верх, и, следуя за светом, он продвинулся дальше в пещеру. До конца пещеры он добрался довольно быстро, так как она была не очень глубокой. В конце он обнаружил источник странного света. Это был сейф, похожий на те, которые он видел у своего отца для хранения оружия, или на те, что были в журналах, которые отец не хотел показывать матери.

Сам сейф был закрыт какой-то сеткой или чем-то подобным на месте обычного замка. Сетка то появлялась, то исчезала, оставляя сейф незапертым и постоянно излучая кроваво-альй оттенок, окрашивавший пещеру. Сам сейф был покрыт мхом и ржавчиной. Жон предположил, что эта штука находится здесь уже очень давно.

Он опустился на колени перед ящиком, положив обе руки на крышку. Рациональная часть его мозга кричала ему, чтобы он остановился и ушел, но любопытная и авантюрная сторона подталкивала его вперед. Легким движением Жон толкнул крышку вверх, открывая сейф. Со щелчком, за которым последовал шипящий звук сброса давления, крышка медленно поднялась, обнажив его содержимое.

Это была маска. Простая по дизайну, но в безупречном состоянии. Маска напоминала верхнюю половину человеческого черепа. Кроваво-алые прямоугольники обозначали области над глазницами, а сама маска была разделена вертикально металлической полосой.

Маска была угрожающей, но в то же время по-своему прекрасной. Ее дизайн был довольно мрачным, а расцветка слишком сильно напоминала маски Гримм, но что-то в ней всё равно притягивало его. Он задался вопросом, не является ли это маской Гримм, подобной тем, которые использовал Белый Клык.

Эти мысли вызвали у него волну паники. Неужели это место — какое-то убежище или тайник Белого Клыка? Жон закрыл контейнер, готовый оставить маску. Он не хотел связываться с группой террористов до поступления в академию.

Как ни странно, он не смог оставить маску на произвол судьбы. Он посмотрел ей прямо в глаза. Он чувствовал что-то глубоко внутри маски. Глубоко внутри… он знал, что оставлять эту маску здесь будет пустой тратой. Маска издавала тихий холодный шепот и вызывала непреодолимое желание взять её, словно голос в глубине души мальчика говорил ему, что она ему нужна.

В конце концов, судя по состоянию контейнера, это место не посещали годами, может быть, десятилетиями! Тот, кто оставил здесь эту маску, явно больше не нуждался в ней. Так почему бы ему не взять её? А если маска действительно окажется маской Белого Клыка, то… тогда он просто сдаст её полиции! Он расскажет им, где нашел маску, они проведут расследование и, возможно, поймают каких-нибудь преступников. Это было совершенно логично! Жон почувствовал, как в нем закипает гордость. Еще даже не начав обучение в Биконе, он уже строил планы по поимке преступников. Арк знал, что охотникам нужно доверять своей интуиции, и его инстинкты подсказывали ему, что он должен взять маску. Поэтому он потянулся к сейфу и схватил маску.

Почти сразу же Жон почувствовал, как по его телу пробежал электрический разряд. Жон вздрогнул и закрыл глаза, подумав, что попал в какую-то странную ловушку, вроде тех, что он видел в фильмах про археолога с кнутом, который искал древние артефакты во время Великой войны. Но вместо этого он почувствовал лишь теплое объятие. Он открыл глаза и обнаружил, что его окутывает желтовато-белое свечение. Он не подозревал, что маска пробудила его ауру.

— Ух ты, так странно, — только и смог сказать Жон, рассматривая свечение на своей ладони, затем с другой стороны руки, прежде чем свет погас. Эта реакция показалась ему странной, но в итоге он решил проигнорировать её. Он сможет разобраться в произошедшем позже, когда не будет в жуткой пещере посреди леса, кишащего монстрами.

Он в последний раз взглянул на маску, пристально глядя ей в глаза — глаза, которые, несмотря на свою пустоту, притягивали его всё глубже и глубже. Жон покачал головой. Он подумал, что адреналин, должно быть, наконец-то спадает, так как его начало кружить. Быстро открыв свой дорожный рюкзак, он бросил туда маску.

Внимательно прислушавшись и больше не слыша звуков снаружи, он понял, что чудовище, должно быть, потеряло к нему интерес. Он тихонько прокрался обратно через скалу. Вскоре он выскочил из пещеры, снова получив возможность подышать свежим воздухом и погреться на послеполуденном солнце. Осмотрев окрестности и не увидев никаких признаков преследовавших его Гримм, он ушел.

Удовлетворенный безопасностью окружающей обстановки, Жон взглянул на свой свиток. Он потерял всего около получаса из-за всей этой неразберихи. Если он будет идти быстрым шагом, а не неспешно, то сможет довольно быстро наверстать упущенное время.

Итак, кивнув и улыбнувшись своей неизменно оптимистичной улыбкой, юный Арк продолжил свой путь к Бикону, неосознанно став новым обладателем маски Древнего Лорда Ситхов.