Повести Туманной Чащи: Большая Школьная История

-И вы не... замнете этот случай, как обычно?

-У меня есть на вас компромат. Конечно, есть ещё список ваших достижений. Но сейчас первый работает против вас.

-Неужели... неужели ничего сделать нельзя?

-Попробуйте объясниться. Иначе мне придется принять крайние меры.

Сей разговор происходил в одной из школ Туманной Чащи - прекрасного города в мире, где жили прямоходящие, разумные, говорящие, иногда смешные звери. Существование у них было вполне мирное, и преступления были крайне редки. Потому все учебное заведение безмолвно встало на дыбы, когда узнало, что из некоторых кабинетов стали пропадать мелки, фломастеры, краски и подобные артистичные инструменты. Сперва никто не замечал исчезновений, но буквально на следующий день бдительный взгляд директора оказался прикован к девственно пустым местам на полках в комнате учителя математики. Он был лосем средних лет, потому он не особо ценил давление со стороны руководителя школы. Особенно ночью, в конце смены, когда никто не узнает о разговоре.

-А камеры наблюдения? - пытался оправдать учитель, - Они ведь установлены по всему периметру, и внутри тоже!

-Я окинул их взором, и я заметил, что часть наших записей попросту стёрты. Были наши припасы, а потом бам! И исчезли. И вы единственный, кто оказался неподалёку, - директор специально старался быть наиболее осуждающим в этом разговоре. Если лось и правда был вором, то он его поймал с поличным. Если нет, то впереди ждет ещё много работы.

-Это абсурд! Негоже обвинять любого, кто пал жертвой компьютерных гениев... Их не так много, чтобы их было сложно вычислить! Только позвоните в полицию, и...

-Вы правда думаете, что я вынесу инцидент за пределы нашего здания? Проще будет вас уволить и взыскать штраф за всё утерянное. Правда, у моей гипотезы много брешей, если подумать...

-То есть вы меня отпустите?

-Нет, куда там. Я же почти поймал на месте преступления. Побудите под моим строжайшим наблюдением. Попытаетесь сообщить кому-то, так я сделаю все, чтобы ваша жизнь превратилась в Ад. Репутация школы важнее всего, сами знаете.

-А если дети... пронюхают обо всем? Вы вообще об этом думали?

-Злиться будут их родители, что припасы, оплаченные налогами, исчезают в пустоту. Так что на вашем месте я бы...

Дверь огромного кабинета, где происходил разговор, легонько скрипнула. Помещение быстро, в придачу к лунным лучам, что орошали меловую доску, десятки парт, книжных шкафов и шпаргалок по математике, заполнилось искусственным желтым светом из коридора. Нетрудно было разглядеть чью-то наглую серую морду по ту сторону. Сперва она явно не хотела, чтобы о её присутствии кто-то узнал, но в итоге все равно решила зайти и прикрыла за собой дверь. Глава учебного заведения быстро перестал держать жертву за её одежду и принял официальную стойку.

-Товарищ директор, что у вас тут происходит? Я слышал какие-то грубые речи от вас, пока заканчивал последние отчёты, - сообщил волк. Он был не самого высокого роста, однако это придавало ему особого шарма.

-Пожалуйста, давайте не будем усугублять ситуацию... – ответил спрашиваемый, однако его слова пролетели мимо.

-Чёрт, вы же слышали, в чем он меня обвинял! Он считает, что я ворую школьную собственность! Но зачем мне эти мелки, краски и фломастеры? Я же не бедный, у нас в школе все нормально зарабатывают! Вразумите его, пожалуйста... - отчаянно сказал учитель. Он даже лапами начал молиться серому, что того удивило, подбодрило и разочаровало одновременно.

-История более чем показывает, что если у нас кто-то ворует, так это дети, и то ради забавы. А вы... - начал гость, но его остановил директор.

-Я проверил все видеозаписи, и ничего. Мы не можем потерпеть утрату школьной собственности, но выносить этот инцидент за пределы данного кабинета... сами знаете, опасно.

-Более опасно, чем злобный лось-учитель? - проворчал обвиняемый, - Я могу уходить? Вот, забирайте все, что в моих карманах, и сумку мою забирайте, но позвольте же мне хоть с моими детьми увидится! - крикнул он, выкидывая пару пачек сигарет, зажигалку, несколько странных конфет и справочник по логарифмам на деревянный стол. Он направился на выход и растворился во тьме искусственного света.

-Вы всё испортили. Надеюсь, вы собой довольны, как и своим вечно снующим, где не надо, носом, - проворчал Директор.

-Он не похож на вора. Да и в Туманной Чаще кто станет красть мелки? У нас даже грабители хитрее будут, - отшутился волк.

-Возможно вы и правы… держите уши востро. И не вздумайте никому о произошедшем говорить.

-Я знаю. Иначе уволите ещё. А мне, пожалуй, деньги пригодятся ещё.

Впрочем, неудивительно, что определенная атмосфера подозрений начала мягко расползаться по комнате. В основном это касалось приближенных директора. Этот товарищ всегда был нервозным (и стервозным), но иногда его настроение становилось настолько ужасным, что он начинал обращать внимание на бессмысленные мелочи. Такие моменты все желали отслеживать, чтобы поскорее оказаться подальше от злобного зверя. Может показаться странным, что он до сих пор работает, или что его сотрудники до сих пор не уволились, но сей животное отличалось своей способностью целеполагания и целедостигания, из-за чего подкопаться к нему было сложно. Впрочем, надо сказать, что сам он был большим фанатом хранения недостатков работников при себе.

И даже описанное выше не было наибольшей бедой из всех. Если раньше знающие беспокоились о пропажах припасов ночью, то теперь они начали пропадать днем, причем из нескольких кабинетов сразу. В 11 часов пострадала биология, в 13 часов - языки, на следующий день, в 12 часов - из комнаты технологического труда, в 14 часов - из кабинета физики. Директор, забегавшись за более важными делами, сперва даже не обратил внимания. Зато за этим следил волчара. Краем глаза. Иногда и всей своей мордой, конечно же, за что получал оплеухи от охранников. Пропадали теперь не только мелки и краски, но и реагенты, листы А4, иногда безумно старые книги, считай, раритетные. И картина была маслом - камеры не могли отследить ничего. Кому бы в их самом ужасном состоянии ума понадобилось бы красть общественное имущество в одном из лучших городов континента? В этом нет никакого смысла.

Вишенка на торте всей ситуации - слова самих преподавателей. В учительской серый зверь задавал пару вопросов своим коллегам, чтобы понять, не видели ли они злоумышленников. Эти товарищи отвечали, что не помнили ничего такого, более того - они и не замечали, чтобы эти предметы вообще были в их запасах! Бессмыслица какая-то. Или заговор. Глупая шутка. Возможно, будет лучше, если это всё окажется тупым сюрпризом. Иначе ситуация превратится в бесконечную головную боль для всей школы.

Жизнь в лице уроков, несмотря ни на что, продолжала идти своим чередом. Детям ничего пока не угрожает, а любые потери важных для учебного процесса предметов пока восполняемы. И сейчас будет лучший момент для того, чтобы лучше познакомиться с этим настырным волком. Звали его Юргеном. Он любил носить оранжевые рубашки с темно-оранжевыми пиджаками, и у всех них были укороченные рукава. Даже зимой он предпочитал подобный дресс-код! Среди обуви, однако, любимчиков у него не было - носил то, что не успело развалиться. За свои 31 год жизни он мало проработал со школьниками. Выпустил всего пару классов, но один из них оставил ему прощальный рисунок, что сейчас серым держался в кармане означенной рубашки. Он не настолько сильно любил свою работу, но сентиментальности ему иногда было не занимать. Жаль, что он о ней ни с кем не говорил.

Свой класс Юрген держал в чистоте во многом благодаря уборщицам. Лишь полки с редкими историческими книгами подвергались его личной уборке, потому что достались с прошлого места работы. Учитывая, что он вёл историю, - предмет настолько тяжелый, что в основном он преподавался лишь в военных академиях и на некоторых факультетах университетов, и в качестве исключения был в этой школе, - ему никто перечить и не пытался. Более того, дети к нему относились более чем уважительно.

-Господин Юрген, простите, но... я забыл, сколько длилась Великая Война, - сказал ученик, олененок, что отвечал у доски домашнее задание. Порой идиотизм детей немного подбешивал, но за свои малые годы жизни серый научился частично сдерживать чувства.

-Самый важный конфликт нашей истории... разочаровываете вы, увы. Я бы поставил вам низкую оценку... если бы не одно "но". Поделюсь маленьким, но важным секретом. Не только наши ученики забывают, когда идет расписание уроков. Строго говоря, никто не помнит, когда именно началась Великая Война. Она длилась так долго, что лишь по редким архивам можно определить примерную дату начала, и о ней до сих пор спорят, - с придыханием говорил историк, расхаживая по кабинету возле доски.

-Но как тогда вообще можно нам рассказывать об истории, если никто её точно не знает? - спросил смышленый лисенок за партой перед учителем. Он казался волку уж очень перспективным, будто он расцветет в ближайшие 10 лет.

-Здесь важен принцип, а не детали. Их оставьте более опытным зверям, что свои жизни готовы положить за это дело. А для остальных... конечно, родители вам могут многое рассказывать, но мы стараемся подавать то, что более-менее можно назвать фактами. Кошмарными, ужасными, безумно интересными!.. Немногие из вас пойдут по моим стопам. Я и сам не советую вам этого.

-А как вы тогда все это узнали? Вы вроде не рассказывали о том, что обучались в историческом университете! - поинтересовался совёнок. Чрезвычайно дотошный тип, который просит ответы на вопросы, что мучают даже самых умных зверей. Впрочем, домашку он делал исправно.

-У меня когда-то были хорошие друзья, - с болью сказал Юрген. Он бы всплакнул, не будь при учениках, - И у меня была совсем другая работа.

-Вы нам про неё будете рассказывать?

-Я же не хочу, чтобы ваших родителей посадили в тюрьму, а вас отправили в детдом! Так что нет, простите, ограничимся этими учебниками особого издания, заверенными самой Армией Туманной Чащи.

-Разве это хорошо, что мы изучаем позицию только одной стороны? - задал вопрос пингвиненок. Его родители не любили этот город и пытались его всеми правдами и неправдами осадить. Он говорил лишь то, что слышал дома. Его даже было жалко.

-Послушай, дружок, - волк подошёл к его парте, чем напугал соседа и самого ледяного жителя, - Вы ещё детишки, так? Вас не поводишь по самым страшным выставкам Военно-Исторического Центра. А я видел не только реплики и фотографии, а натуральные вещички. Хоть и война закончилась больше полувека назад. В самом страшном кошмаре и то изображения помилее, чем реалии войны... Я это веду к тому, что сейчас уже всем плевать, кто был прав, а кто - нет. Все хотели перестать быть жестокими машинами убийств. Хотели вспомнить, какого это - быть творцами мира, созидателями. И нашим предкам это удалось. Но они знали, что если не преподавать всем живущим ныне и в будущем эти истории, то они всё забудут и повторят этот опыт. Никто такого не хочет.

-Но мой папа говорит, что все и без того боятся Войны и её последствий… - неумело отвечал лисёнок.

-Значит, наши предки постарались на славу, показывая нам всем историю как она есть.

Только-только волк хотел вернуться к проверке домашнего задания, как в кабинет ввалился опоссум. Его внешний вид вызывал у старших зверей вопросы, у младших - безудержный хохот. Авторитета Юргена хватало, чтобы смех сделать тихим и вежливым, однако сам посетитель всё ещё оставался чудовищным чудаком. Он всегда ходил в рыболовецкой форме. Чистой до безупречности, будто бы он никогда и не видел рек или моря, хотя запах от него стоял океанский. На его одежде нередко оставались следы крючков, сами крючки и части композитных удочек. А взгляд... самый странный в истории этого мира, не иначе. И если волк умел говорить грамотно, хоть и много, то опоссум представлял собой загадку, достойную его имени - Вернер.

-У вас снасти не пропадали? - спросил он. Юргену оставалось лишь вздохнуть, подойдя к своему коллеге и хватая его за плечи.

-Нет, у меня всё в порядке. Я думал, что у тебя сейчас урок. Биологию никому нельзя пропускать, - сдерживал свой гнев волк.

-Сейчас окно. Проплывал тут и подумал, что у вас что-то случилось.

-Всё на месте. Никто не пострадал. Всего лишь рассказывал ученикам про реалии Великой Войны.

-Только не заходи за рамки дозволенного. А то рыбу всю распугаешь, а она нерест не даст, и все погибнут от голода.

-Ага... спасибо за нравоучения, но, пожалуйста, позволь мне нормально провести урок. Как тебя директор вообще пропускает ко мне?..

-Он на этой неделе ругает всех руководителей хозяйственной части. Будто бы они помогут решить его проблемы. Вот же странный народец, правда...

-Разумеется. Но сейчас ты мне кажешься самым странным, и немного грубым. Если ты не можешь поведать нашим зверятам об истории больше, чем, я конечно же.

-Что ты! Я не хочу пойти по твоим стопам и быть выправленным за шкирку лишний раз. Я же утону!

-Тебя никто не учил изъясняться понятливее? - прорычал Юрген, готовясь вышвырнуть своего гостя за дверь.

-Учили следить за волчьими глазами. Видимо, здесь мне клевать нечего.

-Долго же ты это понимал.

И опоссум исчез в дверях. Тихо закрыл за собой дверь. Серый решил ещё раз осмотреть свой кабинет и убедиться, что у него действительно ничего не пропало. А в это время ученики пока могут пару параграфов прочитать лишних. Вся эта ситуация создает немало проблем нервишкам даже таких умалишенных, как Вернер…

И все бы ничего, но урок не мог закончиться нормальным образом. Нет, в этой жизни ничего обыденного не останется такими темпами. Директор на радостях решил вызвать Юргена на "очень важный разговор". Они никогда хорошо не кончаются, волк это прекрасно помнил. Во время первой такой беседы ему пришлось провести пару дней в полном одиночестве, потому что гениальнейший глава школы подумал, что будет хорошей идеей надавить на новоприбывшего и напомнить ему о старом месте работы. С той поры отношения зверей не особо улучшились. Даже профессионализм серого не спасал, ибо в глазах директора идеал существовал лишь в каком-то непонятном вакууме, который не мог похвастаться стабильностью мысли.

Совокупность всех этих факторов заставляла Юргена держать свой шаг медленным и подавленным. Свое единственное окно в расписании он решил провести в чувственном одиночестве. Много кто замечал его поникшие глаза, но мало кто хотел завести с ним разговор. Длинные коридоры были наполнены радостными детишками, уставшими работниками школы и напуганными учителями. Картина печальная, но даже в лицах самых негативных зверей наблюдался какой-то проблеск надежды, помогавший волку не сойти с ума окончательно. Он привык много с кем болтать в свободное время. Но только если не был так напряжён.

Кабинет Директора, Барсука по имени Шварца, располагался на последнем этаже здания, в особом ответвлении, которое было заполнено всем административным блоком. В комнате справа сидели бухгалтеры, слева - заведующие учебной работой, а напрямик по этому коридору располагалась само помещение раздора... В нём всё было вылизано четкой барсучьей нервозностью. Книги стояли в алфавитном порядке, полки были отведены под разные временные периоды. То же касалось и документов. Были выделены целые шкафы под награды и статуэтку Енота, которую почему-то глава школы обожал донельзя. На стальном столе был смертоносный порядок, и даже кабели компьютера были классифицированы и разделены. Неудивительно, что именно хозяин этого места имел лучшую репутацию у правительства города.

-Сегодня ты быстро пришёл, Юрген. Боишься, что я расскажу всем о компромате на тебя и забуду обо всем хорошем? - раздался голос сзади. Волк успел пройти внутрь комнаты и не заметил, как в дверях появился сам Шварц. Его осанка всегда была идеально вытянута, хоть и казалась напряженной. Он носил красные костюмы с галстук-бабочками, выверенными до потери ткани от постоянных стирок и глажки. Взгляд этого зверя некоторым казался убийственным, но ещё опаснее был его блокнот, куда он записывал все, что находил в ходе своих ежедневных обходов. Неудивительно, что ему нужно столько администрации, он ведь почти не работает сам...

-У меня как раз окно в расписании. Решил не утруждать вас, - четко проговорил Юрген. Но Шварцу никогда не нравился тон историка. Он был дюже энергичным.

-Ты молодец. Всегда работаешь за дело, а премии получаешь как пить дать. Но я сюда тебя вызвал не по финансовым вопросам, - директор уселся в свое кресло, сделанное под заказ одним из химических заводов Туманной Чащи, - Кончай сновать своим носом где не надо. Не в твоей компетенции следить за школьными припасами.

-Наш город прекрасен тем, что наши жители помогают товарищам в беде, если у них на то есть возможность. Я таким располагаю. И не похоже, что вы далеко продвинулись в вашем расследовании.

-Хватит твоего бахвальства! Это всего лишь фломастеры, Юрген. Они могут пропадать хоть каждый день, мы восполним все потери. Наша репутация того не стоит.

-Поведение учителей тоже крайне странное. Здесь творится что-то совершенно не ладное... И не дай бог в этом виноваты другие города.

-Вот именно! Нужно сделать так, чтобы никто не пытался свести концы и края с нашей школой. Мы потеряем финансирование, престиж, любовь правительства!..

-И мы их потеряем, если оставим всё как есть. История показывает...

-Мне плевать, что показывают тебе дохлые звери! Чтобы тебя чем-то занять, предлагаю тебе вступить в делегацию, которая будет принимать у нас археолога.

-А зачем нам такой специалист? Под школой прячется военное кладбище?

-Уж тебе ли с твоими «знакомыми» не знать, что исторические команды постоянно снуют вокруг основания нашей школы.

-Увы, мне никто ничего не говорил.

-Тогда слушай и запоминай, голова ты дырявая. Эти группы зануд смогли установить, что под нашим подвалом находится захоронение времен конца Великой Войны. Они хотят его исследовать и забрать оттуда все древности. Ввиду специфики работы они послали туда молодого специалиста. Мы его встретим, покажем, как у нас хорошо, позволим работать пару месяцев, и все получат солидную премию за наш вклад в городское дело.

-Я так понимаю, это не предложение, а приказ, да?

-Ты можешь продолжать свое «расследование» и забыть о том, что я сказал, но тогда я буду пристально за тобой следить и перестану закрывать глаза на твои «мелкие просчёты». К тому же в делегации будет один из твоих любимых коллег…

-Как трогательно с вашей стороны.

-Что ты. Он сам мне об этом сказал. Надоедливые шавки… кстати, не хочешь потрогать мою статую Енота-солдата? Я недавно купил для неё золотую краску.

-Нет, спасибо. Это всё, о чем вы хотели поговорить?

Директор не стал даже ждать ответа, а тут же принялся изучать новые задачи, что пришли ему на компьютер с громким и пискливым звуком. Волк решил удалиться, пока его отсюда не выправили. Ему надоело такое отношение к себе ещё очень давно, и "Повторений - мать учений" он не любил. Перед уходом он получил очень важное напоминание о том, что факт попадания в делегацию связан с типичной бюрократической волокитой. Все равно такое развитие событий было лучше пристального взгляда директора за ним в обычное время. В связи с этим Юрген направился к секретарям, получать необходимые подписи, ставить печати. Судя по тем документам, что он увидел краем глаза, в эту группу встречающих входило до 16 зверей. Все они принадлежали к разным отделам школы и были любимчиками директора. Волку в этом сборище будет очень некомфортно, ибо животные, что находятся в хороших отношениях со Шварцем, или очень мало требуют к себе, или оказываются сильнее его в спорах. Оба типа личностей были не самыми приятными в обращении.

-Любопытно, что вас пригласили на эту встречу, господин Юрген, - заметила секретарша, полевая мышь. Для неё даже сделали особый маленький кабинет прямо на столе, где работали все 12 её подчиненных. Ходили слухи, что они были её "очень большими поклонниками", но вдаваться в сплетни серый не любил.

-Директор Шварц умеет всех нас удивить, и я никогда не был исключением, - ответил он максимально уверенным тоном. Несмотря на то, что в его душе все было не настолько приятно.

-Это точно! Он нас всех порадовал вашим появлением... всех, кроме моих любимых работников. Необычные дела, правда?

-Не то слово. Кстати, а у вас ничего не пропадало из канцелярских предметов?

-Принтеры неожиданно потеряли все чернила, хотя директор лично заказывал нам недавно целый комплект, которого бы хватило на 2 года! Кто-то говорил, что их отдали ради благого дела, но ради какого - я не поняла...

-Простите за беспокойство. Всего лишь стараюсь помочь.

-Ничего страшного, Юрген! Побольше бы волков вроде вас в нашем городе!

-Спасибо за комплимент. И больше никаких бумаг мне заполнять не надо?

-Право же, мы сами со всем разберемся! А если мои пок… работники откажутся, то я сама все за них сделаю!

-Буду премного благодарен за это.

Результатом всех этих манипуляций (помимо разъяренных любителей полевой мыши) оказалась ламинированный документ с указанием даты, времени, места встречи для всех делегатов. Имя гостя не разглашалось. На обороте находилась примерная культурная программа, но серый ей не особо доверял. В этой школе такого рода вещи жили своим чередом. Особенно если директора не было рядом. В любом случае историк не собирался прекращать свое расследование - он просто отложит его до новых улик. Шварц любил преуменьшать масштабы бедствия, и произошедшее - далеко не первый случай за те малые годы, что Юрген провел здесь. Буквально пару лет назад была целая история с засоряющими туалеты бедокуром. Много кому было не плевать, но господин глава школы все скрывал, пока нарушитель в поисках внимания не дошёл до бомбардировки всей системы санузлов в здании. Кончилось дело дорогостоящим правительственным ремонтом и многочисленными упреками, особенно в адрес не самых любимых зверей, в числе которых был и...

-Господин Юрген! Вы не могли бы помочь? У нас тут пара тигров из старших классов вцепилась друг в друга из-за кого-то... - к волку посреди коридора подбежал мальчишка. Кажется, он был львенком. Явно ему досталось в ходе этой битвы.

-Я очень похож на миротворца, да? Знания в истории помогают? - усмехнулся серый, но, увидев грустную гримасу школьника, тут же добавил, - Не волнуйся. Я помогу.

Дело было плевым. Старшеклассники нередко сражались друг с другом из-за дел сердечных. В основном эти поединки носили характер театральный и умозрительный, но иногда выходили за рамки. Учителя были обязаны помогать в таких случаях. Но историк не удивлялся, что никто не приходил на помощь. Преподаватели находятся в последнее время в каком-то состоянии транса, благодаря которому они лишаются всего своего имущества. Каким чудом его избегал волк - понятия никто не имел. Однако, на его счастье, проблема тигров быстро решилась, а малый лев был только рад рассказать своим друзьям о крутом волчаре. Хорошо, что ещё оставались в этом заведении звери, которые его ценили. Одного такого давно было пора проверить, отдавая ему кое-что с собой.

Вопросы возникали у многих. В основном из-за того, что эти двоя очень редко пересекались. Отдел Бухгалтерии и учителя друг с другом редко встречались, и в основном по причинам финансового характера, за что первых уважали с большими натяжками. Но во время обеда все шли в гигантскую столовую на 2 этаже. Там-то приходилось сидеть со всякого рода личностями. Юрген предпочитал обедать с коллегами или в полном одиночестве, по настроению. Во время своего дня без лишних гостей к нему решил присесть лис как раз из бухгалтерии. Он был одет в небрежно выглаженный официальный костюм коричневого цвета и прелестную белую рубашку. На ногах красовались лакированные туфли, а на одной из лап, державших поднос с блинами, находилось кольцо, явно повидавшее слишком многое. В кармане брюк этого зверька держался калькулятор, который регулярно проверялся этим зверем. Сперва они не очень ладили. Но, узнав друг друга, начали помогать по возможности. Юрген оказывал посильную помощь в плане исторических книг, а лис помогал с премиями и финансированием. И ещё им было приятно общаться о том и о сем, они часто виделись утро, на входе в школу...

Жаль, что коллеги из бухгалтерии энтузиазм этот не разделяли. В их довольно большом помещении с панорамными окнами и безбашенным количеством горшков с растения также сидело немало недовольных зверей. Почему-то они не любили, когда их атмосфера работающих компьютеров, сейфов с деньгами и прочих финансовых устройств оказывалась нарушена присутствием не кем иного, как историка. По неясным причинам они считались главными растратчиками города. "Тень армейской репутации", думал про себя волк, когда заходил в этот маленький Ад. Его поливали взглядами все грызуны, что здесь работали, а также некоторые большие виды из разряда тех, что до сих пор инстинктивно запасались на зиму. Их таланты здесь более чем пригождались, но вот с характером им явно не повезло. Слава Богу, что рабочее место лиса было ограждено от остальных, ведь он был главным бухгалтером.

Этого рыжего зверя звали Корнелием. Он был особого вида работягой, что постоянно решал кроссворды или судоку, если не был по горло занят работой (такое бывало очень редко). Даже сейчас, когда волк пришёл к нему, предварительно постучавшись, товарищ находился в середине подсчетов расходов на делегацию. С осторожностью он впустил друга внутрь.

-Я слышал, Юрген, что ты заходил к директору и теперь тоже причислен к встрече с гостем. Ты так нас обанкротишь, - немного сиплым голосом заговорил рыжий, отрываясь от своей работы за монитором, среди стальных стенок.

-Есть такое. Учитывая нашу с ним историю, я до сих пор удивляюсь, как он меня не уволил, - ответил серый, ставя на дубовый стол склянку с медицинскими указаниями, - Как ты и говорил. Твоя микстура от хронического кашля.

-Но... ты совершенно не был обязан... - Корнелий немного заикался. С ним мало кто общался так лично. Ну, по крайней мере, в последние лет 5 его 32-летнего пребывания на этой планете.

-Да ладно тебе. Твой голос звучит приятнее без сиплости, - волк тут же хотел придвинуть склянку, как за неё взялась лисья лапа. В этом неловком состоянии они пробыли пару минут, пока серый не отпустил, а его товарищ не забрал лекарство в свою сумку.

-Давай лучше сменим тему...

-Хорошо. Насколько вообще важна эта делегация, что директор решил меня в неё впихнуть?

-Её финансирование крупное даже по нашим меркам. С этими средствами мы можем провести важные структурные, методические реновации, и даже проводить спектакли 2 раза в год. Возможно... и твои исторические мероприятия тоже. Ты ведь о них давно мечтал, да?

-Даже слишком, - вздохнул Юрген. Он скучал по старой работе. Ну, той, что была до его позорного ухода.

-У меня тогда встречный вопрос. Как ты туда попал? Шварц специально собирал личностей, верных ему, что не смогут даже теоретически все испортить. А ты...

-Я пару раз натолкнулся на странные вещи в школе. Кое-кого кое-где допрашивали. Может, я тебе потом расскажу об этом всё, ладно?

-Разумеется. Как бухгалтер я понимаю необходимость хранения тайн.

-А как ты, друг?

-Мне… тяжело отвечать на такого рода вопросы. Сам понимаешь.

Юргену очень хотелось присесть, но для сего ритуала здесь совершенно не было места! Никаких стульев, ничего подобного, потому он решил подогнуть свои ноги и оказаться на корточках, держась лапами за стол. Корнелия сие позабавило, он даже обрадовал всех редкой смешинкой, что удалось выбраться из его уст. Конечно, у него впереди было много работы, но уделить времени товарищу можно было всегда... особенно такому, как этот волк.

-Слушай... когда мы обедали, ты начал говорить что-то о своем сыне. А у него всё хорошо? - томно спросил серый, понижая тон. Он знал, что секреты друга надо оберегать как зеницу ока.

-Я тогда был не в настроении для таких разговоров. И сейчас тоже не готов к ним, - сухо ответил рыжий. Он не врал. Не заискивал. Правда тоже бывает больной. Но такого рода истина приятнее всякой сладкой лжи.

-Ровно как и к беседе об этом кольце, что красуется около твоего когтя? - Корнелий им мило покрутил в воздухе. Несмотря на изношенность, снимать сей аксессуар его носитель не желал.

-Вряд ли ты мог получить доступ к моему личному делу. Несколько лет назад я стал вдовцом. В этом нет никакой тайны. Сотрудники школы пытались проявлять сочувствие. Жаль, что оно было сильнее нужно моему сыну, чем мне.

-Разве? Ты её наверняка знал дольше.

-Потеря матери в столь юном возрасте будет отзываться в нем вечность. Увы, я открытостью любви не славюсь. В отличие от тебя, любимца публики.

-Я просто помогаю зверям по мере возможностей и обладаю искрометным языком. Хотел бы я им почаще пользоваться! - морда Юргена встала в такую позу, что собеседник почувствовал нечто странное. Двум взрослым зверям осталось лишь откашляться, чтобы избавиться от неловкости, - И что, он тебя с той поры ненавидит?

-Спроси об этом вне кабинета. Лучше уж расскажи о своем семейном положении. Мы с тобой знакомы так долго, а я никогда и не интересовался. Ты у нас достаточно финансируемый сотрудник, и я подумал...

-Я одинок, как перст. Люблю рассматривать доступные варианты... Много кому я нравлюсь, но, чтобы желать завести с ними семью?.. Я им так не доверяю.

-Понимаю. Ровно как и я своими секретами не разбрасываюсь направо и налево, как деньгами и чеками…

Забавно, что именно на этой фразе в кабинет, в часть Корнелия, завалился сам директор школы. Лицо у барсука было относительно довольное, ибо он держал в руках банку свежих анчоусов и ел её на ходу. Он так иногда делал. Закономерности в его приступах никто из рабочего состава до сих пор не выяснил.

-Товарищ Главный Бухгалтер, и чем вы это тут занимаетесь? Я понимаю ещё игры с цифрами, но воспитание волков в ваш круг обязанностей не входит, - серьёзным тоном начал Шварц.

-Вы что, украли рыбу у бедного Вернера? Он опять начнет по всей школе мотаться, пытаясь рассказать мне об этом! - взвыл Юрген, быстро вскакивая из своей странной позиции. То, что он объяснял, происходило всего пару раз, но разговоры с этим опоссумом всегда были странными.

-Это мои личные запасы, и вы бы могли к ним пригубить, если бы вели себя лучше. Хорошо, что я вам не дал ещё ни одного класса на попечение, - с этими словами директор кинул в лиса анчоус. Цель успешно перехватила продукт и даже съела его.

-Для меня жирновато. И дороговато, - усмехнулся Корнелий, - Рту тоже не особо нравится.

-Будет тебе лишняя пища для размышлений и энергии, чтобы ты поскорее закончил все финансовые склоки нашей делегации. Всё должно пройти без сучка и задоринки уже на этой неделе. Более того, как от руководителя сего действа я жду от вас заверенный план... – продолжал директор, немного улетая в нервозные мысли...

-Корнелий всем будет заведовать? А вы прям уверены, что это хорошая идея? - поинтересовался волчара, за что чуть не получил оплеух вместе со злобными взглядами друга.

-Он верен принципам школы и будет работать на них до конца. Я же вам каждый месяц цитирую наш кодекс учителей, и что толку! – ворчал глава школы, размахивая лапами во все стороны.

-Работа у меня такая, историю помнить и записывать. Может, вы станете отличным героем в чьих-то мемуарах... - усмехался Юрген, но он понимал, что лучше отсюда уходить, - Оставлю вас наедине, товарищи. Встретимся на обеде, - И он растворился в дверях кабинета под недовольные звуки местных работяг.

-Кому это он? – спросил Шварц, продолжая беспардонно есть анчоусы.

-Давайте лучше займемся вашими финансовыми скрепами, раз уж вы здесь, - ответил лис, уходя от темы.

Однако и Директор вскоре ушёл и оставил Корнелия наедине со своими обязанностями. О нет, он любил работу бухгалтера, ибо он знал, что средства идут на хорошее дело, которое реально помогает и детям, и взрослым. Рыжий был большим фанатом искусства и культуры и никогда не скупился на их продвижение. Если бы только эта его особенность не завела его в тупик... в угол, где у него есть сын, оставшийся без матери с травмированным отцом. Если бы только этот сын не был ещё и подростком... Мир финансов научил зверя быть расчетливым, внимательным. Но деньгами не купишь настоящую любовь сына. Без влияния на молодые умы не получится даже сделать чадо умным и успешным в жизни. Такие перспективы напрягали лиса, но он не видел выход из них. Потому он лишь старался звонить хотя бы пару раз в неделю своему отпрыску.

-Привет, Франсуа. Сегодня у тебя короткий день в школе, так ведь? - начал отец. Его чудо училось в школе на другом краю города. Чтобы избегать отца.

-Ага! Мы с друзьями как раз направились к астрономам на сходку! Будет круто, и я вот... - звонко отвечал лисёнок. Ему было 14 лет, по росту он уже почти догонял отца, но по голосу он оставался всё ещё малышом.

-Это точно безопасно? То есть... я стараюсь доверять твоим друзьям, и всё же...

-Да пап, полети сам в космос и всё узнаешь, как там безопасно или нет!

-Не груби мне, пожалуйста.

-Ну ладно... просто ты так порой занудничаешь со своими любимыми картинами. А мне хочется про другое послушать!

-Мне правда жаль, что у нас мало общего, но сейчас я всего лишь хотел узнать, что ты в порядке...

-Так и есть! И я буду в порядке, как обычно. Лучше бы ты придумал, как нам вместе проводить время!

-С мамой вы всегда очень просто находили общий язык... Прости, что я не такой простой лис.

-Ничего, когда я научись биохимии, так сразу помогу нам на уровне генов быть лучшими зверьми друг для друга, обещаю! Только не встревай в мои дела, хорошо?

-Да я же...

-Ну всё, пока! Увидимся вечером, обещаю!

И он бросил трубку. Хорошо, что телефон стоял в уголке Корнелия, и его мало кто слышал. Сплетни, конечно, разлетаются быстро, но на такие мелочи всем было плевать. Кроме странного отца. Франсуа никогда не возвращался домой вовремя. Порой папаша хотел начать следить за отпрыском, но затея быстро провалилась, ибо оба зверя были слишком умны и обижены для такого.

Буквально через пару дней, в громогласную пятницу, должна была случиться означенная встреча с Археологом. Для данной задачи директор заставил весь не приглашенный на событие состав школы создавать иллюзию обыденности. Конечно, слухи разносились по всему прямоугольнику строения образовательного учреждения, укутанного снаружи стальным забором - чтобы детвора не закатила мяч на проезжую часть и в ближайшие жилые высотники. Согласно плану, присланному извне и соединенному с выдумками Шварца, гость должен был приехать к школе в 15 часов, после чего он обоснуется в своей будущей мастерской и выйдет для общения с делегатами, в числе которых будут и журналисты некоторых видных научных изданий. Нужно было показать школу с наилучшей стороны. После этого все разойдутся по домам, и лишь некоторые звери вроде Корнелия будут регулярно проверять стабильность работы археолога и выполнять его различные вопросы. Создавалось впечатление, что это безумно солидная личность, что будет втайне от всех заниматься своими "исследовательскими взысканиями".

На деле же из таинственного черного лимузина вышел несуразный зверек, напоминавший кротов. Он был пескороем, довольно редким видом в Туманной Чаще. Одежда для раскопок была сразу при нем, а выражение морды было безумно счастливым. Из багажника машины какие-то суровые олени вытащили 2 больших чемодана, один явно отличался от другого своим радужным цветом с наклейками производственных фабрик города. Видимо, в другом находились рабочие инструменты археолога, ибо этот саквояж явно видал лучшие дни. Вскоре загадочный автомобиль исчез, а животное со счастливой мордой побежало в главные ворота школы, прямиком к делегации, что выстроилась в 120-градусный угол. Юрген и Корнелий стояли рядом, а прямо напротив них стоял сам Шварц. У него пот тёк реками, хотя и благодаря его меху сие различить было невозможно с большого расстояния. Волку оставалось лишь пару раз вздохнуть - большее он позволить себе не мог. Дюже интересно ему было.

Вскоре пескорой оказался здесь и начал судорожно дергать выставленную лапу директора, да так, что он начал маленько улетать.

-Ох, извините! Я слишком привык быстро пробираться сквозь песок и землю, очищая образцы от ненужной грязи! Совершенно забываю, как общаться с новыми коллегами! - оправдывался звереныш, - Меня зовут Лоренцом, кстати!

-Рады вашему прибытию, господин Лоренц. Мы всегда желаем помочь тем зверям, что помогают нашей школе цвести и пахнуть, - успокаиваясь, отвечал барсук. Он ожидал чего-то другого, видимо.

-Это вы мне помогаете! Без вас, дорогие будущие друзья, я бы ещё несколько месяцев не смог приступить к копанию моих любимых захоронений, а по словам моих коллег, у вас есть одно очень крупное!

-Действительно! Мы горды принимать специалиста вроде вас в лучше образовательном учреждении. Уверен, мы поможем вам раскрыть его тайны.

-Открытиям надо делиться, иначе какой от них толк!

-А разве я говорил в такой манере, что предполагала нечто иное? Прошу меня извинить... Соблюдение кодексов порой так сложно.

-Будьте самим собой, и у вас все будет в порядке! Кстати говоря, а почему меня встречаете такой большой компанией? Неужто вам захотелось со мной провести пару товарищеских вечеров!

-Что вы...

-Может, данная затея окажется и не такой уж и плохой? - толкнул в бок директора Корнелий, начав шептать, - Он ведь обычный зверь. Всем надо поднимать настроение, а он предлагает дешевый способ.

-Любите вы потратите наши финансы на всякие культурные программы... С какой стати... - пытался ответить Шварц, но его быстро перехватил сам гость.

-Прошу прощения, что подслушал ваш разговор, но вам совершенно не стоит беспокоиться о таких мелочах! Видите ли, на моей кафедре всегда было принято проставляться перед началом работы! Я только рад познакомиться с новыми коллегами и будущим друзьями, хоть вас и как-то мало.

-Чудесное решение! - сказал вслух директор, думая о том, как дорого ему могут обойтись разговоры сотрудников за столом с их почетным новоприбывшим.

Один из чемоданов Археолога оказался кладезю напитков и еды. Они были сделаны по особому заказу, потому обладали достойной калорийностью и вкусом при малом объеме. Но если такими штуками забить целый саквояж, то неудивительно, что такого набора хватит на всех делегатов. Сам же ученый решил сперва заняться разбитием своего полевого лагеря, куда со временем будут прибывать его коллеги по ремеслу. Раскопки расположились на уровне чуть ниже подвала. К ним вела дополнительная лестница, с трудом добавленная недавними архитекторскими талантами. Никого туда официально пока не впускали, кроме самого исследователя... и ловких глаз Юргена. Он решил постоять среди котлов в подвале, улучив Корнелия для короткого разговора. Делегаты все равно занимались скучными вопросами.

-Наша финансовая история такими темпами станет ещё более загадочной, - усмехнулся лис. Ему нравилось тайное общение. Здесь их никто лишний не мог услышать.

-Всё намного хуже. У нас пропадают школьные запасы, и конца и края у истории нет. Более того, все учителя себя странно ведут... Меня это немного пугает, и при этом радует. Хоть что-то интересное происходит в этой школе, - рассказывал волк. Он иногда осматривался по сторонам - не хотел, чтобы их нашли. Пока что.

-А Шварц как обычно ничего с этим не делает?

-Ты все знаешь и без меня. Учителя сегодня - подтверждение тому, что дела не ладные. Ты заметил, какие всех их движения были монотонными? Сам директор тоже так часто не потеет целыми реками.

-Да, я что-то такое видел... но этот кусок нам попросту не по зубам. Ты теперь школьный учитель и должен подавать пример... по крайней мере, так написано в уставах.

-Разве я что-то нарушаю? Я хочу обезопасить нашу школу, а в итоге сижу и готовлюсь распивать чаи с археологом!

-А что, если он что-то узнает? Ну... как в этих страшных фильмах. "Не стройтесь над военными кладбищами..."

-Всё может быть. Но ты прав в одном, друг мой. Рисковать сейчас не стоит.

-Уж точно не без меня.

-С каких пор ты хочешь стать частью моих приключений?

-С той, когда кое-кто принес лекарство на мой стол, и оно помогло и мне, и моему сыну, - Их взгляды неловко пересеклись. Да и сами они приблизились своими мехами друг к другу. Но сейчас для этого попросту не было времени.

-Верно… пойдем к остальным, пока они ничего не заподозрили. Директор и так пытался меня отлучить от расследования!

-У него плохо это получается.

Лоренц отличался любопытными странностями. Он решил устроить целую "вечеринку" для всех желающих прямо на самих раскопках. Каким-то чудом достал для этого мероприятия длинные деревянные стулья и столы, сам же их расставил, поменял всё освещение в рабочем месте и принялся готовить еду, постоянно бегая между столовой и оным помещением. У делегации даже не было шансов на вмешательство какого-либо рода, пока хозяин не решился пригласить всех внутрь, отперев огромные стальные двери в этот склеп ушедших лет. Там было по-своему страшно. Пол был из непонятного материала, весь засыпан щебнем с песком. Стены были из тяжелого металла, тоже превратившиеся в рассыпающееся достояние. На них располагались загадочные пыльные таблички, которые было невозможно прочитать при всем желании. Комната была шестиугольной формой с ответвлениями в различные другие, запертые на тяжелые двери. Трогать их было желание только у Лоренца и Юргена, причем первый трогал всё подряд в поисках чего-то деревянного, а второй продолжал искать ответы на свои вопросы. Их пока не было. Как это место только откопали?..

Площадь для вечеринки расположилась по центру этого захоронения. Дубовые столы, березовые лавочки, картонные стаканчики и тарелки, разнообразные блюда, названия которым были придуманы прямо в ходе готовки... Всё это освещалось мощными промышленными лампами, что били в глаза, но без них здесь был бы полнейший мрак. Пескарь снял свою рабочую шляпку, держа в лапках сосуд с непонятной, крайне чудной жидкостью, всех зазывал за стол. Первыми подошли означенные Волк и Лис. Следом стали приходить многочисленные делегаты. Любопытно, что их настроение кардинально менялось, стоило им пройти на территорию раскопок, будто бы с них снимали какой-то чувственный замок. Последним пришёл директор - он решил разодеться по-праздничному, даже принес что-то свое, очень дорогое с виду - в стеклянной бутылке из особой формы, с другого континента, явно старше всех, кто здесь находился. Не хватало сейчас только быть споенным на работе…

Расположение столов напоминало собой лепестки, центром которых становилась своеобразная "сцена", что принадлежала этому старинному помещению. На неё решил встать сам Лоренц, используя многочисленные коробки от своих инструментов, чтобы быть на буквальной высоте. Никакого порядка рассаживания не было, и естественным образом Юрген и Корнелий оказались на одной лавке, друг с другом, подальше от Шварца. С ним вообще сидели лишь его секретари. Несмотря на все факторы, пустых мест практически не было.

-Вы бы знали, как я рад, что вас всех здесь вижу! - раскричался от радости пескорой. Он явно долго ждал, пока все усядутся, - Может показаться, что все мои почести вам не нужны, что они пустой звук, и все такое. Но я спешу опровергнуть эти заявления! Я не просто так всё это делаю! Это повышает моральных дух, который, как я вижу, явно у вас мал! Вместе мы с вами многого можем добиться, и я как раз удостоился проверить, как дружно работает ваша школа! В столовой так точно очень интересный коллектив, если бы они не пытались сварить меня в воде пару раз, было бы намного веселее... но я как-то уж слишком разворчался! Так нельзя же! Может, у вас есть какие-то ещё слова, которые вы бы хотел добавить?

Сей момент хотел перехватить директор. Но Юрген бы ему такое счастье не позволил. Может, он не такой манерный, зато везде успевает.

-Разумеется! Вы, товарищ Лоренц, относитесь к особому типу специалиста, который я не могу не уважать, - сказал волк, поднимая свой картонный бокал. Серый не был уверен, что в нем налито. Но... это разве так важно? - Я давно уже работаю историком и скажу, что вы являетесь незаменимым кадром, и ваша работа в нашем заведении безумно приветствуется. Тут вопрос не престижа, даже не взаимоотношений школы и университетов, а целой загадки, которую каждый в глубине души желает рассказать. Как показывает опыт, все звери покупаются на этот крючок. Далеко не многие справляются с обязанностями. Но в вас, товарищ Лоренц, я уверен. Дерзайте свое призвание вашими лапками!

За эти слова историк удостоился дюже бурных оваций остальных зверей. Всех, кроме директора. Он, наверное, и помыслить не мог, что его план по созданию послушного пёсика не пройдет.

Прошло чуть больше часа разговоров, выпивки и еды, и вскоре таинственность жидкости была развеяна. Это был алкоголь. Он не был запрещён, но его употребление возбранялось во всех случаях, кроме самых крайних. Пьянчуг почти не было, те быстро отправлялись в нужные больницы. Напились почти все делегаты, включая самого директора. Видимо, жизнь очень у них стала напряженной. Удивительно. Однако Юрген и Корнелий ещё сохраняли рассудок, ибо пили мало, и опытный нюх волка мог находить наименее алкогольные вещи. Сам пескорой тоже выглядел очень трезво, несмотря на то, как часто он отбегал в туалет. В один из этих разов он даже решил подсесть к "выжившим" - все остальные происходящее уже не очень понимали.

-Забавные вы зверюшки! - сказал он, распластавшись по деревянной скамейке. Он так лежал? - Товарищи привыкают вместе напиваться. Быть искренними, откровенными. А вы решили ото всех закрыться. Чего это вдруг?

-Я привык быть в рассудке, - сообщал рыжий, убирая свой калькулятор обратно в карман, - Всегда нужно быть готовым посчитать некоторые вещи. Вроде стоимости этой делегации.

-У меня плохая история с подобного рода увеселениями, потому я всегда начеку, - томно говорил серый. Его морда совсем искривилась.

-Не хотел же я вас обидеть, друзья! Наоборот. Один из вас похож на бухгалтера, так что мне с вами ещё много работать! А другой историк. Их не так много в школах. Что вы здесь забыли?

-Долгая история, - пробурчал Юрген, выпивая стакан до дна.

-Он всегда такой закрытый? - спросил Лоренц. Ему даже грустно стало, и он попытался потыркать большого зверя. Безрезультатное дело.

-С чего вы решили, что я за него отвечаю? - усмехнулся Корнелий. Хотя он догадывался, откуда росли ноги у этой теории, - Юрген не привык говорить о больных для него вещах. На публике он тот ещё заводила и добряк, но в личном общении...

-Сменим тему, - вмешался волк, - Каковы ваши ставки в этой работе, а, Лоренц? Вы явно не договариваете. Уж слишком у вас много оборудования. И вы прибыли сюда один, а не с командой.

-Ох, я смотрю, вы любите сложные вопросы! – отмахнулся Пескорой, - Сей раскопки очень важные. Они докажут всем, что я на что-то способен, кроме пьяных песен на корпоративах! Конечно, команда будет со мной не всегда из-за этого, и порой… ну… в этих руинах как-то страшно.

-Могу вас понять, - проворчал лис. Иногда ему казалось, что эти таблички смотрят на него. Очень злобно смотрят.

-Как вам наш директор? - спросил волчара, - Добрейшей души зверь, вы не находите?

-Не знаю... – сказал Лоренц, поднимаясь со скамейки на стол. Он взял пару вкусных штук из тарелки, смочил их в одном из стаканов, и начал с упорством жевать, - Я всегда хочу видеть в зверях хорошее, но у вас прям театральное шоу.

-Похоже на правду. Оно ещё и дорогое, - вздохнул лисяра, - Иногда прям так и хочется ударить его, чтобы он перестал наши деньги тратить... Но потом он где-то находит городское финансирование, и все становится хорошо. Ваше пребывание здесь непременно связано с его действиями.

-Я, правда, не совсем из городского правительства... но тсс! Это большая-большая тайна, но я вам доверяю, как самым стойким бойцам на этой вечеринке! - говорил Лоренц, жестами показывая необходимость конспирации, - В Туманной Чаще много возможностей для предприимчивых зверей, и я просто воспользовался одной из них.

-Скажите, Лоренц, вы верите в мистику? - поинтересовался Юрген. Директор все равно спит, а этот грызун и мухи не обидит.

-Мистика — это просто другой способ назвать технику времен Великой Войны, о которой все забыли и которую надо раскопать лапками! Что, думаете, нечто подобное зарыто здесь? Я тогда смогу стать... чуть ли не лучшим исследователем! - начал от радости танцевать пескорой, - А вы верите?

-Я верю в то, что даже за чудеса надо платить. Иногда слишком многим, - вздохнул Корнелий. Судя по его глазам, этот разговор ему уже не особо нравился.

-История так сильно зависит от интерпретации. Это своего рода "мистика". Хуже всего, когда эти интерпретации начинают убивать живых зверей. Я такое пытался пару раз исправить, - грустно проговорил волк.

-Ну, раз вы здесь, а не в тюрьме, то все у вас прекрасно в жизни, не так ли? И вы позволили мне так зарядиться на работу, что уж точно я за пару месяцев здесь уложусь с командой! Что в этом может быть печального, господин Юрген? - радостно заверял Лоренц. Увы, его чувства никто не разделял сейчас.

-Знаете... не сочтите меня грубым, но я пойду. Мне надо домой попасть, - сообщил серый, поднимаясь со скамьи.

-Да и мне, - лихорадочно последовал за ним Корнелий.

-Как хотите! Вы и так скрасили мне вечер опьянения. Прощайте, друзья! – крикнул археолог, отправляясь к другим столам. Хитрый зверек.

Товарищи синхронно выбежали из раскопок в подвал, из подвала - в школу, из школы - к выходу. Они даже вышли одновременно. Пройдя все ступеньки вниз, они остановились под прекрасным, безоблачным ночным небом. Фонари, конечно, заменяли звезды в освещении, но не в антураже. Так волк и лис простояли, смотря друг на друга пару минут.

-Тебе хоть понравилась вечеринка? Это не твой типаж развлечения. Не выставка, не кроссворды... - неловко начал разговор Юрген. Их разница в росте была значительноq, но не слишком большой, и она уж точно не мешала лису обнять своего друга.

-От скуки я бы всегда мог снова достать калькулятор и попытаться прикинуть, сколько бы это мероприятие стоило, и какие службы в городе могли бы его провести. Но с твоей компанией мне это совсем было не нужно, - голос рыжего стал спокойнее. Или нежнее. Волк ужасно во всем этом разбирался.

-Классно!.. Правда. Ты большой молодец. Вдовец, сына воспитываешь... помогаешь продвигать искусство.

-Ты обо мне немало уже знаешь, а я о тебе - почти ничего. Кроме того, что тебя сюда перевели на редкую специальность. Можешь рассказать о себе побольше?

Юрген встрепенулся, но взял товарища за лапу. После некоторого удивления они пошли в сторону лавочек. Там обычно сидели родители, ждали чад после занятий. Но сейчас эти скамейки под деревьями и кустами выполняли другую роль.

-Это странная история. И она не особо поучительная... я бы даже сказал, попросту ужасная, - начал серый. В его глазах бились маленькие слезы. Если бы не опыт работы с застенчивым сыном, рыжий бы этого никогда не заметил.

-Я не буду тебя судить. Я же не директор школы, - от этого всем немного стало веселее.

-Раньше я работал военным. Был выдающимся волком, который успел поработать и в Военно-Историческом Центре, и на реальных полигонах... Меня ценили коллеги. По крайней мере, я так думал. Пик карьеры был в мои 24, 25 лет. Даже мэр хотел выдать мне награду за вклад в историю города.

-И что же пошло не так? - спросил Корнелий трогающим тоном.

Юрген тяжело вздохнул. Спрятал морду за своими лапами. Что оставалось лису сделать, кроме как ближе к нему подсесть и снова обнять?

-Мелочь во время учений. Мой личный недосмотр. Я посчитал, что она была несущественной. Даль себе отдохнуть в ненужный момент. А в итоге пострадали звери. Очень, очень много. Моих сослуживцев, даже гражданских. Тут военное командование взялось изучать все мое досье. Оно не идеальное, но я всегда исправлял свои ошибки. Копал до самой истинной сути. И так, мало-помалу, они собрали документы для моего публичного разжалования с позором. Я защищался на том заседании как мог. В итоге все меня возненавидели, и с трудом решились сдать меня в школу. Чтобы я точно ничего не натворил больше, - медленно и протяжно рассказал волк. Со всей болью в душе. Ещё чуть-чуть, и он был готов заплакать.

-Мне очень жаль. Вся карьера под откос из-за такого... Ты винишь себя за это? - успокаивающе проговорил лис.

-Разумеется! И с той поры я стараюсь избегать больших ставок в жизни. Пытаюсь учить детей не повторять мои же ошибки... получается с переменным успехом.

-Они тебя любят. Встанут горой ради тебя, если директор ополчится. Я тоже тебя буду защищать.

-С трудом верится за других... но не за тебя. Правда. Для вдовца ты немало обо мне печешься.

-На меня пытались положить глаз некоторые сотрудники из разных отделений, - усмехался Лис, но он заметил в глазах товарища нечто странное. Какую-то злость лишнюю. Потому и добавил, - Я им всем отказал. Я вообще не хотел бы, чтобы кто-то, кроме тебя, слишком близко был ко мне. Во всех планах. Особенно физически...

-Полагаю, у этого тоже есть своя история?

-Да... как и у проблем с моим сыном. Но обо всем расскажу в свое время.

-А ты сейчас готов рассказать о том, как погибла твоя жена? Надеюсь, не на том самом параде...

-Нет, что ты, - Корнелий отпрянул и принял уж очень прямую осанку, - Корабль врезался в порт в тот день. Ей не повезло оказаться на его пути. То было не судно, а чудовище из различных заплаток. Ему было лет 200 от постройки, и я не знаю, как его пускали на воду.

-Я помню, об этом все новости тогда трубили. Мне… правда жаль, что так вышло. Ты достоин кого-то, кто умеет тебя любить.

-Ты так говоришь, будто бы я ни с кем такого вида не общаюсь!

Они оба рассмеялись, ведь все и так прекрасно понимали. Для них это была прелестная игра, в которой они могли закрыть часть чувственных брешей, оставшихся с давних времен.

Неожиданно потянуло очень холодным ветерком. Аж зубы стучали от него. Юрген решил взять под лапу Корнелия и даже предложить проводить его до дому. Последний с радостью согласился. Туманная Чаща ночью превращалось в великолепное зрелище. Трамваи ходили редко, звери часто были в одиночку, и создававшаяся тишина разбавлялась звуками различных букашек, оживающих в это время суток. Волку и лису было очень приятно. Каждому из них было сложно описать, почему именно им было так хорошо, но сейчас это было совершенно не важно. Рыжий обитал недалеко от школы, но, если знать местные улочки, живописный маршрут мог сделать и этот путь длинным и по-своему отличным. Но даже такие вечера подходят к концу, и оба животных оказались у входа в подъезд многоквартирного дома, где жил Корнелий. Он не отличался от типичной застройки в этом районе. Только в малом количестве окон горел свет, и, кажется, в квартире лиса как раз он не был выключен.

-Надо было написать хоть какую-то весточку Франсуа, - томно сообщил он, - Будет очень печальный разговор с ним.

-У вас плохие отношения? - спросил Юрген. Он не хотел наседать, но всегда был рад узнать что-то новое.

-Иногда он меня слушает. Но в основном доверяет кому-то другому. Вряд ли я исправлю это хоть когда-нибудь...

-Если понадобится помощь, я всегда готов к тебе приехать. У меня жизнь необременительная в этом плане.

-Право, Юрген, я сомневаюсь, что смогу отплатить тебе, если ты поможешь мне вот так...

-Ты всегда можешь мне предложить ещё одно свидание. Или жить вместе. Всему свое время, конечно!

-Негодник ты какой. И как ты до сих пор не был женат?

-В армии любые отношения скользкие. Все мы это знали, и никто не рассчитывал на что-то долгое. Меня бесила такая ситуация, конечно же.

-Может, оно и к лучшему? Так тебе будет гораздо проще найти с кем-то язык. С кем-то вроде меня...

-Не знаю. Любовь без опыта - тот ещё ад. Мы, конечно, лбы не юные, но все равно есть свои нюансы. И они очень важные. Ладно, тебе уже наверняка пора идти.

-Очень давно пора. Но, Юрген… дорогой волк. Спасибо, что ты есть. Я тебе завтра позвоню…

-И откуда у тебя мой номер, лис ты эдакий?

-Секретариат школы передал.

Они снова вместе смеялись. Хоть и теперь Корнелий скрывался за дверями подъезда, а Юрген снова уходил во тьму истории. Даже если школьная загадка не решится, он всегда знает, на кого положиться.