Повести Туманной Чащи: Волчий Поход

Судьба военных всегда незавидна. Даже в мире, в котором нет никаких боевых действий, им приходится туго. Поддержание этого хрупкого состояния спокойствия, выполнение непосильных переговоров с другими городами и совладение с собой. Марание рук в такие времена кажется наиболее болезненным. Но что можно ещё поделать, если цивилизация как таковая ещё не готова отказаться от этого жуткого института? Ничего. Только отрешаться от себя ради собственного же поселения, молясь Богу или кому-либо ещё, что о тебе окончательно не забудут.

С таким настроем ехал обратно в свой город, Туманную Чащу, господин волк Феликс. На этой планете животные были прямоходящими, активно думали и старались найти свое место в мире, по праву занимая те или иные позиции. Не у всех это получалось. Но у высокого серого были определенные успехи. Они были особенно заметные по его седине, что геометрической прогрессией поглощает его мех, в его-то 38 лет. Товарищ носил темно-зеленую отставную форму с черными берцами. В карманах этой сложной одежды прятался складной заряжаемый фонарик, при использовании которого можно было накачать лапы хоть куда. Он не раз помогал вояке в ситуациях, когда приходилось пробираться сквозь вынужденную тьму. Хорошо, что такое случалось нередко.

Уже как больше полувека прошло с окончания самой кровопролитной войны в истории этого мира. Армия ныне выполняет роль исторических архивариусов, хранящих память об ушедших ужасах, пока общая масса зверей старается забыть эти кошмары как можно скорее. Многим это удается. Другие же вынуждены переживать эти надоедливые чувства очень часто. Учитывая, что вся планета разбита на независимые города, а Туманная Чаща была одним из сильнейших из них, часто приходилось заниматься переговорами. Конкретно эти прошли очень кровавым образом. В этом не был виноват Феликс. Но от этого на душе лучше практически не становилось. Хотя бы мэрия решилась отправить его в родные пенаты, чтобы он отдохнул. Он мечтал об этом уже очень давно… и его просьбу не удовлетворяли уже слишком долго. С его-то выслугами им стоило позаботиться о своем подчиненном, нет?

Домой волк направлялся на поезде. И оттого сильно оказался удивлён лохматый, когда понял, что высадили его в какой-то глуши, ещё и темной ночью, когда шёл легкий осенний дождь. Локомотив долго на этой станции решил не задерживаться и быстро уехал восвояси, оставляя серого на одинокой полосе бетона в середине чудовищно давящего леса. Листва постоянно шелестела так, чтобы ты лишний раз задумался, не сидит ли там кто-то. Вопрос был в том, что это за место? Почти весь город был застроен, не должно было оставаться таких глухих мест... более того, почему Феликса высадили здесь? Он лишний раз решил посмотреть на свои билеты - при себе у него не было никакого багажа. Он не хотел его с собой брать. На документах о поездке была указана точка прибытия - "Туманная чаща"... неужели эта та самая чаща, в честь которой и назван городок? Плохо дело... потому что в ней, согласно легендам, бродят разные твари. Конечно, рациональный ум не должен задумываться о таких вещах. В этом месте сложно заблудиться лишь из-за большого количества деревьев. Вот только травмированная часть разума совершенно не соглашалась с этими доводами.

Достав свои походные компас и фонарь, военный начал свой путь через эту лесную невозможность. Если его не подводила память, то чаща располагалась на юге города, значит, ему надо идти на север, чтобы из неё выбраться. Волк очень хотел попасть к себе домой. Там его ждали его любимые шашки и приглашение на представление теней в Великий Речной Театр. Он так давно мечтал развеяться. Забыть о своей профессии. Может, вообще перевестись в архивную работу, а не вот в это вот всё... Впрочем, сейчас эти проблемы решать смысла не было. Кое у кого было задание, и он собирался его выполнить.

Спустя около 38 минут передвижения по компасу Феликс натолкнулся на источник искусственного света. Он уж надеялся, что нашёл то, что искал! Но это было двухэтажное кирпичное поместье в центре чащи. Точка в море деревьев. Вряд ли ему здесь кто-то мог помочь, при всем желании, потому что дом выглядел неприступно.

Однако внимание солдата было привлечено железным скрипом. Нет, это не стальная дверь в поместье, но нечто очень похожее... было решено обойти весь участок, и таким образом оказалась найдена детская площадка. Она была выполнена по последнему слову техники: качели, горки, целые деревянные замки, защищенные от дождя, что становился только сильнее и уже начинал напрягать мех... Краска, правда, слезала с металла, будто бы этой конструкции много лет, а ухаживать за ней никто не собирался. Все это место даже не освещалось - видимо, предполагалось, что ночью здесь гулять не будут. Прытким взглядом Феликс обнаружил источник шума - маленького серого волчонка, медленно раскачивающего качели, перебирая своими коричневыми ботинками мокрую землю и лужи. По его зеленым глазам текли слезы, если верить всхлипываниям, а сам он был одет в салатово-фиолетовый костюм. Сей наряд старался быть новым, но даже если таким он и был, он все равно в итоге казался потрепанным, хоть и чистым. Феликс решил аккуратно подойти к этому мальцу с фонарем в руках. Он быстро его заметил.

-Уходите, дядя! - крикнул он, всхлипывая. Он продолжал качаться.

-Какого лешего ты делаешь здесь в такую погоду, в такую темень? Неужели твои родителям... - пытался сказать Феликс, но его остановили.

-Они выгнали меня из дому. Сказали, что такой сын им не нужен... И что они меня больше не любят... - слез на морде мальчонки становилось все больше.

-Жесткие они у тебя, даже слишком. За что так с тобой?

-Я принес из школы четверку. Они на меня весь день кричали. Я даже поговорить с ними не мог, а потом... они только ссорятся в такие дни.

-То есть у тебя это не в первый раз?

-Такое каждый месяц случается. Ничего, они на следующий день перестанут ссориться, снова меня полюбят, когда я извинюсь, и все будет хорошо!

-И как долго ты их уже ждешь? Твой костюм выглядит ужасно.

-Долго... Я успел уже пару раз увидеть, как солнце заходит.

-Позволь тогда...

-Не надо меня обижать! - вскрикнул мальчонка, сбегая с качелей, когда военный стал к нему подходить. Юнец весь измазался в грязи, но побежал в сторону деревянного замка, забираясь в его башню.

-Я и не… - поразмыслив ещё раз, старший волк подумал, что так ничего не добьется. Он помнил себя в этом возрасте… - Я Феликс. Военный, 38 лет отроду. Я ищу путь в город, чтобы домой попасть.

-А я вам тогда зачем? – со страхом спросил ребенок, выглядывая лишь краем уха из-за башни.

-Я считал, что твои родители помогут мне попасть в город… да и это долг военного, помогать гражданским. А ты явно похож на нуждающегося волчонка.

Младший серый вышел из-за своего укрытия. Очень медленно, правда. Он спустился ко входу деревянного замка и лишь подал свою маленькую серую лапку. Феликс решил её пожать, чтобы вызвать доверие у сородича, и он резко побежал обнимать нового знакомого. Дурной знак.

-Простите, дядя Феликс, но они вам не помогут... они только и умеют, что обижать друг друга, - проговорил мальчонка.

-Я хотя бы попробую выйти с ними на связь. Вдруг они помирятся сегодня намного быстрее обычного? - военный не хотел вступать в чужие семейные драмы, ведь ему своей хватило по уши. Но он считал себя обязанным помочь бедолаге.

-Меня зовут Пьером, кстати. И мне целых 11 лет недавно исполнилось!

-Они что, поссорились прямо на твой день рождения?

-Я уже и не помню...

Волчонок побоялся близко подходить к двери своего поместья. Феликс решил дать ему свой фонарик, чтобы младшему товарищу не было так страшно в темноте, пока взрослый разбирается с этой проблемой. На дверной звонок никто не отвечал. Из каждого окна в доме шёл свет. Звуков оттуда тоже не исходило, кроме редких и оглушительных, неразборчивых криков. Стук в сталь обстоятельств не поменял. Забыв о любом приличии, военный даже попытался подсмотреть во все возможные места, чтобы понять, что происходит внутри, но они оказались занавешены. Стучать по стеклам тоже оказалось бесполезно. Никто не хотел оставаться в туманной чащи на ночь (ещё раз), но другие исходы из этой ситуации были сложными в исполнении. Прогноз для волчонка и вовсе был неутешительный.

-Я... в общем, твоих родителей дома нет. Может, они могли уехать в город, пока ты спал? - спросил Феликс. Положение ему не нравилось, даже заставляло его душу разламываться на части. Но что он мог?

-Не знаю... они обычно будили меня в таких случаях. Но я все время плакал! Я мог и не увидеть, и не услышать чего-то... - всхлипывая, отвечал Пьер, - Вы думаете, они забыли про меня?

-Все возможно. А ты помнишь какие-нибудь места в городе, где они чаще всего бывали?

-Разумеется! Они часто ходили на Великие Выставки! Я могу вас даже туда провести! Правда, вы, наверное, не понравитесь моим родителям. Они не любят, когда я общаюсь с кем-то, кроме них.

-О, я уверен, им понравится, что я верну им их ребенка, - проворчал Феликс. Их ждал долгий путь… и, видимо, домой военный попадет ещё не скоро.

Волки шли под руку около часа. Они использовали компас и фонарик военного, причем последний держался младшим, а заряжался старшим. Из-за дождя мех и одежда сильно вымокли, но это почему-то не доставляло никому никакого дискомфорта. В отличие от шорохов в лесу. Буквально каждую минуту Пьер дергался и начинал судорожно осматривать каждый уголок, в надежде найти там что-то страшное. На вопрос, что же именно он там ищет, он не отвечал. У мальчонки с детства боязнь того, что может спрятаться во тьме, даже если разум знает, что там нечему быть. Этот страх с ним разделял Феликс... ведь легенды о пропажах в туманной чаще появились не зря, да? Забавно, что сейчас в этом лесу не было никакого даже намека на водяной пар. Место совершенно не оправдывало своего названия.

Неожиданно тьма сменилась яркими лампами и ослепила путников. Их встретила вывеска "ТАМОЖЕННЫЙ ПУНКТ ГОРОДА". Странно, Феликс не припоминал, чтобы они здесь стояли после войны... а ведь прошло уже больше полувека. Пьер о них тоже ничего не знал. Что же изменилось? Впрочем, вряд ли это важно. Оба волка не жили в Туманной Чаще уже очень долго, и им надо было пройти иммиграционный контроль. Кажется, ради этого раньше ставились эти здания. Конкретно это напоминало огромную упавшую коробку, всю в колючей проволоке и очень яркую. Свет буквально изливался на всю округу, пытаясь отыскать нарушителей порядков и приструнить их. Каждый клочок периметра охранялся вооруженными зверьми в униформе полиции. При них был даже огнестрел. Серьёзная оборона здесь…

На входе каждого из серых досмотрели. На Феликса почти не потратили времени, хоть и его никто не узнал, и никто не пытался установить его личность. А на Пьера потратили уйму времени, будто бы боялись, что он пронесет с собой что-то. Иногда они даже били волчонка, чтобы он стоял смирно и следовал всем процедурам. Отпустили они его только тогда, когда по его морде снова потекли слёзы. Только вход принес столько боли. Что же ждало внутри?.. Никто не хотел об этом думать.

Помещение оказалось грандиозным – гигантские размеры, дорогая облицовка, безбашенные по стоимости люстры. Повсюду гуляли сотрудники в официальной форме, ловили всех, кто выходил из гигантских очередей, которые вели к столикам со служащими. Там болтали о всяком. Неправильных отправляли в странные комнаты, расположенные по углам, где были слышны тихие выстрелы. Правильные же были настолько измучены, что еле-еле выходили за пределы таможенного пункта. Существовали и пустые зоны. В основном там были лавки для ожидания. Некоторые звери на них спали, другие же пытались зализать раны, полученные известным образом. Но все они выглядели более чем порядочно и молодо. Когда Туманная Чаща успела стать таким ужасным местом? Здесь явно что-то не так... к счастью, проблема сама тебя нередко находит, и потому к волкам резко подбежал любопытный лев. Со стороны он казался большим, но при ближнем рассмотрении наоборот, очень маленьким. Он носил голубую форму со значком почты города. В движениях хвоста присутствовала странная хаотичность, а туфли были вычищены до блеска лишь спереди.

-Добро пожаловать в Таможенный Пункт города! О, вы господин военный волк! Таких очень мало у нас. Я товарищ Штефан, занимаюсь обработкой всех особей вашего прискорбного вида, - проговорил работник очень быстрым образом.

-Какого вида?.. - поинтересовался Пьер, но ворчание Феликса его перебило.

-Что вы творите со зверьми здесь? Это не Таможенный Пункт, это какая-то живодёрня!

-Они не следуют нашим законам, не проходят через все 3118 процедур при переселении! Они даже не пытаются. Мы тратим месяцы на их переучивание, а что толку? С глаз долой и из сердца вон, - отвечал лев с гордым видом, - Но вас вряд ли это интересует. Вы же местный, по вам ваша форма все выдает! Вы едете с этим товарищем?

-Ага. Какого лешего вы так издевались над Пьером на входе? Ему всего 11 лет! Подумайте о... - военному не дали договорить. Как же его это бесило.

-У малолетних особые процедуры. Вы его опекун? - спросил служащий.

-Временный. Мы ищем пропавших родителей этого волчонка, - в кой-то веки Феликсу дали договорить.

-Отлично! Тогда мои сотрудники проведут вас через нужные инстанции. Если что, вы знаете, к кому обратиться, - и Штефан растворился в куче народу, что тут постоянно бегала.

-А он точно нас не обидит? – спросил Пьер жалобным голосом.

-Посмотрим. Но в город мы попадем, я тебе обещаю, - ответил волчара, беря за лапу сородича и направляясь с ним за 2 странными медведями с теми же значками, что были у льва.

Эти животные привели их в необычную часть здания. Свет здесь горел хуже, бедным лампам нужна была замена, или банальное увеличение подаваемого на них напряжения. Здесь не было никаких огромных столов, только какая-то странная дверь, ведущая в ещё более мрачный коридор. Аналогичная ей располагалась по ту сторону местного колючего забора. Порядки здесь были недурственные, но зачем так много вкладывать в защиту?.. Хуже всего то, что медведи ударом толкнули обоих волков внутрь помещения и закрыли за ними дверь. Абсолютная тьма. Неприступная. Пьер в страхе пытался найти руку нового знакомого, но его попытки были тщетны. Сам Феликс чувствовал себя некомфортно. В любом уголке этого помещения мог оказаться враг! Так ему вещало подсознание, которое он битый год пытался успокоить.

Реальность оказалась гораздо более жестокой. Комната состояла целиком и полностью из стали и напоминала собой сеть конвейеров. На них расположилось много животных, разной степени жизни и энергии в них. Вся система вскоре заработала, и огромные манипуляторы, появившиеся из неосвещенного участка этого места, забрали с собой Феликса. Волчонок оказался один и пытался сбежать с ленты ужасов, но тут же появлялись странные "столбы", создавая забор, буквально бегущий за мальчонкой. Ему не оставалось ничего, кроме как попытаться пойти вперед, ибо для хода назад ему не хватало прыти. Но тут появились ещё руки манипуляторы, и они схватили серого и понесли в воздух.

Там, во тьме, они сделали с ним что-то. Он так и не понял, что именно. Некоторые... части его тела чувствовали себя совершенно не так, как надо. А ещё повсюду раздавались одни и те же фразы. "Ты никчемен", "Мы знаем лучше тебя", "Зачем ты вообще родился?", "Какой же неудобный экземпляр", "Слишком слабая оболочка", после чего манипуляторы даже не стали церемониться и скинули зверя вниз. Благо он приземлился прямо на руки Феликса. Его сразу переместили сюда, лишь обрызгав странной жидкостью с запахом ужасных духов. Он и не знал, как легко отделался…

А Пьер ему все рассказал. Что мог сделать военный, кроме как ужаснуться и попытаться поговорить об этом со своим начальством? Ничего. Они вроде как прошли "кошмарную" часть таможни. Ту, в которой царят странные и очень жестокие порядки. Судя по знакам местной навигации, начальство сей места находилось неподалёку. Оно разместилось в самом чистом, освещенном, новом кабинете, что попадались в этом здании. К ним нужно было стучаться, а время приемов у них было бесконечное. Отдыхают ли они? Вряд ли, с учетом того, каким "вылизанным" казался кабинет. Фотографии стройки таможни, награды почёта, растения, полки, стол, компьютер, стул - все было убрано буквально минут 5 назад. Ещё царил запах хлора здесь. А зверь, работавший за устройством, был очень странным. Его вид определить так и не удалось, ибо он даже головы от монитора не оторвал.

-Таможенный Пункт Туманной Чащи рад любым отзывам, - начал монотонный голос.

-И почему у вас тут зверей стреляют? Почему издеваются над детьми? В моей Туманной Чаще такого не было, а я уехал из неё буквально месяц назад! - накричал Феликс. Он давно так не делал.

-Оставьте ваш отзыв в книге предложений. Наша работа не меняется с самого окончания Великой Войны, - ответил ему начальник.

-Ага, и варварские порядки идут в придачу? Мне стоит говорить, почему так НЕЛЬЗЯ себя вести? Или, наверное, Пьер должен объяснить вам, что... - волку не дали договорить.

-Он прошёл стандартную процедуру осмотра наиболее буйных детей. Впредь пусть будет более спокойным. Наше общество иного не потерпит. У вас есть ещё предложения? - отрезал его сотрудник. Тихо и смертоносно.

-Что, все звери, что тут умирают, плохо себя вели? - невинно спросил Пьер.

-Я не отвечаю за подобное. Обратитесь к вашему распределителю, Штефану. Он опять снял с себя ответственность, передав часть своей работы кому-то. Я напишу жалобу на него, - монотонно проговорил зверь за экраном.

-Всегда знал, что этот лев будет ублюдком, - проворчал Феликс.

-Но нельзя же так ругаться, дядя Фел! – прервал его мальчонка.

-Всем плевать, видишь? А теперь пошли. Нам ещё надо твоих родителей найти.

Ночная Туманная Чаща была особым местом. Автомобили здесь были непопулярны, вместо них курсировали прекрасные трамваи. Фонари горели на всю катушку, но при этом острый глаз мог разглядеть в небе звезды... или что-то ещё, тоже очень яркое и тоже очень далекое. На окраинах ещё были невысокие дома, но чем глубже, тем они становились монументальнее, и выделялась на их фоне Мэрия - прекрасный небоскреб, хранивший в себе правительство великого промышленного города, восставшего из пепла и ставшего лидером всего континента. Ну, так раньше казалось Феликсу. Сейчас он начинал задумываться о том, что его дом мог ещё и стать обителью ужасов и жестокостей. Но пока это были догадки, которые можно было подтвердить лишь на Великой Выставке. Казалось, что её обычно проводили весной, а не осенью, но зачем военному вдаваться в такие детали?

Она расположилась на гигантской центральной площади, прямо у входа в здание мэрии. Все виды искусств и научной деятельности размещали здесь свои стенды, показывая свои достижения, открытия, привлекая таким образом молодежь и давая ей не только шанс на успех в карьере, но и на развитие их поселения. В разные годы выделялись разные представители. Драматургия Великого Речного Театра всегда давала о себе знать, даже если и её эксперименты были чересчур эксцентричными. Ракетостроение и биохимия часто предоставляли целые учебные программы для жителей всех возрастов. Были разные версии, от осведомительных до тех, что давали возможность работать на самых важных заводах поселения. Изредка случались разные казусы во время демонстраций. Все они, правда, быстро разрешались.

Судя по всему, темой этого года стала воспитательная система как таковая. Каждый ученый стремился показать, как его эксперименты не только избегают нарушений норм морали, но и помогают рассказать детям основы этики. Про искусство и вовсе стоит промолчать - оно всегда занималось продвижением той или иной позиции. Дело всегда было только в эстетическом качестве, а в этот раз оно хромало.

Из всех стендов выделялся тот, которым заведовал господин попугай Андреас (так было написано на одной из вывесок, закрепленных на местных стальных конструкциях). В его милых декорациях, напоминавших металлическую школу из вашего ночного кошмара, он вместе с лаборантами показывал, как важно воспитание в ходе образовательного процесса, как его сделать менее навязчивым, а молодые поколения - более продуктивными. Этот ученый отличался от остальных. Мало того, что он был птицей, так ещё и весь белесый, носивший халат точно такого же цвета. В его лапках держалась черная лазерная указка, которая тыкала подчиненных ласок-подчиненных или сама, или при помощи концентрированного луча. У стенда собралось немало родителей и их детей, несмотря на ночное время. Если бы не безуспешность поисков родителей Пьера, на которые только здесь ушло чуть больше часа, волки даже бы не пытались послушать, что вещает этот странный птиц.

-Послушание зверей является приоритетной задачей! Достигнув её наиболее бессознательным для них образом, мы сможем создать контролируемый учебный процесс. Этим занимались и раньше, хотите вы сказать. Но сейчас мы используем инновационные методы, с барского плеча предоставленные нам департаментом ядерной энергетики! - говорил попугай. Зрители ему даже аплодировали.

-Какого лешего вы общаетесь с ядерными энергетиками в вопросе детей? Я думал, что в курсе физики их и так обучат всему, что надо. А если вы облучаете детей... - пытался задать вопрос Феликс. О, его послушали. Однако у ученого было свое мнение по поводу происходившего.

-Молодой зверь, поймите меня правильно! - начал Андреас громогласно, но тут же перешёл на тихий тон, - А мы можем об этом говорить? Да? Хорошо... - И снова вернулся на обычный, громкий и претенциозный, - Эти инновационные методы были созданы квалифицированными исследователями со степенями в нужных областях! Все безопасно. Мы проверяли. Вы и сами можете удостовериться в этом, если захотите!

-Ну, я точно пас, - проворчал военный, за что его немного осмеяли.

-Да ладно вам, дядя! Может, я попробую? – спросил его тихо Пьер.

-А ты не боишься? После того, что случилось на таможне… - так же тихо ответил ему он, нагибаясь к подопечному.

-Все будет в порядке! Я уверен! Меня же обидели не взрослые, а глупые машины!

-Ну да… конечно… но я буду пристально смотреть за тобой, хорошо?

-Как моя мама, когда у неё настроение было! Ура.

Сам эксперимент начался с того, что Пьер, как и многие другие дети, что упросили своих родителей, были размещены по железным стульям за стальные парты. Все казалось веселым и занимательным, особенно когда Андреас начал показывать на доске при помощи проектора изображения космоса с краткими рассказами о них. Однако попугай дюже настойчиво просил своих учеников сохранять внимательность и не отвлекаться. Непослушных били током, иногда и по нескольку раз. Волчонок пока избегал участи, стараясь не привлекать к себе внимание. Опекуны смотрели за всем этим зрелищем и изредка аплодировали, но вот Феликс был насторожен. Ему всё это капало на мозги и сердце. Хуже стало по окончании презентации, когда начался своеобразный "тест".Нужно было отвечать на вопросы по точной информации прямиком из презентации. Дети, конечно же, не ожидая подвоха, ничего не запомнили.

-Как мы могли бы заметить, качество запоминания информации группой повысилось на 19% после применениям масштабной электротерапии! Однако вы должны задать вопрос: а что же делать с теми, кто выступает в роли "мальчиков для битья"? У них не возникнет желания взбунтоваться или заставить одноклассников фальсифицировать результаты? - резко заговорил ученый.

-Может, просто не нужно пытать детей? Неужели это так сложно понять? - проворчал громко Феликс, но толпа его резко осудила.

-Нет, что вы! Наши эксперты пришли к выводу, что это максимально неэффективно... к тому же, вы не имеете права называть это пытками! Это коррекция поведения. Все методы были тщательно проработаны, и если вам что-то не нравится, то вам лучше воспользоваться нашей книгой для предложений.

-Разумеется, конечно же, и зачем вообще удивляться...

-Так вот, дамы и господа! Узрите нашу последнюю разработку. Подавитель Деструкции! - Лаборанты закатили на сцену огромную махину, напоминавшую миниатюрный ядерный реактор. Пару раз военному пришлось с ними работать, только версиями побольше. И нутро его буквально так и говорило, что все скоро пойдет наперекосяк. Но все дети оказались резко «привязаны» к своим стульями. Стоило им сдвинуться, так их бы ударило током до потери сознания. Около трети добровольцев уже поплатилось за это своим здравием.

Дальше военный ум уже все сам порешал. Не прошло и пары секунд, как Феликс вспрыгнул на платформу, махом забрал Пьера из заточения, что его сильно напугало вместе с ударом тока, и встал посередине, угрожая всем... его фонариком и его заводным механизмом. Лаборанты первые в ужасе попрятались под парты. Дети лишь наблюдали за всем, как умалишенные. Видимо, электричество уже плохо на них повлияло.

-Что с вами не так? Вы ведете себя совершенно некультурно! Мы ведь всего лишь проводим демонстрацию новшеств в образовании... - пытался оправдаться Андреас, да не вышло.

-Даже самые кровавые легенды про туманную чащу были и то более милосердными, чем вы! Какого лешего вы против детей используете ядерный реактор? Они так умрут от лучевой болезни! - накричал на всех Феликс. Очевидно, что родители испугались. Но никто ничего делать не собирался.

-Все было согласовано с мэрией. Малые дозы радиации безопасны для всех и помогают повышать усидчивость...

-О да, поэтому вы собираетесь открывать крышку активной зоны реактора? Умно, умно... но меня больше волнует то, что вы бьете детей током, как подопытные растения! Они же разумные, живые, чувствительные! Что с вами не так? Спросите у ребят, нравится ли им то, что вы с ними делаете!

-Мы не спрашиваем их мнение... мы его формируем. В конце концов, так жили все общества до нас и будут жить все впредь. Вы ведь видели мальцов. Они попросту не выживут без наших наставлений.

-Как по-извращенски подмечено. Мы должны учить наших ребят ЖИТЬ, а не МУЧИТЬСЯ! Клык об заклад даю, даже во время Великой Войны так себя не вели в пыточных лагерях.

-Но иначе они нас не слушают. После многотысячных опытов мы поняли, что их никаким образом не заставить нас слушать, кроме как вызвав мутации в их мозге! - вся толпа здесь ахнула. И, конечно же, ничего больше не делала, - Интересно. Я вообще мог это говорить вслух?..

-Плевать, ей богу. Ваша демонстрация была хороша, док. Помогла понять, какой же вы живодёр.

С этими словами Феликс ударил птицу по голове фонарем. Она полетела так, что оказалась на активной зоне реактора. Но долго в отключке не провела. Волки решили не терять времени и бросились бежать отсюда. Судя по стрельбе позади, Андреас оповестил обо всем полицию.

-А что происходит, дядя Фел?.. У вас все хорошо?.. – спросил сонным голосом волчонок, которого военный до сих пор держал на руках. Они как раз прятались в одном из темных переулков в сердце города.

-Этот ученый оказался тем ещё… очень жестоким, в общем. Пришлось его наказать немного, - сообщил старший, оглядываясь, чтобы понять степень проблем.

-А разве это правильно так делать? Он же ничего плохого нам не хотел…

-Действия говорят громче его слов, выверенных по методичке. Какая разница? Всех детей спасти я не мог. Но за тебя я поручился.

-Вы добрый, дядя Феликс.

-Нет, что ты. Это моя обязанность, вот и всё.

Пьер долго пытался вспомнить места, где ещё могли бы оказаться его родители. Но ему явно не хватало сил, учитывая, как быстро его за руку тащил Феликс. В таком состоянии побега волки пробыли около пары часов, после чего остановились в любопытном месте в одном из краев города, чтобы отдышаться. И как раз в этот момент волчонок вспомнил, где они могут и спрятаться от стрельбы, и найти его мать с отцом!

-Физический Музей? Как будто бы полицейским не будет плевать на то, что он закрыт на реставрацию, - говорил старший, стараясь не задохнуться. Давно у него не было таких активностей в жизни.

-Но они не станут нас там искать! Вы же не ученый, и я тоже! А мои родители туда ходили к своим друзьям. У меня пару товарищей там есть, - отвечал малец.

-В любом случае у нас остается мало вариантов. Либо это, либо на постоянку бегать от законников... а я не настолько атлет, увы.

-И вас это беспокоит, дядя? Или вы не любите по ночным музеям гулять?

-Нет, что ты. Пуля во лбу будет похуже любого из этих занятий.

Ещё 49 минут неспешной, но очень скрытной прогулки по городу привели этих двоих к их точке назначения. Огромное здание, выполненное по приблизительной модели атома водорода, располагалось в северо-восточных краях города, которые обычно считаются частью образовательного района. В ночном свете сложно было понять цвет этого сооружения, но Феликс предполагал, что архитекторы не заморачивались и прибегли к стандартным цветам из периодической таблицы. Главный вход находился в электроне и представлял собой укрепленную стеклянную дверь с магнитным замком. В такую не за что не пройти самому...

Потому Пьер предложил обходное решение. Военный уже хотел фонариком пытаться пробить себе путь, как волчонок остановил его и повёл в сторону мусорных багов. Там, за наиболее чистым участком расположилась выемка, где лежала условная карта доступа, способная открыть сей двери.

-И откуда ты про неё знаешь? - поинтересовался Феликс.

-Иногда родители приходили сюда ночью. Чтобы никому не мешать, наши друзья рассказали про тайник для сотрудников. Его очень сложно найти! – отвечал малец со всем энтузиазмом.

-Ну да… спасибо тебе за то, что все это помнишь.

-Да что вы! – правда, все-таки подопечный засмущался от комплимента.

Войдя внутрь, волки быстро уяснили для себя, что музей работает почти круглосуточно, хоть в нём горели лишь слабые фонари. В отличие от таможни, они работали стабильно. Плиточный пол, огромные арки из мрамора, удерживающие высокие потолки, бесконечные линейки экспонатов, напоминающие миниатюрные физические эксперименты разных лет... Жаль, что Феликсу все это было интересно лишь поверхностно. Ему хватало знаний о том, что и кого может убить. Потому он тщательно изучил все, что связано с радиацией и излучением. Если бы только он знал об этом до того, как потерял пару друзей от них...

К слову, о друзьях. Пьер тут же начал кого-то искать, стоило ему зайти внутрь, - и он нашёл загадочного сурка. Он был разодет по последнему слову моды, и, если бы не бейджик с должностью «Экскурсовод», можно было бы сказать, что он напился и затесался здесь случайно. Но мальчонка был рад его видеть.

-Ох, Киллиан! Тебя никто не обижал? Ты выглядишь нехорошо... - хотя хорёк был примерно 18-19 лет отроду, из-за физических размеров волчонок казался больше и мог помогать... видимо, это существо было вроде друга.

-Спасибо за помощь, Пьерито! Мы тут с ребятами занимались установкой новой модели элемента, и я прилёг в ходе работы! - голос сурка был очень быстрым, порой обрывистым. Из-за этого его сложно было понять, - Но он не твой отец. Кого ты сюда привёл?

-Я думал, что вы знаете, где мои родители... мы их ищем по всему городу! Это дядя Феликс, он мне помог в поиске матери и отца. Они не здесь?..

-Не знаю, попробую спросить у остальных. Пойдемте же, они наверняка где-то в музее!

-У нас другая проблема ещё, - резко вмешался Феликс, - Нам нужно убежище от полицейских. Они вряд ли помнят, кто на них напал, но ночку мы бы хотели здесь продержаться. Поможете?

-Только если с этим согласятся мои товарищи... иначе придется вас выселить, - отвечал сурок.

-Ты своего друга отправишь умирать, пока над ним и так постоянно издеваются? Я бы в жизни не подумал, что у тебя настолько ужасные товарищи, Пьер!

-Какие уж есть, дядя Фел...

Килиан хотел ещё что-то сказать. Но он не успел. Сквозь его грудь пробился огромный костяной шип. Затем это нечто подняло ещё живущего сурка и кинуло его прямиком в военного. Его реакции хватило, чтобы увернуться от трупа и подхватить своего подопечного, ибо в другом случае его могла бы постигнуть та же участь. Хуже всего было то, что разглядеть нападающего оказалось невозможным. Им оказалась непонятная масса из тьмы, из которой выходили странные кислотные снаряды, что разбивали лампы. Скорость этих "стрел" напоминала настоящий пулемет, и потому волки быстро спрятались за экспонатом. Совсем скоро мрак покрыл всё помещение. Всё бы ничего, но эта тварь начала издавать звуки. Причавкивание. Иногда - переваривание. А ещё многочисленные просьбы о помощи, голоса было разобрать сложно даже по видовому признаку.

Выжившие старались не двигаться. Сложно было сказать, как Пьер переживал тот факт, что на нем сейчас красовалась кровь его друга. Может, он был ужасным товарищем, но такой участи он все равно не заслуживал. Мальчонка очень дрожал, и его приходилось держать, на всякий случай. Феликс же боялся делать что-то ещё. За моделью одного из экспериментов по определению структуры атома долго прятаться нельзя было. Нужно было двигаться куда-то ещё. И ещё не забыть учесть тот факт, что по музею понеслись крики боли, отчаяния, звуки терзания плоти. Волк решил выглянуть из-за укрытия, и какова же была его радость, когда он понял, что нечто исчезло. Он решил не ждать. Подхватил подопечного за лапу и понёс его в непонятную сторону. Где будет безопаснее всего в этом здании? Точно. В кладовке. Там не должно быть зверей в это время.

Вскоре волки там и оказались. Комната буквально 2 на 2 на 3 метра, вся в полках с различными хим. средствами, но здесь была раковина с краном. Пьер сам захотел смыть с себя останки друга. Военный ему лишь в этом помогал. Никто не произнёс даже звука в ходе этой процедуры. Всем и так было неприятно об этом думать. Чёрт, даже в опыте Феликса не было подобных ситуаций. И оттого поле боя становилось ещё более жарким и опасным.

Минут через 7 крики закончились. Волчара решил проверить свой фонарь - он продолжал работать, и его было несложно заряжать. Восполнив его батарею, солдат тихонько открыл дверь и огляделся. В музее пропало все освещение. Даль была затуманена жутким черным смогом, из которого происходили звуки адского бурчания. Из некоторых облаков выходили своеобразные конечности. Они были кусками плоти, грубо напоминавшими крючки, хвататели, манипуляторы. Они обласкивали каждый экспанат, но забирать ни один не желали. Чего не скажешь о трупах. Некоторые до сих пор валялись на полу. Парочка из них подавала признаки жизни. Но нечто из тумано забирало их в свои дымовые клубы, грубо вставляя свои отростки прямо в ткань жертв и таща их, словно мешки. Все это сопровождалось криками агонии, мольбами о помощи, и прочими атрибутами неизбежного конца чужого пути в этом мире.

Все происходящее не имеет никакого смысла. Начиная с выгрузки на станции. Долбаный цирк, созданный для проверки качеств Феликса. И он не будет сломлен никаким врагом. Только он может издеваться над собой, только его подсознание, и он не даст ему никакого отпора, лишь заставит работать ради общего блага, коим сейчас был Пьер. И он все прекрасно видел. Каждую смерть. Каждый клочок ужаса. Слом надежд. Но он ребенок. Он до сих пор верит, что найдет родителей, что они помогут ему, что они его полюбят. Увы, эта мечта развалилась на части в тот момент, когда они заставили его оказаться на улице из-за маленькой ошибки в школе.

Но почему этот волчонок должен страдать? Конечно, Феликс не был ему отцом, и никогда не будет. Однако ж Туманная Чаща, да и вообще любой разумный зверь наверняка понимает, что родители не вечны. В отличие от желания любить и быть любимым. Родителей можно заменить. Сам бы военный хотел, чтобы в его жизни семья была добрее. И сейчас у него есть возможность воплотить эту мечту. Потому он не стал врать.

-Все очень плохо, Пьер. Но не боись. Я тебя защищу. Обещаю, - сказал солдат ласковым, но железным голосом.

-Родители мне тоже много чего обещали. И много о чем забывали… - грустно ответил волчонок.

-Даю тебе стальное волчье слово. Можешь мне поверить?

-Да… конечно, дядя Фел. Мама говорила мне не общаться с незнакомцами, но вы оказались очень хорошим зверем.

-Спасибо тебе за доверие тогда. Хотел бы я, чтобы…

-Чтобы что?

-Ничего. Я вспомнил одно место, которое нам надо посетить.

-Там будут мама и папа?

-Выберемся отсюда, и подумаем об этом. Хорошо?

И они взяли и вышли из этого помещения. Главные двери здания были недалеко. Но эти стеклянные штуки оказались целиком и полностью заняты этим жутким туманом. Поначалу сам военный, к слову, командир, боялся зайти туда. Но волчонок быстро изменил ситуацию. Он взял фонарик у старшего, его лапу, и таким образом потащился прямиком во мрак. Поначалу поглощение казалось процессом нежелательным, неправильным, но... чем дальше, тем логичнее все становилось. Вместо дыма - чёткий путь. Пройдя по нему, оба зверя нашли выход и оказались в другом музее. Настоящем или нет? Что вообще было реальным, а что - нет? Нельзя было сказать наверняка.

В этом месте лампы ярко горели и освещали все экспонаты. Все сурки оказались расстреляны. По виду пуль легко можно было понять, что во всем была виновата полиция. Они давно отсюда ушли, судя по летающим повсюду мухам. Дождь за окном прибавил к себе грозу, создавая всё ещё страшную атмосферу. Правда, сейчас себя в ней товарищи ощущали намного более комфортно. Сперва Феликс даже хотел закрыть глаза мальцу, чтобы его психика не поехала. Но, представляя то, что с ним происходило дома, командир посчитал, что хуже уже не будет.

Направившись к выходу, серые звери не ожидали увидеть прямо у дверей то нечто во всей его красе. Тьма представляла его нижнюю часть тела. В верхней гарцевало месиво из нескольких видов животных, что формировало собой определенные органы. Что-то вроде множества голов и рук. Основные орудия напоминали собой серпы. От твари странно воняло хлоркой, да и одежда, что была на зверях, выглядела так, будто бы он сожрал кого-то не из музея. Монстр не собирался нападать, несмотря на то что Феликс и Пьер искали всеми правдами и неправдами способ от него спрятаться. Он всего лишь пожал своими "плечами", а "руками" отдал честь. Командир сделал то же самое со своей стороны. Не прошло и 5 секунд, как все конечности твари спрятались внутри тьмы, и она растворилась в вентиляции, оставив после себя лишь бейджик Киллиана. С такими друзьями…

Уже начинало светать. Феликс повёл Пьера в морской порт Туманной Чащи, расположенный в её юго-западной части. Там были в основном культурные здания и заводы, так что неудивительно, что удобнее всего туда было разместить стратегически важную транспортную точку. Волчонок докладывал, что его родители могли оказаться там, если принимали важные посылки по работе. Такое было каждую неделю. Они оставляли его одного в такие дни, с самых малых лет. Он не жаловался. Жаль, что гроза увеличивала интенсивность дождя. Волки желали посидеть на берегу реки и посмотреть на местные пейзажи, подождать родителей товарища. По его словам, они скоро должны были там объявиться. Новоиспеченные друзья уселись на лавки, расположенные под кровом у одного из портовых зданий. Кажется, оно принадлежало военной части.

-А полицейские за нами точно не погонятся здесь? - встревоженно просил Пьер, болтая ногами под железкой лавкой. Его одежда выглядела плохо. Но всё ещё лучше, чем при их знакомстве.

-Они наверняка успокоят себя тем, что перестреляли всех в музее. При мне в городе такого никогда не бывало... даже язык не поворачивается назвать это место своим домом, - вздохнул Феликс. От тоски он разложился на своем месте и ничего не делал.

-Так нельзя поступать с другими, да? Но почему они так поступают?

-По той же причине, почему тебя выставили той ночью из дому. Бессилие. Они не знают, как на нас повлиять. И так было все время, пока мы искали твоих родителей. Кстати, по поводу них...

-Мама часта говорила мне, что не любит меня. А потом извинялась. Это тоже неправильно?

-Я не знаю. Я не женился, у меня не было детей. Только мои подчиненные. Совсем другой смысл в отношениях с ними... Слушай, тебе, наверное, это будет больно узнать, но какого лешего об этом я так долго молчу? - Волк встрепенулся и уселся прямо, смотря в глаза своему подопечному, - Твои родители могут быть давно мертвы. Их трупы лежат дома. Они перебили друг друга в ходе ссоры. Я не был уверен изначально, но...

Пьер долго время ничего не отвечал на эти слова, заставив старшего помутиться. Младший просто смотрел на дождь, слушал грозу. Закрылся от единственного дорожащего им взрослого. Феликса это очень пугало. Но он не собирался вытягивать из подопечного вопросы. Так можно сделать только хуже. А ему и так досталось.

-Они могут быть и живы, - через полчаса сказал волчонок, - Я ещё в это верю! Но я не хочу больше к ним, дядя Фел. С вами мне всегда было хорошо. С родителями... с папой я не знал, крикнет он на меня или нет, если я с ним заговорю. А мама всегда была очень строгой.

-Даже слишком, - усмехнулся вояка.

-Может, вы станете моим папой?

-Что ты... из меня выйдет плохой отец. Я даже к себе нехорошо относился все эти годы. А тебя я могу испортить.

-Вы думаете, что будете злее моего папы? Пока что вы были очень добрым...

-Я обещал тебя защитить от всех невзгод. Вернуть к твоим родителям... дал чертово стальное волчье слово...

-Давайте мы поменяем это слово! Чтобы вы точно стали моим папой. Я бы этого очень-очень хотел, - юнец подобрался к старшему волку и обнял его. Так крепко его никогда близко не держали, из-за чего Феликсу стало не по себе.

-Это будет неправильно. Не по военному кодексу.

-Я не думал, что вы такой официальный волк, когда вы меня забрали у того ученого!

-Ладно, ты прав, - усмехнулся Феликс. Выбор был невелик. Чёрт, он не знал, как свою жизнь строить, не то что чужую. Но военные секреты наверняка интересны другим городам... или особые навыки, что были у командира. Попробовать стоит, - Даю стальное волчье слово стать лучшим отцом для тебя.

-УРА! - крикнул Пьер и поцеловал своего нового папу в морду. Это было обескураживающе, но очень приятно. Все эти годы никто так не доверял командиру. Но теперь... все будет по-другому. Осталось лишь воспользоваться остатками денег, чтобы купить билет на теплоход из города. Или, если будут проблемы, тайно проскочить на грузовое судно. Феликс был уверен, что выживет везде. И, учитывая последние события, Пьера он тоже сможет обеспечить.

Волчья идиллия была прервана несколькими неприятными обстоятельствами. Во-первых, буря усилилась, из-за чего к грозе прибавился ужасный шторм, который начал срывать части порта и отправлять их в бушующие воды. Во-вторых... из-под речной толщи начало что-то подниматься. Необычный механизм, сперва показавший каждую из своих металлических ног, тянувшихся на десятки метров вперед. Он буквально уперся на все части этой маленькой бухты. Конечности крепились к центральному блоку, напоминавшему алюминиевую ракушку неправильной формы. Она была очень объемной, и из неё торчало несколько фонарей. Они были зеленого, фиолетового и серого цвета. Они все что-то искали, или даже кого-то. Феликсу хватило реакции лишь на то, чтобы взять волчонка под лапу. Они еле-еле успели выбежать из своего укрытия, когда одна из ног робота раздавила убежище. Машина продолжала свой подъем из-под толщи воды, и теперь возвышалась так далеко, что могла бы коснуться облаков, если бы захотела. Но её желания были намного более устрашающими.

Свет её прожекторов быстро оказался на бедных серых. Затем последовал жуткий гудок. Гул войны, взывающий о помощи у кого-то более сильного. Командир быстро заметил, что в порт начали сбегаться полицейские всех возможных видов. Они все следовали за этими чертовыми световыми лучами. За все годы службы он не видал ничего такого. Адаптировался вояка неплохо, но... кто может успеть найти что-то, что спасет против ужасного робота, заставляющего за тобой бежать слуг порядка, что возненавидели тебя, ибо ты осмелился спасти бедного ребенка от ужасных лап абсолютно бесчувственных животных? Такие отважные ребята наверняка даже не существуют.

-И куда нам теперь деваться? - спросил Пьер, - Этот робот нас показывает всему городу!

-Подальше отсюда! Нам нужно составить план, а пока нас хотят убить, этого очень сложно добиться! - ответил Феликс, собираясь тащить за собой подопечного, но он теперь будто бы шёл вровень со своим наставником.

-Тогда веди, папа!.. Я тебе доверяю.

Пожалуй, слов слаще придумать было нельзя в данный момент.

Полицейские не обладали резвостью этих волков, потому они метались из стороны в сторону, плохо понимая сигналы машины, планомерно спрашивали у работников и гостей порта, не встречали ли они беглецов. Появлялось драгоценное время, которое можно потратить на поиск защиты от этого подводника. Товарищи решили спрятаться в одном из складов. Правда, "прятаться" - громкое слово, когда на них смотрели огромные прожектора этой махины.

Укрытие долго не просуществовало. 7 минут 38 секунд передышки. И всё. Дальше сей Разрушитель применил свой туз в рукаве -залп энергетических ракет. От здания не осталось и следа, а Феликс и Пьер с трудом успели выбежать по разваливающимся стенам и не попасть в какой-нибудь снаряд. Теперь слуги закона стали побыстрее и пытались поймать беглецов. Некоторые даже успели добежать до товарищей и пытались их повязать. Правда, в ближнем бою вояка был особо опасен, и без труда избавился от вторженца, забрав его пистолет. Отчаянные времена требовали отчаянных мер. Набравшись смелости, Феликс даже пострелял пару раз в робота. Увы, все удары были успешно отражены его конденсаторными щитами, закрепленными как раз у центрального блока.

-А у нас точно всё получится? - спросил Пьер жалобным голосом. Ответ, основанный на фактах, был бы чрезвычайно жесток. И потому он не нравился старшему зверю.

-Осмотрись! Преимущество всегда можно найти на поле боя, или у самого врага... ты смышленый волчок, справишься! - крикнул ему в ответ командир, делая пару выстрелов в сторону бегущей оравы полиции. Отсюда не было никакого другого пути, кроме как в воду. Так что эта ловушка на пирсе служила и своего рода опорным пунктом, пока военный сидел за быстро сделанным укрытием.

-Что мне искать?

-Не знаю... что-нибудь выдающееся! Необычное! Что-то, что точно победит эту с... штуку! - Он уже хотел материться. Но сдержался.

Осмотр не занял у волчонка много времени. Он заметил огромные гарпунные установки. Они были автоматическими, судя по всему, и работали за счет солнечных батарей. Помогали причаливать не самым удачливым судмам. А что, если фонарика как раз хватит на один выстрел? Вопрос был лишь в том, отразят ли щиты робота и их, как в фантастических фильмах? Проверить это можно было лишь одним способом… потому юнец кинул в робота камешек. Удар пришёлся как раз по центральному блоку, и его защита никак не отреагировала. Значит, пора действовать!

Пьер быстро перехватил фонарь с его заряжающим устройством. Восполнив батарею, он тут же направил сконцентрированный луч света в одну из панелей. Прошло немного времени, и орудие оказалось заряжено! Ещё пару мгновений, и оно тут же определило ближайшую цель, имеющую габариты корабля - Подводного Разрушителя! Потому гарпун со скоростью звука направился в сердце монстра, игнорируя его защиту. Механическое чудовище издало звук, отдаленно напоминающий на осознание причиненной ему боли, а из его центрального блока начала течь какая-то странная электрическая жидкость. Правда, оно не собиралось стоять на месте и смотреть, как его убивают. Оно начало контратаковать ещё более частыми залпами ракет, пытаясь раздавить своими ногами беглецов. И потому им пришлось покинуть свое укрытие. Им хватило прыти, чтобы выбраться из ловушки, а вот полицейские таким похвастаться не могли.

Чаща весов быстро склонилась в другую сторону. Волчонок молниеносно выделял в громогласной стихии все гарпунные механизмы, подбегал к ним, и при помощи фонаря давал им достаточно энергии, чтобы они продолжали атаковать исполина. На Феликса легла не менее важная, но ещё более сложная задача: защищать мальца от стражников закона. Они пытались стрелять. Кидались своими огромными тушами, чтобы остановить нарушителя. Нередко пытались использовать саму инфраструктуру порта, чтобы навредить их врагу номер один. Но военный прекрасно знал свое дело, не даром отдав ему 20 лет своей жизни. Пистолет и нож, вырванный у другого сотрудника, оказались более чем смертоносными орудиями. Конечно, иногда проскальзывала мысль о том, что Феликс убивает своих сограждан. Однако они перестали быть мирными, когда напали на него и хотели отнять последнюю дорогую часть его мира. Он не мог этого допустить ни под каким предлогом! Конечно, не попадаться под 33 разных вида снаряда и летающих металлических штуковин было чрезвычайно сложно. Но на то он и был взрослым волком, чтобы справляться с препятствиями намного опаснее. Ребенка надо защищать – а потом обучать этому тонкому мастерству выживания в сложном мире.

Когда был запущен 7-ой гарпун, Подводный Разрушитель оказался слишком слаб. Этот удар пробил его корпус насквозь, обнажая кубитовый процессор, что начал испаряться, оказавшись на чистом воздухе. Капли дождя перестали литься в огромных количествах, а гром затих. Все полицейские оказались перебиты атаками робота и вояки.

За всё это время Пьер и Феликс почти не разговаривали, но теперь, когда все страшное осталось позади, они собрались у сложившегося на дне бухты врага. Малец присел на бетон и пригласил своего нового отца сделать то же.

-Вы были правы!.. То есть, папа... ты был прав. Ты спас нас! - сказал волчонок, обнимая своего нового родственника.

-Я сделал то, что должен был как командир. Но... это ты позволил нам выжить в этой передряге. Я был занят более ужасными делами... но всё позади, сын. Все кончено, - проговорил волчара. Он решил выкинуть нож и пистолет в воду одним хорошим броском. Даже брызг от него не было.

-А что теперь? Тут умерло много дядь... вряд ли нам позволят здесь остаться, да?

-Разумеется. Я подумал... - В порт как раз прибыл грузовой корабль. Его капитан вышел на берег и тут же начал всех бранить, судя по его жестикуляции, - Мы уплывем отсюда.

-Где же мы будем жить?

-У меня есть немного денег. В рамках континента хватит, на что пожить... Я уверен, везде есть места, от которых готовы избавиться хозяева задешево, потому что они не хотят их восстанавливать. А я бы хотел. У нас будет новая жизнь с тобой, так почему же нам останавливаться здесь?

-Звучит здорово! У меня даже будет своя комната?

-Посмотрим. Чёрт бы лешего побрал... то есть... Я ехал домой, понимаешь? А оказался в этой жуткой передряге вместе с тобой.

-Но зато у меня появился папа, которого люблю! И ты меня тоже любишь, правда?

-Правда-правда, - Феликс потрепал Пьера за холку, - Пойдем. У нас много дел ещё.

-А нам пригодится ещё ваш фонарь? Я бы не хотел его больше брать…

-Самую страшную тьму мы уже прошли, и оказались целы. Так что да, ты прав… - И его тоже командир отправил плавать.

Капитан оказался на редкость приятным типом и обещал провезти этих морских волков с собой до другого конца континента, где заканчивается его торговый маршрут. Там их никто не найдет. Пускай это не будет промышленный центр или что-то ещё такое, но там будет много любви, и никто её не будет душить.

В офисе мэра за этот дождливый день прошло немало странных зверей. Сам он был ворон и привык к тому, что весь мир немного летит вокруг него, но сегодня выгодно отличалось от своих друзей. Сначала пришёл доклад о том, что известный командир города попросту сошёл на технической остановке, забыв о том, что ехал в город. Потом он вступил в спор с Таможенными лицами, говоря абсолютный бред. Пришёл на выставку достижений образовательного сектора и устроил там дебош, атакуя полицию. Затем он наведался в физический музей, занялся там уборкой, разобрался с парой буквальных скелетов в кладовках, и растворился! Шли слухи о том, что он был в порту. Санитары и полицейские искали его весь день напролёт, но безуспешно. Господин глава города не хотел паники. Не хотел портить имидж Туманной Чащи. Но ещё больше он хотел разобраться в корнях этой истории. Если армия сходит с ума... то это нужно пресечь, пока она не убила кого ещё. А если же это единичный случай, то тут уже из чисто гуманистических соображений хотелось поймать больного и излечить.

-Товарищ мэр! - распахнулись огромные двери в огромном кабинете с колоннами, на высочайших этажах здания. Открыл их Пеликан. Это был очень недобрый знак. Потому что птиц пускали в бой лишь в крайних случаях, - Мы нашли господина Феликса в одном из отправительных пунктов речного порта.

-И что с ним? Где он сейчас? Он никого больше не убил? - волнительно спрашивал ворон.

-Ну... он там был в реестрах отплытий. Умчал буквально за пару минут до нашего приезда туда. Убил всех полицейских одним фонарем, оставил его, и уплыл на одном из торговых кораблей из другого города! Нам отслеживать его маршрут?

-Да, но только информационно, чтобы другие города не паниковали. Столько хороших зверей умерло... он ничего не говорил, когда уходил?

-Бредил что-то о его сыне. Хотя мы знаем, что он холост и без детей... Окружающие говорили, что он хотел построить себе новый дом.

-Следите за ним. Не дай Бог он натворит что-то за пределами Туманной Чащи. А если уж нет... Счастливой ему жизни тогда.

-И вы уверены, что это хорошее решение?

-Проведите лишний психологический осмотр всех наших войск. На всякий случай. Отвечая на твой вопрос… волки – странный народец. Если один из них так отчаянно хочет жить где-то ещё, кто мы такие, чтобы пытаться его остановить теперь?

-Как скажете, господин мэр!

Пеликан удалился. Ворон остался наедине, утомленно попивая чай и смотря на дождь за окном. В конце концов, в городе есть много других, более сложных проблем, нежели чем волк, который пробивался к своему счастью через лихое безумие.