Поворот не туда: Шепот Пустоши

Воздух в салоне можно было резать ножом и намазывать на хлеб — такой он был густой, липкий и пропахший бензином.

«Шевроле Нива» Криса, который ласково называл ее «Козликом», натужно ревела мотором, взбираясь на очередной пологий подъем. Кондиционер, древний и капризный, как его дед на лавке, работал через раз, и сейчас был как раз тот самый «раз», когда он просто гонял по салону теплый воздух, смешанный с запахом перегретого пластика и чьих-то носков.

Крис сидел на заднем сиденье, вжавшись спиной в пропотевшую обшивку. Футболка прилипла к позвоночнику. Он попытался отодрать ее незаметно, но это было бесполезно — ткань словно приклеилась намертво. Запах пота смешивался с дешевым освежителем воздуха в виде елочки, который висел на зеркале заднего вида, и от этого тошнотворного коктейля хотелось блевать прямо в салон.

— Твою мать, Крис, может, хватит уже эту херню терпеть? — Мэган, его девушка, сидевшая рядом, стащила с себя легкую кофту, оставшись в майке на тонких лямках. Под мышками проступили темные круги пота, и тонкие волоски намокли и завились колечками. — Я сейчас реально сознание потеряю. Тут дышать нечем. У меня голова кружится.

Крис, не оборачиваясь, дернул плечом. Он был плотный, коренастый парень с короткой стрижкой и татуировкой дракона на предплечье, которая сейчас поблескивала от пота.

— А что я сделаю? Это не «Мерседес», детка. Если я сейчас открою окна, в салоне будет пылища как в Сахаре. Хочешь песок на зубах?

— Я хочу доехать живой, — буркнула Мэган, доставая из сумочки смятый веер и начиная обмахиваться с таким остервенением, будто тушила пожар. Веер был с каким-то дурацким рисунком — Эйфелева башня и надпись «Paris». Сейчас это смотрелось дико. Париж, блин, в этой глуши.

— Доедем, не ссы, — подал голос Картер, друг детства Криса, развалившийся на переднем пассажирском. Его кресло было отодвинуто до упора назад, почти до заднего дивана, потому что росту в нем было метр девяносто, и он вечно страдал от нехватки места. — Щас, за тот лесоповал перевалим, а там трасса. По навигатору километров сорок осталось. По асфальту пойдем — дух переведем.

Картер говорил это уже третий раз за последний час. Он вообще любил повторяться и создавать иллюзию уверенности, которой не было.

— Ага, по навигатору, — хмыкнул Крис. Он кивнул на телефон, закрепленный на панели магнитолы. — Держи карман шире. Он уже два раза маршрут перестраивал. Тут, блин, дороги как в сельской глубинке — ни разметки, ни указателей. Пиздец, а не дороги.

Телефон показывал карту с извилистой желтой линией, петляющей среди зеленого массива. Связь еще была. Одна-две палки, но сигнал держался. Крис глянул на свой смартфон — та же хрень. Инстаграм не грузился, но сообщения в мессенджерах уходили с тихим «цоканьем», и это немного успокаивало. Цивилизация еще была где-то рядом.

— Кстати, о глубинке, — оживился Картер, поворачиваясь к салону. Его лицо лоснилось от пота, но глаза горели азартом рассказчика. Рыжая щетина на щеках тоже блестела от влаги. — Вы слышали историю про трассу 49? Которая в объезд национального парка?

— Не начинай, — простонал Крис. — Ты каждые полчаса страшилки травишь. Дай людям спокойно сдохнуть от духоты.

— А чё сразу страшилки? Я как лучше хочу. Чтоб не скучно было, — оскорбился Картер. — Кстати, история реальная. Месяца два назад там семья пропала. Мужик, жена, двое пацанов. Ехали во Флориду. Свернули на заправку, а назад не вырулили.

— Заснул за рулем и в кювет, — отрезал Крис. — Чего тут мистического?

— А то, — Картер понизил голос, хотя в машине и так было слышно каждое дыхание. — Машину нашли. Через неделю. Стояла на обочине, целая. Ключи в замке зажигания, вещи на местах. Даже кофе в стаканчиках еще теплый был. А людей — нет. Как сквозь землю провалились.

— Теплый кофе через неделю? — усомнилась Мэган, перестав обмахиваться. — Ты сам-то себя слышишь, Картер?

— Я говорю то, что в новостях писали! — Картер даже обиделся. — Потом, правда, эту инфу удалили, сказали, что фейк, но осадочек-то остался? Я скрины делал!

— Делал он скрины, — буркнул Кенни, который сидел за рулем и молчал всю дорогу. Он вообще был немногословным, предпочитая слушать музыку в наушниках. Сейчас наушники висели на шее, и он крутил головой, разминая затекшие мышцы. — Ты скриншот своего члена сделай, а то забыл уже, как он выглядит.

Все заржали, даже Мэган прыснула. Картер шутку не оценил.

— Иди ты, Кенни. У тебя юмор как у пещерного человека.

Кенни только хмыкнул и сбросил газ. Машина замедлила ход.

— Чего встал? — напряглась Мэган.

— Да ничего. Глупости слушать про это, — Кенни покосился на темнеющую стену леса справа от дороги. — Мурашки по коже. Тишина какая-то...

Крис тоже посмотрел в окно. Лес стоял стеной. Высоченные сосны, ровные, как солдаты на параде. Солнце, уже клонящееся к закату, пробивалось сквозь ветки длинными, косыми лучами. Это было красиво, по-открыточному красиво. Но Крису вдруг показалось, что лучи эти падают слишком правильно, слишком геометрично. Будто деревья не росли здесь сотню лет, а были кем-то расставлены, выверены по линейке.

— Включи музыку, — попросил он, чтобы отвлечься.

Кенни ткнул кнопку на магнитоле. Динамики зашипели. Сквозь шипение пробивался какой-то монотонный гул, похожий на далекое эхо работающего двигателя, а потом наступила тишина. Радио просто умерло.

— Твою дивизию, — Кенни постучал по панели. — Лови, лови, падла!

Приемник молчал. Только слабый фон, вакуумный и пустой. Кенни переключил на другой канал — та же хрень. На третий — шипение и далекий голос, который говорил на языке, похожем на искаженную латынь или что-то церковное.

— Выруби это дерьмо, — поморщилась Мэган. — На нервы действует.

Кенни выключил. Тишина в салоне стала еще плотнее. Слышно было только, как под колесами шелестит зернистый асфальт, да как где-то в недрах «Козлика» тонко посвистывает ремень генератора. Свист этот был противный, занудный, как комар над ухом.

— Чё-то мне это не нравится, — Картер крутил головой. — Птиц не слышно. Вообще ни хрена не слышно.

— Птицы спать ложатся, — огрызнулась Мэган, но голос ее дрогнул.

— В шесть вечера? — усомнился Крис.

Он снова уставился в окно. Лес молчал. Он просто стоял и смотрел на них тысячами стволов. И в этом молчании было что-то хищное, голодное. Будто лес ждал.

— Короче, валим отсюда, — Кенни вдавил педаль газа в пол. Машина взревела и рванула вперед, будто тоже почуяла неладное.

Навигатор заговорил, когда они проехали указатель с названием какого-то поселка. Название было старым, выцветшим, и Крис успел прочитать только часть: «Милб...» или «Милл...». Дальше буквы стерлись.

— Через двести метров поверните направо, — сказал приятный женский голос из динамика телефона.

— Слышь, командир, — Кенни покосился на карту. — Там какая-то грунтовка. Может, на хрен? По трассе дальше, через лес, но там крюк километров пятьдесят.

— А на грунтовке сколько? — спросил Картер.

— Навигатор пишет двадцать два. Нормальная дорога, проселочная. Должны проскочить.

— А чего думать? — Картер хлопнул ладонью по торпеде. — Срезаем! У меня уже жопа квадратная, еще пятьдесят километров этой тряски я не вывезу. У меня геморрой начнется.

— Мэг? — Кенни посмотрел в зеркало заднего вида на девушку. — Ты как?

— Я хочу в душ и в кровать, — устало ответила она. — Делай как знаешь. Только быстрее. Я уже забыла, когда нормально спала.

— Крис?

Крис пожал плечами. Ему не нравилась эта идея. Лес за окном стал еще гуще, ветки тянулись к дороге, как скрюченные пальцы. И еще этот запах... Ему показалось, что сквозь бензин и пот пробивается что-то сладковатое, приторное, как от перезревших фруктов или начинающего гнить мяса.

— Решай сам. Ты за рулем.

— Значит, решено, — Кенни включил поворотник, хотя на пустой дороге это было смешно, и свернул на грунтовку.

Это был момент, который потом Крис будет прокручивать в голове тысячи раз. Момент, когда можно было сказать: «Стой, разворачивайся». Момент, когда у них еще был выбор.

Грунтовка оказалась хуже, чем он думал. Асфальт закончился сразу же, сменившись утрамбованной глиной с вкраплениями крупного щебня. Машину затрясло, подвеска жалобно заскрипела. В салоне запахло пылью, сухой и едкой.

— Твою мать, Кенни! — Мэган вцепилась в ручку над дверью. — Тут же яйца отобьешь все! Осторожнее!

— Терпи, казак! — заржал Картер. — Аттракцион «Веселые дороги»! Бесплатно!

Гравий хлестал по днищу с таким звуком, будто по металлу били пригоршнями гвоздей. Пыль поднималась такая, что в салоне стало темно, как в сумерках. Кенни включил фары, но они только высветили белесую стену перед машиной.

— Ни хрена не видно, — процедил он сквозь зубы, вцепившись в руль так, что костяшки пальцев побелели.

Проехали еще минут десять. Пыль немного осела, дорога стала ровнее. Лес расступился, сменившись редколесьем и высокими кустами. Но кусты были странные — с красноватыми листьями, каких Крис никогда раньше не видел. Они росли несимметрично, будто их выкручивало в разные стороны.

— О, нормально пошло, — обрадовался Картер. — А вы боялись.

— Я не боялся, — огрызнулся Кенни. — Я за машину переживал. У меня подвеска не внедорожная. Если тут яму поймаем — писец.

В этот момент навигатор снова подал голос:

— Через триста метров поверните налево.

— Куда налево? — Кенни прищурился, вглядываясь вперед. — Там же просто лес! Ни хера нет!

Дорога уходила прямо, упираясь в стену молодого осинника. А налево отходила колея, почти незаметная, заросшая травой. Над ней нависали ветки, образуя туннель. Туннель выглядел жутковато — темный, сырой, пахнущий грибами и прелью.

— Навигатор говно, — констатировал Картер. — Едем прямо.

— Подожди, — Крис подался вперед. — А если это та дорога? Срезка же. Может, там действительно быстрее. Навигатор не просто так говорит.

Кенни остановил машину. Тишина навалилась мгновенно. Даже двигатель, казалось, работал тише обычного. Стрелка температуры полезла вверх, хотя ехали недолго.

— Я туда не поеду, — отрезала Мэган. — Там ветки по стеклам хлестать будут. Страшно. И вообще, там темно.

— Баба — она баба и есть, — хмыкнул Картер. — Давай, Кенни, рули прямо. Там выберемся. Не в первый раз.

Кенни помялся, но все же тронулся с места, поехав прямо.

Проехали метров двести, и дорога кончилась. Просто уперлась в стену леса. Перед ними был бурелом, поваленные деревья и густой подлесок. И среди этого бурелома Крис заметил странность — несколько деревьев были сломаны не как попало, а аккуратно надломлены на одной высоте, будто их специально согнули, чтобы создать заслон.

— Ни хера себе срезка, — выдохнул Кенни.

— Разворачивайся, — тихо сказала Мэган. — Быстро.

Кенни начал сдавать назад, пытаясь развернуться на узкой дороге. Маневрировал, подавал вперед, снова назад. И в какой-то момент, когда он сдавал назад, раздался звук, от которого у Криса похолодело внутри.

Громкий, противный скрежет металла. Будто машина наехала на что-то острое. А следом — хруст и глухой удар. И еще что-то — звук лопающейся резины, как выстрел.

— Твою мать! — Кенни вдавил тормоз.

Машина дернулась и встала. Запахло горелым маслом и паленой проводкой. И еще чем-то кислым, химическим.

Кенни попытался завести двигатель. Стартер взревел, провернулся раз, другой, третий... Мотор даже не чихнул. Тишина. Только стартер выл, как раненый зверь.

— Ну давай, сука, давай! — Кенни молотил по рулю, давил на газ. Бесполезно. Стартер выл, аккумулятор садился на глазах, но мотор молчал.

— Что случилось? — Мэган побледнела так, что веснушки на носу стали похожи на россыпь пороха. Губы задрожали.

— Не знаю! — рявкнул Кенни. — Наверное, картер пробил или еще что! Задницей на камень наехал!

Он выскочил из машины, хлопнув дверью. Крис вылез следом.

Воздух снаружи обжег прохладой. Солнце уже почти село, и от леса тянуло сыростью и прелью. И этим сладковатым запахом, который Крис уловил еще раньше. Теперь он стал сильнее. Пахло гнилью и чем-то металлическим, как кровь.

Крис обошел машину. Сзади, под днищем, на земле чернело маслянистое пятно. Из-под машины тонкой струйкой стекала техническая жидкость. Но пятно было странным — оно пульсировало, расширяясь и сужаясь, будто живое.

— Масло, — констатировал Кенни, заглядывая под задний бампер. Он лег на землю, не обращая внимания на грязь. — ...Пиздец. Похоже, поддон вдребезги. И, кажется, коробку зацепило. И колесо... Гляньте!

Все подошли ближе. Заднее правое колесо было спущено. Но не просто проколото — из покрышки торчал кусок металла. Странный кусок. Он был похож на наконечник стрелы, только огромный, с ладонь размером, и весь в ржавчине. На металле виднелись какие-то насечки, символы, похожие на те, что Крис видел в учебниках истории — древние руны.

— Это лечится? — спросил Крис, хотя уже знал ответ.

— Лечится? — Кенни поднялся, отряхивая джинсы. Он был бледен, на лбу выступила испарина, не имеющая ничего общего с духотой. — Это лечится эвакуатором и новым движком. Здесь, в жопе мира, это не лечится никак. И откуда здесь это? — Он ткнул пальцем в наконечник. — Это же херня какая-то древняя.

— Телефоны! — спохватилась Мэган, вылезая из машины. — Дайте телефоны!

Они достали смартфоны. Экран Криса показывал: «Поиск сети». Ноль палок. Абсолютный ноль. Мертвая зона.

— У кого-нибудь есть? — спросил он.

Все молчали. Картер тряс свой айфон, как грушу.

— Да ёбаный в рот! — взорвался он. — Только что была связь! Только что, блядь! Я в тикток заходил!

— Спокойно, — Крис заставил себя говорить ровно, хотя внутри уже поднималась липкая волна паники. — Спокойно, парни. Надо подняться на возвышенность. Вон туда, — он кивнул на холм, поросший лесом, в стороне от дороги. — Там сигнал должен поймать. Физика: выше — дальше видно.

— А если не поймаем? — Мэган смотрела на него огромными глазами. В них уже стояли слезы.

— Поймаем. Не дрейфь.

Кенни открыл капот. Оттуда пахнуло жаром и горелым пластиком. Крис подошел ближе, чтобы посмотреть. Двигатель выгля normally, но взгляд зацепился за странность. Провода, идущие к трамблеру, были... повреждены. Но не так, как бывает от старости или перетирания. Они были словно срезаны. Аккуратно, будто лезвием. Изоляция висела лохмотьями, а внутри блестела медная жила. И на срезе была какая-то слизь, прозрачная и липкая.

— Кенни, глянь, — Крис ткнул пальцем.

Кенни наклонился, присмотрелся. Его лицо вытянулось.

— Это хрень какая-то... Это не от камня. Это... Не знаю. На погрыз похоже, но не мышами. Мыши так не делают. Словно кислотой... Или языком. Смотри, тут слюни какие-то.

— Да ну на хер, — Картер отодвинул Кенни и тоже заглянул под капот. — Какая кислота в лесу? Тут грибы одни. Медведи, может, полезли?

— Медведи не едят провода, — отрезал Крис.

— А если это... — начала Мэган и осеклась.

— Что если? — резко обернулся к ней Кенни.

— Нет, ничего. Бред.

Крис отошел от машины. Тишина здесь, снаружи, была еще более плотной, чем в салоне. Ни птиц, ни ветра, ни далекого шума трассы. Только его собственное дыхание и биение сердца, которое, казалось, гремит на весь лес. Бум-бум-бум. Как барабан.

И вдруг он услышал еще один звук. Тихий, едва различимый. Шепот. Кто-то шептал из леса. Не слова, а просто шипение, но в этом шипении угадывалась речь.

— Вы слышите? — спросил он.

— Что? — Кенни насторожился.

— Шепот.

Все прислушались. Тишина. Только где-то далеко ухнула сова. Одна. Странно, совы обычно не охотятся в сумерках парами.

— Ничего не слышу, — сказал Картер. — У тебя крыша едет, брат.

— Может быть, — согласился Крис, но внутри похолодел.

— Я в кусты, — заявил Картер, зажимая живот. — Нервы, блин. Пива много выпил. И вообще, надо проверить, не обоссался ли я со страху.

— Не ходи далеко, — попросил Крис.

— Да я тут, за елками. — Картер скрылся в придорожных зарослях.

Прошла минута, две. Мэган стояла, обняв себя за плечи, хотя было не холодно. Кенни курил, нервно затягиваясь и стряхивая пепел на землю. Пепел падал и... Крису показалось, что он впитывается в землю слишком быстро, будто почва была губкой.

— Картер! — позвал Крис.

Тишина.

— Картер, блядь, не пугай!

— Крис! — раздался вдруг голос Картера. Он был не громким, но в этой тишине прозвучал как выстрел. — Иди сюда, глянь, тут какой-то прикол! Ты такое не видел!

Крис нехотя пошел на голос, раздвигая высокий папоротник. Ветки хлестали по лицу, оставляя на коже мокрые следы. И эти следы начинали чесаться, как от крапивы.

Картер стоял на небольшой поляне, расстегивая ширинку. Но смотрел он не перед собой, а в сторону, на старое, корявое дерево, стоящее особняком. Дерево было мертвым, но не сухим — кора на нем отслаивалась кусками, и из-под нее сочилась бурая жидкость, похожая на смолу, но пахнущая гнилым мясом.

— Глянь, — он кивнул на ствол.

Крис подошел ближе и замер.

На коре был вырезан символ. Не крест, не круг и не руна, которые он видел в фильмах. Это была спираль. Закрученная в несколько витков, будто раковина улитки, но с острыми, угловатыми краями. Глубина резьбы была приличной — кора содрана до самой древесины. И древесина под ней была черной, обугленной, хотя огня вокруг не было.

Но не это было самым страшным. Под символом, прибитые ржавыми гвоздями, висели пучки чего-то, похожего на шерсть. Рыжая, бурая, серая. А рядом тряпки. Старые, гнилые, источающие запах сырости и разложения. И среди тряпок Крис заметил что-то белое. Кость. Похоже, фаланга человеческого пальца.

— Это че за херня? — Картер уже забыл, зачем пришел. Он подошел вплотную, рассматривая символ. — Местные, что ли, верят в лешего? Типа подношения? Или сектанты? Я слышал, в этих лесах секты есть.

— Отойди, — тихо сказал Крис.

— Да ладно, тебе че, жалко? Может, тут реально духи леса живут? — Картер усмехнулся, но усмешка вышла нервной. — Слушай, а давай сфоткаем, потом друзьям покажем, угарнем. У меня инстаграм давно не обновлялся.

— Не надо здесь ничего трогать, — Крису вдруг стало физически холодно. Ему показалось, что из глубины леса, из-за стволов, за ними кто-то наблюдает. Взгляд был тяжелый, маслянистый, от которого хотелось сжаться в комок и замереть. Он буквально давил на затылок.

— Ладно, пошли к бабам, — Картер передернул плечами, наконец-то сделав свои дела. Струя мочи ударила в куст, и куст... дернулся. Прямо на глазах. Картер отшатнулся. — Ты видел?

— Видел, — выдохнул Крис. — Пошли быстрее.

Они пошли назад. Крис оглянулся. Дерево со спиралью стояло, как ни в чем не бывало. Ему показалось, или шерсть на гвоздях слегка шевельнулась от ветра? Но ветра же не было. Воздух стоял мертвый, неподвижный.

Когда они вернулись к машине, стемнело. Резко, будто кто-то повернул рубильник. Только что был серый, сумеречный свет, и вот уже навалилась чернота, непроглядная, хоть глаз выколи.

— Ну что? — спросил Кенни, хотя и так все было понятно по их лицам.

— Там... — начал Картер, но Крис перебил:

— Ничего. Просто дерево странное. Местные отметины понаставили. Надо решать, что делать.

— Ночью мы отсюда не выберемся, — сказал Кенни, затаптывая окурок. — Даже если пешком пойдем — заблудимся в два счета. Предлагаю заночевать в машине. Утром, по свету, либо кто-то проедет, либо до трассы дотопаем.

— В машине? — голос Мэган дрогнул. — Здесь? В этом лесу?

— А ты предлагаешь пешком в темноте переться? — резонно заметил Картер. — Тут волки, может, есть. Или медведи. Или этот, леший твой. В машине хоть железо вокруг.

— А если тот, кто провода перегрыз, вернется? — спросила Мэган

Никто не ответил. Потому что ответа не было.

Залезли в салон. Кенни попробовал завести движок, чтобы хоть печку включить, но стартер только вяло хрюкнул и затих — аккумулятор сел в ноль.

Стало холодно. Ночной лес вытягивал тепло из металлической коробки, как вампир. Дыхание начало заметно парить.

Сидели молча. Слышно было только дыхание и стук зубов Мэган, которую била дрожь.

— Надо фары погасить, — сказал Крис. — Чтобы аккумулятор не сажать. Хотя уже поздно.

Кенни кивнул и выключил свет. Темнота стала абсолютной. Только слабый отблеск звезд сквозь лобовое стекло. Но звезды были какими-то чужими — Крис не узнавал созвездий.

— Расскажи что-нибудь, — попросила Мэган, прижимаясь к Крису. — Чтобы отвлечься.

— Что рассказать?

— Что угодно. Только не страшное.

Крис помолчал, потом заговорил:

— Мой дед рассказывал, что в этих местах раньше была деревня. Еще до войны. Люди жили, пахали, детей растили. А потом в одну ночь все исчезли. Дома стояли, вещи лежали, даже еда на столах. А людей нет. Как сквозь землю.

— И что с ними стало? — спросил Картер.

— Дед говорил, что лес забрал. Что они чем-то прогневали духов. Поставили церковь не там, где надо, или вырубили священную рощу. Я тогда не верил. Думал, сказки.

— А теперь? — тихо спросила Мэган.

Крис не ответил. Потому что теперь он не знал, что думать.

Прошел час. Может, два. Крис задремал, привалившись к дверце. Ему снилось что-то липкое, темное, тягучее. Он бежал по лесу, но ноги вязли в земле, а ветки хватали за руки.

И вдруг звук вырвал его из сна.

Сначала треск ветки. Громкий, отчетливый, совсем рядом. Потом шорох. Будто кто-то большой и тяжелый продирается сквозь кусты, стараясь ступать тихо, но у него плохо получается.

— Тихо, — выдохнул Кенни.

Все замерли.

Шорох приближался. Кто-то шел к машине. Медленно, но неумолимо. Кто-то или что-то.

Крис слышал, как часто и гулко стучит сердце. Картер судорожно сглотнул. Мэган зажала рот руками, чтобы не закричать.

Шаги затихли прямо у машины, со стороны водительской двери.

Тишина. Ничего не происходит.

Кенни медленно, миллиметр за миллиметром, повернул голову к стеклу.

Там, снаружи, в темноте, стояла тень. Человеческая тень. Высокая, худая, с неестественно длинными руками, которые свисали почти до колен. И голова была непропорционально большой, вытянутой, как арбуз.

— Твою мать... — выдохнул Картер.

Тень качнулась. Раздался звук. Скребущий, противный. Будто ногти по стеклу. Кто-то водил чем-то острым по поверхности автомобиля, оставляя следы. Глубокие борозды на стекле.

Мэган не выдержала. Взвизгнула, коротко и пронзительно, как заяц.

И в тот же миг лицо прижалось к стеклу.

Крис не мог разобрать черт в темноте, но он увидел глаза. Большие, белые, без зрачков. И рот. Широкий, растянутый в улыбке, полный мелких, острых зубов. Зубов было слишком много, в несколько рядов.

Тварь улыбалась им. Из темноты. Изнутри их убежища.

И начала открывать дверь.

Дверь с водительской стороны, заблокированная центральным замком, жалобно щелкнула, будто кто-то дернул ручку снаружи. Сильно, но неумело. Металл начал прогибаться.

— Не открывай! — заорал Кенни, хватаясь за руль, хотя сидел на месте.

— Я не открываю! — заорал в ответ Картер. — Это само! Оно дверь ломает!

Еще один рывок. Металл двери прогнулся внутрь на миллиметр. Замок жалобно скрипнул.

— Заводи! Заводи машину! — закричала Мэган.

— Сел аккумулятор! — рявкнул Кенни, но повернул ключ зажигания.

Стартер дернулся раз, другой... Тишина. Аккумулятор сдох окончательно.

Тварь снаружи, услышав звук, замерла. А потом засмеялась. Это не было похоже на человеческий смех. Это было бульканье, хрип, переходящий в визг. И в этом визге угадывались слова: «Выходи-и-и... Поигра-а-аем...»

— Надо выходить, — прошептал Крис, понимая, что это безумие. — Если она выломает дверь, нам конец. Надо выходить всем сразу, может, отобьемся.

— Чем? — голос Кенни сорвался на фальцет. — Чем, блядь?

— Ногами. Руками. Чем есть. У нас нет выбора.

Тварь снова дернула ручку. Металл жалобно скрипнул. По стеклу побежала тонкая трещина, потом еще одна. Стекло покрылось паутиной.

— Я сзади! — крикнул Крис, перегибаясь через сиденье к багажному отделению. — Там домкрат! Монтировка! Баллонный ключ!

Он нашарил в темноте холодный металл. Схватил тяжелый, ржавый ломик. Пальцы сомкнулись на холодной стали.

— Открывайте двери! — скомандовал он. — На счет три!

— Ты ебнулся? — закричал Картер.

— Раз... Два...

— Крис, не надо! — взмолилась Мэган.

— Три!

Крис дернул ручку своей задней двери и вывалился наружу, в холод и мрак. Он замахнулся монтировкой, готовый бить в ту белую морду, крутанулся на месте, ища цель...

Но снаружи никого не было.

Только тишина, черный лес и его собственное тяжелое дыхание. И запах — тот самый сладковатый, гнилостный, но теперь очень сильный, ударивший в ноздри.

— Где она? — выдохнул Кенни, выскакивая следом с гаечным ключом.

— Не вижу, — Крис крутанулся на месте. Никого. Только кусты слегка шевелятся. И на стекле машины — глубокие царапины, словно от когтей.

— Может, убежала? — Картер вылез с другой стороны, сжимая в руке перочинный нож. Нож выглядел жалко против той твари.

И вдруг Мэган, оставшаяся в машине, закричала. Закричала так, что у Криса кровь застыла в жилах. Это был крик животного ужаса, когда голос срывается на визг.

Крис обернулся.

Тварь сидела на заднем сиденье. Рядом с тем местом, где только что была Мэган. Девушка вжалась в противоположную дверцу, пытаясь открыть ее дрожащими руками. Ручка щелкала, но дверь не открывалась — детская блокировка, которую они включили, чтобы Мэган случайно не выпала.

Тварь повернула голову к Крису. Белые глаза светились в темноте. И она улыбнулась ему пастью, полной игл.

— Привет, — прошелестело у него в голове. Голос звучал не снаружи, а внутри черепа, скребся по извилинам. — Давно вас жду. Очень давно.

— Вали от нее! — заорал Крис и бросился к машине.

Но тварь не двинулась с места. Она просто смотрела на Мэган своими белыми глазами, и девушка застыла, парализованная страхом. Из ее горла вырывались только хрипы.

— Мэг! Беги! — Крис рванул дверцу. Заблокировано. Центральный замок не работал без аккумулятора, но механическая блокировка была включена.

Тварь медленно, очень медленно подняла длинную руку и протянула ее к лицу Мэган. Пальцы были слишком длинными, с тремя суставами вместо двух, и заканчивались черными когтями.

— Не трогай её, тварь! — Кенни с размаху ударил гаечным ключом по стеклу.

Стекло жалобно звякнуло, но выдержало. Только трещина стала шире.

Тварь даже не обернулась. Ее пальцы коснулись щеки Мэган. Провели по коже, оставляя кровавый след.

— Мясо... — прошелестел голос. — Свежее мясо...

— Бейте! — заорал Крис и с размаху врезал монтировкой по тому же месту.

Стекло брызнуло градом осколков. Крис сунул руку внутрь, отключил блокировку и рванул дверь.

Мэган вывалилась наружу, прямо ему в руки. Она была в сознании, но дрожала так, что не могла стоять. На щеке горели четыре кровавые полосы.

— Бежим! — закричал Картер.

— Куда? — Кенни озирался по сторонам. Лес стоял черной стеной.

Тварь не спеша вылезла из машины. Ее тело было худым, почти скелетным, но двигалась она с пугающей грацией. Голова поворачивалась на сто восемьдесят градусов, осматривая их.

— Не бегите, — прошептал голос в голове Криса. — Бежать больно. Бежать страшно. Останьтесь. Поиграем.

— В машину! — скомандовал Крис. — Залезайте в машину и заблокируйтесь!

— Там же эта херня! — возразил Картер.

— Она уже снаружи! Быстро!

Они втроем влетели в салон. Картер захлопнул дверь и дернул блокировку. Кенни прыгнул на водительское место.

Тварь стояла в двух метрах от машины и смотрела на них. В темноте ее глаза светились, как два фонарика.

— Заводи! — закричала Мэган.

Кенни повернул ключ. Стартер завыл, но молчал. Еще раз. Еще.

— Сядь, сука! — Кенни молотил по рулю.

И вдруг мотор чихнул. Раз, другой. И завелся.

— Есть! — заорал Картер. — Гони!

Кенни вдавил газ. Машина рванула вперед, прямо на тварь.

Но тварь исчезла. Просто растворилась в воздухе.

— Где она? — Кенни крутил головой, выжимая газ. Машина неслась по грунтовке назад, туда, откуда они приехали.

— Сзади! — закричала Мэган.

Все обернулись.

Тварь сидела на крыше. Ее лицо прижималось к заднему стеклу. Белые глаза заглядывали в салон. И она улыбалась.

— Не останавливайся! — заорал Крис.

— Я и не собираюсь! — Кенни вдавил педаль в пол.

Машина летела по ухабам, подскакивая на кочках. Тварь на крыше держалась, будто приклеенная. Ее когти скрежетали по металлу, оставляя глубокие борозды.

— Сбрось ее! — Картер открыл окно и высунулся наружу с монтировкой.

— Сядь! — Крис дернул его назад. — Вылетишь!

Тварь засмеялась. Этот смех проникал в мозг, вызывая тошноту.

И вдруг машину тряхнуло так, что Крис ударился головой о потолок. Раздался громкий хлопок, и «Нива» клюнула носом, встала как вкопанная.

— Колесо! — заорал Кенни. — Еще одно колесо!

Машина замерла. Фары погасли. Двигатель заглох.

Тишина.

Крис поднял голову и посмотрел назад.

Заднее стекло было чистым. Твари на крыше не было.

— Ушла? — выдохнула Мэган.

— Не знаю, — Крис всматривался в темноту.

И тут фары встречной машины осветили салон. Яркий свет ударил в глаза.

Крис зажмурился. А когда открыл глаза, увидел, что навстречу им по дороге едет старый пикап. За рулем сидел человек в широкополой шляпе.

Пикап остановился в паре метров от них. Дверца открылась.

— Проблемы, ребята? — раздался хриплый голос. — Залезайте. Здесь небезопасно.

Крис посмотрел на остальных. В их глазах читался один вопрос: кому можно верить? Твари из леса или человеку, появившемуся из ниоткуда?

Мэган схватила его за руку.

— Не ходи к нему, — прошептала она. — Не ходи.

Но выбора не было. Потому что сзади, из темноты, снова послышался шепот:

— Идите к нему... Идите... Там веселее...

Крис обернулся. В темноте горели два белых глаза. И не одни. Много. Десятки глаз светились во мраке, окружая их.

— Решайте быстрее, — поторопил человек из пикапа. — У меня не весь день.

Крис сделал шаг к пикапу. Потом еще один.

И лес взорвался криками