Правила игры Леона

Это был утомительный вечер. Хотелось запереться в кабинете и послать все к черту. Но судьба подкинула сюрприз — тройное убийство в деловом районе.

Расследование шло по плану, и вот я вышла на человека, который мог быть причастен. Подозреваемый, представившийся Леоном, вёл себя на удивление самоуверенно и собранно — не как обычный посетитель "белой комнаты".

Симпатичный мужчина сидел напротив. Яркие зеленые глаза, волосы живописно разбросаны по голове. В его взгляде было что-то знакомое, но тогда я не могла понять что.

— Итак, Леон! Вы подозреваетесь в деле о тройном убийстве. Где вы находились вчера между шестью и девятью вечера?

Он лениво оглядывал комнату и улыбнулся в той раздражающей манере, что уже успела мне надоесть.

—Вы задаете очень личные вопросы, офицер Вудс. Я точно обязан на них отвечать?

Мое терпение было стойким, но не бесконечным — иначе женщине в моей должности не выжить. Но сегодня все било по нервам.

—Либо вы сотрудничаете, либо отправитесь в обезьянник до тех пор, пока не поумнеете. И пока мы не найдем убийцу, вы оттуда не выйдете. Будьте добры!

Его лицо изменилось в мгновение. Взгляд стал угрожающим, точно у зверя, готовящегося к прыжку.

—Что ж... Пожалуй, я кое-что знаю.

Я включила диктофон и чуть подвинулась вперед, чтобы не упустить ни слова.

Он наклонился к столу, его руки дрогнули.

—Без адвоката я ничего не скажу!

Ударить кулаком по столу? Пригрозить? Но этот парень знал свои права. Я глубоко вдохнула.

—Что ж, Леонардо, очень жаль, что вы не хотите сотрудничать. Вы все еще под подозрением.

Напряжение на его лице было явным. Он откинулся на спинку стула, положив закованные руки на стол.

—Офицер Вудс, я понимаю, вы расстроены, что я не ваш убийца. Но отпечатки на коробке от пиццы? Серьезно? У меня алиби — я работаю в доставке.

—Вы правы! Но я обязана проверить все варианты. Допросить каждого.

—Понимаю.

—Так скажите, кто и когда взял эту пиццу?

—Я отдал ее какому-то мексиканцу у дома, после чего он зашел в подъезд.

В Оушенвью орудовали банды, и происходило разное, но тройное убийство в деловом районе?.. По слухам, выстрелы были слышны далеко вокруг. Похоже, убийца хотел, чтобы о его «деле» узнали.

— Я работаю в доставке. Леон Панетта. Я числюсь в штате той забегаловки на Мэйн-стрит.

— Хм... Я скоро вернусь.

Он говорил убедительно, но верить ему не хотелось. Слишком уж он был подозрителен. Однако проверка показала: сотрудник Леон Панетта и правда числился в кафе на углу. И что хуже всего — оно находилось недалеко от делового района, где произошло убийство. Его самоуверенность и эта дикая, хищная уверенность не давали мне покоя.

Когда я вернулась в допросную, он сидел в той же позе, будто не двигался с места.

— Ну что, крошка? Всё? Я могу идти?

Его глаза снова сверкнули, и по моему телу пробежала дрожь — смесь злости и чего-то еще, чего я не хотела признавать.

— Во-первых, — сказала я тихо, подходя ближе, — за такие слова я могу сломать вам нос. Во-вторых... Да. Вы свободны, мистер Панетта. Но знайте: вы остаетесь под подозрением.

— Вы так внимательны к деталям! Уверен, вы найдете убийцу, офицер Вудс. Буду держать за вас кулачки.

— Можете идти, — холодно оборвала я, ставя точку в разговоре.

Освободив его руки, я осталась в комнате одна. Образ Леона не выходил из головы: очаровательный, раздражающий, интригующий.

Яркая и опасная личность. Слишком опасная, чтобы просто так его отпускать.

Прошло оперативное совещание. Капитан полиции в который раз объяснял, как важно найти убийцу. Город и так жил в напряжении, а тут — выстрелы и тройное убийство в самом центре.

—Задание спущено с самого верха, — бубнил капитан, — так что все на уши. Это приоритет номер один.

Прошло два дня. И я нашла нестыковку. Пересматривая запись допроса, я заметила, как Леон что-то делал пальцами за спиной, на спинке стула. Его слова: «Вы так внимательны к деталям!» — теперь звучали не комплиментом, а издевкой. Это жгло меня изнутри. Не профессионализм, а чистая интуиция кричала: он что-то оставил.

Я ворвалась в ту самую допросную. И увидела. На серой металлической спинке стула было процарапано что-то острым. Не ногтем — стул был слишком крепкий. Это было маленькое, кривоватое сердечко.

—Как он пронес что-то острое? Зачем это? Почему он нарывался на подозрения?

Решив проверить его алиби до конца, я поехала в кафе на углу Мэйн-стрит. Называть это место «забегаловкой» язык не поворачивался — было чисто, светло и по-своему уютно. К мне сразу подошёл менеджер.

—Здравствуйте, офицер. Мы что-то нарушили?

—Нет, здесь очень мило. Мне нужен ваш курьер, Леон Панетта.

—Конечно! Хулио! — обернулся менеджер.

—Нет, нет, какой еще Хулио? — я сдержала раздражение. — Мне нужен именно Леон Панетта.

—Простите, но Леон Панетта у нас не курьер. Он наш повар.

Меня это удивило, но я все же попросила его позвать. И вот удивляться пришлось по-настоящему. На пороге кухни стоял полный, рыжеватый парень в заляпанном мукой фартуке.

—Здравствуйте, меня зовут Леон Панетта, — сказал он, вытирая руки о полотенце.

У меня будто почва ушла из-под ног.

—Ты? Стой... Но ты же не...

Глаза сами собой расширились.Меня провели. Блестяще и нагло провели. И тот, настоящий преступник, был где-то там, на свободе, и теперь я знала о нем только одно: он любит играть и оставлять следы.