В пятничный вечер Ольга Петровна, стоя в не широком коридоре обычной советской двушки, встречала уставшего мужа с работы. Она хотела сразу же с ним обсудить планы на субботу, но увидев его хмурое, уже не молодое с седой бородой, лицо, поняла, что действовать надо иначе.
- Милый, ты пойдешь сразу в душ или сначала покушаешь? - с искренней заботой на лице, спросила Ольга Петровна, аккуратно развешивая одежду мужа в шкафу.
- Сначала в душ. - усталым грубым мужским голосом ответил муж, удивлённый такой приторной нежностью со стороны дрожайшей супруги.
- Хорошо, иди. Я сейчас же принесу свежие полотенца, трусы и майку. - быстро подхватив ботинки мужа, поставила в обувьницу и побежала в спальню.
Михаил Васильевич, умудренный житейским и профессиональным опытом работы слесарем- сантехником пятого и плотником-кровельщиком четвертого разряда в организациях ЖКХ, давно научился распознавать бесхитростные манипуляции своей жены, так как они были похожи на детские, по сравнению с теми, что вытворяют его непосредственное руководство и особенно граждане-заявители.
Сейчас он просто пошёл в душ, раздумывая над вариантами субботних планов жены, так как у него они похоже будут такими же.
Уже стоя под струями теплой воды, он почти на сто процентов был уверен, что завтра они поедут к тёще на дачу.
Ведь на прошлых выходных, они не смогли поехать к Тамаре Петровне, из-за него.
Он был вызван на работу приказом, для ликвидации аварийной ситуации на магистральном трубопроводе водоснабжения и почти все прошлые выходные провёл в колодцах и подвалах.
А у тёщи на даче скопилось много работы: теплица упала, парник накренился, грядки разошлись, ступенька на крыльце провалилась и ещё много чего по мелочи.
И как же он был рад, когда тёща позвонила ему в воскресенье вечером и гордо сообщила, что у её сыночка Вадима нашлось время для матери и он как настоящий мужик, за какие-то несчастные три часа, починил теплицу, парник, грядки и крыльцо.
А вот откуда растут руки у брата его ненаглядной, он знал точно. Ему хватило одного раза поработать с ним и запомнить на всю жизнь. Такие, если сами не угробятся, то точно угробят других.
- Да-а-а. Ну хоть недельку простояли. - выходя из ванной комнаты, негромко, но чтоб слышала супруга, проворчал Михаил Васильевич.
- Не простояли, уже во вторник грядки опять разошлись, а в среду упала теплица и парник. Ступенька пока цела, но мама боится на неё вступать. - тихо, и как-то подозрительно смотря на мужа, ответила Ольга Петровна. - Она и тебе всё-таки позвонила?
- Нет, Олечка я знаю твоего брата, и ждал звонка от Тамары Петровны на неделе. - преподавательским тоном и улыбкой на лице, ответил муж.
Михаил Васильевич поправив чистую майку на груди, а семейники на пузе, вошёл на кухню и сел за стол. Перед ним тут же была поставлена тарелка с наваристым борщем и блюдце с нарезанным полосками салом и дольками чеснока, затем появились маленькие соусницы с хреном и горчицей, ну и хлебница с нарезанным по-советски мягким белым хлебом.
- Она и хотела тебе позвонить в четверг, но я попросила подождать до конца недели. Тебя всё равно не отпустили бы посреди недели, а мама бы обиделась. - ласково проговорила Ольга Петровна, подавая ложку и сметану Михаилу Васильевичу.
- Вот за что я люблю тебя Олечка! Ты знаешь как правильно мотивировать мужчину на работу в выходные дни.- довольный ужином, на радость Ольге Петровне, произнес Михаил Васильевич и приступил к трапезе.